Ангел во плоти(Архив)

Итак, вот я вошёл в больницу, пробираясь сквозь толпу людей — как обычных посетителей, так и работников, которые постоянно куда-то спешили. Я шёл аккуратно, стараясь никого не задеть, чтобы не вызвать лишних подозрений. Нет, я понимал, что даже если с кем-то столкнусь, это особо ни на что не повлияет. Разве что заставит искать того, кого и не было, или обратиться к ближайшему человеку, который мог его задеть. Но, зная, что в этом мире полно всяких «суперов», могли заподозрить и это. Как? Да как угодно. А может, я просто параною, хех. Само здание выглядело старым и массивным, сложенным из красного кирпича. Но внутри всё было стандартно: белая плитка, белые или нежно-голубые стены и потолок того же цвета. Обычная больница, оснащённая всем необходимым для спасения жизней — лекарствами, медицинскими приборами, докторами и прочим. Однако насколько хорошо здесь лечат, мне неизвестно... В любом случае, я пришёл не за этим. Свернув за угол и минуя группу врачей, которые на скорости везли пострадавшего в неизвестном направлении, я оказался в нужном месте — крыле, где находились палаты для тяжелобольных пациентов, требующих интенсивной терапии и постоянного наблюдения. Люди в критическом состоянии, в коме или ставшие «овощами» — те, кто без помощи аппаратов уже не способен жить. От последнего мне стало пипец как не по себе, особенно от осознания того, каково это — существовать в теле, не имея возможности хоть как-то им управлять. Томиться в этой тюрьме годами, пока тебя наконец не усыпят, освободив от заточения? Или провести так всю оставшуюся жизнь, пока тело окончательно не откажет от старости? Я уже молчу о неизлечимых болезнях, с которыми людям приходится жить, зная, что никогда не смогут быть такими же, как здоровые. А кома? Для родственников, особенно для родителей пострадавшего, это тоже ужасная трагедия. Ведь невозможно узнать — проснётся ли твой сын или дочь, брат или сестра, муж или жена от комы, смогут ли они снова открыть глаза? Фух... Мда, ну и мысли пошли, конечно. Ладно, раз уж я здесь, пора наконец начать и дать этим людям шанс полноценно прожить свою жизнь. Войдя в ближайшую палату, я оказался в просторном помещении с несколькими койками. Большинство были пусты, но на остальных лежали взрослые люди без сознания: женщины и мужчины — может, в коме, а может, просто спали. Точнее сказать сложно, но то, что у них серьёзные проблемы, — видно невооружённым глазом. Один был весь в синяках, с перевязанными руками, дышал тяжело и с хрипом. У другой забинтованы ноги, а третий... У него опухло всё лицо, да и тело было сплошь в бинтах, одна нога подвешена, чтобы не тревожить. Чёрт, а ведь это только трое, а в помещении ещё несколько пациентов. Ладно, пора уже приступить к делу. Подойдя к первому, я вытянул руку, призывая свою силу. Она отозвалась, перетекая в ладонь и заставляя её слабо светиться. Но я не стал сразу активировать её, не прикоснулся к больному, а задумался и решил сменить цвет. Вместо ярко-золотистого энергия стала спокойно-зелёной, её свечение приглушилось до минимума. Затем я приложил ладонь к его груди и скомандовал: «Восстановить.» Энергия тут же проникла в тело, распространяясь по нему и находя повреждённые участки. Сначала ничего не происходило, но через пару секунд дыхание мужчины выровнялось, стало глубоким, без хрипов. Лицо потеряло синяки, открыв черты взрослого мужчины с правильными пропорциями. Затем зажили руки — энергия, не найдя других травм, вернулась ко мне. Закончив с ним, я перешёл к следующему, потом к третьему, четвёртому и остальным. Вылечив всех, я с довольной улыбкой наблюдал за результатом: теперь пациенты просто спали, мирно посапывая. Выйдя из палаты, я направился в другие. Одну за другой я исцелял людей, тратя энергию в разных объёмах. Кстати, о ней: запас был огромным — как целое озеро глубиной в десятки метров. На лёгкие травмы уходили крохи, а на практически смертельные повреждения (от которых человек чудом выжил) — уже значительные порции. Всё шло хорошо... пока не начались осложнения. И довольно серьёзные. Физические травмы и увечья я устранял легко, но дальше оказалось сложнее. Проблемы с мозгом и всеми его вытекающими, особенно психические расстройства, моя сила игнорировала. Один мальчик, что находился в вегетативном состоянии, внешне восстановился, но так и не смог двигаться. Я задумался: почему сила не затронула главную проблему? Попробовал снова — ничего. Потом до меня дошло: вегетативное состояние — не физическое повреждение. Тут нужен иной подход, другая команда, которая учитывает не только тело, но и остальные аспекты. И я её нашёл. Правда, энергии требовалось намного больше, чем я ожидал. «Лечение» Эта команда была точнее, убирая неоднозначность. И она сработала — мальчик вышел из этого состояния, начав двигаться, озираясь в шоке и пробуя управлять руками. Смотреть на это было невероятно приятно, на душе стало легко и тепло. Хотелось бы поздравить того с выздоровлением, показать себя, но я отбросил эти мысли. Лучше пусть считают это чудом, ниспосланным высшими силами. Я продолжал лечить всех, до кого мог добраться, затем незаметно уходил и направлялся в следующую больницу, где повторял то же самое, после чего двигался дальше. Весь день ушёл на то, чтобы обойти все больницы Лондона — а их было около восьмидесяти четырёх. Приходилось перемещаться на максимальной скорости, окутывая тело зелёной аурой, чтобы не создавать ударную волну и облегчая свою массу. И, как я вскоре выяснил, бегал я... ну очень быстро. Слишком быстро. Около сотни махов в секунду! Из-за этого приходилось держать концентрацию на пределе, следя, чтобы случайно не разорвать кого-нибудь на части разорвать, или не превратить в кровавую лепёшку на своём пути. А теперь на улице стояла ночь. Я сидел высоко в небесах, наслаждаясь тишиной и покоем. Запас энергии изрядно поубавился — осталось меньше половины, отчего я чувствовал усталость. Не физическую, а именно энергетическую. Восстановить её без солнечного света я не мог, а лунный свет, увы, совсем не питал меня. Жаль. Но сейчас я не беспокоился — к чему тревоги, когда вокруг царили тишина и спокойствие? Хотя завтра, несомненно, по всей стране начнётся невероятный ажиотаж. Даже после пары больниц уже началось что-то да понимать что происходит. Щёлкнув пальцами, я создал из света красное яблоко. Откусил — и тут же скривился. Чёрт, кислятина! Яблоко исчезло, и выплюнутый кусок тоже. Щёлкнул снова — появилось такое же. На этот раз вкус оказался сладким, и я с удовольствием принялся жевать. Хех, теперь я могу спокойно создавать материальные предметы из света. Только они жрали пипец как много энергии, отчего приходилось не перебарщивать с этим. Но сейчас мои мысли были совсем о другом. Честно? Я часто задумывался о своей силе. Она работала совсем не так, как у большинства попаданцев из историй, которые я когда-то читал. Им приходилось месяцами тренироваться, чтобы выдавить из себя хоть что-то стоящее. А у меня... Просто скажи — и оно сделает. Даже без подробных объяснений, будто понимает, чего я хочу. Хотя иногда приходится уточнять запрос. Но сила никогда не сопротивляется, словно полностью подчинена моей воле. Хотя... Чую, что не всё так просто. Либо у неё есть сознание, либо она ведёт себя как высокоразвитая нейросеть. Иначе объяснить это я просто не могу. Доев яблоко, я уже собирался лечь спать, как вдруг почувствовал неладное. Тревожное предчувствие сжало грудь, заставив подняться с облака и устремить взгляд на север. Источник тревоги был далеко, но достаточно близко, чтобы ясно понять - там что-то происходит, и ничего хорошего. Вся моя сущность требовала немедленно лететь и устранить угрозу, пока не стало слишком поздно. Я не знал, что именно там творится, но оставаться в стороне и игнорировать это не собирался. В конце концов, я - самопровозглашённый защитник людей и этой земли. И никакая нечисть не смеет угрожать моему новому дому. Что бы это ни было, оно привлекло моё внимание. И явно не добрыми намерениями. Расправив крылья, я мощно взмахнул ими, набирая скорость. Снова ударная волна разметала облака над спящей столицей. Снова я разгоняюсь до сверхзвуковой скорости, несясь прямиком в сторону Шотландии. Очередное дело требует внимания Ангела!