Зачет.

Конец мая, солнце светит, птицы поют. Даня идет со своим другом, сдавать зачет. Как же повезло, что Кашин последний в списке. Так забавно вышло, что Илья был перед ним, поэтому тот решил проводить другого. - Бля, рыжий, волнуешься? - Илюх, конечно. Ты вообще блять знаешь кто у нас принимает? Тушенцов нахуй. - Тот вздохнул, пиная камень на дороге. - я по-любому не сдам. А у Дани от Тушенцова дыхание сводит. Весь такой красивый, словно настоящий пидорас. Хотя.. это звучало странно. Нет, не то, что бы голубоглазый гомофоб, но бля, этот выглядит как чистый гей. И Кашину это нравилось. Нравился он. - Да ладно тебе, может, не завалит. Тем временем парни уже подходили к зданию, поднимаясь по лестнице. - Ну, осталось немного. Даня и Илья поднимались по лестнице, в нужную им аудиторию. Дойдя до той, Илья попрощался с голубоглазым и вошел в аудиторию. Это был сущий ад. *** После этого всего, наконец-то вышел шатен. Весь уставший, такой вымотанный. - Илья, он че тебя там трахнул? - Очень смешно.. Ну бля, я походу не сдал.. Даня лишь сочувственно шмыгнул. - Да не расстраивайся ты. Впереди еще много всего, похуй даже если не сдал. - Да, да.. Ну, иди, тебя уже ждут. Рыжий вздохнул. Пришлось идти. С богом. Проходя, он услышал голос Тушенцова - Садитесь, тяните билет. Даня тянул. Его дыхание было напряжено, но вид он не подавал. - читайте вопрос. Ком встал в горле. - Где.. где расположены.. светочувствительные рецепторы глаз. Даня замялся. Не знал как ответить. Ведь нихуя не учил, что было зря. - Ну? Блять. Похуй. Действуем. Резко сокращая между ними дистанцию, Даня резко притягивает преподователя для поцелуя, да для такого, что у обоих мычание изо рта выходит. Как же хорошо, что их разделяла всего одна парта. Он только что поцеловал своего препода. Заебись. Странно конечно, но старший даже продолжил. Он лишь углубил поцелуй, буквально чуть ли не переворачивая эту парту. - Кашин ты меня.. удивляешь. А тот лишь как таракан рыжий, лыбиться, да слова сказать не может. - Продолжим или.. - Продолжим. Для рыжего это было удивлением. Значит, его догадки подтвердились. Даня ничего не сказал, лишь подошел и сел к тому на колени, буквально прижимаясь для новых поцелуев. И он это получает. Тушенцов целует его нежно, слюняво, прям как в порно. От таких ассоциаций Кашин сразу же всполыхает румянцем, что выделяет его смущение, а старший лишь фыркает и зарывается в шею того. - Ммх… Блять, Руслан.. Даня не помнит, когда они перешли на ты. Хотя, они в такой ситуации, где это будет подобающе, наверное. - Даань, ты такой.. знаешь, глупый. Думал, я не вижу всех твоих взглядом на мне? И оставляет укус, всасывая кожу, а затем зализывая - Это было настолько очевидно.. Руслан лишь хмыкнул, и прильнул к шее. Тот начал расстегивать рубашку верхнего, проводя пальцем по груди младшего. Окончательно выбрасывая рубашку куда-то на пол, Тушенцов прильнул губами к соску, посасывая и кусая, выбивая из рыжего стоны. Руки нижнего бродили по всему телу. - РусланРусланРуслан.. - Кашин затараторил от таких прикосновений, ведь они были слишком приятные, учитывая, что это его слабость. Наконец-то отлынув от сосков верхнего, шатен и с себя начинает снимать пиджак, а затем и рубашку. Взяв Даню на руки, тот посадил его на стол, целуя. Стягивая с того брюки, он заметил чужое возбуждение и незамедлительно забрался под резинку трусов, трогая головку. Кашин откинул голову, с протяжным стоном, который раздался по аудитории. - сучка, течешь уже, да? Веснушчатый от такого тона готов был заскулить, но сдержал себя. Посмотрев на кареглазого, тот еще сильнее засмущался. Тот поспешно убрал руку с члена, увидев недовольный взгляд сидящего на столе. Тушенцов медлить не стал, с себя штаны снимает, предварительно достав из кармана смазку. Как хорошо, что он ее всегда носит с собой. Снимая боксеры с рыжего, тот нанес смазку на пальцы, растирая, что бы согреть. Дразня вход, он ввел первый палец наполовину, услышав стон, тот улыбнулся и прильнул к губам рыжего, вставляя второй палец. Уловив мычание в поцелуй, он отстранился и сделал что-то типо ножниц, просовывая пальцы дальше, он коснулся чувствительной точки, от которой у Дани тело содрогнулось, а изо рта вылетел полу-стон, полу-крик. Еще пару раз он дотронулся той точки, выбивая новые стоны из младшего. Наконец, вынимая пальцы, он услышал недовольный стон, который сразу же заглушил поцелуем. Медленно пристраиваясь к низу того, он прошептал на ухо: - Попроси. Блять. - П-пожалуйста.. Руслан.. блять, просто трахни меня.. - Увидев взгляд того, он решил добавить - Пожалуйста. Кареглазого этого было достаточно, поэтому шлепнув по ягодице того, он вставил половину, давая привыкнуть. Видя кивок, он входит полностью, сразу начиная набирать темп, слыша стоны удовольствия. Немного наклоняя Кашина, тот увидел, как его член видно через живот другого. Это так завораживает. Он взял руку Дани и положил ее к нему на живот, что бы тот чувствовал движение в нем. Даня протяжно застонал, почувствовав это. Ебать, Руслан буквально дрочил рыжим. Это было так приятно и так странно. - Блять, Руслан, я щас.. - Я тоже, котенок. С этими словами он взял в руку член другого, начиная дрочить в темп. Набирая быстрый темп, тот сделал три финальных толчка и излился внутрь, а вместе с ним и кончил Даня ему в руку. Тушенцов вышел из него, наблюдая, как его семя выходит из дырки другого. - Ты сдал. Голубоглазый обомлел, посмотрев на того удивленными глазами. - Ты не ослышался, ты сдал. Давай, одевайся, дома помоешься. И кстати, я тебе напишу. Не думай, что я тебя бросил, кис. С этими словами тот чмокнул рыжего в лоб, улыбаясь и прижимая к себе. *** Даня уже был дома. С этого момента прошла неделя. С Русланом они начали встречаться, как бы странно это не звучало. Пришли результаты зачета, которые Кашин открыл с нетерпением. Увидев зачет, тот обрадовался. Уведомление. Ему написал Илья. (ш)илюха. Блять, Даня, ты как сдал? Тушенцов же всех валит нахуй? 12.30 Рыжий про себя улыбнулся, а в голове всплывают те самые сцены. Непроизвольно хихикает и печатает. DK Бля Нуу Учил) 12.31 С этими словами он закрыл телефон, и ближе прижался к Руслану. Все было такое родное и такое теплое. Кашин определенно не жалет о своем прошлом поступке.