1724

Я ненавижу вспоминать то время. Время, когда мы были еще молоды. Тебе было всего 17, а мне уже 24. Мы познакомились на собрании стран, несмотря на твою юность, ты уже начал руководить своей страной. В 17 лет ты решился убить своего же отца. Наверняка это было трудным для тебя решением. Я же взошел на свой престол в одиннадцатом году своей жизни. На этом настояли Шотландия и Англия, что являлись для меня опекунами, пока я был ребенком. Я могу понять, насколько трудно руководить страной, не являясь сформированной личностью, у которой помимо правления были совсем иные проблемы.  На том собрании мы много говорили. После собрания мы пошли на прогулку.. После того дня для нас эти прогулки стали основным ритуалом. Я слушал тебя, ты рассказывал много о себе, о планах на далекое будущее, о своих друзьях странах, о твоих переживаниях. В один момент я осознал, что знаю о тебе практически все, но я все еще оставался для тебя незнакомцем. Так считал я. Ты считал иначе. Спустя полгода ты решил признаться мне в своих чувствах ко мне. Я не знал как поступить с тобой, но все же согласился, хоть и понимал, что ни к чему хорошему это не приведет. Ты повел меня в Риджентс-парк, где мы впервые поцеловались. Было уже темно, холодно. Я не могу скрыть тот факт, что мне одно время нравилось происходящее. Я наслаждался каждой проведенной минутой с тобой.. твои блондинистые волосы и голубые глаза околдовали меня.  Жаль, это продолжалось не долго. Как и ожидалось: эти отношения быстро перегорели. Мы не выносили друг друга. Неопытность и разница в возрасте. Чего ты ожидал? Да, нас влекло друг другу, но одновременно с этим мы хотели отдаляться друг от друга на максимальное расстояние. «Люблю тебя ненавидеть, ненавижу ссориться». Так мы оба считали, верно? Тем не менее, мы оставались в таких отношениях на протяжении года. Затем после нашей последней ссоры мы просто замолчали. Замолчали навсегда. Мне не было больно, но осадок оставался со мной еще долго. Все же, я не создан для отношений. Хоть я и любил тебя, я не мог это показывать, я не мог принять свои же чувства. Возможно, будь я другим, был бы и другой исход. Может наши отношения продержались бы чуть дольше, а может быть их и вовсе не было бы.  В то время я будто наблюдал за нами со стороны. Как в театре теней. Это было похоже на танец, где одна тень совершенно не умела танцевать, а другая наоборот, затмевала первого. Но второй тенью был я. Я знаю, что делал тебе больно. Я знаю, что стоило давать тебе поблажки, но я не хотел. Я был выше этого. «Тебе всего 17, я старше, я знаю как лучше». Признаю, мой почерк.  Что же происходит сейчас? Мы оба уже взрослые. Ты давно уже не правишь. Я изредка вижу тебя на улице. Наверное, ты уже и не помнишь всего, что было. В то время как я помню абсолютно всё, что с нами происходило.  С дня нашего расставания мы не сказали друг другу ни единого слова. Мы игнорируем существование нас двоих, считая это правильным. Я не хочу снова поддаваться твоим голубым глазам. Ты не хочешь видеть в моих глазах прошлое.  Я веду свой внутренний диалог, сидя в Риджентс-парке, будто ты сейчас сидишь рядом со мной. Снег падает на мои кудрявые локоны и теплый шарф. Вспоминаю о тебе лишь зимой. Снежной, но теплой зимой. Очень похоже на тебя, скажи?