Розовый и голубой

— Это ещё чё за… Чонину пришло новое сообщение. От Хёнджина. Странно, он обычно не пишет мне. Хëнджин всегда сразу звонит. Заинтригованный Чонин тут же открыл мессенджер. Видео? Не дай бог опять лисята. Твою ж. Лучше бы это были лисята. Чонин чуть не отбросил телефон. Ах, блять, вот почему он не звонит. Он занят. Снимает свои игры с Феликсом на видео. Скользнув взглядом по изображению явно непристойного характера, Чонин быстро свернул диалог. Это было очень в духе Хёнджина. Во-первых, снять это в принципе, во-вторых, отправить это кому-то. Почему вообще мне?

20:56

Ты чатом не ошибся?

Снова развернув диалог с хёном, Чонин не смог не взглянуть на последнее вложение. Взгляд сам зацепился за красивые обнажённые тела. Господи, блять, Хёнджин. Что они делают? Прильнув друг к другу в объятиях, Хёнджин вставлял Феликсу голубую пробку. А Феликс Хёнджину — розовую… Очень нежно, медленно и осторожно. Они дышали в губы друг другу, отводя ягодицы в стороны и проталкивая игрушки. Кажется, Хёнджин был недостаточно сдержан, отчего Феликс слегка вздрогнул в его руках и тихонько промычал, зажмурившись. Чонин укусил себя за кончик пальца.

20:58

Хёнджин, какого чёрта вообще

Чонин пересмотрел видео ещё несколько раз. Сходил подышать свежим воздухом на балкон.

21:07

Хёнджин?

Хёнджин был в сети в 20:41. Занят, он, блять, занят. Ну конечно.

***

— Как думаешь, он сделает что-нибудь? — немного смущённо спросил Феликс. — Да. Подрочит и ляжет спать. Схавает, как обычно. — Как обычно? — А ты когда-нибудь пробовал его трахнуть? Чëртов недотрога. — И правда… Мх… Йенни, почему ты всегда так холоден к своим хёнам… — капризно уткнувшись ладошками в изображение макнэ на дакимакуре, он с силой проехался пахом по мягкой ткани. — Вот пусть и сидит там один, смотрит на нас и завидует. Мы хотя бы можем себе позволить реализовать свои желания. Сидя напротив, они тёрлись об одну подушку, изнывая от такой скупой стимуляции. Перехватывая запястья друг друга, они балансировали и словно боролись за право объездить своего макнэ как можно сильнее. — Зачем ему такой большой красивый член, если он не использует его на нас? — Феликс откровенно злился, с силой вжимаясь в подушку. — Ещё и раскачался почти как Чан… Это просто невыносимо… — Хёнджин переплёл пальцы с Феликсом и досадно сжался вокруг пробки. Мало. Как же этого мало. Предаваясь своим фантазиям об одном человеке, они сцепились руками и держались друг за друга, почти синхронно потираясь о подушку. Наволочка стремительно намокала, пачкаясь в их смазке. С каждым новым толчком они разносили всё больше грязи по светлой ткани. Кажется, бедную подушку после их невинных игр придётся выбросить. — Даже одними пальцами Йенни достал бы дальше, чем эта проклятая пробка… — Мхм… Когда парни были особенно глубоко в своих фантазиях, почти сливаясь в поцелуе и прильнув друг к другу в нужде, дверь их комнаты распахнулась. — Хах, а вы всё там же, — Чонин недобро усмехнулся, наблюдая за тем, как в мутных взглядах хёнов с трудом проявляется осмысленность. Они в самом деле сидели напротив, цепляясь друг за друга и позорно самоудовлетворяясь. И делали они это на длинной подушке с изображением… Твою мать, серьёзно? Феликс и Хёнджин ёрзали и тёрлись о дакимакуру с изображением их макнэ. С его собственным изображением. — Ну и что вы тут устроили? — Чонин почти с сожалением взглянул на наволочку, где по его лицу весьма очевидным образом тянулись грязные разводы. — Кажется, вы неплохо справлялись и без меня. Зачем тогда было то приглашение? Взгляд Чонина был более чем однозначен. Я сейчас просто сожру их. — Смотри, а он правда пришёл. Что будем делать? — Хëнджин зашептал, игнорируя гостя. — Не знаю. Чего он так смотрит? — Феликс зашептал в ответ, косясь на Чонина. — Йени, ты пришёл, чтобы увидеть представление лично? Или наконец присоединишься? Сколько мы можем выпрашивать твоего внимания? — Хëнджин капризничал, совершенно не скрывая своих чувств. — Йени из тех, кто любит наблюдать? — очень тихо спросил Феликс в надежде, что на самом деле не прав. Феликс хочет, чтобы Чонин присоединился. Феликс просит внимания уже давно. Я сейчас точно сожру их. — Как я могу удовлетворять кого-то одного, пока второй будет просто смотреть и обливаться слюной? Лучше я буду смотреть, как вы удовлетворяете себя сами. Всё честно. — Чонин, пожалуйста… — Хëнджин не мог поверить, что младший пришёл сюда просто для того, чтобы поиздеваться. Блять. Чонин наслаждался своей властью над хёнами и точно не смог бы перестать измываться над ними. Они были страшно уязвимы и открыты перед ним, полностью доверяя свои желания и нужду. Если он им не поможет, то кто? — Я кое-что принёс вам. Хёнджин и Феликс тут же вскинулись, едва не заглядывая ему в рот. Чонин усмехнулся. Бедняжки. Даже удовлетворить себя сами не могут. — Чтобы вы точно не подрались, тебе, Феликс, голубой, и тебе, Хёнджин, розовый. Чонин вручил каждому из них по очаровательному прозрачному дилдо. В руках Хёнджина оказался аккуратный небольшой голубой член. В руках Феликса — увесистый розовый. В глазах хёнов было искреннее непонимание. Игрушки были прелестными, но что им с ними делать? И почему он перепутал их местами? Он же сказал, что розовый — Хëнджину… А сам он?.. Рассмотрев подарки в своих руках, они снова преданно уставились на Чонина. — На видео вы прекрасно справлялись. Помогите друг другу ещё раз. Понимание отразилось в глазах хëнов. Вот оно что. Йени любит играть. Чонин щедро полил игрушки в руках хёнов их собственной ягодной — господи прелесть какая - смазкой и ободряюще шлёпнул по ягодицам. Член Феликса дёрнулся при одном взгляде на дилдо в руках Хёнджина. Кажется, ему действительно нравилось так играть. Хёнджин же вопросительно приподнял бровь, сравнивая размер игрушек. — Что-то не нравится? — тут же отреагировал на растерянный взгляд хёна Чонин. Чёрт, это в самом деле лучше бесполезных пробок. А Чонин, он что, будет смотреть? И если они будут послушными и выполнят все просьбы Йени, то смогут попросить его о большем в качестве награды?.. Нельзя упускать такую возможность. — Ёнбок-и… — Хёнджин первым приступил к делу, отбросив пробку в сторону. Смазка стекала по пальцам и падала на подушку. Хёнджин осторожно приставил небольшую голубую головку ко входу. Он держался как мог, чтобы не сорваться и быть с Феликсом нежным. Хëнджин хочет оказаться на этом большом толстом розовом члене. Он хочет, чтобы было грубо. Хочет, чтобы было много. Но с Феликсом нужно быть осторожнее. И его удовольствие сейчас в руках Хëнджина, который вот-вот взорвётся. — Давай, Ëнбок-и. Не бойся. Феликс бросил быстрый взгляд на Чонина, что продолжал в ожидании крутить в руках смазку. — Хёнджин, он большой, — Феликс колебался. Да, он большой, именно поэтому, пожалуйста… — Всё в порядке, Ликси. Он такой же, как у Йени. Я справлюсь. По-твоему, у меня такой? Хах. Феликс нерешительно завёл руки за спину Хёнджина и сперва прошёлся пальцами по входу, проверяя растяжку. Скользкие от смазки пальцы легко проникли внутрь, вызывая ответный вздох старшего. От долгожданной стимуляции руки Хёнджина дрогнули, и он снова неосторожно толкнулся игрушкой в Феликса. Тут же отзываясь всхлипом, Феликс осторожно извлёк пальцы и наконец приставил розовый член. Я стараюсь, Хëнджин, я стараюсь. Они выдыхали извинения в тесных объятиях на плечах друг друга. Прости, Ëнбок-и, прости. Хёнджин изнывал. Он был страшно несдержан, самостоятельно насаживаясь на дилдо в руках Феликса. Он слишком долго ждал. Голубую игрушку Хёнджин старался ввести в Феликса как можно осторожнее. Его ангел был до ужаса чувствительным и нежным, всегда реагируя острее и нуждаясь в заботе. Нежно массируя натянутую вокруг игрушки напряжённую кожу, хёны успокаивали друг друга, потираясь щеками друг о друга. — Йени, добавь смазки… — взмолился Феликс. — Тебе или ему, ангел? — Везде, Йени, добавь везде… — отвечал за него Хёнджин, чувствуя, как трясёт их обоих. — Вы отлично справляетесь, сладкие. Ещё чуть-чуть, и игрушки будут полностью внутри. Вы же сможете принять их целиком? — Чонин говорил невероятно сладко, подбадривая хëнов. Наливая дополнительную смазку, Чонин помогал распределять её, обхватывая ладонью поверх пальцев, сжимающих дилдо. Слегка проталкивая смазанную игрушку глубже, он выдыхал похвалу на ушко. — Вот так. Мои умнички. Очень хорошо. Ладони Йени были горячими и настойчивыми. Дополнительно стимулируя нуждающихся хëнов, он дарил им долгожданное внимание. Оттягивая кожу и вынимая члены, он заставлял их вводить их снова и снова, трахая друг друга. — Джин-и… Ах… — едва Феликс задумывался о комфорте старшего, как Чонин подбрасывал его на игрушке, настойчиво вдавливая руку Хëнджина в ягодицы. Когда, наконец, голубой член оказался полностью внутри, Чонин искренне обрадовался, а Хёнджин облегчëнно выдохнул. Мой ангел, он весь в тебе. Должно быть, тебе хорошо. — Феликс, ты справился. Выходит, я не прогадал с размером. Тебе нравится? — Чонин ласково погладил Феликса вдоль позвоночника, пуская мурашки. — Ëнбок-и? Всё хорошо? — Хëнджин, прижимаясь вплотную, не видел его лица и не понимал, почему тот молчит. — Джин-и, пожалуйста… Двигай… Двигай его… — Феликс, ожидая ответной ласки, сам надавил на игрушку, проникая глубже в Хëнджина. Ах, Ликси… Чонин в восхищении упивался тем, какие чувства в хëнах вызывала эта игра. Приняв игрушки целиком, Хëнджин и Феликс наконец выпутались из слишком тесных объятий, полностью садясь на подушку и ловя жаркое дыхание друг друга. Сцепившись руками, как и до этого, они переплели пальцы и чувственно постанывали, скользя по подушке. Наконец-то им было хорошо. Наконец-то. Хëны так хорошо смотрелись вместе, почти сливаясь в поцелуе, что Чонин боролся с искушением снять это единение на камеру. Слишком правильно. Слишком красиво. Так, а я тут зачем? Ах да. В голове Чонина уже была новая игра. Почти за волосы оттаскивая Феликса от его нуждающейся близняшки, Чонин позволил ему всем весом опереться о свою грудь. — Феликс, солнце. Хëнджин чуть больше, чем твоя милая игрушка, но я думаю, ты в состоянии справиться с этим, — Чонин шептал на ухо, словно доверял какую-то тайну. — Пересядешь на его член? Хёнджин лишь распахнул рот. Из него не вышло ни звука. Чонин смотрел прямо на него. И у Хёнджина не было права на протест. — Хёнджин?.. — Феликс вопросительно взглянул на него. — Хёнджин не против, — ответил за него Чонин. Нетвëрдно кивнув, Хёнджин решил довериться Чонину, подчиняясь каждой его просьбе. Феликс словно нехотя расставался с новым дилдо. — Давай, Ликси, я помогу тебе. Хорошая игрушка, правда? — Чонин крутил в руках голубой член. — Оставишь её себе как трофей. Сама забота, Йени помог Феликсу пересесть с новой игрушки на горячий член побольше. Хëнджин удивлённо выдохнул. Феликс испуганно всхлипнул. — Всё хорошо, Ликси, это всего лишь игрушка побольше, — Чонин старался позаботиться о том, чтобы хëн не испытывал дискомфорта. — Джин-и, будь добр, не двигайся. Ты сегодня в роли дилдо. Уверен, тебе это по силам. Какого х… Хëнджин едва успел в протесте открыть рот, как почувствовал крошечные толчки со стороны самого Феликса. Отлично. Я дилдо. Я дилдо. Я дилдо. — Мх… Джин-и… Ах, блять… Ангел… — Всё хорошо, крошка? — Чонин вглядывался в лицо в такого чувствительного сейчас Феликса. — Это не такой уж большой член, согласись? Ахуеть. Продолжай меня гасить, Йени. Хотя нихуя, блять, подобного. — А где же твой хвалëный член, Нин-и? Он ведь наверняка такой большой. Не то что мой. Ты же и так знаешь какой у меня член. Зачем ты распускаешь перья, маленький трусишка? — А ты уверен, что справишься с ним, Джин-и? — Может, проверим? Или так и будем бросаться громкими заявлениями? — Хëнджин продолжал нещадно зарывать себя. Кажется, сегодня он не смог быть послушным мальчиком. Как и всегда. Он не мог ждать. Не мог подчиняться. Он хотел получать здесь и сейчас. — Ох, Джин-и… Неужели тебе мало той игрушки, что я принёс специально для тебя? Это и так была самая большая, — Чонин разочарованно покачал головой. — Маленькая ненасытная потаскушка. Феликс, изнывая от отсутствия стимуляции и внимания, уже почти хныкал, совершенно не вникая в диалог. — Нин-и… — он плаксиво взмолился, теряя терпение. — Я тут, моя радость, — быстро переключась на него, Чонин опустился между его ног и нежно поцеловал головку члена. — Здесь тяжело? Хëнджин поджал губы, чувствуя досаду. «Разве я могу удовлетворять кого-то одного, пока второй будет просто смотреть и исходить слюной?» Ну конечно. Двуличная сука. Пока Хëнджин пыхтел от недовольства, Чонин настойчиво насаживался ртом на член Феликса, даря такое желанное удовольствие. Помогая себе рукой, он очень правильно ласкал своего хëна так, что его выгибало на члене Хëнджина. — Тебе хорошо, Феликс? Чонин видел, что да. Феликс почти подпрыгивал в его руках, дразня Хëнджина и вжимаясь в него. Он был близко. — Кончай. Кончай, Ликси. Срывая сладкий стон наслаждения с губ Феликса, Чонин насадился на его член до самого горла, позволяя кончить глубоко в себя. Но даже так, собирая языком всю сперму хëна и глядя снизу вверх, он всё ещё делал это со снисхождением. — Умница, Феликс, очень хорошо. Феликс низко постанывал, пребывая в эйфории от мучительно приятной разрядки, и сильно сжимался на члене Хëнджина. Это было просто невыносимо. Хëнджин закатывал глаза, не справляясь с давлением. — Не кончай в Феликса. Он расстроится, — Чонин был безапелляционно строг. И как всегда прав. Феликс расстроится. Хëнджин взвыл. Да сколько можно… — Я не могу, Нин-и… Пожалуйста… — Хëнджин сдался, опускаясь до просьб. — Что такое? Что ты не можешь? — Чонин проявлял почти издевательское участие. — Я хочу… Я тоже хочу… — Как же ты любишь внимание, Джин-и, — Чонин просунул руку меж его ягодиц, надавливая на резиновый член, что был так жестоко статичен всё это время. — Феликс, пожалуйста. Я сейчас кончу прямо в тебя. Феликс… — Не кончишь, — Чонин пережал основание члена, выдавливая из Хëнджина очередной скулёж. — Феликс, радость, отпустишь свою игрушку? Кажется, она совсем перестала справляться со своей ролью. Лишившись надёжной опоры в виде Феликса, Хëнджин завалился лицом на мокрую несчастную подушку. Оттопырив зад, он жадно потерся членом о прохладную ткань. — Давай я немного помогу тебе. Чонин очень мягко, почти утешающе погладил Хëнджина по бедру, следом ухватившись за игрушку в нём, чтобы сделать несколько грубых глубоких толчков. — Мхм… Именно так он хотел, чтобы его трахали. Они с Феликсом такие разные, но оба такие нуждающиеся. Наконец позволяя Хëнджину получать желаемое, Чонин не жалел сил, хаотично вбиваясь розовым дилдо. Проезжаясь членом по подушке, Хëнджин окончательно испортил наволочку, когда обкончал её, позорно расплакавшись в оглушающем оргазме. Чонин восторженно наблюдал за содроганием довольного оттраханного хëна. — Йени… — Феликс смущённо мялся рядом, неловко косясь на Хëнджина. — М?.. — слегка уставший от такой скачки, Чонин хотел только уйти к себе и лечь. Возможно, ещё осознать всё это. — Йени, у тебя стоит, — Феликс почти застенчиво ткнул его в топорчущуюся ткань. — Мгм, — Чонин с досадой уставился на свой стояк. — Можно? Пожалуйста… — Феликс схватился за резинку штанов, едва не спуская их вместе с бельём, пока Чонин не сбежал. — Ты же не умеешь, Ликси, — подал голос заплаканный Хëнджин. Очаровательно. Они ещё подерутся за меня? Хах. Очень мягко и невинно соперничая за внимание Йени, хëны навалились на него с двух сторон. Они ласкали его член, переплетаясь языками и по очереди заглатывая его почти целиком. До сих пор жаждущие его внимания, они очень старались доставить удовольствие и делали всё, чтобы все мысли Йени были только о них двоих. Ох, блять. В последний момент перехватывая член, довольный Хëнджин направил его на лица так, чтобы они с Феликсом были щедро помечены его спермой. Наблюдая за тем, как горячая белая жидкость отмечает губы и щеки его хëнов, Чонин едва мог поверить своим глазам. Они действительно получали удовольствие. Они добивались его внимания. И они наконец получили его. Это было невероятно красиво.

00:46

Было весело

00:46

Присылай ещё такие видео

00:47

Я обязательно приду

— Только в следующий раз будь уверен в своих силах, Хëнджин-и.