Lights Reflected Like Twinkling Stars

Суета в ресторане не была чем-то, к чему Эллиот не привык. Он работал в сфере обслуживания клиентов много лет, звон и грохот тарелок и столовых приборов были языком, которым он свободно владел. Тем не менее, атмосфера в комнате отличалась от его пиццерии. Освещение было тусклым и теплым, а не резким и флуоресцентным, а музыка играла от человека со скрипкой, а не из жесткого динамика на потолке. Элементы были на месте, но всё было... другим. Не неправильным, но другим. Прошло некоторое время с тех пор, как он был на свидании. Не так много свободного времени, работая на нескольких работах в одном здании, поэтому его смены оставляли его расписание забитым. Те немногие люди, которые набрались смелости пригласить его на свидание, были быстро отвергнуты, вежливо, конечно. Было довольно непрофессионально общаться с клиентами в рабочее время. Эллиот никогда не возражал против одиночества, особенно с регулярными семейными проверками, но вид всех пар, входящих и выходящих через эти большие стеклянные двери, заставлял его немного чувствовать себя как заброшенный кот. Всегда царапающий его грудную клетку, плачущий и умоляющий, чтобы его выпустили. Чтобы позволить другому человеку войти. Чтобы дать кому-то погладить и полюбить его, пока он мурлычет у них на руках. Эллиот никогда не был кошатником. Он перевел взгляд на двойные дубовые двери, распахнутые настежь и открывающие вид на оживленную городскую улицу за пределами уютной атмосферы. Шумные толпы, заглядывающие внутрь, безрассудные водители с жидкой храбростью, текущей по их венам. Он прикусил губу, внезапно почувствовав себя странно не на своем месте. У всех были смокинги, галстуки, элегантные перчатки и Лимитки, висевшие на оправах, в то время как он был просто... самим собой. Эллиот Билдер. Обычный доставщик пиццы, ожидающий кого-то, кто был всем противоположным. Случайность привела его к... ну... Шансу. Обычная доставка, возможно, чуть более дальняя, чем у других, учитывая, как редко люди из города делали заказы в Пиццерии Братьев Билдеров. У них были свои рестораны, в конце концов, но поездка была приятным перерывом в однообразии. Эллиот всегда обожал огни города, особенно ночью, и хотя он не мог отрицать тот факт, что он любил свою работу, это заставляло его чувствовать, что он предназначен для чего-то большего, чем просто доставка пирогов в шикарные пентхаусы. Лестница едва не свалила его с ног, а огромный кролик, который бросился ему в лицо, как только открылась дверь, позаботился о том, чтобы довести дело до конца. Прежде чем он успел опомниться, он уже сидел на диване, который, вероятно, стоил больше, чем его квартира, покрытый кроличьим мехом, а вокруг него кружил очень извиняющийся и щеголевато одетый Роблоксианец. К тому времени, как они закончили разговор, пицца уже остыла. Шанс был остроумной загадкой для Эллиота. Уверенный, смелый, дерзкий. Вооруженный острым языком и ещё более острыми глазами, которые могли заметить ловкость рук за милю, он практически потребовал себе место в жизни Эллиота. Он был громким, всегда привлекал к себе внимание, но достаточно тихим, чтобы слушать, что говорил парень, разносящий пиццу. Эллиот должен был признать, что это заставляло его чувствовать себя особенным. Видеть. Такого человека, который уделил бы ему время, на самом деле ещё не было, и Шанс ясно дал понять, что он хочет гораздо большего. Он делал заказ за заказом, всегда умоляя Эллиота остаться на несколько дополнительных минут. Прошло три недели, прежде чем Шанс попросил его личный номер, и в тот момент он подумывал о том, чтобы сделать то же самое. Это было просто совпадением, что Шанс выпалил это первым. Ещё несколько дней спустя, и он оказался здесь, стоящим в шикарном ресторане, как лосось в соленой воде. Не совсем неуместный, но и не совсем свой. Ничего, кроме черной рубашки и его обычных повседневных брюк, едва скрывающих изношенные кроссовки на ногах. По сравнению со всеми остальными, он едва ли стоил внимания. Он не мог не оглядеться снова, маленькое семя тревоги начало расцветать в его груди. Лепестки опали, как только он почувствовал прикосновение к плечу. «Эй! Извини, я не заставил тебя ждать, да?» Шанс был ослепительным. Ярко-красная фетровая шляпа сидела на голове аккуратно зализанных волос, ловя свет своей сияющей поверхностью. Остальная часть его наряда соответствовала цветовой гамме, красная рубашка, подчеркнутая белым жилетом. Различные безделушки и аксессуары свисали с него, производя хор звонов при каждом его движении. То, что связывало всё это воедино, была эта очаровательная ухмылка, приклеенная к его лицу, как всегда. Эллиот мог видеть блеск золотого клыка из-за губ другого. Он не смог сдержать удивленных бровей, тихое «вау» вырвалось из его уст. Это заставило ухмылку Шанса стать шире. «Что случилось? Никогда раньше не видел Лимитированную красную блистательную федору? Это, типа, моя третья». Эллиот несколько раз тупо моргнул, а затем взял себя в руки с такой скоростью, что у него затряслись поджилки. Однако тонкое хвастовство не осталось незамеченным. «Нет, дело не в этом. Ты хорошо выглядишь. Типа... действительно хорошо». Он улыбнулся, внезапно почувствовав застенчивость. «Очень красиво». Глаза Шанса за солнцезащитными очками в форме звезд расширились. «Правда?» Их тон был немного другим, голос повысился. Эллиот мысленно отметил это. «Ты и сам не так уж плохо выглядишь!» Это вызвало у них тихое мычание. «Мне кажется, он немного простоват. По сравнению с тобой, определенно простовато». «Нет! Нет, нет, нет! Ты выглядишь великолепно!! Обещаю, ты выглядишь великолепно!!» Шанс улыбнулся настоящей, зубастой улыбкой. Они положили руку на руку Эллиота, прежде чем спуститься и взять его за ладонь. Он мог бы поклясться, что было небольшое колебание. «Как насчет того, чтобы зарегистрироваться и присесть, а? Я же не приглашал тебя сюда стоять!» Эллиот слегка кивнул им, и в ответ Шанс потащил его к стойке хостес. Они сели за считанные минуты друг напротив друга за небольшой круглый столик, придвинутый к стене. Белая скатерть, накинутая на него, быстро покрылась набором соответствующих меню. «Честно говоря, я ожидал, что ты сбежишь!» Шанс уже открыл меню, просматривая широкий выбор дорогих блюд. Эллиот поспешил отразить его, свободные желтые кудри мешали ему видеть, когда он пытался прочитать мелкий курсивный шрифт. «О, да? Почему же? Я имею в виду, ты на самом деле не дал мне повода». Это было правдой. Он с нетерпением ждал этой даты больше всего на свете, он бы солгал, если бы сказал, что это неправда. Он был так воодушевлен этим, что перепутал несколько заказов, пока мечтал. Послышалось нерешительное пожатие плечами с другой стороны стола. «Не знаю». Когда дальнейших комментариев не последовало, Эллиот поднял глаза. Он мог сказать, что Шанс пытался отвести взгляд. «Я не тот человек, который просто так отступает от чего-то, я могу тебе это обещать. На самом деле, я с нетерпением ждал возможности провести с тобой больше времени». Это заставило игрока вскинуть голову. «Т-ты действительно??» Эллиот улыбнулся. Снова этот тон голоса. «Да, я почти весь день думал о том, чтобы снова увидеть тебя». Шанс моргнул, и на его лице снова появилась эта ухмылка. Не та, что была у него, когда он делал ставки или дергал рычаг на игровом автомате, а та дурацкая. Та, что кричала, что он самый везучий ублюдок во всем мире, и он это знал. Эллиот тоже это знал. «Да? Ха! Я имею в виду! Конечно, кто бы не хотел, понимаешь? Я оказываю на людей такого рода эффект!» Это вызвало у него тихую усмешку. «Не забегай вперед, крутой парень». Эллиот вернулся к меню, но не раньше, чем мельком увидел глаза Шанса. Широкие, удивленные, может быть, даже немного нервные. Он подавил смешок. По крайней мере, он не был самым нервным в комнате. Они немного поболтали, посмеиваясь над бессмысленными историями клиентов с прошлой недели. У Шанса, как правило, были намного безумнее, чем у Эллиота, но никого это не смущало. Он был уверен, что Шанс приукрашивает некоторые детали, но он не обращал на это внимания только потому, что у них было настоящее искусство рассказывать истории. Напитки приходили и уходили, как и еда. Она была так хороша, как и клялся Шанс, хотя Эллиот и не сомневался в нём. Он заметил, что так обычно и было. Каждый раз, когда Шанс говорил доверять ему, он доверял. Девять раз из десяти именно эта ухмылка покоряла его. Уверенная, но не самовлюбленная, обходительная, но милая. Каждый раз, когда этот золотой зуб сверкал на свету, Эллиот чувствовал, как тает ещё больше. Расслабляясь в присутствии другого, позволяя теплу затопить его грудь. Его сердцебиение почти звучало как мурлыканье. Он тихонько «мгм» и «угу», пока Шанс говорил, позволяя их словам заполнять воздух между ними. Он заметил, что у Шанса была привычка говорить обо всем и ни о чем одновременно, нагромождая детали на детали без причины. Большинство назвало бы это нервным лепетом. Но Эллиот предпочитал определять это как что-то милое. Он заметил, как Шанс краснел каждый раз, когда он тянулся через стол и брал их за руку, их слова не могли им помочь, и они не могли продолжить с того места, на котором остановились. Было умилительно наблюдать, как этот Казановский фасад постепенно спадает. Честно говоря, это только привлекало Эллиота. Официант, тихий и едва заметный среди болтовни, быстро принес счёт. Однако вскоре возникла проблема. «Да ладно, я же говорил, что справлюсь!!» Шанс держал в одной руке папку для счёта, а в другой — свой кошелек. Эллиот едва мог отличить их в тусклом свете. «Это моё угощение, Элс, не переживай!» «Ну, я же говорил, что это очень любезно, но и не обязательно. Я могу заплатить. Я не разорен, ты же знаешь». Шанс начал запинаться, пытаясь объяснить, что он не это имел в виду, и Эллиот не спеша выхватил у него из рук маленькую кожаную книжечку. «Это просто джентльменский поступок!» «Тогда позволь мне быть джентльменом, хорошо?» Эллиот подписал чек, закрыл книгу и положил её на край стола. Его взгляд вернулся к Шансу, который выглядел... ошеломленным. Его щеки были темно-серыми, а глаза широко распахнутыми. Это заставило Эллиота немного усмехнуться, и он потянулся и взял руки Шанса в свои. «На самом деле, тебе не нужно играть со мной всю эту уверенность. Ты же знаешь это, да?» Он провел большим пальцем по тыльной стороне руки Шанса, чувствуя каждый маленький шрам и костяшку под подушечкой пальца. Он перевернул руки другого, начиная обводить линии на его ладонях. «Я думаю, что ты прекрасен таким, какой ты есть. Я хочу проводить время с тобой, а не с тем видом, который ты выставляешь.». Его карие глаза поднялись, внимательно наблюдая за Шансом. «Я действительно так считаю.». Игрок был в явном шоке, но он также выглядел так, будто собирался растаять. «Я... эээ...» Он слегка покачал головой. «Д-да... да! Ладно!» Та улыбка вернулась, сияющая, как огни города. Полная обещаний, полная предвкушения. Эллиоту было тепло от осознания того, что Шанс чувствует то же самое. Что они хотят большего, что есть что-то ещё, за чем они гнались. Мечта, даже желание, что-то, что они хранили в своем сердце. Он надеялся, что они найдут это, так же, как он нашел своё в том пентхаусе, с коробкой пиццы в руке. «Хорошо?» «Хорошо», — повторил Шанс, прежде чем встать. «Может, пойдем? На улице уже довольно темно, я не хочу, чтобы ты ездил в ней.». Эллиот поднял бровь, гадая, заметил ли Шанс что-нибудь из того, что он только что сказал. «Даже так!! Эти дороги просто адские после девяти!» Двоем они быстро покинули ресторан, выйдя на холодный городской воздух. Ветер не беспокоил их, и они оба втайне чувствовали, что ничто не может их потревожить. Тепло их лиц, когда они поняли, что их пальцы переплетены, было тому подтверждением. Они быстро расстались, встав друг перед другом с неловкостью подростков, идущих на выпускной. Эллиот заправил выбившуюся прядь волос за ухо. «Это было мило. Спасибо, что пригласил меня, Шанс. Я серьезно». «Да, без проблем! Я рад, что ты хорошо провел время!» Снова эта ухмылка, хотя она казалась менее уверенной. Неуверенной. «Извини, если я... ну, ты знаешь. Сделал что-нибудь, чтобы...» «Нет!» Эллиот сократил расстояние, снова взяв руки Шанса в свои. «Боже, нет! Я прекрасно провел время, ты не сделал ничего плохого». Он улыбнулся другому, надеясь, что это его успокоит. «Я обещаю». Шанс быстро кивнул, выглядя немного потерянным для слов. Они стояли в тишине, тихий кокон времени плелся вокруг них. Момент был их, не так ли? Гудки машин и суета людей текли вокруг них, окутывая их уединением. Ничто другое не имело значения, кроме тепла, текущего по их ладоням и собирающегося в их груди. Эллиот не мог не придвинуться ближе, потерявшись в глазах Шанса. Очки не раскрывали их истинный цвет, с тонировкой, но они всё равно завораживали. Он чувствовал, как скользит в эти темные омуты, кишащие несказанными словами. Окна в душу, всегда говорил ему его отец. Глаза — это окна в душу. Он задавался вопросом, зовет ли его душа Шанса тоже. Царапина, царапина, царапина — сердце его колотилось о ребра. Их дыхания начали смешиваться, затуманивая воздух. Несомненное напряжение нарастало, как волна перед тем, как обрушиться на берег. Напряжение сгибаемой ветки, натянутой веревки. Была ли веревка вокруг их сердец, стягивающая их вместе? Мог ли Шанс тоже чувствовать это? Что произойдет, если их сердца соприкоснутся, забьются как одно? Эллиот задавался вопросом, он задавался вопросом так много, что у него закружилась голова. Он чувствовал, как готов упасть, готов утонуть в присутствии своего новообретенного света. Все это было просто слишком для него. Он взял лицо Шанса в одну руку, и их сердца столкнулись. Так же быстро, как это произошло, двое разошлись. Звуки города хлынули обратно, музыка, болтовня и шум. Эллиот улыбнулся игроку, который смотрел на него с таким потрясением в глазах, что их можно было принять за оленя в свете фар. «Я напишу, ладно? Давай встретимся снова, крупный игрок. Я буду скучать по тебе до тех пор!» Он отпустил руки Шанса, наблюдая, как тот отвечает ошеломленным кивком. «Конечно! Э-э... я-я не заставлю тебя ждать в следующий раз... эм... разносчик пиццы?» Они подняли руки, неловко направив пальцы в сторону Эллиота. Это принесло им ещё одну улыбку, его настоящую улыбку, а не ту, которую он наклеивал на лицо каждый день, как клиент. Маленький жест, рука, поднятая к губам, чтобы послать Шансу воздушный поцелуй, и он ушел, растворившись в оживленной городской толпе. Огни казались ещё ярче, когда Эллиот шел к своей машине, припаркованной в нескольких кварталах отсюда. Они светили на него, купая в цветах, которые он видел только во сне. Только за красными очками в форме звезд. Его сердце переполнялось, и на этот раз он не думал о списке дел на следующий день. Он не думал о клиенте, который его проклял, или о том, как он сжег чью-то пиццу, или о низком запасе пепперони. Всё, о чем он думал, была эта глупая улыбка и звуки скрипки, играющие где-то далеко-далеко.