Код Хамелеона

Неделя превратилась в испытание на прочность. Семь утра в лаборатории 307 – Анна уже там, безупречная и холодная, как хирургический скальпель. Работали молча, обмениваясь лишь краткими, техническими репликами. Анна была резка, требовательна, ее критика била точно в цель, оставляя Лэйн чувствовать себя некомпетентной. Лэйн, в свою очередь, замыкалась, отвечая односложно, пряча свою восхищенность и растущее раздражение за стеной профессиональной вежливости. Их столы стояли рядом, но между ними лежала пропасть. Однажды вечером, когда длинный сибирский день уже угас за окнами, а пустые коридоры института гудели тишиной, Лэйн все еще сидела за своим ноутбуком. На экране мелькали строки кода алгоритма «Хамелеон», но нужный паттерн ускользал. Она чувствовала его, этот изъян, как занозу, но не могла вытащить. Голова гудела от усталости и разочарования. — Вы все еще здесь, мисс Кларк? Надеюсь, не пытаетесь украсть секреты под покровом ночи? – ироничный голос Анны прозвучал прямо у нее за спиной. Лэйн вздрогнула так, что чуть не уронила ноутбук. — Доктор Ллойд! Я… нет, просто… этот модуль шифрования мутаций. Я не могу понять, как он избегает коллизий при такой скорости изменения ключа. Здесь что-то не сходится… Анна вздохнула – звук, полный усталости и… чего-то еще? – подошла вплотную и наклонилась над экраном. Её запах – что-то холодное, хвойное и чуть пряное – на мгновение отвлек Лэйн. Пальцы Анны, длинные и удивительно изящные для ученого, привыкшего к лабораторной работе, быстро заскользили по трекпаду, выделяя блоки кода. — Ошибка здесь, – её голос потерял привычную резкость, стал сосредоточенным, почти мягким. — Вы не учитываете естественный мутационный шум как часть сигнала. Ваш фильтр слишком агрессивен. Он вырезает не шум, а часть ключевой информации. Вот смотрите…- Она быстро внесла несколько изменений в параметры симуляции. Графики на экране преобразились, хаотичные всплески сложились в ясную картину. Лэйн смотрела не на экран, а на профиль Анны. На тонкие, сведенные в напряженной концентрации брови, на ресницы, отбрасывающие тень на высокие скулы, на линию сжатых губ, которая вдруг показалась ей не жесткой, а… сосредоточенной. Импульс был сильнее осторожности. — Вы… вы удивительный специалист, доктор Ллойд, – вырвалось у нее тихо. – Невероятно глубокое понимание и… элегантность решений. Анна замерла. Ее пальцы остановились на трекпаде. Она медленно повернула голову. Их взгляды встретились. Ледяные голубые глаза смотрели прямо в серо-зеленые глаза Лэйн. И в них было не привычное презрение, а удивление. И что-то еще… любопытство? Оценка? — А вы… – Анна произнесла медленно, как будто пробуя слова на вкус, – не такая, как я думала, мисс Кларк. Не просто чиновник из агентства. И случилось невероятное. Уголки ее губ дрогнули. Потом чуть приподнялись. Это была не широкая улыбка, а едва заметная, осторожная искорка. Но для Лэйн это было ярче сибирского солнца. Лед тронулся.