Возьми мою руку

Перебираясь сквозь толпу людей, Крейг предпочел уткнуться в телефон. Так, будто тебе написали, да так, что просто жизненно необходимо ответить. Собеседник ждет. Собеседник горит на 65%, чтоб людям не было видно содержимое его телефона. Страница музыкального приложения и сводка о том, что сообщений нет. Тревога стала постоянным спутником после неоцененного отцом результата теста на вторичный пол. Всё что угодно, но не эта странная буква мостиком. Пусть будет странная пси или тэтта и его добавят в исключения и обследуют всего, но не это ужасное из уст отца «омега?». Выражение его лица было таким измученным, словно ему вдруг сообщили, что его сын предположительно погиб, подобно тому, как отец Бруно нашел-таки одежду ребенка и без слов догадался о трагичном конце отпрыска. Мысли уносят куда угодно, но только не к отцу, который теперь его совсем не любит. Сплошное разочарование. Столкнувшись с кем-то, парень выставляет средний палец и возмущается. — Смотри куда идешь, – так, будто не он был так увлечен мыслями или телефоном и пошел прямо на прохожего. — Господи, какой стресс, – в ответ взволновались. Пальцы говорящего впились в волосы, дергая. Крейг зажмурился, выдохнул и поспешил уйти.        Все запахи, смешавшись в один, вставали комом в горле. Что за чёрт. Неужели так будет всегда? От перегрузки побаливает голова. Он останавливается у стены и смотрит на расписание. Он только-только втекал во взрослую жизнь. Начал ходить в универ, еще не влился в социум и едва ли узнал, как зовут старосту и куратора, не понял смысла существования их должностей. Да он еще даже шага вперед не сделал, кроме того, как сумел поступить сюда и собраться с силами, чтобы всё-таки прийти. Выкрашенные в синий стены успокаивали. Его гардероб практически весь был в этом цвете с разной концентрацией онного. Наверное это делало учебное заведение куда лучшим, чем о нем отзывались некоторые учащиеся – странные люди с кафетерия. Множество кабинетов с подписанными над дверями таблицами. Множество непонятных «деканат», «кафедра». Наверное об этом говорили в первые дни, когда студенты только-только знакомились со всем. Он успешно прогулял.       Крейг целый час искал аудиторию. Не нашел свою группу в 302 и бродил по всем этажам, пересилив желание собраться и уйти. Нужно было получить высшее образование. Он открывал двери, гнусавым голосом шептал прощения и закрывал. Ни одного знакомого лица. Впрочем, как выглядят его одногруппники? В памяти всплыло лишь лицо темноволосого парня с грустными глазами. Он точно уловил, что от него пахло тяжелыми сигаретами и, к удивлению, свежими яблоками. Крейг не знал ни его имени, ни почему они в одной группе, но он казался уже каким-то родным. Так иногда бывает. Поразмыслив о том, почему хотя бы примерно он так решил, он неуверенно предположил кое что. Кое что разъедало его самооценку и маячило расстроенным лицом отца, преисполненного скорби. Тот был парнем-омегой. Приехали, черт. — Господи, какой стресс.       Перед ним снова тот прохожий, что всегда стоит у него на пути. Крейг начинал злиться. Поднял было взгляд, собираясь возмутиться и остановился. Внутри всё так встрепенулось, когда взгляд столкнулся с зелеными очами, переполненными тревоги и, пожалуй, отчаяния.       И без того взъерошенные волосы лохматили сильнее, приводя в куда более ужасающий беспорядок. Хотелось их подправить, всего на миг. — Я не знаю как найти группу. Черт. Я опоздаю и меня отчислят. О Господи.       Слова сбили с толку. Крейг задумался. Потупил взгляд к телефону, строил невербальные стены и терялся. Он тоже не знает. — ФМ? – как-то само по себе сорвалось с губ. — Да.       Вместе они быстро нашли. Точнее искали их, декан доложил, что обоих не было при первой встрече и наверняка у тех вызвало затруднение неотредактированное расписание. В чате первокурсников обоих не было. Горестуденты.