Got attached

Грудная клетка вздымается и опускается чаще чем идут секунды и быстрее чем Ло успевает захватить воздуха. Воздуха на удивление свежего, не такого какой был здесь раньше. Не спертый из-за многовековой завесы над поместьем, а свежей. Когда в нос ударяет тот самый утренний запах росы на траве и тумана Лололошка немного расслабляется, заставляя себя начать дышать медленнее. Ему нужно успокоиться. Глаза поднимаются к небу. Всё такому же сумрачному, всё той же завесе что и тогда, и миллионы лет назад. Значит он в нужном отрезке времени. Значит, у него есть шанс. В районе грудной клетке начинает постепенно сильно тянуть и болеть. Ло предпочитает не обращать на это внимание, пока не доходит до ступений к заднему дворику поместья, где падает на колени и сжимает плотную чёрную ткань с каналами для передачи энергии искры по всему телу, который образовывали на костюме фиолетовые симетричные узоры. В груди начало что-то трещать. Лололошка хватается сильнее. Чувствует прилив чего то жгуче-кислого к горлу и хочет прижать руку к лицу, но вспоминает — она в крови. Он не успевает придумать что именно ему делать и его вырывает прямо на ступени большой порцией собственной крови. Главное не кричать, главное не издавать лишних звуков, которые могут привлечь заражённых и конченого мудака Тадмавриэля. Кажется, будто Лололошке вывернули лёгкие в обратную сторону. Он готов был кричать, но подавил звук в горле, который смешался с густой кровью, осевшей в горле. Послышался очередной треск из груди и вскоре Первый почувствовал очередную резкую боль. Сильнее предыдущей. Он снова сплюнул накопившуюся кровь и слюну во рту на ступени и дыхание участилось. Искра. Она восстанавливается. Возвращается. Лололошка был безмерно рад такому осознанию, но было тяжело радоваться этому постоянно, с учётом того что соединявшиеся в груди осколки царапали другие органы, кровь из которых попадала в горло, а оттуда её приходилось выкашливать. Ужасная боль, которую Лололошка должен перетерпеть, чтобы безопасно выбраться из Архея и добраться до Аллотеры. Ему обязательно нужно выбраться отсюда, но не одному. На этот раз он так просто не уйдёт И снова треск и на этот раз появился дикий гул и писк в ушах. Междумирец почувствовал как осколки соединяются воедино, создавая для себя некий «карман» в теле, между лёгкими. Ужасно больно. Крик снова подавили и из-за стиснутых зубов послышались хлюпающие звуки. И снова Лололошка сплюнул кровь и задышал ещё чаще чем до этого. Он никогда не думал что это будет настолько больно. Вдруг к горлу поступил кашель, из-за резкого глотка воздуха с густой слюной. Ло хотел подавить его, но тот вырывался сквозь открытый рот настолько быстро и неожиданно, что Лололошка сам опешил, пытаясь закрылся тыльной стороной ладони. Это не сильно помогло, но хотя бы заглушили кашель. Хотя одно было очевидно точно. Он привлёк чье-то внимание. И не каких либо заражённых или выживших — было бы слишком хорошо для него. Он услышал отчётливые, крепкие и властные шаги сапог, на каких обычно ходят эльфы, чтобы казаться ещё выше своего роста. Их он услышал далеко не сразу, лишь когда кашель перестал быть сильной проблемой и он смог его сдерживать и подавлять. Только тогда к нему пришло осознание что он попался. Послышался гортанный, низкий и хриплый смех, заставляющий мурашки пробежать по коже с такой силой, как будто они сейчас вырваться самостоятельно. В данное время Тадмавриэль не утратил своей силы, он всё ещё питает её от заражённых. Лололошка не знает точно, в это ли время план Сайриссы и остальных пришёл в действие и сколько здесь на самом деле заражённых. Но не прошло и больше года, это точно. А избавится от всех заражённых — сложно и мучительно долго. Шаги стали громче, когда Тадмавриэль уже подходил к Лололошке. А вскоре на его голову с силой надавили ногой, от чего тот согнулся пополам, поджав под себя руки и ударился лба об каменный пол. И снова этот мерзотный смех. — Ненавижу тебя. — Выругался Ло и сплюнул в сторону оставшуюся кровь, после чего его щекой прижали к полу сильнее — Эх Лололошка. А ведь ты казался мне умным парнем — Не обращая внимания на слова Первого ответил эльф и убрал ногу, но в ту же секунду как Ло поднял голову по ней прилетело массивным каблуком от сапога и Междумирец упал назад, шикнув и прижал ладонь к щеке. У него так скоро крови не останется вовсе. Он всё сплевывает. — Я ведь даже позволял тебе дружить с Эграсселем — О, вот это я прекрасно помню, как ты ему «позволял». — Шикнув, съязвил Ло и попытался подняться на ватным и еле держащих его ногах. — Ты его даже не любил. Использовал как лабораторную крысу! Из-за тебя мне пришлось его убить! Думаешь я тебе это прощу?! — Забавно, что ты думаешь, будто мне нужно твоё прощение — Рассмеялся Тадмавриэль и повернулся к Лололошке, смотря на него и щурясь — В любом случае тебе нужно смирится. Эграссель мёртв. И ты ничего не сможешь с этим сделать. Мёртвых не воскресишь! Лололошка поднял на него голову и прижимая руку к груди всё-таки поднялся и немного пошатнулся, стараясь удержать равновесие, но мелко потряхивая. Может быть Первая мать и сказала, что мёртвых к жизни не вернуть, да только знает ли она что он видел собственными глазами? Воскрешение, вот что он видел. Какая глупость. Сильнейшее существо говорит одно, а недотягивающий до её уровня Бог доказывает совершенно обратное. Иронично выходит. Из-за этого Лололошка начинает тихо посмеиваться, пытаясь сдержать волну истерического смеха в горле. Плечи подрагивают, а сам Лололошка набирает воздуха в щеки, пытаясь не засмеяться во всё горло. Знал бы Тадмавриэль что вселенной плевать хотелось на то, кто там чем занимается — не поверил бы. А он и так не поверит. — С чего ты ещё смеешь смеяться?! — Раздаётся резкий голос Тадмавриэля и Лололошка поднимает на него глаза из-под очков, покачивая головой — С твоей ограниченности в познаниях работы вселенной. — Отвечает так же резко с насмешкой Ло и ждёт очередного удара. И он наступает в ту же секунду, как Междумирец произносит это. Тот опять отшатывается и на этот раз встаёт более ровно. Боль в грудной клетке отступает и наконец он может вдохнуть полной грудью и поднять чёткий взгляд на Отца. Тот стоит в метре от него. В этот раз Ло не намерен ни выиграть, ни проиграть. Он намерен уйти с тем, кому он обещал найти выход. Лололошка отходит подальше и упирается колону. На лице в золотых искорках появляется маска и Междумирец готовиться атаковать. Эльф, на удивление, стоит в более вальяжной и расслебаленной позе, как будто на него и не собираются нападать вовсе. Это не будет бой на жизнь или смерть. Это будет бой чтобы удержать на расстоянии. Неожиданно Первый срывается с места и Тадмавриэль, расслабившись слишком сильно, не замечает как тот оказывается уже перед ним и в прыжке наносил удар по голове ногой. Эльф отшатывается и смотрит как противник опускается на земли слишком плавно и вальяжно. — Ха…! — Срывается с уст смешок и тот поднимает руки над головой — Научился левитировать? — В руках вспыхивает пурпурная сфера, которая делится на две, когда Тадмавриэль чуть разводит руки — Ну чтож, тогда и я покажу тебе кое что новенькое! Руками Эльф очерчивает круг вокруг себя и сферы разделяются на насколько маленьких, симетричн оставшихся вокруг. Расставив руки в стороны Тадмавриэль сжал руки в кулаки и сферы в миг стали заражёнными кристалами скинта. Махнув рукой Отец направил одну часть в сторону Лололошки, который спешно отпрыгнул назад от атаки, дабы не заразиться. Кристалы взрывались, заставляя землю под ногами содрогаться и оставлять после себя пурпурную пыль, которая явно была предназначенная для поражения изнутри. Отпрыгнув к лестнице Ло глянул через плечо на внутренний дворик. Перед очередной атакой Тадмавриэля он успел заметить лежащего на сухой траве Эграсселя. Тот лежал на боку, как будто просто спал. И Лололошка хотел бы понадеяться что это так, но вспомниая содеяное он кряхтит и обарачивается вперёд. Он даже и не заметил появившегося перед лицом Тадмавриэля, выставшившего руку, собираясь схватить Лололошку за голову. Тот на секунду опешил и рефлекторно схватил руку эльфа в районе плеча, выворачивая её и вырывая из того крик и рык. Держа Отца за руку Лололошка сам заносит руку и ударяет того по лицу, заставляя эльфа отшатнулся в сторону. Он всё ещё держит его за локоть и не даёт времени на отдышку, тут же бьёт ногой в бок, заставляя Эльфа согнуться и хватает его и вторую руку, оттягивая их назад. Ему плевать, как он изменит ход событий. Ему плевать совершенно. Из-за этого существа погиб его мир. Из-за этого существа Лололошка поссорился с остальными Первыми. Из-за этого существа Эграсселя страдал многие годы. И из-за этого мерзкого, блядского конченого ублюдка Лололошке пришлось убить лучшего друга! Каждый раз когда подобная мысль проносится в его голове Лололошка бьёт. Бьёт вырывающегося Тадмавриэля по спине, заствляя его согнуться еще сильнее, затем бьёт его ногой по голове, заствляя упасть на бок. Поворачивает его за ворот одеяния и садиться ему на грудь, сдавливая рёбра и руки коленями. Он в ярости замахивается на Тадмавриэля и бьет-бьет-бьет до тех пор пока не замечает на своих руках его кровь, а под его головой — целая лужа этой мерзкой жидкости. Именно мерзкой, потому что Лололошка поднимается с тела Отца и смотрит как кровь смешивается с пурпурными искорками заражения и как те постепенно в этой луже крови исчезают. Возможно Лололошка даже излишне истерзал его тело, но сейчас он считает это даже малой частью от того, что он хотел бы с ним сделать. Он подходит наконец к лестнице, обходя собственную лужу крови, и спускается вниз. Лестница довольно длинная, но это не удивительно — поместье довольно высоко располагается и Лололошка даже удивился что при высвобождении Тадмавриэля Эграссу не сбросило с горы вовсе. Пока он идёт — вспоминает всё что может. Каждый мир, каждого его жителя, каждое дежавю, каждую революцию, каждый свой выбор и понимает что всё было начертано задолго до этого момента. Когда Лололошка ещё что-то помнил. Когда он понимал, что рано или поздно загремит в тюрьму Времени за свои преступления. Когда разработал план по которому этого не случилось. План, в котором Смотрящий решил довериться ему, дать шанс, хотя наверняка знал все выходящие исходы заранее. Ло потом отблагодарит старину Время за доверие и нескончаемое терпение. Но это будет потом. Он наконец подходит к Эграсселю, который лежит к нему спиной. Он не дышит, на что Лололошка сейчас надеется? На то, что не придётся снова унижаться перед Джодахом в просьбе помочь? Может он и его друг, но всё такой же болван, каким Ло считал его в Междумирье. В любом случае придётся разговаривать об этом с Ангелом Смерти и явно не одну минуту и может даже не одну неделю. Лололошка надеется что накапает ему на мозги и с вероятностью в 50% Джодах даст свою добро и попросит о помощи Кнефмтити, потому что сам Ло этого делать не собирается. Только если в тех 50% категорического отказа Джодаха он пойдет и сам будет просить её помощи. Сейчас же, стоя над телом эльфа, Лололошка смотрит на свои руки в перчатках. На них — кровь. Он сжимает руки в кулак и стискивает зубы, поднимая Эграсселя с голой и холодной земли, прижимая пока ещё безжизненное тело к своей груди. К горлу моментально поступает ком и Ло кривит губы в попытке не разрыдаться прямо тут. Он склоняет голову к лицу Эграссы и прижимается лбом к его лбу. Всего на секунду, ведь на большее его сейчас и не хватит. Он измотан, измучен вечными драками, восстановлением воспоминаний, эмоциями которые он испытывает при этом, мыслями о том что будет дальше и прочим, что он решил отбросить подальше хотя бы на время выхода из Архея. Он проходит вперёд и смотрит на пространство между двух деревьев. Пальцами руки, которая держит Эграсселя за плечи, он начинает чертить круг в воздухе, пока из руки выходит пустототная магия. Перед ним же появляется портал. Массивный и на который затратили большое колличество энергии. За ним — темнота. Ло возвращает руку на плечи Эграсселя и стискивает их пальцами. На лице снова появляется маска и Междумирец идёт прямиком в бескрайнюю пустоту. Слышит сзади рык Тадмавриэля, который уже очнулся. Ему плевать, он продолжает идти, медленно, специально дразня его, зная что тот смотрит, но ничего сделать не может. На последок оборачивается и произносит низким голосом из-под маски, не похожим на свой собственный, а на тот, что отчеканился в памяти: — В следующий раз когда я окажусь здесь — ты должен быть уже мёртв. Иначе тебя ждут такие же муки, какие ты испытывал на Эграссе. — Разворачивается обратно вперёд и заходит в портал, после чего тот закрывается, оставляя за собой все пережитые за сегодня ужасы.

***

Он не знает сколько он падает, не знает сколько уже прижимает тело Эграсселя к себе, напрягая всё тело и готовясь к очень жёсткой посадке. Он уже летит слишком долго, но вскоре внизу появляется слабо заметная точка света, которая очень быстро приближается. Точнее, он к ней падает. Когда белый портал оказался совсем близко, Ло понял что это был не просто портал, а глаз. Смотрящего, кого же ещё? Он зажмурился и сильнее прижал к себе Эграсселя, падая вниз и быстро ударяясь боком о твёрдых деревянный пол и прокатываясь несколько метров с припрыжку, пока не ударяется головой о стену, разворачиваясь и простанывая тихое «Блядь». Когда звон в ушах проходит и он наконец открывает глаза, то видит перед собой знакомые розовые глаза, белые волосы, лицо с острыми очертаниями и несколько перьев за ушами. Джодах стоит над ним нахмурившись, а Ло ничего не говорит. Только понимает, что тот не видит его лица под маской, а значит и не знает кто под ней. Он не собирается приподниматься или вообще показывать признаков того что очнулся, пока маску не поддевают у подбородка и не срывают через верх, скидывая ещё и капюшон с головы. На момент всё стихает. Маска падает на пол через мгновение, рядом с головой Лололошки, а сам он в наглую осматривает лицо Ангела Смерти и честно — он даже рад что именно он первым увидел виновника сея торжества, которое устроил как преступник вселенского масштаба. Джодах так яростно и долго пытался его поймать, а на деле он всегда был под крылом. — Лололошка… — Протягивает Джодах и глаза на его дергаются, немного сощуриваясь от осознания происходящего — Ты… — Видел бы ты сейчас своё лицо — Усмехается названный и продолжает смотреть на стоящего над ним в шоке Ави — Боги… — Он прикладывает руку ко лбу, ударяя себя и садиться на носочки над Лололошкой, складывая крылья за спиной — Как… Так то.? — Долгая история… — Отвечает Лололошка — Я сам… Не знаю как до этого додумался… Джодах осматривает его и замечает бездыханное тело эльфы, в его руках. Над головой появляется фиолетовый глаз, осматривающий сразу обоих Первых и Джодах рвано выдыхает, смотря куда то в сторону и наверх. Видимо, кто-то ещё стоит рядом, кого Лололошка не заметил. Да и замечать не хочет. — Райя, подготовь две палаты… — Сказал Джодах — Одну… — Выдыхает Ло — Одну палату. Я его не оставлю. — Джодах видит как хватка рук Междумирца становиться ещё сильнее, а затем раздаётся голос Джона: — Пернатик, сделай как говорят — Джон подходит к нему и кладёт руку ему на плечо, садясь над Лололошкой и склоняя своё лицо к его лицу — У тебя есть план к вот этому? — Он кивает на Эграсселя — Да… Даже несколько. — Сказал Лололошка, воспоминая всевозможные способы по воскрешению, какие когда то проверял и вычитывал в разных мирах. — Ну вот и славно. Тогда одну. Две койки рядом поставь просто — Сказал Джон — Но… Он же… — Раздался ещё и голос Окетры, которая явно не понимала зачем вообще мёртвому койка — Сказали же, есть планы. — Отрезал Джон — Окетра, может ты забыла, но в Мисре существует «Богиня», способная воскрешать мёртвых. Стыдно забывать свою культуру, стыдно! В конце концов Лололошку подняли и увели в подготовленную палату. Эграсселя тот доверил только Джодаху — он самый массивный и сильный физически, не считая самого Междумирца, из всей этой компании, так что донести его способен в целости. Оставалось только осуществить задуманное. Если не получится одно — Ло будет пробовать другое.

***

Свет из окна падал на лицо, согревая лучами солнца. Как давно Лололошка его не ощущал. Наверное с момента попадания в свою реальность и вот до этого момента. Как же всё-таки приятно наконец ощутить такое тёплое прикосновение природы к себе. На кухне как обычно по вечерам свет не горел — её освещало солнце на закате. Пожеланием Лололошки, которое тот озвучил позже Райе, было найти ему небольшой одноэтажный домик где-нибудь в районе его старой деревеньки. Конечно Ло дополнительно получил и доступ к своему счету, который остался ещё со времён системы Империи, и там накопилось очень не мало материального блага. Когда домик был найден Лололошка принялся за его обустройство. В этом ему помогал Джон, с учётом того что до пробуждения Эграсселя в одиночку Лололошка всё-таки не справился бы. " — Тебе не обязательно это делать, если ты не хочешь — Сказал Лололошка, оборачиваясь на Джона, который тащил ящики на кухню. — А кто говорил что я не хочу? — Задал встречный вопрос Джон" После такого содержательного диалога тема была закрыта и следующие 3 недели эти двое обустраивали дом. Отопление, электричество и прочее уже было встроено. Не было там той же самой плиты, розеток, о чем конечно позаботился Джон, а Ло в это время занимался полом, стенами, потолком и дизайном комнат. Деревянный паркет, белый потолок, стены отделанные декоративной штукатуркой светлых тонов и кое-где обои, например в спальне и на чердаке. Далее по мелочи шла мебель. Диван, например, они с Джоном в дом затащить не смогли, как бы не вертелись — пришлось вспоминать заклинание перемещения предметов. Кресла уже зашли легче, хоть и пришлось с ними повозиться. А всё почему? Потому что пернатая задница, которая всё это приволокла, решила что будет замечательной шуткой собрать им мебель почти без возможности её занести. Нет, это правда облегчило им работу, но явно не намного. Харрис потом дал ему по голове, на что Лололошка с удовольствием посмотрел и посмеялся. Через время в доме оказались стелажи, полки, кровать, шкафы и так далее. Теперь дом был полностью обжит. Но чего то не хватало. Именно Лололошке чего то не хватало в этом доме. Кого-то. Он не мог дождаться когда Эграссель проснётся, выйдет из своей комы. Не мог дождаться приношения тому извинений за причиненную боль и свой идиотизм. Не мог дождаться когда его показатели будут полностью в норме и не мог дождаться когда же всё расскажет ему, приведя домой. Не мог дождаться, но сделал это. Поэтому сейчас, сидя на кухне рядом с окном Лололошка ощущает на своей макушке чужой нос и губы на которых мелькает еле заметная улыбка, а на груди мирно покоятся чужие руки. Попивая чай Междумирец кладёт себе в рот конфету из коробки и достаёт следующую, протягивая руку вверх к эльфу. Тот протягивает голову к руке и забирает конфету ртом, проглатывая и расслабленно выдыхая, укладывая голову обратно на макушку сидящего между его ног Лололошки. — До сих пор не могу поверить… — Эграсса прижимает любимого к своей груди и тот пододвигается, чтобы было удобно сидеть. Он немного ерзает и кладёт голову назад с на плечо эльфа, поворачивая лицо к шее и целуя туда, вызывая лёгкий смешок и табун мурашек по его телу. Утыкается носом в изгиб шеи и кладёт свободную руку на руку Эграсселя, сжимая её и приподнимая вверх, глядя как на безымянном пальце красуется кольцо из скинта с множеством граней. Оно очень тонкое, но крепкое — Лололошка проверял. Он потирает кольцо на чужой руке, пока сам смотрит на немного смущенного эльфа. — А ты поверь — Отвечает ему Лололошка — Благодаря мне здесь нет таких глупых запретов — Не упустил шансу похвалится, какую работу он сделал и к какому результату она привела — И всё-таки, Ло, это было лишнее… — Эграсса отвел глаза к окну, явно смущённый воспоминая сам момент предложения Искры и Сердца. — Правда… — Я не считаю это лишним — Он положил руку эльфа обратно покоиться на его груди и протянул свою руку к его лицу, поворачивая к себе — Я хочу видеть тебя как своего мужа. Я люблю тебя и доверяю тебе больше любого другого существа на этом свете. — Даже больше чем себе? — Усмехается Эграссель, имея в виду Джона и опускает щеку в ладонь Лололошки — Даже больше чем себе в любом смысле — Без утайки отвечает Ло и заставляет Эграсселя наклонить голову чуть сильнее и коротко целует его в губы