Тепло его рук

Суббота. Игривый солнечный свет слепил глаза и нагревал комнату Жени до душной жары, от чего ему пришлось зашторить и открыть окна, в надежде спасти себя от неизбежно надвигающегося лета. Обычно, суббота была любимым днём всех учеников, потому что в школу не надо, а завтра - ещё один выходной. Но только не сегодня. Делать было нечего и никаких встреч не планировалось, по этой причине голова Жеки просто раскалывалась. Осознанное прошлой ночью не давало покоя. Он не выспался, мало поел, что даже мама побеспокоилась, не заболел ли ее сын. Женя уже около получаса нарезал круги по своей комнате, хмуро глядя под ноги. "Что за?! Какая, мать его, любовь?! А я же так надеялся, что эта хрень обойдет меня стороной! Нет... Нет, нет, нет, пожалуйста! Я не хочу. Мне это не нужно. Я не хочу любить друга. Я не хочу любить... парня. Я не могу любить парня, так ведь? Да... Это же неправильно, а я вроде как нормальный. Значит и парня любить не могу! Ага! Ну вот и все, показалось просто... показалось..." Ага, показалось. После этого монолога в своей голове, Женя поднял голову и уверенно улыбнулся, так ярко, что даже солнце за окном могло бы ему позавидовать. Удивительно, но подобной уверенности в своем умозаключении ему хватило аж до следующей встречи с Марком. Впервые за все девять месяцев дружбы Женя был ему не рад... Марк увидел его, сидящего на пуфике рядом с кабинетом русского и подбежал поздороваться. — Привет! Ты чего так рано? Женя улыбнулся в ответ, а в душе ужаснулся тому, как же трудно было растянуть эту эмоцию на лице. Обычно, при виде друга мягкая усмешка невольно расплывалась по его физиономии. Всегда, но не сейчас. — Да просто встал раньше, чем обычно, вот и пришел... — Понятно. Марк бросил рюкзак на пол, а сам сел рядышком и залез в телефон. "Что такое..? На выходных ведь все было нормально. Почему сейчас мне так плохо... Неужели... нет. Нет, только не снова. Только не сейчас." Давнее чувство неприятно заныло в груди, Женя хотел бы прямо сейчас вырвать его своими собственными руками, но это было невозможно. Единственное, что хоть капельку радовало, так это то, что на первом уроке нельзя было сидеть как попало, так что и от Марка он будет удален. Звонок. Жека отмахнулся от кучерявыша простым смешком и как можно скорее влетел в класс, спрятавшись за своей партой. Марк на долю секунды нахмурил брови, но быстро вернул привычное выражение лица, словно ничего не было.

***

Вновь звонок. Только теперь он предвещает не начало первого, а конец последнего из уроков. Жене удалось отмазаться от своего друга, сказав, что ему очень срочно нужно к врачу, сдавать кровь, поэтому он ну никак не может пойти вместе с ним. Марк выглядел слегка разочарованным, но не стал перечить, лишь пожал плечами и попрощался. Жене пришлось идти дальней дорогой до дома, дабы не пересекаться ни с кем. Ему надо было побыть одному... Музыка, которая служила ему верой и правдой чуть ли не всю жизнь, лежала забытой в беспроводных наушниках, валявшихся в рюкзаке. Как бы часто она его не выручала, сейчас от нее не было толка. Ни одна мелодия не помогла бы Жене скрыться, спрятаться от своих мыслей, убежать как можно дальше. Но как бы быстро он ни бежал, эти мысли были рядом. Постоянно. За последние три дня они осточертели до такой степени, что Жека начинал понимать мелких депрессивных малолеток, что шутят про руки-слойки и подкармливают ненависть в своих душах сладким запахом электронных сигарет. Образ Марка не выходил из головы, только вот он не радовал, а пугал. Да. Жене было страшно думать, что он может любить такого, не побоюсь этого слова, идеального человека. Ему было мерзко от собственной ничтожности. До чего же он докатился? Идеализирует своего лучшего друга! Просто класс! Просто класс... И да, он понимал, что любил, но отрицал. Отрицал как самый наивный глупец на всем белом свете. Потому что боялся такой любви. Он, как и все в его возрасте, боялся осуждения, непонимания. В этот период жизни Женя был напрямую зависим от мнения окружающих, так что не мог просто наплевать на них. А любовь... ее голос в душе парня звучал тихо, жалко, но так отчаянно, этот голос слёзно просил, почти что молил поверить, признать, что Жека может любить не только противоположный пол. Ещё одна проблема заключалась в том, что Сокол очень часто гулял с Марком после уроков. Даже слишком часто, что означало, что встреча с ним наедине неизбежна и нагрянет уже совсем скоро. Но Женя не мог, по крайней мере сейчас, он просто физически не сможет находиться с ним где-то помимо школы. Из-за этого ему пришлось как можно скорее написать другу, что он не сможет пойти. Аргументировав такое заявление первой пришедшей на ум мыслью, Жека смог вздохнуть с каким-никаким облегчением. Марк ответил простым: "Блин, жалко", хотя на деле в его голове стали закрадываться нехорошие мысли. За последние пару дней Женя почти с ним не разговаривал и вечно отказывался от общества своего друга, а это вряд-ли было совпадением... Но сам Марк старательно гнал от себя эти размышления, говоря: "Да что за бред. У него просто нет настроения, всего несколько дней ведь прошло, все у него наладится". И на удивление, это работало. А время неумолимо шло.

***

Расслабленный месяц май подходил к концу, зелёные листья уже повылезали из почек деревьев, окрасив некогда голые леса в приятный изумрудный оттенок, а проталины на земле сменились свежим ковром из молодой травы и мать-и-мачехи. Молодежь встала на электросамокаты, чем вызывала шквал негодования у старшего поколения. И Женя был бы рад присоединиться к этим "всадникам", да вот только он был занят сбором вещей. Его родители частенько сдавали сына в летние лагеря и этот год не стал исключением. Вот и сейчас он выбирал одежду, которую будет носить ближайшие три недели. К лагерям он относился равнодушно, но в этот раз было куда радостнее, ведь он не увидит Марка ещё двадцать с лишним дней! А если приврать, то вообще целый месяц! Это была лучшая новость за последнее время. Покончив с вещами, Жека пошел спать, хотелось выспаться перед долгой поездкой и набраться сил для знакомства с новыми ребятами... На следующий день с самого утра Сокол метался по всей квартире, проверяя вещи и зарядки, чтобы не дай бог ничего не забыть. Дорога оказалась не такой долгой, как казалось. К вечеру парень был уже на месте и разбирал только недавно собранные вещи... Все последующие три недели пролетели как один миг. Женя даже не успел запомнить всех имён и осознание этого факта почему-то приносило некую грусть. Такую грусть, словно часть его летней жизни обошла Женю стороной. Но он все равно был рад. Новые знакомые, с которыми Жека обменялся номерами, незабываемые воспоминания и смешные истории. В этом году товарищи по отряду оказались куда смышленее, чем раньше. Несмотря на то, что все они были разных годов рождения, ментальный возраст у всех был примерно одинаковый, что позволяло говорить по душам, рассуждать на глубокие темы... Эти ночные разговоры имели свой особый запах, аромат луны и облаков, аромат росы на траве, ароматы, разбавляемые редкими звуками насекомых и сов. И по окончанию этих диалогов Жека ловил себя на мысли, что последние десять месяцев полностью перевернули его жизнь, словно в ней раскрылась новая чистая страница. Но не стоит забывать об ещё одном человеке, который сделал этот год таким особенным... Марк частенько писал Жене, всегда первый. Женя отвечал и они продолжали переписываться, но не так часто, как могло бы быть. "Видимо, у Марка тоже дела... Ну и хорошо" — проносилось в голове. Вообще, за время, проведенное в лагере Сокол стал как то проще относиться к своим чувствам. То ли отсутствие Марка как фактора, то ли новые эмоции с новыми людьми делали свое дело и затмевали старые воспоминания. Возможно, все вместе, но Жеку это мало интересовало. Не переживает он так и хорошо. Таким образом подходил к концу июнь. Лёжа на кровати в спальне корпуса Женя читал новое сообщение от Марка: "А ты когда с лагеря вернёшься, а?" Женя не был особо удивлен этому вопросу. Пусть теперь он и не сильно беспокоился по поводу, но все же решил не рисковать, так что написал: "Через неделю буду уезжать, а ты где сейчас? Всё ещё у родственников?" В ожидании ответа Жека бросил стыдливый взгляд на уже собранный чемодан в углу комнаты. Сегодня был последний день в лагере. "Не, я вернулся пару дней назад. Сори, что не говорил. Я побуду в городе где-то дней 10-12, а потом мы уезжаем на оставшееся лето. Нужно и в отпуск и к остальным родственникам съездить..." Оу... Так он совсем скоро уедет. От этой мысли сердце неприятно сжалось, почему-то радостно не было... Женя вдруг совсем не контролируя себя напечатал: "Так скоро... Но мы же сходим погулять хоть разочек??" Чего? Какой такой разочек? Ты же сам не хотел его видеть, потому что все мысли шли кувырком, стоило только увидеть эти кудряшки где-то на горизонте. Ты же даже не можешь принять что любишь его! Женя и сам не понял, что с ним случилось. Он конечно боялся вновь пересечься с Марком, но как только он понял, что не увидит его не просто пару недель, а пару месяцев! Он этого не хотел, словно от него намеревались оторвать кусочек себя, кусочек личности, его собственного "я". Ему было важно просто быть рядом и не отпускать свой объект обожания далеко от себя. А тем временем на экране вылезло ответное сообщение: "Ну да, конечно. Раз ты ток через неделю будешь, то может числа первого и встретимся? Я в целом то свободен" На лице Жени растянулась глупая улыбка искренней радости. "Мы с ним увидимся" — довольно пропел голос в голове. Собранный чемодан в углу уже не выглядел так тоскливо. Вскоре распрощавшись со всеми друзьями, Жека поскакал к машине. Он включил позитивную иностранную музыку в наушниках и с лёгкой, даже умиротворённой улыбкой глядел на лесные деревья, мелькающие за окном. В голове выстраивались незамысловатые сюжеты, бравшие начало либо из песен, что играли в ушах, либо из фильмов, недавно просмотренных с ребятами из лагеря. А на что-то большее мозг был просто не способен, да и не хотел быть способным. Все было хорошо...