Давняя мечта

По комнате раздавался принуждённый стук карандаша по бумаге. Таф смотрел на свои художества, которые что-то ему напоминали. Связанный Дусеккар над которым стоит убийца. Странно для такого человека как он, но это было вполне нормально. Художество требует жертв. Немой не был художником, но рисовал правда очень хорошо. Чаще всего вдохновением для его рисунков стал Дусеккар, его любимый. Именно он занимал больше половины рисунков в блокноте Тафа. Спустя пару минут, подрывника будто что-то осенило, и взяв ластик, он быстро стёр убийцу. Пожалел Дусеккара на рисунке? Что-то другое. Но спустя какое-то время всё стало понятно. На месте убийцы появился Таф, с плетью. У немого конечно богатая фантазия, он так точно про себя думал. Без капельки сомнений, он прижал блокнот к себе и пошёл в комнату к Дусеккару. Долго идти не пришлось, пару секунд и он уже перед комнатой любимого. Перед стуком, Таф убедился, что ещё не поздний вечер и он успеет сделать всё, что хочет. Собравшись, раздался стук, уже в дверь. Сразу после этого тыква открыл преграду между ними, выйдя к Тафу и улыбнувшись: "Добрый вечер, Таф. Есть какое-то дело ко мне?" Таф покивал и сунул в руки Мэтта блокнот. Лицо Дусеккара вместо улыбки приняло удивление, отчего он не мог произнести ничего. Но успокоившись, тыква вздохнул и покраснел: "Таф... Ты уверен?" На это предложение он получил пару кивков. Дусеккару ничего не оставалось. "Заходи..." Услышав это слово, подрывник весело поскакал в комнату и, закрыв за собой дверь, приблизился к Дусеккару. Его губы нежно дотронулись до носа тыквы и, одаривая того поцелуем, через две секунды отдалились. "А для твоего «плана» кроме желания есть что-то? Верёвки, плётка?" Желание Тафа было настолько сильным, что об этом всём он забыл и, думая что уже ничего не получится, тихо всхлипнул. На плаксивый жест подрывник получил поглаживание по голове. "Не волнуйся. У меня это всё есть". Таф обрадовался, ему было всё равно откуда. Дусеккар уже хотел пойти взять верёвку, но Таф остановил его и показал, что он как заботливый парень сам всё принесёт, немой же всё таки его пороть будет. Дусеккар умилился, видя как он пытается найти хотя бы что-то из нужного. Тыква решил дать подсказку: "На верхней полке..." Сделав вид, что подсказки он не услышал, Таф нашёл долгожданную верёвку, а за ней и плеть. Взяв первый предмет, подрывник отважно спрыгнул со стула и подошёл к Дусеккару сзади. Тот послушно убрал руки за спину, и их начала окутывать верёвка. Минута и бо́льшая часть работы сделана! Пришло время для возвращения за вторым предметом. Взяв плётку в руку, Таф подошёл к Дусеккару, который беспомощно сидел на кровати, уткнувшись в стену и ждав первого. Черныш не стал долго мучать любимого. Он развернул тыкву от стены и, завлекая в поцелуй, спускал его штаны. Готово! Наконец-то Таф удовлетворит свою давнюю мечту и возможно мечту Дусеккара! Так или иначе... Подрывник прижал Мэтта в подушку, поглаживая его спину, на что тот тяжело вздыхал. Внезапно плеть очутилась в руке Тафа и тот легонько провёлся ею по ягодицам любимого, сделав через пару секунд легкий удар. Дусеккар вздрогнул, хорошая реакция. Таф нанёс ещё два удара, на что получил недовольное шипение. Подрывник погладил тыкву по голове и, успокаивая, даёт понять что он может остановиться когда он захочет. "Продолжи, прошу". Тафу продолжать было только в радость. Каждые три последующих удара Таф наклонялся и проверял самочувствие любимого, на что получал «угу, не волнуйся, продолжай». Задница Дусеккара уже болела, а красные полосы от плети так и выделялись на ней. Подрывник уже собирался наносить ещё один удар, но услышал скулёж. "Стой, стой... Я не смогу больше". Таф послушно остановился, развязывая верёвку, а затем вжимаясь в шею Мэтта. Дусеккар перевернулся к немому, одаривая того поцелуем, нежным, как сам он. "Я тут подумал... Рисуй чаще свои фантазии. Мне понравилось".