Ебалайверс: Однажды в Рыбинске

Когда Леопольд Невминозов впервые оказался в тюрьме Рыбинска, реальность, в которую он попал, поразила его до глубины души. Здесь не было ни чести, ни славы, за которые он сражался. В этом месте все, кем он был раньше, все его заслуги и титулы не имели никакого значения. Тюрьма жила по своим законам, своим правилам и своей суровой иерархии, где даже малейший неверный шаг мог обернуться катастрофой. На вершине этой системы находилась так называемая масть блатных — это были самые авторитетные люди среди заключённых. Их уважали, с ними считались, и они управляли жизнью внутри тюрьмы. Блатные определяли правила поведения, решали споры и назначали "обязанности" другим заключённым. Следом за ними шли обычные мужики. Они были серой массой, которая не стремилась выделяться. Мужики держались обособленно, стараясь не ввязываться в конфликты. Для них главной задачей было просто выжить и отсидеть свой срок без лишних проблем. Ниже всех находились петухи — презираемая масть, заключённые, над которыми издевались все остальные. Петухов использовали как рабочую силу, заставляли убирать камеры, мыть туалеты или даже участвовать в "тюремных играх" — издевательских развлечениях, которые придумывали блатные. Помимо этих мастей существовали ещё так называемые "помазанные". Это были заключённые, которые находились под защитой охранников. Хотя они и избегали прямого насилия со стороны других заключённых, никто их не уважал. Они были изгоями, с которыми никто не хотел иметь дела. Когда Леопольд впервые пересёк порог своей камеры, он чувствовал, что его пристально разглядывают. Каждый взгляд был полон подозрения и желания определить, к какой масти он относится. В первый же день на прогулке его остановил высокий мужчина с измождённым лицом и глубоко посаженными глазами. — Ты, часом, не из Тагода? — спросил он, прищурившись. Леопольд насторожился. — Да, я из Тагода, — ответил он, стараясь держаться уверенно. Мужчина медленно кивнул и протянул руку. — Меня зовут Арсен. Благодаря тебе и твоим людям я смог эвакуироваться, когда началась резня. Моя семья теперь жива только из-за вас. Эти слова стали для Леопольда первым лучом света в этом тёмном месте. Арсен оказался одним из блатных, и он сразу же заявил, что Леопольд теперь под его защитой. — Здесь важно знать правила, — объяснил он Леопольду. — Если ты их нарушишь, я тебе не помогу. Держись подальше от петухов, помазанных не трогай, и никогда не перечь другим блатным. Леопольд кивнул. Он понимал, что в этом месте ему не выжить без помощи. Жизнь в тюрьме была однообразной и удручающей. Камеры были тесными, грязными, с облупившимися стенами и неприятным запахом сырости. Еда, если её можно было так назвать, представляла собой нечто среднее между пересоленным супом и кашей с комками. Леопольд каждый день думал о том, как сильно он скучает по нормальной жизни. По утрам он вспоминал вкус свежего хлеба, запах кофе, которым его угощали союзники в штабе, и тёплый ветер Тагода, который трепал его волосы. — Не думай о том, что было, — как-то раз сказал ему Арсен. — Это место съест тебя, если ты будешь держаться за прошлое. Но Леопольд не мог перестать думать. Одной из самых страшных сторон тюремной жизни были так называемые "тюремные игры". Блатные придумывали изощрённые способы унижения петухов, чтобы развлечься. Это мог быть "блатной керлинг", когда петухов заставляли кататься по полу камеры, где должны попасть в "ректалище"(анус) одного из "принимал" которые выступали в роли ворот,членом другого заключённого который играет роль шайбы. Или "тюремные шахматы", в которых заключённым засовывали в анус шахматные фигуры . Леопольду приходилось наблюдать эти сцены с презрением и отвращением. Он понимал, что вмешательство поставит под угрозу не только его жизнь, но и защиту Арсена. Прошло несколько месяцев, прежде чем что-то изменилось. Однажды утром к камере Леопольда подошли охранники. — Невминозов, на выход. Леопольд не знал, чего ожидать, но не стал задавать вопросов. Ему надели наручники и провели в комнату для встреч. Там за столом сидел мужчина в дорогом костюме с ухоженной причёской. — Леопольд Невминозов? — спросил он, слегка улыбнувшись. — Это я. А вы кто? — сухо ответил Леопольд. — Коля Комаров. У меня есть для вас предложение. Леопольд скрестил руки на груди. — Не интересуюсь предложениями. — А если это предложение даст вам шанс выйти из этой дыры? — продолжил Коля, не теряя улыбки. Эти слова заставили Леопольда насторожиться. — Что вам нужно? — Найдите моего отца, Николая Комарова. Он где-то в Рыбинске. Если вы мне поможете, я помогу вам вернуться к своей борьбе. Леопольд задумался. Тюрьма была невыносима, но он не был уверен, что может доверять этому человеку. — И если я откажусь? — спросил он. — Тогда вы останетесь здесь. Навсегда, — спокойно ответил Коля. Леопольд долго смотрел на Колю, а затем кивнул. — Хорошо. Но если ты меня предашь, ты об этом пожалеешь. Коля рассмеялся. — С этим у меня проблем нет. Когда охранники открыли дверь камеры, Леопольд вышел наружу, ощущая, как воздух становится немного легче. Он покинул эту мрачную обитель, чтобы исполнить сделку с Колей, но в глубине души он знал, что это лишь начало новой главы в его истории. Для него это был шанс не только покинуть тюрьму, но и, возможно, вернуть своё имя и честь.