Подели на двоих

      Джисон возвращается в общагу в приподнятом настроении, предвкушая долгожданные выходные. Он зашёл в магазин, накупил вредной, химозной снеди и полностью готов окунуться в мир сериалов с Минхо в обнимку, забыв обо всём на свете по крайней мере до вечера воскресенья.       Джисон идёт по коридору, весело размахивая пакетом в руках, и даже напевает вслух заевшую в голове мелодию какого-то нашумевшего трека. У него внутри тепло, перед глазами титры, он уже мысленно представляет, как клацает мышкой по отдельной папке на экране ноутбука, которую никогда не открывает в одиночестве, и включает уже девятую серию полюбившегося ужастика.       Джисону кажется, что ничто не сможет испортить его настроение, но кажется так только до того момента, пока он не открывает дверь в блок.       Минхо лежит на кровати, облокотившись спиной о стену, и залипает в телефон. Он загадочно улыбается, строча кому-то сообщение, и кусает подведённые тинтом губы. На его бёдрах парадные джинсы, на плечах выглаженная рубашка, а на голове не по графику вымытые и внезапно уложенные волосы.       Джисон хмурится. Сегодня какой-то праздник, о котором он запамятовал, или что происходит? Он ставит пакет с едой на стол и очень осторожно интересуется:       — Ты куда-то уходишь?       — М-м, — Минхо машинально угукает, не отрываясь от телефона. — А? — он поднимает на мгновение глаза. — Да. Собираюсь прогуляться, — и снова утыкается в экран.       — Прогуляться? — переспрашивает Джисон, надеясь, что Минхо ответил на автомате и не то, что хотел.       — У-гу, — тянет Минхо.       А в смысле прогуляться? Уйти и нарушить их традицию, которой они придерживаются уже год? Серьёзно, Джисон не вспомнит выходные, которые они бы не провели вместе. Может, только когда на праздники домой уезжали, но и тогда полночи висели на телефоне.       — А с кем? — как бы невзначай уточняет Джисон, прикрывая за собой дверь так же медленно, как герои фильмов ужасов спешат покинуть дом с приведениями.       — Да так, — отмахивается Минхо и беззвучно смеётся, читая сообщение.       — Да так? — Джисон хмурится, вынимая чипсы из пакета и убирая их на стол. — Серьёзно? Даже не посвятишь?       — Ну... — Минхо вздыхает. — Сейчас, — он отвлекается на мгновение, чтобы ответить кому-то очень интересному по всей вероятности, и наконец-то блокирует телефон. — В общем, помнишь, за мной всё вился хвостиком тот австралиец на курс старше?       Джисон нехотя кивает и выглядит так, как будто объелся лимонов. Он очень хорошо помнит «того австралийца», который вечно встревает. То подойдёт и обнимает Минхо со спины, когда они разговаривают. То подсядет в столовой и пудингом угостит. То вообще... припёрся как-то к ним на вечеринку, усадил Минхо к себе на колени и просидел так половину вечера. Нихрена себе, если честно.       Нет, Минхо, конечно, отталкивает его. Иногда. И не очень настойчиво. И вообще скорее заигрывая. Но Чан же лезет всё больше. Скоро ей-богу третьим посерединке между ними ляжет.       — Помню, — очень напряжённо произносит Джисон, продолжая доставать вкусняшки из пакета.       — Ну мы сегодня после пар столкнулись, тет-а-тет поболтали, а он такой приставучий, ну ты знаешь. И я решил ему дать свой номер, чтобы отвязался. Подумал, если будет бесить, заблокаю. А он смешной такой, — Минхо снова нежно улыбается и по-кошачьи щурит глаза. — Мы весь день переписывались. Он позвал меня гулять.       — О, — кивает Джисон. — Как мило, — даётся со скрежетом.       То есть они последний год делят одну кровать на двоих, потому что в полусонном состоянии лень уходить на свою, находящуюся в паре метров, а Минхо его, самого комфортного в мире человека, лучшего друга, в конце концов соулмейта решил променять на какого-то там Чана? Джисон, между прочим, тоже смешной. И мемы шлёт, и шутит, и улыбаться заставляет. Теперь интересно, Минхо на его сообщения так же реагирует? Потому что хотелось бы. А если так же, то зачем ему ещё кто-то, если смешить его может Джисон?       — То есть... эта прогулка, — он немного мнётся, отводя глаза. — Это свидание?       — А что? — Минхо смотрит на него, нарочно смущая. Знает же, что это неловко, и всё равно смотрит, как будто дыру просверлить хочет. Лучше тогда сразу в голове, потому что смерть лучше, чем выносить его взгляд, обжигающий кожу через футболку.       — Ничего, — фыркает Джисон.       — Ну тогда ладно, — Минхо снова утыкается в телефон, а Джисон злится.       Вот так просто? Без распросов? Без даже ответа? Джисону нужно ещё немного помощи, чтобы выдавить из себя пару слов, и это видно, а Минхо не смотрит. Именно в этот момент. Как назло. Глупый. Хотя он ли?       У Джисона же ёкало внутри. Когда они только познакомились, когда прижимались носами в битком забитом метро, когда держались за руки под партой на сессии. Ёкало так, что не заметить нельзя было. И он замечал. Всё хотел выпалить пару громких слов про чувства, отношения и симпатию, но язык как-то путался, да и место каждый раз было не то. Да и не знал Джисон, что именно испытывал.       У Джисона всю жизнь каша в голове, и уверенность часто подводит. У него мысль уже почти с губ соскальзывает, а он смотрит на губы Минхо и забывает, что хотел сказать. Он не трус совсем, просто чуть-чуть боится.       А что, если не получится? Что, если это односторонне? Что, если они потеряют даже дружбу? Джисону хотелось ещё чуть-чуть подождать, чтобы убедиться в себе, чтобы понять Минхо, чтобы привязаться достаточно. Джисону не хотелось спешить, не хотелось торопить события. С Минхо ведь было и без всего остального классно, этим хотелось дышать и наслаждаться.       Кажется, Джисон немного затянул.       — Так это всё-таки свидание? — подаёт он голос спустя долгое молчание.       — Ну, — Минхо подкрашивает губы тинтом, смотрясь в небольшое карманное зеркальце. — Пока не знаю, — он аккуратно убирает лишний тинт кончиком ногтя по контуру, поджимая губы, и причмокивает, переводя взгляд. — Если поцелует, значит, свидание. Если нет, тогда просто прогулка.       — Понятно, — Джисон всё жмётся у стола и нерешительно смотрит на него. Ему хочется стереть этот бесячий тинт с его губ языком, чтобы он хотя бы просто опоздал, пока будет наносить его снова и снова. — А ты хочешь его поцеловать?       — Джисони, — Минхо нежно смеётся, откладывая зеркальце на стол, — мне двадцать лет. Конечно, я хочу целоваться. Уже давно.       Джисон чувствует глупость собственного вопроса, но от следующий глупости, слетающей с губ, осознание не спасает.       — Тебе не обязательно для этого идти с Чаном на свидание.       — Неужели? — скептически кривит губы Минхо и тянется за джинсовой курткой на спинке стула.       — Я могу поцеловать тебя, — голос Джисона больно надламывается.       — О, в самом деле? Спустя год всё-таки можешь?       — Что?       Минхо поправляет ворот куртки на себе и смотрит так легко, оборачиваясь за телефоном на кровати, но не разрывая зрительный контакт. Он подходит ближе и мягко хлопает Джисона по плечам.       — Ты очень классный друг, Сон, — Минхо поджимает губы в лёгкой улыбке и держится на расстоянии вытянутых рук. — Правда. Мне с тобой очень нравится. Но пойми тоже. Мне хочется романтики. Поцелуев, объятий, в конце концов сообщений с добрым утром и много сердечек. Не обижайся, хорошо?       Минхо говорит так мягко, что Джисону хочется кивать болванчиком на каждое его слово по инерции. Он стоит, как в прострации, и время всего лишь на секунду замедляется, позволяя прикинуть расклад событий.       Минхо сейчас уходит и возвращается исключительно другом. Другом, с которым уже нельзя спать в одной кровати и крепко прижиматься со спины, с которым нельзя вместе принять душ, потому что горячая вода ограничена, с которым чёртовы вечера будут проходить по отдельности, ведь друг всегда подвинется.       Минхо убирает руки с его плеч и делает шаг в сторону двери. У Джисона последние извилины свисают разноцветной мишурой как будто вниз по ёлке. Он хватает Минхо за шею и целует, крепко прижимаясь к его губам своими. Они оба замирают и не двигаются, переставая даже дышать.       Джисон не знает, сколько они так стоят, но это кажется вечностью. Его глаза закрыты, но он чувствует, что Минхо — нет. Он смотрит. Удивлённо, непонимающе. Совершенно оправданно.       Минхо его осторожно отталкивает, лёгким касанием надавливая на плечи. Джисон немного боится поднять взгляд. Он кусает губы, слизывая тинт, оставшийся на них, и дышит через раз.       — Ты чего? — без осуждения и упрёка. — Так невтерпёж посмотреть девятую серию? — с лёгким смешком.       — Нет, просто не хочу, чтобы ты уходил.       — О, — Минхо кивает. — Но я же вернусь, да? Ты не поменяешь замки и всё такое.       — Не хочу, чтобы ты с кем-то встречался, — Джисон с трудом поднимает на него глаза, которые до этого почти выжгли хлипкий, деревянный пол.       — Потому что...       — Потому что сам хочу с тобой встречаться.       У Джисона столько мыслей в голове, что они скоро разорвут его глупую голову. Он не понимает по взгляду Минхо, о чём он думает. Он смотрит странно. Как всегда. С лёгким кошачьим прищуром. Он сейчас пошлёт? Ударит? Посмеётся? Что он, чёрт, возьми сделает?       — Поэтому ты говоришь мне это перед тем, как я должен пойти на свидание?       — Как будто другой возможности уже не будет, — неловко жмёт плечами Джисон.       — А раньше сказать?       — А раньше... Раньше как-то не получилось.       — М, понятно.       — Да что тебе, блин, понятно? — вскипает Джисон, но не зло, а обиженно. — Ну не решился я раньше, струсил, затупил, по полной облажался. Как будто ты меня не знаешь, — он смотрит глазами щенка в приюте, который не понимает, заберёт его сейчас новая семья или нет. — Просто скажи, ты остаёшься или уходишь?       Минхо улыбается, бегая глазами из стороны в сторону, и почти незаметно несколько раз кивает. Он такой милый, Джисон хочет его затискать, но не решается протянуть руку.       — Остаюсь, но не понимаю, почему ты это говоришь. Это какая-то дружеская ревность, из-за которой ты...       — Нет, это самая настоящая отношенческая ревность! — неожиданно резко произносит Джисон и снова тушуется. Он медленно выдыхает и чувствует, как его ладонь мягко сжимают в пальцах, пытаясь успокоить. — Не хочу, чтобы ты целовался на свиданиях с кем-то там ещё.       — Тогда тебе придётся самому меня на них водить.       — Да, я...       Минхо подаётся вперед, касаясь его губ и заставляя замолчать. Его ладони медленно скользят по рукам Джисона и касаются шеи, а Джисону ничего не остаётся, кроме как обнять его за талию. Вот прямо как самое драгоценное, крепко, но бережно.       Целовать Минхо потрясающе. Джисон жалеет, что не сказал раньше. Столько вечеров без его губ на своих губах. Даже обидно.       Минхо легко скидывает с себя джинсовку, опуская руки вниз, и возвращает их на грудь Джисона. Он подталкивает его ближе к столу, заставляя опереться, и подбирает низ футболки гармошкой, залезая под неё руками, норовя снять.       Джисон помогает, но оставаясь без верха, перехватывает его руки за запястья, когда он тянется к поясу штанов. Вроде приятно, вроде тоже хочется, а вроде так быстро.       — Погоди, мы не спешим? — спрашивает Джисон, рассчитывая на отрицательный ответ. У него уже крепко стоит, но рациональность берёт верх. Он как минимум не хочет с ним просто переспать, а наутро услышать, что всё это было импульсивной ошибкой.       — Спешим? — Минхо усмехается и тянется к своему ремню. — Да мы опаздываем.       — Мин... — Джисон касается его рук, сплетая пальцы.       — Сон, это жестоко. Я до встречи с тобой был год без отношений и после уже год без отношений. Я хочу целоваться, трахаться и чувствовать себя, чёрт возьми, счастливым человеком! — Минхо достаёт из заднего кармана джинс резинки и несколько одноразовых упаковок смазки, вкладывая их в руку Джисона.       — Так ты планировал сегодня не только целоваться с Чаном?       — Не планировал я, — шумно выдыхает Минхо и отворачивается. — Ну, почти.       — Это как?       — Мы должны были встретиться на час раньше, до твоего прихода. Я бы мог уйти, и ты бы даже ничего не узнал. Но мне хотелось, чтобы ты знал. Хотелось увидеть, твою реакцию. Если бы ты отпустил меня без вопросов, если тебе было всё равно, да, я бы переспал с ним, — Минхо поднимает нечитаемый взгляд. — Осуждаешь?       — Нет.       Джисон хватает его за плечи и меняет с собой местами, вжимая в стол. Он наплевательски, как в крутых американских фильмах проводит рукой по столу, смахивая всё ненужное, и усаживает на него Минхо, не заботясь о чипсах, на которые случайно наступает, лопая пачку.       Джисон расстёгивает его рубашку, оставляя её болтаться на плечах, и целует в губы, соприкасаясь ладонями с обнаженным телом. Он мягко сжимает бока, ведёт руками вверх по талии и касается груди, легко сжимая между пальцами твёрдые горошины.       Минхо нетерпеливо мычит ему в губы, прижимая к себе крепче и обвивая ногами торс. Он откидывает голову назад, позволяя целовать себя в шею, и ноет, когда губы соскальзывают вниз от ключиц, заменяя пальцы на чувствительных сосках.       Джисон целует его в мягкий животик и, расстёгивая джинсы, прижимает Минхо спиной к столу, чтобы снять их вместе с бельём. Его губы оставляют нежное касание возле тазовой косточки и накрывают влажную головку члена.       Минхо вкусно стонет, приподнимаясь на локтях, и снова ложится, разводя колени шире. Его напряжённые бёдра ложатся на крепкие плечи, когда Джисон опускается ниже.       Джисон мнёт в ладонях его ляжки, иногда целуя нежную внутреннюю часть, и мокро вылизывает член. Его руки сжимаются на мягких ягодицах, разводя половинки в стороны, а нос пошло проезжается по мошонке. Он широко мажет языком по пульсирующему колечку мышц, обводя кончиком ободок, и толкает его внутрь.       Минхо хнычет, но его дырочка податливо открывается под давлением настойчивого языка. Он лежит на чёртовом столе, щипая себя за соски, и сладко хнычет.       Джисон вылизывает чувствительную кожу, пошло причмокивая, и гладит ладонями нежно подрагивающие бёдра. Он отстраняется от хлюпнувшей дырочки и целует Минхо в коленку, прижимая его ногу к груди.       Джисон раскатывает резинку по члену и выдавливает смазку на пальцы, толкая их внутрь, просто проверить, насколько хорошо Минхо подготовился. Он приставляет головку члена к расслабленному отверстию и плавно толкается внутрь, жалея, что не может смотреть, как красиво сжимается колечко мышц вокруг органа.       Минхо блядски стонет, рубашка на его плечах слишком откровенно болтается, а его чувствительные бёдра сладко подрагивают от нежных касаний. Он лежит с полуприкрытыми глазами и широко размыкает губы, шумно дыша.       Джисон не выдерживает, наклоняясь и целуя его. Он медленно двигается, слизывая каждый стон, и выпрямляется, начиная толкаться чаще.       Минхо оживляется, но прикрывает лицо ладонями и немного скован. Джисон хватает его за руки и тянет на себя, заставляя сесть на столе, а затем — слезть с него.       — М? — Минхо выглядит просто очаровательно с покрасневшими щеками, мило растрёпанными волосами и потерянным взглядом.       Джисон целует его в висок и поворачивает спиной к себе, снова укладывая на стол, но уже грудью. Он плавно толкается внутрь и оставляет мягкие касания губами к позвонкам.       Минхо мило приподнимает ногу, сгибая её в колене и в несколько движений укладывая на стол. Он хватает пальцами за край и легко пытается приподняться на локтях. Он лежит и вкусно гнёт спину при каждом толчке.       Джисон сжимает его половинки в руках, открывая себе вид на то, как красиво член исчезает в сладкой дырочке. Он играется, наблюдая и нарочно медленно двигаясь, вынимая член почти полностью, но игры кончаются, когда Минхо высоким, ломающимся голосом просит о большем.       Джисон придерживает его за бедро и часто толкается до пошлых шлепков тел друг о друга. Он обвивает пальцами член Минхо, лаская его в такт своим толчкам, и держится изо всех сил, пока он не кончает первым.       Джисон проникает ещё несколько раз на всю длину и отстраняется, снимая резинку. Он смотрит на Минхо и просто дрочит. Его рука двигается быстрее и безжалостнее, пока он рассматривает, как красиво Минхо сводит лопатки, как дрожат его бёдра, как пульсирует дырочка вокруг пустоты.       Джисону так мало надо — всего лишь смотреть на него, чтобы испытать самый яркий оргазм в своей жизни. У него... нет слов, нет мыслей. Есть только немного сил отвести Минхо в душ, закутать его в плед и посадить с собой рядом смотреть сериал.

💔💔💔

      Джисон правда его не осуждает. Даже если бы он в самом деле переспал с Чаном, Джисон сам идиот. Ему тупо повезло, что он смог вовремя промямлить что-то, на что Минхо обратил внимание.       У Джисона столько к нему чувств, что песчинок на пляже меньше, а проявить их все, сразу и честно сложно. Он старается по чуть-чуть, а Минхо тоже много не надо. Ему бы поцелуи перед сном. Иногда вместо завтрака, реже на ужин. И объятия чуть двусмысленные под одеялом после сериала.       У них вроде гармония, вроде понимание, вроде даже любовь, а Чан ещё найдёт себе своё. Он иногда смотрит. Джисон замечает. Но не подходит. Наверное, странно, если подойдёт. Они с Минхо обнимаются на перерывах в универе, держатся за руки, чмокаются в губы. В их мирке для двоих нет места третьему.       Минхо написал ему. Извинился. Без объяснений, но с чёткой границей, что не получится. А Джисону всё равно стыдно. Щенячий взгляд Чана под рёбра лезет, но себя жальче.       Джисон теперь Минхо вообще не отпустит. Зубами вцепится в его вишнёвый тинт на губах и не отпустит. И так чуть не потерял.