Красные розы

— Иди сюда, Кейго! — раздался эхом молодой голос Тойи по коридору, шаги застучали, когда Тодороки потянул своего лучшего друга за руку. — Н-но, Тоя, у нас тренировка! — ответил Кейго высоким голосом, пытаясь маленькими ножками поспеть за своим более высоким партнером. — Нет, её не будет! Если только побежим более быстро. Тойя оглядывается через плечо, на его лице, как всегда, играет озорная улыбка. Кейго хмурит брови. Он знал, что у них будут проблемы из-за этого, он всегда попадал в неприятности с таким другом. Их кураторы всегда пытались разделить их, меняя совместные тренировки, расписание занятий, даже время, когда они ходили по коридору, чтобы не попадаться друг друга. Но Тойя всегда находил способ добраться до Ястреба, к его большому замешательству. Мы здесь, чтобы тренироваться... почему он всё время пытается сбежать? — Я вчера нашёл такое классное место. Хочу показать тебе! — Хорошо, — сказал Кейго, не желая спорить со своим единственным другом. Двое сумели выбраться наружу, сразу же бросившись в лабиринт сада. HPSC решили добавить флору и фауну на обширное пространство территории, показав публике, что они создали «воспитательное» пространство для своих будущих героев. Но на самом деле это был всего лишь рекламный трюк, как и все, что делал HPSC. Как только общественное внимание через некоторое время отвлеклось, они решили использовать лабиринт как еще одну форму обучения, заставив детей привыкнуть к тому, что они не знают, что может быть за углом. Часто помещая препятствия и других «злодеев» в лабиринт, чтобы попытаться заманить детей в ловушку. Кейго всегда было трудно в узких стенах высоких изгородей, его крылья цеплялись или царапались о шипы. Он помнил, как кричал своим дрессировщикам, когда репейники и шипы застревали в его красных перьях, заставляя боль распространяться по его позвоночнику. Они только сказали ему, чтобы он вытряхнул их, и что ему придется привыкнуть к боли, если он просто примет ее. Это был ужасный день для Кейго. Воздух становился холоднее, когда эти двое бежали влево и вправо, удаляясь все дальше и дальше от тренировочного зала. — Тойя, у нас будут неприятности, нам нельзя здесь находится, — заныл Кейго, пытаясь прижать крылья к спине, боясь окружающих их шипов. — Просто поверь мне, птичка, мы почти на месте! Облачное небо над головой выглядело так, будто вот-вот разразится, заставляя Кейго дрожать. Он ненавидел дождь из-за своих крыльях, которые становились тяжелее его маленького тела. Другие стажеры смеялись над ним в последний раз, когда он попал под дождь. Он продолжал падать на землю, не в силах удержать мокрые конечности. Его слезы текли по лицу вместе с дождем, и он был разочарован тем, что не мог контролировать свое тело. Его крылья были слишком тяжёлыми, а Таками не смог спрятаться от насмешек. Конечно, Тойя пришел ему на помощь, угрожая сжечь детей своим огнем, пугая их всех своим синим пламенем. Затем он помог Кейго уйти в сухое место и осторожно высушил его крылья, успокоил. — Не позволяй им смеяться над тобой. Ты лучше всех их, ты же знаешь это, не так ли, Кей? — подбодрил он, положив теплые руки Кейго на щёки. Марля, покрывавшая его руки, показалась Ястребу шершавой, но он все равно прижался к рука Тойи, не привыкнув к тому комфорту, который они приносили. — Хотел бы я быть таким же сильным, как ты, Тойя, — прошептал он, проводя руками по влажным перьям. — Тебе не обязательно быть сильным! Я всегда буду рядом с тобой, куриный мозг, — передразнил Тойя, ероша волосы блондина. — Мы здесь! Смотри!— крикнул Тоя, указывая вверх, тем самым вырывая Кейго из воспоминаний. Было очевидно, что эта часть лабиринта была затронута кем-то с садовой причудой. Виноградные лозы росли буйно, создавая навес над частью лабиринта. Цветы росли по всей изгороди, стекая вниз к земле. Но единственными цветами, которые заметил Кейго, были ярко-красные цветы, почти соперничавшие с его крыльями. — Что это, Тойя? — Кейго указал на незнакомый оттенок. Он никогда не видел цвета своих крыльев в природе, хотя и не особо контактировал с внешним миром, за исключением четырех стен родительского трейлера и учебного центра HPSC. — Что это? — повторил вопрос Таками. — Это розы! Вот…— Тойя подошёл, сорвал бутон с изгороди, положил цветок в открытую ладонь Кейго, а затем потянул его сесть рядом с собой на землю. — Они такие красивые, — улыбнулся Ястреб, нежно поглаживая каждый лепесток. — Моей маме очень понравились белые, — объяснил Тодороки. — Такого же цвета, что и твои волосы? — спросил Ястреб, глядя на белоснежные волосы друга. — Да, но мои волосы на самом деле были красными, как эта роза. — Правда?? — Кейго ахнул от благоговения. — Да, — ответил Тойя, почесав шею Голова Тодороки была направлена к земле, печаль начала отражаться на его лице. — Мне нравятся и твои белые волосы, — Кейго покраснел. — Ты так считаешь? — Тойя резко поднял голову. Кейго промычал что-то невнятно. Тойя лишь улыбнулся, забирая лепесток из рук Кейго. — Мне нравятся твои крылья. Он медленно разорвал цветок, отрывая каждый из лепестков и подползая к Кейго сзади. Он засунул каждый из лепестков в крылья Таками, заправляя их между перьями. Иногда Тойя заправлял лепесток слишком глубоко или касался пера не той стороной, заставляя Кейго хихикать и нечаянно трепетать пушком перьев. Трепетание вытряхивало все лепестки, покрывая двух мальчиков одеялом из красных лепестков, заставляя их взрываться смехом. Это стало игрой: сколько лепестков они смогут засунуть в крылья Кейго, прежде чем он снова затрепещет? Их кураторам потребовалось несколько часов, чтобы найти мальчишек. Звук голосов, выдавал их местоположение. Кейго попытался сказать, что это была его идея, но кураторы знали, что нужно наказать Тойю за то, ведь он снова отвлёк их звёздного ученика. Их привели обратно в тренировочный зал, лепестки цеплялись за их одежду и волосы, волочась за ними, пока их медленно тащили обратно к жизни героев на тренировках.

***

Хоукс улыбается этому воспоминанию, глядя на десятки красных роз, покрывающих его стол — все они были присланы ему его обожающими поклонниками. Это был День Святого Валентина, и каждый год Хоукс клялся, что получает все больше и больше красных роз, а не знает, что с ними делать. Обычно он жертвовал их пациентам в больницах округа, наслаждаясь выражением волнения на их лицах, когда они видели, как герой номер два входит в палату с красными розами. Не то чтобы он не хотел получать розы, но ни одна из роз не выглядела так ярко, как те, что были в тот день. И они не вызывали те же улыбки на его лице, как тот беловолосый мальчик, который вытирал его слёзы руками, что теперь сжигали мир.