Джоан

      Джоан сидела в пустом коридоре и ждала своей очереди. Она решила сдать яйцеклетки на случай, если генная модификация пойдет не так и затронет яичники. Джоан ездила в репродуктивный центр уже полгода. Каждый цикл у нее брали незрелые фолликулы, которые затем росли в особой среде. Это позволяло получить достаточно яйцеклеток без гормональной стимуляции.       Гидробиологи делали модификации не так уж часто. В основном к ним прибегали водолазы и другие подводные специалисты, чтобы избежать несчастных случаев. Но Джоан знала коллег, которые тоже решились на такое. Она сама могла бы и дальше погружаться с аквалангом. Этого вполне хватало для исследований, но Джоан хотела большего. Она хотела парить под водой, как ее обитатели.       Джоан знала, что после модификации ее тело изменится и начнет запасать больше кислорода в мышцах, чтобы дольше задерживать дыхание. Хрусталик в глазу станет более гибким, чтобы сгладить искажения в толще воды. Джоан сможет обходиться без маски, потому что изменится состав слезной жидкости.       Джоан видела, как коллеги, которые прошли модификацию, впервые погружались в море. Они свободно кружили под водой, а потом тяжело забирались на борт и пошатывались, неуклюжие и сбитые с толку. Но Джоан все равно этого хотела.              * * *              Джоан нырнула, и горло само собой сжалось, чтобы в него не попала вода. Прошло несколько секунд, десять, двадцать, полминуты... Джоан ждала распирающего удушья, но оно не наступало, пока она парила в толще над мутной бездной.       Когда Джоан забралась на борт, ее качало. Звуки доносились словно издалека, а перед глазами плыло, пока хрусталик не перестроился на воздухе. Джоан упала на колени, упираясь руками в шершавые доски. Но с каждым разом выходить из воды становилось все легче. Мозг постепенно привыкал к измененному телу и вырабатывал новые рефлексы.       Адаптации никак не отразились внешне, но теперь Джоан могла задержать дыхание на пятнадцать минут без подготовки. Ночная тьма превратилась в сумерки, которые скрадывали цвета, но оставляли очертания. Зрачки расширились и пропускали больше света, и Джоан часто обходилась без фонарика.       Она изучала коралловые рифы, а потому редко погружалась глубже тридцати метров или десяти этажей. На этой отметке солнечный свет тускнел, а давление приближалось к черте, за которой всплывать нужно было медленно или с остановками.       Джоан покачивала ластами, зависнув над лабиринтом кораллового рифа. Его цветастые уступы поднимались к солнцу в мелких прибрежных водах. Риф напоминал джунгли — такой же многоярусный, извилистый и населенный яркими видами. Джоан пригляделась, и размытая картина стала четче, почти как на суше. Мышцы в глазу напрягались и сжимали хрусталик, чтобы он принял более выпуклую форму, как у морских млекопитающих.       Джоан потянулась к поясу, где висел ребризер — пластиковая трубка с изогнутым концом. В ней содержались вещества, которые восстанавливали кислород из углекислого газа. Джоан охватила ребризер губами, несколько раз выдохнула и вдохнула, снова насыщая мышцы кислородом. После этого она могла остаться под водой еще на пятнадцать минут.              * * *              Хорхе был подводным инженером и приехал в страну на время. Джоан нашла его в приложении для знакомств и предложила встретиться в бассейне.       В тот день они пришли туда под вечер и задержались допоздна, пока не остались одни. Снаружи наверняка уже сгустились сумерки, но внутри не было окон. Освещение сменилось на ночное. Лампы вверху погасли, а в глубине бассейна стали голубоватыми, подсвечивая воду и отбрасывая отблески на стены.       Хорхе пошел в душевую, и Джоан последовала за ним. Там больше никого не было. Худощавая и смуглая фигура Хорхе хорошо выделялась на фоне светлой плитки. Струи воды стекали по его телу, подчеркивая изгибы. Джоан любовалась его узкими, подтянутыми бедрами.       Она приблизилась сзади, положила руки ему на бедра и притянула к себе. Хорхе подался к ней. Джоан провела носом вдоль его спины и прикусила шею. Хорхе выгнулся. Он хотел ее, хотел отдаваться ей. Он изгибался в ее объятьях. Вода падала сверху и плескалась в метрах от них, а Джоан прижималась к Хорхе промежностью.       После Джоан оплела его ногами под водой и терлась о его бедро, покачиваясь. Она сильнее прижалась к Хорхе в подступающем оргазме и распахнула рот в беззвучном крике, выпуская пузыри воздуха, но не боясь захлебнуться.       Под водой Джоан осталась один на один со своими мыслями. Переплетаясь телом с Хорхе, Джоан парила и чувствовала странную легкость. Подойти к нему в душе оказалось так просто, и неожиданно Джоан нашла то, что искала.       Она не строила планов, но несколько раз в неделю они с Хорхе оставались в бассейне и предавались страсти. Джоан не думала, что будет дальше. В эти моменты внешний мир казался таким далеким.              * * *              Когда они договорились провести вместе отпуск, то выбрали отель с глубоким бассейном. По вечерам площадка вокруг него пустела, и они плавали, сплетаясь в свете подводных огней. Снаружи сгущалась тьма, в которой на ветру покачивались пальмы, а светлое здание отеля скалой уходило вверх.       Водоемы манили, и Джоан хотелось ощутить их глубину. Мир для нее словно расширился. Они встречались с Хорхе в разных уголках земного шара, списываясь в соцсетях, и исследовали водоемы, естественные и искусственные.       Худощавое тело Хорхе изгибалось под водой и манило. Джоан ныряла и сливалась с ним в поцелуе, смешивая их дыхание. Гравитация не сдерживала, а вода слизывала пот, оставляя только приятную усталость в мышцах. После секса Джоан отплывала и лениво кружилась в толще, раскинув руки.       Иногда Джоан поражалась самой себе. Пройдя модификацию, она словно обнаружила скрытый ранее мир. Погружаясь, она оставляла на поверхности сомнения и тревогу. Теперь Джоан проще следовала желаниям и жила так, как всегда хотела.