Судьбоносная встреча

Утренний свет пробивается в детскую комнату. Малышка чуть приоткрывает глаза и рассматривает свои игрушки, новый конструктор, недавно нарисованные рисунки и невольно улыбается. Потягиваясь, она слышит чьи-то шаги. Дверь открывается, и в комнату заходит мама. — Ярослава, пора вставать, солнышко, весь завтрак проспишь. Мама заботливо целует её в лоб, и девочка трогает мамин беременный живот. — Мама, а когда я уже познакомлюсь с сестрёнкой? — Нетерпеливо спросила шестилетняя дочка. Марина лишь покачала головой и, улыбаясь, сказала: — Совсем скоро, какая же ты у нас торопливая девочка. Вставай и беги на кухню завтракать. Саша и папа уже ждут тебя, — сказала мать, уходя. Ярослава не испытывала сильной привязанности к старшей сестрёнке Саше. Они часто дрались и ссорились, но быстро мирились и бежали смотреть мультики. Саша была старше сестры всего на два года, и они были полными противоположностями. Яся была импульсивной и часто вступала в конфликты с сестрёнкой. Шустрая, неугомонная девчонка. Вечно её русые волосы были заплетены в небрежную косичку, её лицо очень часто выражало недовольство, а её карие глаза вечно блестели. Она всегда старалась быть первой во всём, любила соперничать. Саша же была более усидчивой. Она училась во втором классе на отлично. Её блондинистые волосы достались от папы, а также и характер. Она была заботливой старшей сестрой, хоть и иногда злой, как казалось Ярославе. Александра любила помогать маме, особенно сейчас, когда у неё протекала сложная беременность, а также любила те дни, когда папа брал её с собой на работу, в прокуратуру. Ярослава, умывшись, пришла на кухню и села за стол. Мама положила порцию манной каши младшей дочке и села за стол, приняв поцелуй мужа. Яся поморщилась и отодвинула кашу: — Я не буду это есть. Её отец строго посмотрел на неё. — Ярослава, так нельзя. Мама старалась готовила, неужели ты не ценишь её труд? Вот Саша за обе щеки уплетает. Слава посмотрела на сестру, та показала ей язык. — Если она будет за обе щеки уплетать, то и щёки больше станут. В этот момент Саша стала есть помедленнее, больше не смотря на сестру. Отец заметил это поведение: — Кто мало утром каши ест, у того сил не будет. Правильно Саша и делает. Вырастет крепкой и здоровой, а ты? Девочка уткнулась в кашу, положив одну руку под голову. Ближе к вечеру девчонки смотрели мультик. Мама гладила бельё и смотрела за их поведением. Она умилялась, как они спорили о главных героях, о сюжете мультика. В конечном счёте обе обижались, но быстро мирились. В какой-то момент Марина почувствовала, что что-то не так, и остановила глажку. «Ой», — вырвалось у неё. Девочки посмотрели на неё с интересом. Саша встала и подошла к маме: — Мамочка, что случилось? — Мама продолжала постанывать. — Малышка, позови папу. Саша убежала за папой в спальню. Ярослава подошла к маме. Марина тепло улыбнулась дочке, но вдруг стала падать, цепляясь за мебель. Девочка подлетела к маме: — Мама! Что с тобой? Мама! Ярослава стала качать маму, чуть толкая. Она думала, что мама заснула. В комнату вбежал папа, который параллельно звонил кому-то по телефону. Он отодвинул Славу и стал что-то трогать у мамы на шее. Ярослава хотела помочь маме и побежала на кухню. Налила воды и прибежала в комнату. Отец уже договорил с кем-то по телефону. Девочка споткнулась о ногу сестры и упала, разлив всю воду. Отец разозлился: — Ты хоть можешь вести себя спокойно?! Маме плохо, а ты мне дом хочешь перевернуть! Ярослава отползла подальше, села и начала тихо плакать. Ей было страшно, будто в комнате отключили свет, и она осталась одна со страшными монстрами, и ей уже никто не поможет. Ей также было обидно. Почему? Она хотела помочь маме и случайно споткнулась, и теперь во всём виновата? В этой комнате папа стал для неё одним из монстров. Приехала скорая. Марину погрузили в карету скорой помощи. Девочки остались дома. И тут из страшных фантазий Ярославу вырывает голос старшей сестрёнки: — Яся, пойдём спать. Думаю, папа и мама вернутся только днём. — Точно? — Тихо всхлипывала младшая. Саша протянула ей руку, и они пошли в комнату Саши. Легли в одну кровать и ещё долго не могли уснуть, обнявшись. — Саша, а это значит, что мама родит сестру? — Не знаю, Ясь, я же не врач. — А я знаю! Утром они придут к нам вдвоём! — Ты дура? Вообще-то маму и ребёнка оставляют в больнице ещё на пару дней, — перекрикивает её Саша. — Сама ты дура! — Яся прижимает к себе игрушку. Их детский спор продолжался ещё около получаса, и они заснули... Большой и длинный коридор. Кабинеты сменялись кабинетами. На каталке лежала Марина всё ещё без сознания, а вместе с каталкой в операционную бежали врачи и её муж, Андрей. Медсестра высунула ему в руки какие-то бумаги, и каталка уехала за двери, над которыми было написано «операционная». — Что это?! — нервно чуть ли не прокричал Андрей, не соображая. — Вы должны подписать согласие на то, что мы сможем спасти только ребёнка, — ответила медсестра. — Как? Но... Подождите, в смысле? — пытался связать речь Андрей. — Мы вам глубоко соболезнуем, — вздохнула медсестра. Андрей начал понимать смысл её слов. Девушка убежала. Он остался один в больничном коридоре, где горел слабый свет. На бумаги попало пару капель его слёз. Он упал на пол и стал рыдать, прокручивая моменты, проведённые вместе с женой, то, как он впервые сделал ей предложение, их свадьбу, рождение детей. Всё они проживали вместе, вдвоём. Всегда вдвоём. Теперь он один. — Сука! — сказал он, прежде чем разрыдаться. Утро. Сегодня оно было дождливым. Девочки утром поели хлопья с молоком и, услышав звук открытия входной двери, побежали к ней. Зашёл отец. Его глаза были красные, волосы растрёпанные, взгляд неживой. — Девочки, мамы больше нет...