в людоедском доме

      Многочисленные дни шли один за другим, а Дайске в течении недель время от времени давал показания.       Он уже знал что его похититель сидит в СИЗО, и в принципе, так этому гаду и надо. Но что то всё равно гложило внутри…       И наконец то настал день выписки. Это было утром, когда первые лучи озаряли город, словно через несколько недель после выписки Дайске не предстоит участвовать в суде против некого Джеймса Зэйр. Парню было тревожно, но он старался об этом пока не думать. По крайней мере пока не приблизится дата начала суда.       А начало всё приближается и приближается, и в течении всех этих недель юноша уже давал более подробные показания : о похищении, об отравлении, об угрозах и даже о попытке убийства. Особенно о попытке убийства. Уж сломанная нога не даст об этом забыть.                   Суд       Перед началом суда оставались считанные минуты, и Дайске нервно теребил рукав пиджака или постукивал ногой по полу. Свонси Миллер сидел рядом ; Он возглавлял следствия и экспертизы. Свонси так и был в сидячем положении, а потом устало выдохнул.       — И напугал же ты нас, пацан. Ты весь бледный и худющий как кощей был, когда мы тебя нашли…       Азиат стыдливо опустил голову, ну а Свонси хмыкнул.       — Но поступил ты смело, и будет преступлением это отрицать. И кстати насчёт преступлении, нам уже пора заходить в зал суда.       Судебный зал был пропитан тревогой момента происходящего. Атмосфера, скажем так, давила не хило, и это, конечно же, отразилось на Дайске. Свонси заметил что детектива мутило от волнении, и решил его подбодрить.       — Хуарес, ты чего? Всё пройдет нормально, ведь правда в любом случае на твоей стороне. Да и судья там надёжный, Орион Карлинг, помнишь его? Известен своим профессионализмом!       Когда Дайске услышал о судье, на душе стало чуть легче. Он облегченно выдохнул и сел на своё место, но облегчение улетучилось мгновенно, когда он краем глаза увидел знакомое лицо. Джимми.       Парень не смотрел на него, но одно его присутствие уже мутило и не давало расслабиться, даже не смотря на то, что во время показании ему разрешили не смотреть на него. И когда суд подошёл к концу, судья странно смотрел на подсудимого… То ли с тоской, то ли с разочарованием.       — Ваша Честь, больно своего давнего товарища посадить за решётку, верно? Или, может, попроще скажем, Кёрли?       Тот самый низкий, бархатистый голос, который у Дайске ассоцируется лишь с кошмаром… Сердце юноши ухнуло вниз. Нет.. Этому не быть… Свонси же ведь сказал что Судья надёжный!       Парню остаётся только наблюдать за тем, как Судья удаляется в совещательную комнату. Считанные минуты казались Дайске целой мучительной вечностью…       И наконец, Орион Карлинг возвращается в зал Суда, и оглашает приговор :       — Подсудимый Джеймс Зэйр, суд признаёт вас виновным в соответствии с законом штата N, по кодексам §187, §207, §245. — Судья сделал небольшую паузу, и продолжил, — Вам назначается пожизненное лишение свободы без возможности условно-досрочного освобождения.       Голос был чуть с горечью, но решительный. И тут юноша, опять же, краем глаза замечает, что взгляд Джимми проскользнул с лица Ориона на лицо Дайске, и было заметно как у Джимми меняется настроение. Предательское удивление переменилось на холодную ненависть, и казалось, сдерживал преступника только сам факт нахождения в Суде. Вскоре его увели из Судебного зала, что для Дайске послужило облегчением.                   Jimmy’s pov :       “Я думал что играю с ним в Кошки-Мышки. И в целом я не ошибся, но не подозревал что Мышкой окажусь я. Ёбаный детектив, блять… Надо было сразу его убить и забыть, а я какого то чёрта решил оставить его. Даже хуй знает зачем, что я вообще в нём такого нашёл… В любом случае он меня переиграл. И мне теперь не отмыться от этого ебаного позора.”