Глава 1: Остров Курико.
5 сентября 2025 г., 18:42
Багровый шторм обрушился на остров Курико, словно разгневанный бог. Небо, обычно лазурное, теперь пульсировало зловещими оттенками алого и фиолетового. Молнии, похожие на раскаленные клинки, рассекали тьму, освещая бушующий океан. Волны, вздымавшиеся до небес, с яростью обрушивались на скалистые берега, разнося в щепки всё, что попадалось на пути. Ветер, казалось, обладал собственной волей, срывая с деревьев листву и завывая, словно голодный зверь.
брата на пол и сев сверху, начал того трясти за грудки, так как психика, кажется, и правда уже не выдерживала всего того напряга, что сгущался над прибывшими и наблюдавшими только больше и больше. И пока они с розоволосым — НЕ соперники, значит союзники, и можно особо не церемониться, и вопить пока есть мочи, — Этот ублюдок!
— Спакойна! — рявкнул на того в ответ розоволосый, отпихивая Огненного от своего лица и пытаясь того скинуть, — Дай сначала мне подняться! Какого хрена, Эйс! Я тут понимаешь ли, стараюсь держать марку, а ты вон что творишь!
— Что хочу, то и творю ты на судне моей команды!
— Команды Белоуса! Не путай!
— Вот так приветствие… йой… — выпал в осадок блондин, глядя за сим странным зрелищем.
— Да уж… — так же, прикрыв глаза, согласился со старпомом местного разлива Муген.
братца.
— Если такая информация и просочилась, то только отсюда… — спокойно пояснил тот, — я уже 10 лет… как забыл, что вообще знал о подобном. Пока вы мне не напомнили.
Снова возникла, слегка напряжённая, но резонирующе-гремучая тишина. Настолько обволакивающая и объёмная, что её можно было ощутить физически.
Атай устремился в немые рассуждения. Потому что, если то, что говорит Портгас правда и причиной нападения был лично он… во-первых, точно ли из-за родословной? Во-вторых, даже если так… откуда и кто пронёс?
Из одной разгадки тут же всплывало десятки новых. Это Багровому не нравилось.
Кто-то, помимо Эйса видел не только поражение последнего, но и ужасающую силу его противника?
Лэнд… очень… странное, казалось бы, имя…
Белоус, восседая на своем кресле хмурил брови, его глаза, словно два бушующих океана, выдавали скрытое беспокойство.
— Гу-ра-ра-ра! Эйс, ты у нас парень с огоньком, но даже солнце иногда затмевают тучи! — прогремел он, наконец разгоняя сгустившиеся над комнатой тучи сомнений, и обращая на себя мгновенное внимание.
Казалось от этой простой реплики, многим стало легче. В первую очередь, самому Эйсу, а там и Марко. Разве что, с сомнением глянул на гиганта Атай, но добавлять чего-то не особенно стремился.
— Этот Лэнд… он словно тёмная лошадка, появившаяся из ниоткуда. Нам нужно знать о нем всё, как о самом себе!
Белоус поднялся, словно древний титан, и его фигура затмила собой горизонт.
— Соберите всех командиров! Нам предстоит разговор о войне! О войне с неизвестностью, с тенью, которая посмела коснуться моего сына!
И в этот момент каждый в каюте Моби Дика понял — надвигается буря, буря, в эпицентре которой окажется Лэнд, человек, посмевший бросить вызов самому Белоусу.
Марко положил руку на плечо Эйса, чувствуя дрожь под его кожей.
Атай крупно вздрогнул и вперился глазами в массивную фигуру перед собой:
— Что за бред! Это полнейшая глупость, бросать вызов тому, кого вы во-первых не знаете, а во-вторых только из-за поражения Эйса?
— Мы бросали вызов и за меньшее… — мягко улыбнулся Феникс глянув на того, а сам парень ошалело зыркнул на него.
— Ты в себе? Может, давайте, обратимся к здравому смыслу? Эйс же даже ничего толком про этого парня не сказал…
— Атай… — практически перебил того Огненный Кулак, и с безнадёгой глянул в его сторону, коснувшись здоровой рукой бинта, — этот парень, словно бы мне знаком…
— Ну и отлично… — зачастил розоволосый, — давайте просто бросимся на его поиски, но перед этим разузнаем необходимую информацию! В море нельзя полагаться только на интуицию, это верная смерть, а я умирать в столь юном возрасте не очень-та собираюсь, если помнишь!
— Да… — Эйс прикрыл глаза, грустно улыбнувшись, — но это ещё не всё.
— Вот как… — опустил тот руки.
— Кажется… — Эйс снова посмотрел на розоволосого, — у него есть королевская воля… но необычная… какой-то странный тип.
— Ещё лучше… — занервничал Багровый Клинок, понимая, что ему очень хочется курить прямо сейчас и в горле пересохло.
— Но самое странное… почему я сказал, что он напал из-за происхождения…
— Ну-ка?
Эйс открыл было рот, как вдруг вмешался сам Белоус, оперевшись на свою дагу, и кинув взгляд вниз:
— Он назвал себя Гол Д — Лэнд.
— Чего?.. — глаза Атая, как и присутствующих одновременно расширились в ужасе, недоумении, неверии и незнании, устремившись к лидеру пиратов Белоуса.
Пожилой, но крепкий гигант, более не стал задерживаться и первым направился на палубу, словно бы его никакая болезнь или недуги не сковывают вовсе.
На палубе воцарилась тишина, нарушаемая лишь плеском волн о борт Моби Дика. Командиры дивизионов, словно тени, возникали из глубин корабля, собираясь вокруг Белоуса.
Их лица, изрезанные шрамами и морщинами, хранили в себе отпечатки сотен сражений. В их глазах горел огонь преданности, готовый вспыхнуть в яростное пламя по первому слову отца.
А Атай так и замер, кидая взгляд от двери, к Эйсу и обратно. Что-то со всем этим не так. Гол Д — Лэнд? Что за чушь? Какой-нибудь самозванец, как Уиббул… а, старик вообще знает про Уиббла…?
Хотя, Ление как-то говорила, что пиратам не выгодно, называться именами таких массивных фигур, как Роджер… ну разве что Белоусу, ещё — да. Потому что старик жив, и пока не совсем, но здравствует… но зачем, кому-то затмевать…?
Взгляд скользнул снова к Эйсу, что довольно пусто и с непониманием глядел перед собой и на свои руки. Будто бы… у него оторвали частичку души. Частичку самоиндефикации. И Атая, честно сказать, это злило. Если Эйсу для самоиндефикации и нужно быть сыном короля пиратов и только им! (хотя тот во всех возрастах орал исключительно обратное), то… с чего бы ему переживать на этот раз?
— Эй… — окликнул он брюнета, смерив довольно хмурым и критичным взглядом, подошёл ближе и схватив за руку поднял за запястье, от чего брюнет скривился, — мне всё это исключительно не нравится. Потому что ситуация опять подыгрывает твоему эго… но знаешь, что? Я на данный момент здесь, и мне теперь любопытно… но не столько то, как это отразится на тебе, сколько… зачем это нужно, какому-то мнимому «сыну короля пиратов»? Ещё одному.
— Ты думаешь, был ещё один? — нахмурился Портгас.
— Уж не знаю… ты мне скажи… или ты будешь злиться на мертвеца ещё и за то, что он тебе брата нагулял?..
Это был типичный день в Новом Мире, месте, где природа сама по себе была самым опасным противником.
Пиратский корабль с узорами молний и колец на корме и носу, потрёпанный бесчисленными сражениями, с трудом пробивался сквозь бушующие волны. Капитан — здоровенный мужчина с лицом, изрезанным шрамами, вцепился в штурвал, пытаясь удержать судно на курсе. — Держитесь крепче, крысы! — прорычал он, перекрикивая вой ветра. — Курико уже близко! Нам нужна передышка! Команда, состоящая из отъявленных головорезов, с трудом удерживала равновесие на скользкой палубе. Они привыкли к штормам, но этот был особенным, словно сама природа восстала против них. Наконец, после нескольких часов отчаянной борьбы, «Громовержец» вошёл в небольшую бухту, укрытую от основной силы шторма. Остров Курико предстал перед ними во всей своей мрачной красе: скалистые утесы (большую часть острова составляло именно скалистое кольцо берега) густые леса в самом центре, что виднелось, как нечто совершенно далёкое и миражное. Да — лес был в самом центре острова, как и небольшой оазис, там же, но и зловещая тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра последовала как не самое дружелюбное приветствие для прибывших. — Высаживаемся! — скомандовал мужчина. — Нужно найти место для лагеря и переждать этот ад! Пираты, мокрые до нитки и измученные, высадились на берег. Они углубились в лес, продираясь сквозь густую растительность. Вскоре, они наткнулись на небольшую поляну, окруженную высокими деревьями. Идти пришлось долго. Берег и тропы до центра состояли сплошь из камней и засохшей и будто бы запёкшейся породы самого острова… — Здесь и остановимся, — сказал капитан. — Разводите костер и ставьте охрану! Пока остальные занимались обустройством лагеря, мужчина осматривал окрестности. Что-то в этом острове его беспокоило. Было в нем что-то зловещее, что-то, что заставляло его чувствовать себя не в своей тарелке. Внезапно из леса раздался треск веток. Пираты мгновенно схватились за оружие. Из тени деревьев вышел человек. Он был одет в простую, но кажется, ещё целую одежду, а его левая рука была плотно забинтована. Лицо было скрыто тенью капюшона, но верзила почувствовал на себе его пристальный взгляд. — Надо же… так здесь есть люди? Получается и выбраться с острова можно? — произнес незнакомец тихим, но словно играясь, протяжным голосом. Капитан усмехнулся: — Ты кто такой? Абориген? Мы — пираты Блэквуда! И берем то, что хотим! В данный момент, нам нужен этот остров как бухта… и пока мои ребята не в духе, после усталости… тебе лучше с нами не связываться… — в этот момент он достал массивных размеров нож и облизал лезвие. Кажется, незнакомец под маской скривился, но не ответил. Когда верзила хотел было ступить в его сторону, тот, что в капюшоне просто поднял свою забинтованную руку. В этот момент Блэквуд почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Что-то в этой руке было неправильным, что-то пугающее. Он остановился и отступил назад. — Напасть на него, эй! Все сюда! — заорал Блэквуд. Незнакомец же просто сделал глубокий вдох, наклонив голову в бок немного не понимающе, а после словно, что-то почустовав, тут же увернулся от выстрела, а Блеквуд рухнул в бок, заорав проклятья. Видимо, подоспели и его товарищи… так сказать. Парень отскочил и повернулся, встав за спиной пирата, который тут же попытался встать и пырнуть того ножом. Но тот снова довольно ловко увернулся, да и двигался с невероятной скоростью. Таки завязалась драка. Тот, кого приняли за местного аборигена уклонялся от ударов мечей и топоров, словно был тенью. Его правая рука наносила точные и смертоносные удары, отправляя пиратов в полет. Сам же Блэквуд, разъяренный неудачей своих людей, бросился на незнакомца сам, после небольшой передышки, пока его прикрывали. Он замахнулся ножом, тут же выхватил из-за спины меч и нанёс удар, прицельно в голову. Незнакомец уклонился и, воспользовавшись моментом, схватил меч Блэквуда своей забинтованной рукой. — Неудобная вещица… — заметил он с некоторым ехидством. Раздался треск. Меч Блэквуда, сделанный из лучшей стали, начал крошиться, словно печенье. Пираты замерли в ужасе, наблюдая за происходящим. Незнакомец отбросил обломки меча и нанес удар своей забинтованной рукой в грудь Блэквуда. Удар был невидимым, но противник почувствовал, как его кости ломаются, а внутренности разрываются. Он отлетел назад, врезавшись в дерево, и там же, кажется и умер. Остальные пираты, увидев, как их капитан пал, запаниковали. Они бросились врассыпную, пытаясь спастись. Человек в капюшоне не преследовал их. Он просто стоял посреди поляны, его забинтованная рука слегка подрагивала. Мгновение и один из пиратов, что бросился обратно к берегу с криком, и ужасом чертыхнулся и вскрикнул, когда фигура в балахоне и капюшоне тут же возникла перед ним, но крик его мгновенно прервался, а фигура, приложил палец свободной от бинтов руки, к губам, заставляя паникующего замолчать мгновенно. Рука в бинтах, вцепилась ему в горло. Незнакомец медленно повернулся, держа пирата рядом и осмотрел судно. На губах под капюшоном тут же расплылась заманчивая улыбка, а непонятный, но ясный огонёк в глазах, устремился на человека снова, словно понял, что ему нужно. Он смотрел на бушующий шторм. Он знал, что его сила привлекает внимание. Он знал, что рано или поздно ему придется столкнуться с теми, кто захочет заполучить её. Тем более, что… он в том самом моменте, где о такой силе мало что известно... Затащив пирата на судно, он швырнул его на палубу и подошёл к корме, осмотрев высоту корабля и прищурил глаза, устремив взгляд в сторону леса. К приёму гостей, он был готов. Пока доходяга в ужасе приходил в себя, незнакомец повернул к нему голову: — Эй. Тот вздрогнул всем телом, схватившись за шею и грудь и пискнул: — Да?.. — Газета… есть? — Д-да… принести? — Желательно. — кивнул молча тот и, словно, что-то почувствовав, снова резко повернул голову к острову. Они приближались. Он это чувствовал. Глаза его загорелись, новым оттенком, пока пиратишка, тут же кинулся в сторону спуска в каюты, на ярус ниже, чертыхаясь и ругаясь, приговаривал про себя, устремившись к каюте канонира и боцмана: — Ага… как же… кинусь я исполнять твою прихоть… ублюдок. Схватив пистоль, порох и патроны, он сжал зубами мешочек с порохом и начал заряжать его. Хотя и странный, липкий страх, предостерегал пирата о том, что… этот внезапный парень, явно может быть опаснее, чем есть на самом деле. Он одолел его капитана! А они уже шесть лет по этому морю плавают! Просто корабль чуть-чуть поизносился и им нужен был причал на время… как и… Отдышавшись, покрываясь нервной испаренной и лихорадочно улыбаясь, светловолосый, смуглый пиратишка, зарядил оружие как следует, пока незнакомец, медленно прохаживался по судну и взгляд его зацепился за несколько сундуков, раскинутых прямо на палубе, и… листовок. Он подошёл к ним и присел на корточки, взяв несколько штук и молча перебирая, сузил в любопытстве глаза и задержал на одном из них. На листовке был улыбающейся,явно энергичный молодой человек с широкой улыбкой, в характерной соломенной шляпе на голове. Светлое, и отчасти по детски-беззаботное лицо, не сильно отягощённое умом или злобой. Цвет волос — черный, глаза зажмуренные и выразительные, на данный момент. В кадре он машет рукой. Сзади изображён кто-то из накама. Следующая листовка представлена лицом человека, известного как Ророноа Зоро… суровый взгляд, немного испачканный и потрёпанный внешний вид. Снимали явно после сражения, один из сильнейших бойцов в море, как он слышал, взгляд холодный и решительный. Продолжая перебирать листовки, незнакомец со слабой и лукавой улыбкой на лице, с каким-то довольством осматривал фотографии и останавливался на интересных цифрах внизу, даже присвистывал, если удавалось наткнуться на кого-то больше двухсот или пятисот миллионов. И вот… последняя листовка… Взгляд тут же изменился и уголки губ опустились. Парень в оранжевой шляпе со смайлами… На шее алые бусы, этот взгляд… Некто в капюшоне наклонил голову в бок, взяв листовку Огненного Кулака Эйса забинтованной рукой, какое-то время внимательно её осматривая и не особо реагируя как к нему сзади подкрадываются. Он молчал… Светловолосый пират, дышал взволнованно, но старался быть незаметным. Он поднялся прикрывая пистоль газетой и направился к нарушителю их спокойного плавания, чтобы подобраться поближе, вытянул руку вперёд. — Ты вернулся? — не отрывая взгляда от листовки, озвучил свои мысли тот, заставив последнего вздрогнуть. — Д… да! Ты же просил газету… вот! — светловолосый худощавый пират, медленно двинулся в его сторону, всё ещё будучи осторожным. Постепенно… постепенно подбираясь ближе и когда оказался на достаточном расстоянии, чтобы этого прикончить, он замер, взгляд его освирепел и обезумел, в воздухе раздался выстрел. Волны с новым шумом ударились о камни, а блондин в ужасе уставился на незнакомца, выронив пистоль. Разодранный пулей капюшон от балахона слетел с головы нападавшего до этого и тёмно-серые глаза впились в существо подлого труса. Крепкие пальцы черноволосого юноши от 20ти до 25ти лет, вцепились в шею пирата мёртвой хваткой, плечо и рваный балахон, чуть задались алыми пятнами. — Всё-таки задел… — холодно сказал тот сверкнув глазами, пока тушка несчастного трепыхалась в его руке, — Жаль… но за газету спасибо. — Что ты?.. — просипел тот беспомощно и задёргался, когда пальцы брюнета всё сильнее и сильнее стали сжиматься на хиленькой шее пирата и тот… издав последний кряхтящий звук, что заглушил жутковатый хруст, неестественно выгнул голову назад и глаза его закатились. Оставив лишь безжизненные белки. Тело рухнуло, а брюнет взял газету и выпрямившись развернул её и стал читать, а так же сверяться с датами. Ветер трепал страницы, раздувая их, словно паруса. Брюнет, не обращая внимания на труп у своих ног, сосредоточенно изучал текст. Лицо его оставалось непроницаемым, лишь тонкая линия губ выдавала легкую усмешку. Он перевернул страницу, пробежав глазами по заголовкам. — Так, так… — пробормотал он себе под нос, — Значит, сегодня… Он сложил газету, аккуратно, словно это был драгоценный свиток. Затем, неспешно, огляделся. На палубе царила тишина, нарушаемая лишь плеском волн и скрипом мачт. Никто не видел, никто не слышал. Идеально. Он наклонился, подхватил пистолет, выпавший из рук блондина. Осмотрел его, взвесил в руке. Качественная работа. Жаль, что теперь ему не пригодится. Брюнет бросил оружие за борт, наблюдая, как оно исчезает в глубине. Затем подошел к телу. Осторожно, чтобы не испачкать руки, он обыскал карманы. Несколько монет, огниво, трубка и… клочок бумаги. Он развернул его. На клочке был нацарапан адрес. — Вот это уже интереснее... — прошептал брюнет, его глаза загорелись. Но, не успел он как следует прочесть, как тут же снова раздался выстрел и брюнет, чуть не потеряв бдительность, успел уклониться от пули. Та оставила вмятину в корме, а последняя пролетела в нескольких сантиметрах от его лица. Сероглазый сцепил зубы, встав в боевую позу и заметил мушкет у одного из вернувшихся пиратов. Тцыкнул и ругнувшись про себя, что они так просто не сдаются, усмехнулся и подумал, что… а в принципе…Во-первых, он не хотел бы терять сейчас действующее судно;
Во-вторых, ему нужно добраться до Нового Мира…
В третьих, команда ему нужна, чтобы этой махиной управлять.
Он внимательно осмотрел того, кто стрелял. Остальные накама явно подбирались, чтобы отвоевать необходимое средство передвижения обратно. Иначе остров им не покинуть. Глаза незнакомца неоднозначно сверкнули и он прикинул ещё раз, сколько человек ему понадобится, чтобы управлять кораблём. И прежде чем, осуществить задуманное, брюнет взялся рукой за один из тросов, забрался на корму и сказал: — Моего предложения вы не оцените, правда?! Тогда, придётся действовать жёстче… И спрыгнув, моментально оказался рядом со вздрогнувшим в ужасе снайпером, схватил ствол его ружья и словно, пластилиновую поделку сжал дуло, когда тот неосмотрительно нажал на курок, выстрел пришёлся на обратное сопротивление и взорвался в руках. Брюнет успел отпрыгнуть в сторону, оказавшись снова рядом с одним из пиратов, вооружённого огромным крюком и быстрыми, гибкими движениями уклоняясь от его нападений, всего один раз пропустил удар, когда крюк вцепился за его плащаницу и вырвал ткань. Парень выругался и схватив того за руку, тут же сломал кисть… скорее по неосторожности, не рассчитав силы. Послышался нечеловеческий вопль. Слева пролетела пуля. Брюнет уклонился и та вонзилась в лоб предыдущего противника. Сам парень скрылся за деревом, ругнувшись, что-то про то, что необходимого ему экипажа такими темпами не останется. Он выглянул на короткий миг, то и дело подсчитывая сколько в него целятся, сколько останется и… Додумать не успел, кто-то оказался рядом и выстрелил. Уклон, поворот… парень хватает мужика за воротник сзади и швыряет о землю. Тот роняет оружие, из-за рта при ударе вырывается комок крови, но, тем не менее - он теряет сознание. В голове мелькает победное — «Есть!». Брюнет довольно улыбается, наклоняясь и тут же затаскивая мужика за дерево. К нему подбираются ещё.Нужно было выиграть время, а так же затащить их всех на корабль… тогда будет шанс, что повредить они его не захотят… а значит…
Сероглазый усмехнулся и повернул голову, выглянув из-за дерева. Теперь осталось только провернуть всё это. И у него уже есть план. Брюнет выбрал самое толстое дерево, чьи корни глубоко впились в землю. Он прикинул расстояние, угол падения. Это дерево станет первым звеном в цепи разрушения. Взмах руки, чёрно-красные искры, заметные только носителям воли, вокруг его левой руки и прежде чем, кто-то приготовился напасть, брюнет со всей силы ударил по стволу этого самого дерева. То заскрипело, застонало под натиском удара. Парень отступил на шаг, наблюдая, как гигант медленно кренится. С треском, оглушительным, как раскат грома, рухнуло, увлекая за собой соседние деревья. Эффект домино запущен. Парень, словно дикий зверь, бросался от дерева к дереву, нанося удар за ударом, с невероятной скоростью. Он валил их в определенном порядке, создавая хаотичные завалы, перекрывающие путь. Лес, еще недавно непроходимый, превращался в поле боя, усеянное сломанными ветвями и выкорчеванными корнями. Пираты, привлеченные шумом, вышли на опушку. Их испуганный и свирепый гомон сменился удивленным молчанием. Перед ними предстала картина разрушения, словно здесь пронесся ураган. Опасный незнакомец стоял посреди этого хаоса, словно демон, порожденный лесом. Он не дал им времени опомниться — бросился в атаку. Первый пират, зазевавшийся от удивления, рухнул на землю, сраженный ударом в плечо и шею. Брюнет не останавливался. Он двигался быстро и бесшумно, словно тень. Уклонялся от нападков, парировал выпады, нанося сокрушительные удары в ответ. Перехватывал их оружия и тем самым использовал их как блокировщики, затем нападал, снова, вырубал и сваливал у одного из деревьев. И следом шли сокомандники несчастного. Он не давал им возможности сплотиться, действовал в одиночку, подмечая плюс этого, ведь противники в хаосе сбивались и сталкивались друг с другом. А сероглазый оказался более быстрым и юрким... Один за другим пираты падали на землю, оглушенные, сломленные, но живые. Незнакомец не убивал их. Он лишь выводил из строя, лишая возможности сопротивляться. Он бил точно и расчетливо, повреждая безопасные мышцы, выбивая дыхание, но оставляя жизнь. Пираты, оправившись от первого шока, окружили его, ощетинившись ножами и саблями. Брюнет уклонился от первого удара, перехватив руку нападавшего и вывернув её так, что тот взвыл от боли. Он отбросил его в сторону, словно тряпичную куклу, и тут же уклонился от удара саблей. Присел, поднырнул под лезвие и мощным ударом ноги выбил оружие из рук пирата. Парировал удары предплечьями и локтями. Его кулаки обрушивались на противников с силой молота, отправляя их в нокдаун. Брюнет не тратил время на добивание, давая телу безопасно обмякнуть. Один пират попытался ударить его ножом в спину. Почувствовав опасность и резко развернувшись, перехватил руку нападавшего. Он вывернул её, сломал пальцы и отбросил нож в сторону. Затем, мощным ударом колена в живот, отправил пирата в полет до первого дерева. Другой пират попытался атаковать сверху, размахивая саблей. Незнакомец уклонился, поднырнул под удар и схватил пирата за ноги. Он поднял его в воздух и с силой бросил на землю, словно мешок с картошкой. Противник потерял сознание. Парень продолжал сражаться, словно машина. Он не чувствовал усталости, не чувствовал боли. Только холодный расчет и решимость. Он должен был победить, должен был заманить их в ловушку. Он отступал медленно, но верно, заманивая противников вглубь леса, к краю огромной ямы, которую увидел ранее. Яма была замаскирована ветвями и листьями, представляя собой смертельную западню. Пираты, ослепленные яростью и жаждой мести, не замечали ничего вокруг. Они преследовали того, словно стая голодных волков, не подозревая, что их ждет впереди. Брюнет слабо и нерешительно попятился, дав противникам уверенности, что вымотан, но приблизившись к краю ямы, резко остановился и развернулся. Он посмотрел на пиратов, оценивая их дальнейшие действия и чуть выставил руки вперёд, снова приняв боевую стойку. Сделал шаг в сторону, подпустил первых нападающих ближе и… увернулся. Послышался хруст веток, шорох земли и камней и тут все, одни за одним, кидаясь на парня, начали падать в эту самую яму, пока брюнет весьма умело уворачивался от них. И вот — рухнул, последний, наконец… Парень задержался на одной ноге на краю пропасти, завёл волосы назад и усмехнулся, отступив в сторону и наблюдая, как пираты, один за другим, проваливаются в яму. Крики, ругательства, проклятия — все смешалось в оглушительный хаос.Ловушка сработала. Теперь они были его. Теперь он получит свой корабль.
Брюнет на это только присел на корточки в знакомой позе, над пропастью и посмотрел на звереющих, но уставших от всего этого безумия головорезов. Аккуратно спрятал клочок бумаги в карман, и обратился к ним: — Итак… коль уж, всё так обернулось… у меня есть к вам предложение. Если хотите… покинуть эти воды живыми… — глаза незнакомца неоднозначно блеснули, знакомым, жутковатым, розоватым огоньком.***
Солнце, словно раскаленный уголь, багрянило горизонт, окрашивая спокойные воды Нового Мира в глубокие оттенки меди и бордо. Моби Дик, подобно древнему киту, величественно покачивался на волнах, принимая на борт незваных, но долгожданных гостей — команду Пламенной Сакуры. Атмосфера была пропитана наэлектризованным ожиданием, словно перед грозой. Эйс находился на палубе, облокотившись на перила, и смотрел на приближающийся корабль. Его лицо, обычно озаренное беззаботной улыбкой, сейчас было омрачено тенью задумчивости. Воспоминания о недавнем поражении, словно осколки разбитого зеркала, не давали ему покоя. Во-первых, этот озорной мальчишка, полный ярости, самоуверенности и энергии никому никогда не проигрывал, особенно, когда покушались на владения «Ояджи». Он мог зверем рвать и метать, чего не все из бывшей команды, а ныне дивизиона понимали, если относились к этому фанатизму снисходительно и здраво, то у парня в таком случае, это скорее, было чем-то эфемерным, для воспринимающего, как точённый геометрический рисунок, ума… Сам же брюнет чувствовал себя так, будто пламя, всегда горевшее в его груди, на миг угасло под ледяным взглядом таинственного незнакомца. Вот уж, что точно будет долго бросаться ему в память, так это… глаза. Он чётко запомнил ЭТОТ взгляд. Он ЗНАЛ И ПОМНИЛ - ЭТОТ. ВЗГЛЯД. Взгляд заставляющий цепенеть в полной фрустрации, непонимании и чём-то… словно бы знакомым. Точнее... да. Тем самым чувством из далёкого детства, от которого поднимался горький ком в горле, а глазах пелена. За этим снова пришло позднее осознание, что он — проиграл. Но кому! Пацану, который едва-едва его ровесник. Даже непонятно, они одного возраста или может он младше? Может он прямой ровесник Луффи… чёрт его знает! Но эти глаза… эти волосы… это выражение лица. И эта аура. Портгас мог поклясться, что словно ощутил близость к так называемой «воле наблюдения», что есть у «старшего брата» Атая… и словно бы, чётко ощущал ауру и волю противника. Если, конечно, это не - королевская воля? А даже если и она… разве существует в этих водах, кто-то сильнее и могущественнее Ояджи… да ещё и с такой жаждой… смерти?... Словно бы, что-то вспомнив, брюнет вздрогнул от неожиданности когда Марко подошёл к нему. Взгляд «Феникса» был полон сочувствия и заботы. Не смотря на разруху и достаточный урон, одного из островов под флагом Белоуса, а берег представлял собой, нечто совершенно фантасмагоричное, словно бы и правда здесь две ядерные боеголовки бились, не смотря на то, что эта фигура, о которой парень на данный момент весьма и весьма поражённо задумывался, смог выстоять даже против трёх командиров Белоуса!Немыслимо! Это ещё что?
Он хотел сам бросить вызов «Ояджи» или его целью был…? — Эйс, — произнес тихо старпом команды и командир первой дивизии, — Ояджи ни раз интересовался о том, что произошло, и ждёт тебя в каюте. — Ты ему не сказал? — обеспокоенно и с подозрением, пытаясь сглотнуть уточнил тише брюнет, весь сгорбившись и посмотрев на блондина, но после кивнул, собравшись с духом. — Ждём твоего «брата», — как-то не слишком весело уведомил того Феникс, — Потому что, мне не довелось видеть произошедшее собственными глазами… но… Он посмотрел в сторону берега, от которого они поспешно отплыли, чтобы не задевать гражданских и не навлекать на них ещё большую опасность, — размах впечатляет… напоминает, кое-что, да? Эйс только нахмурился и посмотрел туда, дёрнув бровью.И правда…
Такая «ярость», была до одури знакомой… а от того пугающей. Но если всё рассказать «Ояджи»… поймет ли он его? Он же всегда понимал… И, тем не менее, нужно было и правда дождаться Атая… иначе всё это будет выглядеть, как что-то слишком абсурдное, чему он уж точно не может найти объяснение. А как говорится, если ОН не может найти объяснения, а Сабо давным-давно нет… то нужно обращаться за помощью, наверное, только к самому мозговитому из них… Это было странно. Они давно не виделись, с тех пор, как разошлись своими дорогами в море… С тех пор, как Атай отплыл… и Эйс слышал только, что Луффи встречался с ним на одном из островов. По газетам, этот парень будто бы и не стремился особо за славой, богатством. Пф-ф-ф-ф… всего-та 189 000 000 белли! Когда его награда взлетела до двухсот пятидесяти аж-н 3 года назад! А сейчас 500 000 000. И это в короткий срок! Но вот уже три года, ни слуху ни духу… у каждого свои проблемы и заморочки… Конфликты… И вот, когда уже все собирались уходить, вдали, но почти на горизонте, под преломляющими лучами света, багровеющего неба, показался знакомый нож с зазубренными, словно рукоять катаны, а багряные, тёмно-алые паруса с узорами сакуры… выдавали, как само название судна, так и название команды. Хотя команда настаивала, что называются они так в честь своего капитана. Тот лишь отбрехивается и машет рукой, но раз они давно не дети… пусть команда, так и быть, поржёт с него. Он привык уже - три года плавают… На губах Портгаса появилось, что-то подобие улыбки, когда он узнал паруса, и фигуру у носа судна, но едва себя сдержал, чтобы не замахать тому или не отсалютовать огненным приветствием, отправив бы небольшой фейерверк или луч в небо. Гражданские итак после стычки натерпелись. Хотя, мечнику было довольно увидеть такую же знакомую фигуру впереди, чтобы тяжко выдохнуть и прикрыть глаза, расслабленно улыбнувшись. — Эйс взволнован… — это розоволосый почувствовал волей, положив руку на ножны своего меча. — Ещё бы… — рядом показался Муген, закуривая и только сейчас, оба с неким трепетом и волнением, оторвали взгляды от судна и фигур и обратили внимания на берег. Атай даже невольно втянул в себя едва-едва остывающий воздух, напоминающий запах крошащегося угля и плавленного камня. Он сузил глаза, а Муген нахмурился: — Что, там, чёрт возьми… случилось? — Нас бы сюда не пригласили… — рассудил Багровый клинок, глянув боковым зрением на накама, — если бы сами могли разобраться. — Спорим это была идея Эйса? — подхватил Сёги, стоя слева от капитана. Атай в очередной раз выдохнул.***
Он ступил на чуть покоцанную, выгоревшую и пропитанную гаревым и палёным деревом, и специальным ракушьечим маслом, палубу огромного судна. Его помесь шхуны и джонки и в подмётки, подобному судилищу не годилось, а занимала по длине чуть ли не четвёртую часть этой громадины. Чувство гордости, было слегка задето. Бровь дёрнулась, но тем не менее, приглашающий жест он принял. А с позволения командиров, настоял на сопровождении двух своих представителей, коими будут Муген и Купер. За старших на «Пламенной Сакуре» остаются Юнгерс и Сёги. Отдав «ферзя» навигатору, розоволосый лишь усмехнулся: — На случай, если я не вернусь. — Не шути так… — нахмурился брюнет, забирая мешочек и долго сверля его взглядом, а после кинул его за спину розоволосого, — там твой «брат», вряд ли Белоус настроен враждебно. — Кто знает, даже НЕбрат… может быть непредсказуем… — протянул тот, поправил катану и кивнув Мугену, тем самым позвал того за собой. Каждый скрип дерева казался ему укором совести, а взгляды пиратов Белоуса прожигали, словно лазерные лучи. Эйс и Марко стояли ближе всех. Феникс с любопытством осматривал лидера «Пламенных Сакур», и пытался прикинуть, что изменилось в прибывшем с того момента, когда он с чего-то тоже вызвал «Ояджи» на бой. Странно, что Эйс пока об этом не в курсе. Посмотрел на Огненного кулака, что двинулся к Багровому Клинку первым. Атмосфера, прежде напряжённая, начала наколятся до тех пор, пока… — Атай! — брюнет жарко кинулся на того и свалил на пол. То, что Багровый Клинок охерел, это ничего не сказать. Муген, до этого всё время пофигистично-флегматичный, чуть не выронил из зубов сигарету, а Купер, изобразил было мимику Дедпула, прижав руки к щекам, изображающих ошеломление. — Этот ублюдок! — зачастил было брюнет, свалив***
— Три года не виделись, мог бы не вести себя, как придурок! — Я нервничал! Ты видел, что этот тип устроил!? И самое главное, из-за чего?! — Конечно, не видел! Откуда бы я мог это видеть?! У меня панорамного зрения, уходящего на миллион километров, как-то не имеется! — Мне показалось, очень странным, что этот тип, кого-то мне напоминает! Поэтому я… — Кхм-кхм… — долгое рассусоливание и приветствие, наконец, оглушил сам Марко, встав рядом с нерадивыми «братишками» и посмотрел на одного, второго, сделал глубокий вдох, возвращая атмосфере некую значимость, и когда те отлепились друг от друга и расселись, посмотрел сперва на оробевшего Эйса, потом на Атая, что испытал, что-то вроде испанского стыда и покивал, словно бы читая мысли Феникса: «Да-да… понимаю… тупит он, а стыдно — вам.» — Мы хотим рассказать о происшествии Отцу… — начал было блондин, собрав руки в карманы, отчего мимика розоволосого тут же стала серьёзней и он нахмурился, глянув в сторону Эйса вначале, и только сейчас заметил, что левая рука брюнета от локтя, почти до запястья… перебинтована? Что?! Он вернул взгляд на Марко и спросил: — Так я здесь… — Мы не знаем, кто этот парень и почему напал на нас, но, кажется… он весьма силён. — Феникс указал себе за спину на берег, от которого теперь оставалось довольно жалкое зрелище. Муген выдохнул дыма и сделал шаг вперёд, сказав: — Для чего Белоусу Пламенные Сакуры? — Письмо было от Эйса… — вмешался кто-то из Белоусов, и Атай посмотрел на брюнета, что вцепившись руками в колени, и сжав их довольно крепкой хваткой, что даже розоволосый почувствовал почти физический дискомфорт только от этого зрелища и скривился, поднял взгляд на остальных, пока те продолжили, — хотим выяснить… кто такой этот Лэнд. — Лэнд? — уточнил розоволосый, задумчиво коснулся своего подбородка, снова глянул на явно опустошённого «средненького» и выдохнув, встал первым, подошёл к нему и подал руку. Эйс очнулся не сразу, подняв взгляд лишь тогда, когда заметил на себе тень от другого тела и помедлив, словно что-то почувствовав, набрал воздуха побольше в грудь, схватился за руку Атая и встал.***
В каюте «Отца» команды царил полумрак, нарушаемый лишь слабым светом масляной лампы. Белоус восседал на кресле, его массивная фигура казалась еще более внушительной в этих полутонах. Розоволосый чувствовал себя здесь не очень уютно, особенно от осознания, что вряд ли он здесь нужен. Так как, не особо разбирал в этом какой-то логики. Команда самого «Йонко», во-первых. Во-вторых, у него достаточное количество накама, чтобы противостоять, какому-то неуравновешенному пирату… если был таковой… и Эйс не придумывает, что он проиграл. Тем более, не мог же, в конце-концов, Веснушка вызвать его с другого края Гранд Лайна, только для того, чтобы поныть, что он кому-то проиграл! Хотя… это довольно в его духе, с его вечно хрупким эго и душевной организацией… что ж не в актёры подался, или певцы… с такой чуткой натурой? Розоволосый потёр шею и так как в каюте присутствовали только свидетели произошедшего, сам пострадавший и те, кто помог бы всё объяснить, он лишь неуютно осмотрелся. Не по себе ему было от этой… «секты»… — Итак, Эйс, — начал было Белоус, его голос был подобен раскатам грома, розоволосый уже и забыл, когда в последний раз с ним разговаривал или слышал, — Расскажи мне об этом Лэнде. Кто он такой, что смог нанести тебе поражение? — Серьёзно? Только из-за поражения? — сник как-то Атай, глянув в сторону брюнета и снова с-акцентировал внимание на бинтах. А может быть… всё, действительно так серьёзно, как всё преподносится? Потому что, Эйса с его логией ранить довольно тяжело… так кому это удалось, если знать… Атай раньше никогда не задумывался над качеством контроля Эйсом его дьявольского фрукта, так что бинты и возможные ранения, захватили всё его внимания. Эйс же глубоко вздохнул и начал свой рассказ, слова, словно тяжелые камни, срывались с его губ. — Этот парень назвал себя Лэндом… — начал было, робко огненный кулак, и Атай готов был поклясться, что в интонации брюнета ему — (показалось?), промелькнула оскорблённо-ранимая дрожь, этот напавший ТАК СИЛЬНО задел самолюбие Веснушки? — Лэнд… он был как тень. Появился из ниоткуда, когда мы прибыли за припасами на остров Ромбо… Ярость и унижение клокотали в его голосе, превращая каждое слово в ядовитый шип. Он рассказывал о том, как Лэнд рассеял его пламя, как впился в его уверенность, подобно пиявке, высасывая её до дна. — Мы… Я… — Эйс сжал руки в кулаках, опуская голову, — я даже не успел среагировать! Он игрался с нами. Но… Он вскинул голову: — Одно, могу сказать точно, он, кажется, намеренно искал меня! — Ты уверен? — вмешался-таки Атай, подойдя ближе и Эйс повернув голову, вперил в него слегка обиженный взгляд. — Если бы ты был там, ты был бы в ужасе от его беспринципности, Атай! — Даже если так, на тебе одном свет клином не сошёлся, мы же это уже давным-давно выяснили! — твёрже ответил розоволосый, но тут же осёкся и замолчав осмотрелся, на наблюдавших. — Так ты… тоже знаешь… — вмешался Белоус. — Что? — скривился Барговый Клинок, — Что Эйс — сын, короля пиратов? Знаю, мы росли вместе. — По твоему это не странно, что этот самый Лэнд, словно бы знал или следил именно за дивизией Эйса? Нам пришло это в голову, потому что только этим знанием можно объяснить, намерения этого типа, йой… — поразмыслил Марко. — Напасть на Эйса, только от того, что тот сын короля пиратов? Как-то глупо, как по мне… — пожал плечами розоволосый, собрав руки на груди, — Потому что Эйс мог нажить себе врагов и без фамильной ценности. Брюнет на это лишь неприязненно поморщил и дёрнул носом. Слова «братца» явно его задели. — Атай… а ты не мог проболтаться о том, что Эйс — якобы сын короля пиратов? — уточнил Белоус, почти не моргая глядя за ним. — Я не такой идиот… — нервно улыбнулся в ответ мечник и глаза его слабо загорелись, он с вызовом посмотрел на йонко, — Даже будь я на месте Эйса, даже вам бы я не сказал, кем являюсь… это ведь значит, что я сам подписываю себе смертный приговор… потому что в огромной команде в «сарафанном радио» нельзя быть уверенным. — Что ты имеешь ввиду…? — нахмурился Марко, а Эйс вцепился взглядом в
