Nekopara: История чёрной кошки

   Глава 10. В гостях у сказки… то есть, кхм, у кошки.    - И что я творю? – спросил я у отражения.    То мне не отвечало, что ожидаемо. Только смотрело наглыми кошачьими глазами, как бы интересуясь: «А что такого-то?». В общем-то, оно тоже право.    Вздохнув, я умылся и поправил растрепавшиеся за ночь волосы. Конечно, потом всё равно нужно будет расчёской основательно поработать, ибо шевелюра отрастает всё сильнее – но это уже после прогулки.    Почесав случайно намоченное ухо, вновь уставился в зеркало. Давненько своё тело не рассматривал внимательно… Что можно сказать? Котёнок вырос, хотя едва ли за полтора метра перевалил. Но некоторая подростковая нескладность потихоньку уходит – стадия бурного развития миновала, теперь мне никто не накинет десяток (а то и больше!) сантиметров роста за какой-то жалкий месяц. Как-то жутковато осознавать, что это с тобой подобные изменения происходили совсем недавно… Ну да ничего, они уже в прошлом. Возможно, облик ещё немного изменится – но в любом случае в зеркале я сейчас наблюдаю то, с чем мне теперь жить.    Итак, что имеется в наличии? Серые глаза с щелевидным зрачком никуда не делись, разве что на мир смотрят чуть иначе – не по-детски широко распахнуты, а слегка прищурены. Чёрные волосы тоже на месте, только длиннее стали. Как и моя прелесть – кошачьи уши с хвостом. Привязался к ним, хех… Без шуток, мне они нравятся – да и полезны весьма, если научиться обращаться правильно.    Что касается остального – что ж, я… доволен, наверное. По сути, вышло лучшее из возможного. Благодарю судьбу хотя бы за то, что не мейн-кун – свою миниатюрность как-нибудь уж переживу, а вот в нагрузку к высокому росту получить внушительные формы, как у Коконат, мне бы не хотелось. А так – этакая стройная девушка-легкоатлетка из какой-нибудь старшей школы. Или средней? Впрочем, нет, всё же старшей – японцы-то поменьше более привычных мне стандартов будут, на их фоне даже не особо и ощущаешь свою, кхм, маленькость.     Но всё это – то, что мне дала природа. Или, во что я верю больше – генная инженерия, мать моя пробирка. Большие уши, длинная шерсть на хвосте, форма лица, разрез глаз и так далее – это от меня особо-то не зависело. Что тут я мог сделать? Только беречь доставшееся неведомо чьей волей тело.    С чем, кстати, справился не так уж хорошо. Обошлось без серьёзных травм, но напоминаний о совершённых ошибках и глупостях некоторое количество накопилось. Ещё слегка заметны следы от постоянно появлявшихся в детстве на коленках и пониже царапин, нечто похожее можно разглядеть и на руках, не сразу привыкших к работе спицами и иглами, про шею вовсе говорить нечего… Порезы на ней, кстати, уже не только затянулись, но и почти зажили. Прямо как на собаке – даром что кошка. И хорошо, а то для полноты образа дворовой кошатины только разодранного уха и изрядно пожёванного хвоста не хватало, бр-р… Впрочем, вечно себя укорять смысла нет – ошибки запомнены, выводы сделаны. Теперь нэко гуляет где хочет и как хочет, как ей и положено.    Вот с чем разобраться, пожалуй, не выйдет уже никогда – так это с изменениями внутренними. Иное тело и иное окружение определённо влияют – не могли не повлиять. Впрочем, а надо ли разбираться? Рамки допустимого я себе обозначил, обретённые черты не вредят и не раздражают – значит, ничего страшного. В конце-то концов, при получении и осмыслении какого-либо опыта человек всегда хоть немного меняется – а порой и порезче, чем я сейчас. Вновь заигравшее в заднице детство встретил как-то даже радостно, с кошачьими замашками и чертами в итоге свыкся и даже привязался к ним. И это всё не ощущается чем-то инородным – напротив, гармонично встроилось и стало теперь частью моей личности. Ныне я действительно на сколько-то процентов являюсь нэко. Впрочем, почему нет? Мне по душе их искренность и непосредственность. Хотя в прошлой жизни представить себя мог скорее уж собакой, хех…    Почти незаметно, но достаточно мощно ударившие по здравому смыслу и рассудительности гормоны, насколько я чувствую, наконец почти угомонились. Потому и спрашивал я у зеркала… нет, не «кто прекраснее всех», скорее «кто виноват и что делать». Последние несколько дней я был не совсем адекватен. Ничего серьёзного, но постоянно ощущал себя на кураже, осознавая это – и всё равно будучи не в состоянии своё поведение изменить. Впрочем, рискованные и порой опрометчивые поступки пусть и одарили новыми шрамами и ценным опытом, но позволили оказаться в нынешнем положении, которое меня в целом пока устраивает. Да-а, с какой кошачьей наглостью тем утром к Цубасе заявился – это я нескоро забуду, да и она наверняка тоже, хах. Ну да и ладно. Кто не рискует – тот не пьёт… какао с молоком. Главное – остыть дать, а то язык отвалится…    Кстати, в новелле ведь была нэко по имени Милк, сиречь «молоко». С учётом специфики произведения, рецепты приготовления какао с помощью «шоколада» и «ванили» рисуются воображением весьма… Кхм. Кыш-кыш, похабные мысли, не мешайте думу думать. И вообще, в аниме наличествовала и Какао – маленькая такая беспризорница, совсем ещё котёнок. Да и Милк вроде довольно мелкой была. Так что в ту сторону не думаем, пока они не подрастут! Разрешено только умиляться. Хотя игра слов забавная вышла, этого не отнять.    Ах да, похабные мысли… Глупо было думать, что взросление тела не изменит заодно и личность. Достаточно вспомнить себя же из прошлой жизни – допустим, из младшей школы и уже из средней. Изменения налицо, и речь даже не про рост или голос. Та-да-а, вы открыли достижение «мартовская кошка», хе-хе – буквально на пару дней опоздание, в начале апреля накрыло. Впрочем, полагаю, к Рин меня начало тянуть скорее из-за пару раз проскакивавших мыслей в духе «а вот была бы такая хозяйка – может, и не пришлось бы сбегать», чем из-за чего-то более серьёзного. Однако она и правда приятная в общении и милая, как и положено анимешной девочке из средней школы… И, кстати, не такая она уж прям девочка – восьмой класс, родилась осенью, а значит, либо тринадцать с половиной, либо четырнадцать с половиной лет, но не меньше. Не двенадцать, как решил сначала – просто миниатюрная она. Для сравнения с рисунком не так уж долго ждать придётся, мя-ха-ха…    - Ха-а… Так, тихо, - я помотал головой и снова умылся холодной водой. Теперь в месте для сидения отжигает не беззаботное детство, а игривая юность. Это тоже неплохо, но мыслить здраво не всегда помогает. А мне надо сосредоточиться.    Закрываю глаза и прижимаю к голове уши. Вдох и выдох, и снова, и снова… Не вижу, не слышу, не чувствую – не отвлекаюсь. Простенькая медитация, безо всяких ковриков, трав и специальных поз. Итак…    Нужно что-то срочно исправлять? Нет. Человек ведь такая скотина, что ко всему привыкает – вот и я привык. Привык даже к тому, что более не являюсь человеком – не остался прежним, однако остался собой. Продолжаю отслеживать своё состояние, но не более. Остальное – просто саморефлексия и осмысление новых реалий в исполнении привыкающего к изменениям разума.    Каков план действий? Он, в общем-то, уже сформировался, но воплощать в жизнь пока не могу. С чего-то надо начинать – попрошу выходной или даже несколько, Цубаса без меня уж справится, раз раньше справлялась. Также нужно уговорить её немного пересмотреть график работы кафе – и у меня времени больше появится, и она меньше уставать будет, а надрываться смысла уже нет, ибо план минимум выполнен. Заодно попробую договориться о полноценном обучении премудростям поварским, хотя бы на уровне пояснения действий – смогу подменить если вдруг что, ну и в жизни пригодится. Вернуть брошюрку дяде со стройки, уточнить условия работы курьеров, проверить, есть ли что-то ещё похожее… С работой вроде всё.    Дела личные… подождут. Но друзей заводить никогда не рано – Рин и её котейка классные, да и помочь мне несложно. Как покажет местные типовые задания – так и узнаю, не переоценил ли себя. Всё остальное – потом. Может быть. Сначала подружимся.    Что-то ещё? А, не забыть уточнить насчёт рекламы – что за мысли там были у Цубасы и когда ждать подвижек.    И-и… закончили упражнение. Мозговой штурм то есть. Вдохнули, выдохнули, шёрстку пригладили – и вперёд, на пробежку.    Сегодня проверял лимиты кошачьей прыгучести. Со скоростью более-менее ещё понятно, но этот параметр, несмотря на простоту оценки, вызывал… некоторое удивление, мягко говоря. Ну не прыгают так обычные люди… Кстати, даже со скоростью понятно всё было не до конца.    А дело в том, что в какой-то момент я осознал – во время скоростного передвижения чуть меняется восприятие. Когда-то в прошлом слышал, что скоростные хищники очень хорошо отслеживают движущиеся объекты… или что-то в этом роде. Ну не был я экспертом по вопросам особенностей кошачьих, о чём немного сейчас жалею. В любом случае, кажется логичным, что у тех же гепардов, для коих в моменте и сотня километров в час не является пределом, должны быть крайне шустро соображающий мозг и чётко ведущие цель глаза. Иначе их жизнь была бы крайне несмешной шуткой – огромная скорость есть, а возможности её использования ограничены. Глупость же полнейшая.    Ну да ладно, до гепардов мне точно далеко – да и вряд ли на двух ногах этих прирождённых спринтеров догнать можно. Однако ситуация вышла забавная – не могу оценить собственную скорость. И выжимать из себя максимум смысла нет – стимул отсутствует, как и желание тратить время на восстановление после столь серьёзного напряжения сил. И сравнить с результатами обычного человека из прошлой жизни не выходит, как и с какими-либо движущимися объектами, скорость которых представляешь – ранним утром у нас тут тихо. Где-то в центре вроде не особо большого, но точно и не маленького города что-то работает, шумит и светится круглые сутки, но ближе к окраине подобного минимум. Вот и получается, что бежишь вроде быстро – а насколько? Фокусируешь внимание на какой-нибудь опоре ЛЭП, а она, блин, медленнее по ощущениям приближаться начинает – причём скорость-то при этом точно не сбрасываешь. Ещё в прошлой жизни несколько раз в стрессовых ситуациях казалось, будто время чуть замедляется, давая возможность подумать или среагировать – или, точнее, быстрее работает разогнанный мозг… Надо в будущем особенности своего восприятия изучить, в общем.    Пусть скорость измерить без специализированных приборов было сложновато, оценить прыгучесть оказалось не в пример проще. Прыжки с места, с разбега, серии прыжков… Какой там результат может тренированный человек выдать? Не олимпиец, которому нужно лишь перелететь через планку, а потом спокойно упасть на маты, а скорее опытный паркурист, который после очередного кульбита ещё и дальше поскачет? Что-то такое я выдавал без особого напряжения, скорее с лёгкостью – и с осознанием того, что это не предел. Радостно заработавший на полную внутренний моторчик словно говорил «ну наконец хоть что-то стоящее», и всё подгонял – быстрее, выше, сильнее! И я… был счастлив. Счастливо пело получающее вполне посильную нагрузку тело, а разум наслаждался новыми возможностями. Так и тянуло отключить голову и просто не думать ни о чём, всё продолжая двигаться вперёд… или не совсем вперёд – куда покажется правильным, по наитию выбирая самый интересный путь.    И я отдался этому порыву, следя лишь за тем, чтобы не убегать слишком уж далеко. Как-то сами собой в движения встроились перекаты и всякие декоративные финты, частично взятые из каких-то фильмов или видеороликов, частично придуманные на ходу… И мне было хорошо. Хотелось счастливо рассмеяться, но я лишь улыбался – дыхание сбивать как-то не комильфо.    Хорошо, что на этот раз надел ещё более потрёпанные жизнью вещи – без пыли и грязи на той же спине не обошлось. Но это всё ерунда – ведь я… ухватил за хвост мечту, полагаю? Как восторженно прикасающийся к таинствам различных языков прирождённый полиглот, как уверенно вжимающий педаль в пол обожающий скорость гонщик – как-то так себя ощущал и я. На своём месте, при своём деле. Прекрасное чувство…    Тормознул себя лишь в тот момент, когда осознал – здания вокруг постепенно становятся всё выше, да и немногочисленные высотки центральных районов определённо приблизились. Для вошедшей в состояние сатори (или, если иначе – поймавшей вдохновение) и раздухарившейся нэко принципиальной разницы между одним-двумя и тремя-четырьмя этажами нет, особенно если это здания пожилые и заслуженные, со всяческими выщербинами и пристройками/навесами/балконами, помогающими на них забираться… Однако на улицах начали появляться редкие машины, а в некоторых окнах горел свет – кто-то мог заметить меня и настучать соответствующим службам.    - У кого-то день начинается очень рано… или же очень поздно заканчивается, - усмехаюсь, вспоминая собственные ночные посиделки за компьютером. Меньше года прошло – а кажется, что так давно это было… Эх, помимо ностальгии вновь подняло голову желание посмотреть какие-нибудь добротные фильмы или поиграть в не менее добротные игры… Желательно, конечно, с друзьями. Оставшимися где-то там…    Спокойно предаваться меланхолии мне не дали. В окне расположенного метрах в пятидесяти от меня дома показалось заспанное лицо мальчика младшего школьного возраста. Он медленно и печально полз совершать утренний моцион, решил бросить взгляд на улицу, не ожидая увидеть что-то новое (ибо что там может быть очень ранним утром обычного буднего дня?), а тут на соседней крыше сидит кто-то. Привидение с моторчиком, ага… У меня такой таки есть, хоть и без внешних устройств вроде пропеллера. Или уши с хвостом можно за нечто подобное считать?    Пару раз моргнув и протерев глаза, пацан удостоверился, что это ему не кажется. И, зараза такая, потянулся за лежащим в кармане домашних шорт телефоном. Вот же ж, всё бы им на видео снять… Ничего страшного, по идее, не будет, но сама возможность попасть на камеру мне не нравится. Здоровая это паранойя или что иное – не суть важно.    И да, я с не такого уж маленького расстояния прекрасно мог разглядеть и выражение лица паренька, и «птичье гнездо» на его голове, и то, что из кармана его шорт торчал краешек смартфона – нужно было лишь сфокусироваться. Необычное ощущение… И великий дар для того, у кого в прошлой жизни зрение было совсем не идеальным.    Впрочем, думал в сей момент я не об этом.    - Эй-эй, не сметь меня снимать, – погрозил я пальцем. – Это нарушение… каких-то законов. Наверное. Надо бы их подучить, кстати, а то только насчёт дурацких колокольчиков узнавал…    Совершенно по-детски показав язык, помахал мальчику рукой на прощание и спешно ретировался. Короткая пробежка, мягкий прыжок на соседнюю крышу, на которой меня с его ракурса уже не видно – и всё, до свидания. А мне в кафе пора.    - Выходной? – переспросила однозначно ещё спящая на ходу Цубаса, пытаясь заставить полноценно открыться хотя бы один глаз.    - Угу. Или сокращённый рабочий день – в общем, свободное время, - подтверждаю, с наслаждением потягиваясь. – Хочу решить несколько вопросов… Или хотя бы попытаться это сделать.    - Хорошо, без проблем. Особенно если учесть, сколько ты помогаешь… Тебе удобнее до или после праздника?    - Какого праздника?    - Так Сакура Ханами же… - неподдельно удивилась Цубаса, от недоумения аж переставшая позёвывать.    Настал мой черёд удивляться – о чём она говорит вообще? Впрочем, тугодумом я, смею надеяться, не являюсь, потому сообразил быстро: Япония или её аналог, весна, цветок («хана») – речь о празднике цветения сакуры. Вот же, совсем из головы вылетело – а ведь это важная национальная традиция, зародившаяся в сильно бородатые времена, вроде в восьмом или девятом веке, хотя изначально любовались цветущей сливой. Однако я здесь оказался в середине лета, и думать о культуре времени… не то чтобы совсем не было, но мысли больше занимало осмысление происходящего и адаптация к новому телу, а также изучение более полезных вещей. М-да, бывает.    - Да, точно, - поспешил ответить я, видя, что собеседница заметила мою заминку и собирается уже давать пояснения. – Мне ж ещё и года нет, первая весна. А что вообще будет в день праздника? Это всеобщий выходной?    - Официально – нет, но по факту все получают от работодателей отгул или берут его сами. Если отложить дела совсем никак – стараются перенести их в парки или ещё куда, где можно полюбоваться весенним цветением. Я планировала в этот день хорошенько выспаться, а вечером уже сходить на фестиваль.    Соответственно, на время праздника кафе будет закрыто, можно или отдыхать, или своими делами заниматься. Но раз во время Ханами все такие праздничные – делами-то особо и не займёшься.    Потому я получил обещание обеспечить выходной в любой удобный день, что не могло не радовать. А ещё Цубаса сказала, что один известный ей фотограф не против помочь нам и будет даже рад. Этим человеком оказался старик Орияма – тот самый, что раньше был владельцем здания и расположенной в нём мастерской. Когда-то давно он починил отданный в ремонт фотоаппарат – а за ним так и не пришли, так что остался агрегат в мастерской. Так и заполучил тогда ещё молодой мужчина хобби. А на пенсии прикупил себе аппаратуру посовременнее – и фото лучше выходят, и подрабатывать этим можно. Неплохой вариант, учитывая многолетний опыт пожилого мастера.    С этой стороны всё было замечательно и хорошо, так что начало смены я встречал бодро и с позитивом, несколько раздражая и, кажется, пугая этим Цубасу. Кстати, вот ведь занимательный момент – за плюс-минус десяток часов, что приходится отработать, я особо не устаю, ибо организм требует больше движения. По ночам ещё бегать, что ли? Так ведь и спать когда-то надо…    Ничего не подозревающий я ещё не подозревал, что сегодня его ожидает неожиданная встреча. К счастью, не все неожиданности в моей жизни оказываются неприятными.

***

   Тот же день. Одна обычная ученица средней школы.    - Отвечать будет… Тачи Рин, прошу.    Глубоко и печально вздохнув (про себя, конечно же), девочка поправила чёлку и вышла к доске. Нельзя сказать, что учёба была для неё очень уж тяжёлой – но и обратное заявлять было бы глупо. Местами получше, местами похуже – в целом училась Рин средне. Так что внимание учителей проблемой не являлось… Обычно не являлось.    Однако именно сегодня ей хотелось просто тихонько посидеть за своей дальней партой наедине с мыслями. Хотелось хорошенько подумать о том, о чём они говорили с Блэки… Всего один разговор с этой весьма самостоятельной нэко заставил по-иному взглянуть на многие вещи. И не привыкшая к такому только начинающая взрослеть девушка желала разобраться с возникшими вопросами. Ибо прошедшего дня ей совершенно не хватило, да и дела всякие навалились…    Но именно сегодняшний день выдался крайне проблемным. Из-за того, что слишком много и долго думала вечером, Рин чуть не проспала. Потом оказалось, что у их футбольного клуба некоторое время не будет занятий – с причинами этого только предстояло разобраться. Ещё и на уроках её по любому поводу отвечать вызывали…    После такого учебного дня хотелось хорошенько отдохнуть – но занятий в клубе нет, все друзья временно недоступны, ибо готовятся к тестам, не желая потом страдать на летних каникулах… И с Блэки не поиграть – сокращённые учебные дни закончились, теперь освободиться к обеденному перерыву черноволосой нэко она ну никак не успевает. Ещё и свою ушастую радость утром даже расчесать спокойно не успела…    Но всё когда-нибудь заканчивается – закончился и этот учебный день.    - Се-естри-ица-а, мря-а, - радостно пронеслась через всю квартиру и впечаталась ей в живот Хани, сразу начав мурчать.    - Как ты тут, не сильно скучала? – Рин обняла свою нэко в ответ, запустив пальцы в волосы и начав почёсывать, что получалось уже рефлекторно, без участия разума.    - Мр-мр… Нямножко, - признала та, отцепляясь и давая снять обувь. – Гулять? Играть? Или скучные штуки?    Рин на это могла только сконфуженно опустить голову. Котёнок хочет гулять и играть, а она сейчас не может… вернее, может – но это порушит все планы и заодно пошатнёт её уверенность в себе. Только ведь решила, что не станет бегать от проблем, что добьётся своих целей…    - Ня переживай, сестрица, - Хани, будто прочитав мысли, вновь обняла свою хозяйку и тепло улыбнулась, глядя прямо в глаза. – Дела делать тоже нядо. Не грусти! Может, Хяняу пока маленькая и глупая, но кое-что понимает, угум, мр-мр-р. Вы с чернохвостой сестрицей говорили о том, как быть взрослыми, правда ведь? Быть взрослым – это же значит делать всякие важные штуки, чтобы жилось хорошо. За домом следить, за одеждой, за едой… Так вот, мя! Ты же всё это делаешь, правда? Особенно кормишь хорошо! Так что ты, получается, тоже нямножко взрослая и крутая!    Не до конца логичные и немного наивные, но крайне искренние слова поддержки сильно тронули Рин. После такого любые испытания будут по силам!    - У-у, прелесть ты моя, - зажмурившись, девочка потёрлась об обозначенную прелесть щекой. – Ой, ты кушать хочешь, да? – тут же спохватилась она.    Подумав немного, Хани покачала головой.    - Ня очень. Приготовила себе нямножко, как смогла…    У матери Рин свободного времени не так уж много, и отдельно для нэко она еду не делает. Мало того, что той привычная пища не всегда подходит, так ещё и для нормального роста кушать нужно вовремя и побольше… Так что дополнительно готовит сама Рин, и так старающаяся снять иногда эту обязанность с мамы – а со временем и Хани стала пытаться, не желая обременять свою сестрицу.    - Точно? – всё же переспросила уже переодевшаяся в домашнее Рин, внимательно смотря на ушки и хвост, которые сразу выдадут ложь и недомолвки. – Если что – скажи, на тебя у меня всегда время найдётся.    - Точня, - кивнула желтоволосая нэко. – А если время есть – лучше почеши! Без почесушек всё утро грустня было…    Через треть часа отложившая расчёску девочка постановила: пациент доволен… и спит. Свернувшаяся под боком Хани даже во сне чуть-чуть взмуркивала и улыбалась. Прелесть же!    Ещё раз проведя рукой по волосам, Рин усилием воли заставила себя собраться и приступить к делам. Ближайший час (а то и два) нужно было посвятить домашним заданиям…    Когда даже после перерывов голова отказывалась работать хоть немного лучше, а украдкой бросаемые полные надежды взгляды Хани (скучающей и грустящей, но изо всех сил старающейся не отвлекать от дел – ну что за славный котёнок! И тем печальнее такого расстраивать) уже прожгли в спине дыры и довели совесть до состояния несвежего зомби, догрызающего остатки силы воли, Рин всё же решила заняться чем-нибудь иным. Желательно не в помещении, да.    - Ладно, хватит пока, - решила она, потягиваясь и смотря на время. – Почти два часа, как бы не мой рекорд – вот что мотивация делает, хе-хе… Хм, чем заняться? Да и кушать уже хочется. Хани, что думаешь?    - Хм-м-мр-р, - задумчиво проворчала нэко, почёсывая ухо. – С сестрохвостой черн… Э-э, нет. С чернохвостой сестрицей уже не поиграть, поздня, дя? Тогда просто погулять? Но кушать тоже хочется… Не знаю. Подумай за нас обеих, ладня? А я пока чайничек поставлю, чаёк попьём с печеньками!    Проводив взглядом мелькнувший в сторону кухни хвост, Рин растянулась на кровати, прикрыв глаза. Время пока есть – вечером нужно подготовить ингредиенты и утварь, чтобы мать потратила меньше сил и времени на приготовление ужина, но до тех пор благодаря почти полностью решённому домашнему заданию она в целом свободна. Правда, надо бы ещё тесты порешать. Да и покушать…    И тут внезапно пазл сложился. Хани ведь говорила о Блэки – а та предлагала помочь с учёбой. Работает же сероглазая нэко в кафе – и наверняка там найдётся что-то под вкусы хвостатых, особенно если учесть, что Блэки там же и живёт. Осталось лишь выяснить, где «Сайко» располагается, с чем поможет смартфон.    - Сходим в гости к Блэки? – спросила Рин после чаепития. – Минутах в пятнадцати ходьбы от нас то кафе, в которое она нас приглашала, что думаешь?    - О-о, было бы хорошо, - у бесхитростной Хани от такого предложения, тесно связанного со вкусняшками, опять пошли слюнки, которые она спешно проглотила, делая вид, что ничего не было. – Мням, кхе-кхем. В общем, идём, дя!    Собравшись и прихватив пачку тренировочных тестов, которые в школе выдавали всем желающим, Рин отписала матери, что пойдёт к подруге, дабы вместе поучиться (никакой лжи, верно ведь?), и отправилась в путь.    «Сайко» находилось в тихом районе, который, тем не менее, располагался достаточно близко к центру города – и идти недалеко, и достаточно спокойно. Неудивительно, что в него порой заглядывали те, кто желал отдохнуть от суеты и шума, посидев в простом, но неплохом кафе. Да и местные жители туда определённо заходили частенько.    Одноэтажное здание встретило ученицу средней школы и её желтоволосую нэко негромкой музыкой, примерно наполовину заполненным залом и интригующими запахами. И…    - Добро пожаловать, дорогие гости. Кажется, вы у нас впервые. Могу ли я быть чем-либо полезна вам? – спросила черноволосая нэко, слегка улыбаясь и кланяясь.    - Эм… Да, будем благодарны за помощь, - несколько удивившаяся Рин не сразу нашлась с ответом, ибо просто проглотила все заготовленные слова.    Образ Блэки-официантки изрядно сбил её с толку. У заводной сорвиголовы с растрёпанной гривой и стоящей сейчас перед ними нэко из общего были только чёрные уши с хвостом да кроссовки. Аккуратно уложенные волосы, закрывающий заклеенную шею шарфик, тёмная кофточка и такие же штаны, лёгкая доброжелательная улыбка, спокойный чуть ироничный взгляд и не менее спокойный вежливый голос – её было не узнать. Да, Блэки не соответствовала какому-то конкретному образу, не ощущалась горничной или дворецким, как оно в некоторых кафе бывает, да даже официанткой была не самой примерной – чего стоит её поклон на европейский манер (хотя гнуть спину на японский с заполненными подносами наверняка крайне неудобно); однако она вполне вписывалась в это заведение, в котором подавали всего понемногу, и, что самое главное – хорошо справлялась со своими задачами, судя по отсутствию недовольных и приятной атмосфере. И это не очень-то вязалось с уже ставшим привычным поведением подруги, хотя Рин и осознавала, что Блэки наверняка не через силу притворяется, а в самом деле усердно работает, ибо нэко достаточно прямолинейны и искренни… В общем, тут было чему удивляться.    Впрочем, пусть озадаченную увиденным и осознанным девочку образ их знакомой и сбил немного с толку, рядом с ней была та, кого вообще ничто и никак не смущало. Хани просто была рада видеть свою «другую сестрицу».    - Привет, - понизив голос, насколько смогла, махнула рукой младшая нэко. – Мы пришли тебе мешать! Эм, мя-а, или помогать? А зачем помогать?.. Кажется, я опять няпутала, ур-р…    - Хорошо, хорошо, я примерно поняла, - Блэки улыбнулась чуть шире. – Вы просто ко мне заглянули, или что-то заказывать будете?    - В гости, но от еды не откажемся. Тут ведь найдётся что-то для нэко? Желательно не очень дорогое, - кое-какие накопления у Рин имелись, но карманных денег на многое не хватит. Хотя ради Хани она была готова потратиться, но всё же…    - Разумеется. Выбирайте свободный столик и изучайте меню, я скоро к вам вернусь. Что? Вы готовы сделать заказ? – мужчина за одним из столиков поднял руку, привлекая внимание. – Да-да, сейчас к вам подойду, только отнесу грязную посуду! Кхм… Располагайтесь, в общем, а мне тут пошебуршать надо, сами видите.    Названия и стоимость самых популярных блюд были написаны мелом на большой доске, для более редких имелись небольшие простенькие книжечки с меню. Цены не кусались, так что Рин и её верная спутница на следующие несколько минут погрузились в обсуждение…    И прервались лишь когда к ним снова подошла Блэки. В этот момент Рин вспомнила о сумке, в которой лежали тесты и некоторые тетради. Уже хотела спросить, как быть с этим, начала вытаскивать стопку бумаг… И резко остановилась, осознавая, что начала краснеть.    «Да я же от стыда сейчас сгорю... Посмеиваюсь над тем, что Хани забавно порой всё путает – а сама-то не лучше. Ведь это кафе – не только дом, но и место работы Блэки. И вполне очевидно, что она здесь, вот удивительно-то, работает! А я к ней с тестами своими, у-у… Где она время хотя бы поболтать с нами найдёт?..»    Быстро засунув всё обратно, Рин закрыла ладонями и пылающие со стыда щёки, и глаза, которые не желала в ближайшее время открывать. Кем теперь её посчитает Блэки? Эгоисткой? Просто дурой? Неизвестно ещё, что хуже…    Тем неожиданнее было ощутить… поглаживания?    - Ну, ну, чего ты? Ничего же страшного не случилось, зачем так убиваться? Ты ведь не думаешь, что я, - в голосе сквознула усмешка, из-за чего Рин напряглась ещё сильнее (вот только шуток подруги ей не хватало, особенно тех, ну… с намёками), но подозрения не оправдались и всерьёз над ней смеяться не хотели, - посчитаю, будто ты, такая замечательная и милая девушка, вдруг решишь столь нагло мной пользоваться? Скорее у нас просто вышло какое-то недопонимание, да? Но… тут такое дело: наглость и решительность – вещи разные, и второго тебе немного не хватает. Не стоит бояться ошибаться. Порой, - Блэки хмыкнула и почесала шею, - нужно решиться и действовать, даже если потом об этом будешь жалеть. Потому как бездействие частенько куда как хуже. А ещё стоит чуть больше верить в себя и своих близких! Посмотри мне в глаза, - Рин подняла взгляд, стараясь успокоиться и перестать думать обо всяком… всяком. – А теперь просто скажи то, что хотела сказать изначально, до того, как смутилась. Обещаю, ничего страшного не случится.    - Я… Я думала о твоём предложении помочь, и зайти в «Сайко» решила в том числе ради этого. П-просто не осознала почему-то, что ты будешь занята, и… и…    - Тише, тише. Я об этом тоже думала. Посмотри вокруг. Людей постепенно становится меньше, и скоро останутся лишь те, кто с чаем и закусками или чем посерьёзнее сидит тут после учёбы или работы, почти ничего не заказывая и не нагружая официанта, - и действительно, многие люди работали за ноутбуком, о чём-то тихонько говорили по телефону, делали пометки в каких-то бумагах и так далее. – Соответственно, свободного времени у меня совсем скоро станет больше, и я смогу уделить его вам. А ты пока можешь позаниматься самостоятельно или просто спокойно поесть, восстанавливая душевное равновесие. Обычно в это время мне как раз практически нечем заняться, так что я очень даже рада вашему визиту… Не веришь? Да, я сейчас тебя успокаиваю, но это не сладкая ложь – эти штуки не дадут соврать, - указала Блэки на не спешащие дёргаться или прижиматься к голове уши. – Так что я правда очень вам рада, - улыбнулась она ещё шире.    - Хорошо, убедила, - Рин несмело улыбнулась в ответ… и даже позволила себе небольшую шутку. – Чего тогда не мурлычешь, раз очень рада?    - Я бы помурлыкала, но не умею почему-то, хех… Ладно, так что вы там заказать-то решили?..    Блэки снова дала своей подруге важный жизненный урок. И Рин, узнавая об этой сероглазой нэко всё больше, начинала порой задаваться вопросом: «А откуда она обо всём этом знает в свои-то девять месяцев?»    Впрочем, озвучить его она решила позже – тут вопрос не решительности, а приличия. Пока же их ждали не менее важные дела…