Аромат Востока

Нежные, по-юношески неуверенные губы, обожжённые пряным, восточным чаем, коснулись его щеки мимолётным, почти невесомым прикосновением. На сухой коже, остался влажный, пылающий отпечаток, словно метка. Едва совершив это, парень, словно испугавшись собственной смелости, пулей метнулся через улицу к своему родному ресторану, будто совершил не робкий поцелуй, а самую отчаянную пакость. Серые глаза Грида, наконец-то не скрытые за тёмными стёклами его привычной брони, с невероятным интересом провожали убегающую фигурку. По его лицу поползла медленная, непроизвольная ухмылка. Она растягивала губы, обнажая ряд острых, почти хищных зубов, и на мгновение делала его похожим на довольного кота, наблюдающего за резвой мышкой. - Вот же чёрт... - его низкий голос прозвучал хрипло и приглушённо, больше для самого себя. Мужчина развернулся и тяжёлой, с жилками ладонью провёл по своему лицу, а затем прижал её к шее, как бы пытаясь унять странный жар, разливавшийся под кожей. Он никогда не чувствовал подобного — этой взрывной смеси невинной нежности и наглой дерзости. Этот юный официант с тёмно-серыми глазами одним легкомысленным порывом взорвал его выстроенный, одинокий мир и, сам того не ведая, уже нащупал тропинку к самому жадному и недоступному сердцу. *** Утро выдалось нервным и сумбурным. Сборы по просторной, но арестократично обставленной квартире напоминали неорганизованный хаос. Хоть Грид и был владельцем и мог появляться на работе когда угодно, для самого себя он установил железное правило: любая работа, даже для начальства, должна начинаться ровно в девять. Поэтому обычно он вставал в шесть, принимал ледяной бодрящий душ, завтракал в тишине под любопытный писк двух ручных крыс, и, одевшись с безупречной скоростью, уезжал. Сегодня всё пошло наперекосяк. Он долго и бестолково перебирал гардероб, в итоге остановившись на простой чёрной футболке и тёмно-серых джинсах. Потом потратил уйму времени, пытаясь поймать двух резвых любимиц — Сырок и Маслице, — решивших, что утро идеально подходит для игры в «догонялки» с хозяином. Стоя под струями душа, он так и вовсе ушёл в себя, рассеянно глядя на капли, разбивающиеся о кафель. А после, как закономерный финал, — он попал в пробку и еле успел к собственному дедлайну. Мужчина вошёл в свой ресторан ровно в девять, едва переведя дух. Пунктуальность была тем фундаментом, который он ценил в своих работниках превыше всего. Под мышкой он зажал небольшую, стильную переноску, из которой доносилось довольное шуршание. - Доброе утро, Ваше Величество. - Кимбли, сиявший как полированный бронзовый самовар, с интересом посмотрел на Грида и знаменитую переноску, появлявшуюся лишь в особые дни. - Сегодня вы почтили нас присутствием своих отпрысков? Я невероятно рад. - Доброе утро, Джестер¹. - парировал Грид, водружая переноску на барную стойку из полированного тёмного дуба. Его взгляд скользнул за спину администратора, где в тени стоял высокий мужчина в чёрной рубашке, на его смуглой руке небрежно висела тёмно-синяя, лёгкая куртка. Светлые волосы мужчины были собраны в невысокий хвост, а глаза, как и у Грида, скрывали тёмные очки. - А тебя сегодня проводил твой... муж? - Не, он пока только жених. - с наигранной обидой в голосе ответил Кимбли, но сияющие глаза выдавали его истинное настроение. Он ловко достал из внутреннего кармана безупречно белого пиджака плотный конверт цвета слоновой кости. - Мы решили официально пригласить тебя на нашу свадьбу, о великий создатель сего царства тьмы и стейков. Грид принял приглашение, длинными пальцами вскрыв конверт с изящной монограммой «К&М». Внутри лежала стилизованная под старинный свиток карточка. - Вы уже определились с рестораном для банкета? - спросил Грид, пробегая глазами по тексту. - Пока нет, но в первую очередь думали о твоём. - включился в разговор Майлз, его голос был спокоен и глубок. - Цены и качество тут вне конкуренции. Но мы планируем выездную церемонию, за городом. Там уже забронировали помещение на нужную дату. - О! - лицо Грида озарила искренняя, широкая улыбка. - Я польщён. Но что насчёт твоей части семьи, Майлз? Если я правильно помню, твой дедушка - ярый приверженец традиционной кухни Ишвара и смотрит на мои бифштексы как на варварство. - Я поговорил с ним. - улыбнулся в ответ Майлз, и его скуловая кость тронулась едва заметной улыбкой. - Он заявил, что ради такого случая готов совершить грех чревоугодия. Ему, на удивление, очень понравилось мясо в прошлый раз. - Кимбли, ты сам всем займёшься? - Грид вернул приглашение в конверт и аккуратно убрал его во внутренний карман своей кожаной куртки. - Документы на бронь, составление меню, подбор вин? Он не мог скрыть счастливого, почти отцовского возбуждения. Быть выбранным для такого важного события — это была не просто бизнес-удача, это знак глубочайшего доверия. - Конечно. - администратор выпрямился, его поза стала почти военной. - Мы всё обсудим дома и предоставим тебе готовый пакет документов на утверждение. - Замечательно. Огромное спасибо за приглашение. Я буду непременно! - Грид кивнул, его взгляд скользнул между двумя мужчинами, и он снова почувствовал тот самый тёплый комок в груди. Он взял переноску, пожал протянутую руку Майлза — крепкое, сухое рукопожатие — и направился к своему кабинету. Войдя внутрь, он открыл дверцу переноски. Две юркие, блестящие твари с розовыми хвостиками тут же выскочили наружу и, весело попискивая, ринулись исследовать знакомые, но вечно манящие запахами углы, начиная свою ежедневную игру в покорение мира. День тянулся своей размеренной, деловой поступью. Работа поглощала его целиком: монотонное заполнение отчётов, звонки поставщикам, сверка счетов. Даже игры с крысками стали частью этого ритуала — Сырок и Маслице, словно два упитанных теневых советника, сопровождали его, деловито шурша в бумагах или устраивая внезапный переполох в канцелярских принадлежностях. И вот, в один из таких моментов затишья, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая кабинет в густые медные тона, его накрыло. Мысль ударила с такой внезапной и оглушительной силой, что Грид замер, сжимая в пальцах дорогую ручку. Приглашение. Он же пригласил того самого, прекрасного официанта к себе. Не в качестве гостя ресторана, а сюда, в свою святая святых. - Он же придёт? - его голос, привыкший отдавать приказы, прозвучал непривычно тихо и неуверенно, словно вопрос, брошенный в пустоту. Ответом ему стало лишь блаженное посапывание. Маслице, растекшаяся на столе оладушком, издала во сне довольный писк. Грид машинально протянул руку и погрузил пальцы в её тёплую, бархатистую шёрстку, ощущая под ладонью спокойное биение крохотного сердца. Сырок, дремавший на его плече, в ответ на движение лениво потянулся и слабо попискивал, уткнувшись холодным носом в шею хозяина. - Вы правы. - Грид выдохнул, и его губы сами собой растянулись в улыбке. - Он точно придёт. Надо подготовиться, вдруг сегодня? Он откинулся на спинку кресла, закрыл глаза, и по его телу медленно, словно лава, разлилась волна жаркого, щекочущего предвкушения. Он представил, как Линг переступит порог этого кабинета, как его тёмно-серые глаза с любопытством осмотрят каждую деталь, как на его губах появится та самая смущённая, открытая улыбка. Что он скажет? Что приготовить? Стейк, чтобы поразить? Или что-то лёгкое, чтобы не отпугнуть? А если он вообще не придёт? А если передумает? - Да твою ж мать! - Грид с силой провёл рукой по лицу, сметая навязчивые мысли, и резко поднялся с кресла, заставив Сырка недовольно вспорхнуть с его плеча. Теперь его съедало, глодало изнутри целое стадо противоречивых чувств. Нервы, сомнения, и всё затмевающее, навязчивое желание — увидеть, услышать, прикоснуться. Этот нахальный, нежный официант с лицом ангела одним махом всколыхнул в его душе то, что Грид давно и тщательно хоронил под слоями цинизма и контроля. И с этим приходилось что-то делать. По неумолимому закону жанра и подлой иронии судьбы, ровно через час, когда нервы Грида были натянуты сильнее, чем струны контрабаса. Три отрывистых, чётких удара — визитная карточка Кимбли. Прежде чем Грид успел ответить, дверь приоткрылась. - Грид, тут к тебе... визит. - администратор выдержал театральную паузу, с наслаждением наблюдая за внезапно напрягшейся спиной босса. - Сказали, что ты лично приглашал. Владелец «Гнезда Дьявола» с рефлекторной скоростью, достойной лучших фехтовальщиков, швырнул недокуренную сигарету в открытое окно, захлопнул его и одним движением смахнул дым с воздуха. Его ладони нервно провели по непослушным чёрным волосам, пытаясь придать им хоть намёк на порядок, а на его лице расцвела неуверенная, почти заискивающая улыбка, столь несвойственная его обычной хищной ухмылке. Даже Сырок с Маслицем, заметили изменение в атмосфере, синхронно поднялись на задние лапки на краю массивного стола, их розовые носики трепетно вылавливая новый, незнакомый запах из-за двери. По этим лихорадочным, почти паническим приготовлениям Кимбли всё мгновенно стало кристально ясно. На его губах заиграла едва заметная, но безмерно довольная улыбка. Он распахнул дверь шире, пропуская в логово своего босса молодого официанта из соседнего ресторана. - Не утомляй шефа, солнышко. - с напускной суровостью бросил он Лингу, прежде чем плотно закрыть дверь, намертво изолировав «сладкую парочку». Линг переступил порог с почти благоговейной осторожностью, его тёмно-серые глаза широко распахнулись, с любопытством поглощая каждую деталь. Дорогой, дышащий мощью кабинет: стол из тёмного, почти чёрного полированного дерева, пахнущий воском и стариной; потрёпанный, но роскошный кожаный диван, на котором Грид недавно изнывал от скуки; тяжёлые стеллажи, ломящиеся от книг с рецептами и историй о великих шефах. На стенах в строгих рамах висели грамоты и сертификаты, свидетельствующие о многолетнем триумфе, а в центре, в отдельной массивной раме, сияла как драгоценность — Золотая Звезда Мишлен. Тот самый трофей, завоеванный год назад ценой крови и пота, отпразднованный с размахом, после которого Грид сбежал в трёхмесячный отпуск, чтобы прийти в себя. - Здравствуй, я ждал тебя. - голос Грида прозвучал чуть хрипло и торопливо, вырываясь против его воли. Он сделал шаг вперёд, спотыкаясь о собственные ноги. - Не желаешь вина? Или, может, сразу перейдём на кухню? Я не против приготовить с тобой что-нибудь... вместе. Он осёкся, поняв, что говорит слитно и слишком быстро, и глубоко вдохнул, пытаясь вернуть себе хоть тень самообладания. - «Блять, я веду себя как сопливый подросток на первом свидании. Этот парень мне просто нравится, ничего более. Возьми себя в руки, дебила кусок!» - пронеслось в голове владельца «Гнезда Дьявола», пока Линг, окончательно смущённый, рассматривал интерьер, стараясь не поднимать взгляд выше ворота футболки Грида. - Я не против приготовить вместе. - Линг наконец-то поднял взгляд, и их глаза встретились. Серые, как остывший пепел, глаза Грида, обычно скрытые за стеклом, теперь были полностью обнажены и смотрели на него с такой нежностью и неподдельным интересом, что у парня перехватило дыхание. Мелькнувшая между ними искра была настолько яркой и очевидной, что, казалось, накалила воздух. Неловкость сгустилась до предела, став почти осязаемой, и оба, словно сговорившись, одновременно отвели взгляд, не в силах выдержать это напряжение. Но Грид, привыкший владеть ситуацией, взял себя в руки первым. - Идём за мной на кухню. - его голос прозвучал уже более уверенно, хотя внутренняя дрожь никуда не делась. Он поспешил к выходу, но на пороге замер, с непривычной для него галантностью придержав тяжёлую дубовую дверь для Линга. Парень, проходя мимо, успел заметить двух упитанных крысок на краю стола, которые, вытянув свои розовые носики, старались уловить его запах. Это зрелище было одновременно нелепым и умилительным, заставив его сдержать улыбку. Спустившись по лестнице, они попали в настоящее сердце ресторана — огромную, шумную и душную кухню. Воздух здесь был густым и насыщенным, пахнущим жареным мясом, дымом и специями. Команда поваров, подобная отлаженному механизму, двигалась в чётком, почти боевом ритме. Многие из них когда-то пришли сюда без дипломов, и Грид своими руками выковал из них мастеров. Неумолимая жара исходила не только от плит, но и от центрального элемента — огромного мангала с открытым огнём, где плясали языки пламени, обугливая края стейков. Этот мангал был не просто оборудованием, а душой «Гнезда Дьявола». - Босс, это новенький? - окликнул их молодой парень с дуршлагом в руках, проносясь мимо. - Нет. - Грид положил руку на плечо Линга, и тот едва заметно вздрогнул от прикосновения. - Это официант из соседнего ресторана. Я пригласил его по личным причинам. После этих слов кухня замерла. На пару секунд воцарилась неестественная тишина, нарушаемая лишь шипением мяса на раскалённой сковороде. Десятки любопытных взглядов уставились на Грида и его спутника. Владелец лишь привычно ухмыльнулся, развёл руками в театральном жесте, и механизм снова пришёл в движение, хотя украдкой на них поглядывали ещё долго. Оба, как того требовала строгая гигиена, тщательно вымыли руки по локоть в глубокой раковине, смывая с себя пыль кабинета и городской суеты, прежде чем приступить к таинству готовки. - Такс. - Грид упёрся руками в столешницу их отдельного столика, отвоёванного у общего хаоса. - Сейчас мы будем готовить филе-миньон. Мы специализируемся на классике, приготовленной на огне, но я обожаю эксперименты. Приготовим его с небольшой восточной замашкой. Какие будут предложения, шеф? Похоже, здесь, в своём стихии, мужчина полностью расслабился, и вместе с ним исчезло и напряжение, витавшее между ними. Линг тоже оживился, его глаза загорелись. - Я думаю, можно сделать маринад. - он приободрился, жестикулируя. - По сути, мы оставляем классику с виду идеальный кусок мяса. Но вкус... вкус будет совершенно новым. Маринад имбирно-соевый, с капелькой мёда для карамелизации. А подача с тончайшими перьями зелёного лука и обжаренными семенами кунжута. - Отлично! Тогда пробуем! - азарт вспыхнул в глазах Грида. - Дорчет! Его крик прорвался сквозь грохот кастрюль и шипение масла. Тот самый парень с дуршлагом, что спрашивал про «новенького», вздрогнул, словно его ударили током, и обернулся. - Есть два миньона? - прокричал Грид. - Все в холодильнике, Босс! У меня заказ, поделиться не могу! - парировал повар. Грид с драматичным вздохом закатил глаза и направился к массивному холодильнику. По пути он легонько, но метко дал подзатыльник другому молодому поваришке, который солил мясо прямо над раскалённой плитой. - Солишь позже, щенок! Сок весь выйдет! - прорычал он, но в его голосе не было злобы, лишь привычная требовательность наставника. Линг, следуя за ним как тень, ловко придержал тяжёлую стальную дверь холодильной камеры, пока Грид с почтительным благоговением извлёк два идеальных, рубиново-красных куска филе-миньона с утренней поставки. Вернувшись к своему островку спокойствия, они погрузились в совместное колдовство. Мясо, постепенно согреваясь до комнатной температуры, лежало на доске, словно ожидая своего преображения, в то время как их руки уже создавали для него магический эликсир — тот самый, имбирно-соевый маринад, который должен был связать воедино два таких разных мира. Через час с лишним, когда маринад полностью впитался в нежное мясо, Грид с авторитетным кивком вежливо, но твёрдо потеснил одного из поваров у огромного мангала, откуда веяло адским жаром. - Давай, солнце, покажем им, как это делается. - он протянул Лингу вторые щипцы, и их пальцы ненадолго соприкоснулись у рукоятей. Они встали у раскалённой решётки плечом к плечу, как два капитана у штурвала. Один кусочек филе-миньона с шипением отправился на огонь под присмотром Грида, второй — под уверенным контролем Линга. - Вот так, держи щипцы под углом, чтобы перевернуть, не проткнув мякоть. - Грид демонстрировал движение с почти отцовской заботливостью. - Давай, тихонько, не бойся. - Я не дама в беде, Господин. - фыркнул Линг, ловко и уверенно переворачивая свой стейк идеально ровно, без единой подсказки. - Я тоже вырос на кухне и обжигал пальцы о вок и угли больше раз, чем у вас тут ножей. Мне не страшно. Грид замер на секунду, его бровь поползла вверх от изумлённого уважения. А кухня, затаившая дыхание, услышав, как молодой официант с лёгкостью поставил на место их властного босса, взорвалась сдержанными, шипящими смешками. Грид лишь покачал головой с ухмылкой, признавая поражение. Их кусочки мяса покрывались румяной, хрустящей корочкой, источая божественный аромат дыма и имбиря. В самый последний момент они щедро полили их остатками маринада, который мгновенно превратился на поверхности в блестящую, сладковато-пряную глазурь, делая стейки ещё более аппетитными. Аккуратно разложив свои шедевры на чёрных, матовых тарелках и украсив тонкими изумрудными перьями лука и золотистыми семенами кунжута, они торжественно унесли их в кабинет Грида, оставив за спиной восхищённые взгляды команды. - Итак. - Грид развалился на кожаном диване, его поза была расслабленной, но взгляд пристальным и заинтересованным. - Сколько тебе лет, юный гений с щипцами? - Двадцать два. - ответил Линг, ставя свою порцию на низкий журнальный столик из тёмного дерева и устраиваясь напротив, на краешке дивана. - Ага, значит, вино тебе уже можно. - губы Грида растянулись в лёгкой, понимающей ухмылке. - Какое будешь? Или предпочитаешь что-то безалкогольное? - Я не часто пью, поэтому плохо разбираюсь. - честно признался Линг, пожимая плечами. - А какое ваше любимое? Пока он говорил, Сырок и Маслице, почуяв возвращение хозяина и нового интересного человека, вылезли из-под стола. Они устроили небольшой ритуал обнюхивания его джинс, а затем, словно получив высшее одобрение, грациозно запрыгнули к нему на колени. Обнюхав ладони, они с блаженным видом растеклись на них тёплыми, упитанными оладушками, беззвучно мурлыкая от удовольствия. - Ну, если честно, за работой я чаще глушу стресс виски. - Грид хмыкнул, вставая и направляясь к своему мини-бару. - Но для нашего кулинарного шедевра... тут нужно что-то особенное. Он присел на корточки перед массивной тумбой, открыв дверцу и принявшись изучать содержимое своих винных погребков в миниатюре. В этот момент, пока его спина была повёрнута, серые глаза Линга получили полную свободу. Его взгляд скользнул по широкой спине мужчины, обтянутой тонкой тканью футболки, отметил игру мышц под ней, а затем задержался на закатанных до локтей рукавах. Там, на смуглой коже, бушевал хаос. Чёрные, как ночь, кляксы и кроваво-алые брызги, резкие контрастные пятна, переходящие в грубые, нервные штрихи. Среди этого беспорядка проступали узнаваемые, но искажённые образы: ворона, череп с треснувшей глазницей, из которой прорастал колючий чертополох, и какой-то красный змей, или дракон на внешней стороне левой ладони, что поедал собственный хвост? Стиль был агрессивным, нарочито небрежным, дышащим болью и яростью. Это была не картина, а крик, выплеснутый на кожу. Он видел подобное раньше — этот стиль был для тех, кто не боится выставлять свои шрамы, как знамя. И в этом хаотичном нагромождении линий и пятен была своя, странная, пугающая красота, которая заставляла смотреть на Грида с совершенно новым, пьянящим интересом. - А может, чаю? Рука Грида, уже сжимавшая горлышко бутылки с выдержанным рислингом, замерла в воздухе. Он медленно повернулся, и на его лице застыла редкая для него маска — чистейшего, неподдельного озадаченного недоумения. - Чай? - он произнёс это слово так, будто услышал его впервые, растягивая гласные. - С стейком? - Да. - Линг утвердительно кивнул, его глаза сияли уверенностью знатока. - Некоторые улуны или пуэры не просто сочетаются с мясом, а буквально взрывают и раскрывают его вкус, особенно если в маринаде есть имбирь и соус. Они смывают жир и обнажают новые оттенки. А так как у нас получился именно восточный вариант стейка, то чай впишется гораздо органичнее и тоньше, чем любое вино. Грид застыл, словно его окатили ледяной водой. Он, знаток винных карт и выдержанных виски, сноб до кончиков пальцев, никогда — слышите, никогда! — не думал о таком сочетании. Его мир «красное мясо — красное вино» дал трещину. - Чай... - он растерянно провёл рукой по затылку. - А... У меня из чая только пакетированный «Ахмат» для сотрудников, да пачка зелёного, который никто не пьёт. Я не располагаю... э-э-э... коллекцией. У нас бар, детка, а не чайная. Гости берут виски, портвейн, для детей - сок. - Он развёл руками, чувствуя себя нелепо, будто его поймали на невежестве. - Так, я сейчас мигом! - Линг стремительно поднялся с дивана, с нежностью пересадив Сырка и Маслице на бархатную подушку, и пулей вылетел из кабинета. Грид лишь успел заметить мелькание его пяток и трепет алых занавесок у двери. - Ну я в шоке, вообще. - выдавил он, опускаясь в кресло и переводя взгляд на крыс. Те сидели столбиком и смотрели на него с идентичным выражением на своих умных мордочках — «Папа, ты в пролёте». Грид фыркнул, а затем рассмеялся — громко, искренне, от души. Этот парень был постоянным источником сюрпризов. Он направился к бару, чтобы подготовить «поле для чайной церемонии». Минут через десять они встретились у барной стойки. К счастью, сегодня дежурил Элрик-Младший, парень без дерзости старшего брата, который с готовностью и подобострастием предоставил всё необходимое — самый чистый чайничек и воду нужной температуры. Линг, вернувшись с небольшой изящной бамбуковой коробочкой, сразу же приступил к делу. Его движения были отточенными и грациозными: он ополоснул чайник кипятком, насыпал заварку, залил её водой и тут же слил первую заварку, чтобы «разбудить» листья. Это был гипнотизирующий ритуал, «ловкость рук и никакого мошенничества». Вскоре всё было готово. Линг, в знак благодарности, отлил Элрику-Младшему первую пробную чашечку ароматного напитка, а затем они с Гридом торжественно вернулись в кабинет, неся свой необычный ужин. Рассевшись на диване, они, как по команде, подняли ножи. Линг отрезал кусочек быстро и аккуратно, Грид — медленно, с наслаждением предвкушения. Они поднесли кусочки ко рту одновременно. Линг прожевал быстро, оценивая знакомые ноты, а Грид закрыл глаза, смакуя. Нежность мяса, тающая на языке, взрыв имбиря, глубина соевого соуса... И затем — глоток чая. Ароматный, чуть терпкий напиток смыл жир, оставив на языке чистое, долгое и невероятно сложное послевкусие, раскрывая в мясе те оттенки, которые до этого были скрыты. - Это... очень вкусно. - Грид сказал это с почтительным удивлением. - Текстура как шёлк. А эти специи... Такой простой маринад, а результат — великолепен. И чай... он не дополняет, он продлевает удовольствие. Ты обладаешь удивительным чутьём. Слушай, не хочешь перейти к нам? Зарплату назначу в два раза выше. - Нет. - Линг мягко, но твёрдо покачал головой, отрезая следующий сочный кусочек. - Ресторан моего отца — это моя семья в прямом смысле. Я не могу их оставить, пока не помогу ему подняться на самую вершину. По его лицу было видно, что это решение непоколебимо, и что само блюдо доставляет ему искреннюю радость. - Что за чай такой волшебный? - переспросил Грид, желая продлить момент. - Он идеально сработал. Линг улыбнулся и ответил на своём языке. Быстрый, мелодичный перелив звуков, похожий на журчание ручья, обволакивающие тона и мягкие шипящие. Грид не понимал ни слова, но был пленён. Он не слушал слова — он слушал музыку его голоса, наблюдал за тем, как двигаются его губы. Он очнулся, лишь когда понял, что Линг смотрит на него и смеётся. - Что, прости? Что ты сказал? Это название? - Да, это название и сорт. - кивнул Линг, его глаза смеялись. - Это улун «Те Гуань Инь». В переводе — «Железная Богиня Милосердия». Хотя этот довольно обычный, просто чтобы освежить нёбо между кусочками. Грид сделал глоток из своей пиалы, не отрывая взгляда от лица официанта. В голове, совершенно внезапно и нагло, пронеслась мысль: «А можно ли это считать свиданием?». На эту наглую мысль он усмехнулся сам себе и медленно облизал губы, чувствуя на них сладковатый привкус чая. - Как их зовут? - спросил Линг, доев свою порцию и протянув руки к крыскам, которые тут же устроились в его ладонях, превратившись в тёплые, блаженно попискивающие и урчащие комочки. - Сырок и Маслице. - с нежностью ответил Грид. - Они две сестрёнки, породы Дамбо Рекс. Заметил, что шёрстка у них не гладкая, а волнистая, будто после бигудей? - Да. - Линг с удивлением провёл пальцем по спинке Маслице, ощущая под подушечкой плотные, шелковистые завитки. - Они от этого ещё милее и невероятно мягкие. Никогда не думал, что буду гладить крыс... и что это может быть так приятно. Настал момент молчания, но он был не гнетущий, а удивительно комфортный, наполненный теплом и взаимным пониманием. Воздух в кабинете был насыщен ароматом чая, специй и уюта. Расслабившись после сытного ужина и приятной беседы, Линг чувствовал, как тяжелеют его веки. Атмосфера была настолько безопасной и спокойной, что ещё немного — и его бесповоротно заберёт в свои объятия царство Морфея. - Это правда, что у вас нет работников со стороны, и все это твои родственники? - мягко нарушил тишину Грид, поднимаясь с дивана с лёгким стоном. Он подошёл к тумбочке под столом и достал оттуда пачку сигарет, постучав ею о костяшки пальцев. - А? Да. - Линг лениво потянулся, как кот, его голос был немного сонным. - Все это мои братья и сестры, кроме администратора и шеф-повара. Нас у папы двадцать пять. - Ого... - Грид присвистнул, зажав не зажжённую сигарету в зубах. - Двадцать пять детей. И все от одной женщины? - предположил он, хотя внутренний голос уже подсказывал ему, что история куда сложнее. - Нет. - Линг покачал головой, и в его глазах на мгновение мелькнула тень сложных семейных обстоятельств. - Мы все от разных матерей. Отец... много ошибался, изменял. Но... он попытался всё исправить. Он облегчил жизнь матерям, забрав нас к себе и выплачивая каждой приличную сумму каждый месяц. Он ну... - Карму чистит? - с лёгкой усмешкой вставил Грид. - Ага. - Линг улыбнулся. - Я второй сын по старшинству, но, скорее всего, стану наследником дела. Первый брат не хочет связывать жизнь с кухней навсегда, сейчас он учится в университете на инженера. - О, а что насчёт младших? Они в школу пойдут? - Да, конечно. - кивнул Линг, и в его голосе зазвучала гордость. - Отец считает, что образование — это фундамент. Переезд не должен был его разрушить. Поэтому в конце августа, когда младшие уйдут на учёбу, мы будем нанимать новых людей уже со стороны. - Он посмотрел на часы на стене и с лёгким сожалением поднялся с дивана. - Мне было невероятно приятно провести время с вами, но уже поздно, и мне нужно домой. - Давай я тебя провожу. - тут же отозвался Грид, бросая не тронутую сигарету на стол. Он словно боялся, что если Линг выйдет за дверь один, то этот хрупкий вечер оборвётся навсегда. Они спустились вниз по тёмной лестнице, прошли мимо пустой стойки администратора и вышли на ночное крыльцо ресторана. Воздух был прохладным и свежим после душного кабинета, а улицы почти опустели. - Ещё раз спасибо за вечер. - Линг повернулся к Гриду, его лицо в свете уличного фонаря казалось особенно юным. - Всё было очень вкусно, и мне безумно понравилось готовить с вами. - Думаю, мы ещё не раз это повторим. - Грид сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию. Его голос приглушился, став более личным, почти интимным. - Не хочу показаться наглым, но... может, пригласишь к себе как-нибудь? Или... хотя бы номер телефона оставишь? Для координации следующих кулинарных подвигов. - А, да, конечно. - Линг с лёгким смущением достал телефон и продиктовал номер. Грид аккуратно вбил цифры в свой телефон, его большие пальцы двигались на удивление осторожно. Он перепроверил, отправив тест-звонок, и телефон Линга отозвался тихой вибрацией. И вот в этот момент мир вокруг остановился. Звуки ночного города — отдалённый гул машин, шелест листьев — стихли, превратившись в фоновый шум. Линг, словно повинуясь импульсу, который был сильнее его смущения, внезапно схватил Грида за воротник чёрной футболки. Он дёрнул его вниз с силой, которой от него было не ожидать, заставив Грида непроизвольно наклониться. Нежные, по-юношески неуверенные губы, обожжённые пряным, восточным чаем, коснулись его щеки мимолётным, почти невесомым прикосновением. На сухой коже, остался влажный, пылающий отпечаток, словно метка. Едва совершив это, парень, словно испугавшись собственной смелости, пулей метнулся через улицу к своему родному ресторану, будто совершил не робкий поцелуй, а самую отчаянную пакость. Серые глаза Грида, наконец-то не скрытые за тёмными стёклами его привычной брони, с невероятным интересом провожали убегающую фигурку. По его лицу поползла медленная, непроизвольная ухмылка. Она растягивала губы, обнажая ряд острых, почти хищных зубов, и на мгновение делала его похожим на довольного кота, наблюдающего за резвой мышкой. - Вот же чёрт...