Семейный ужин и признание

Отвечать на признание в любви было страшно, да. Вдруг обманут, обсмеют, расскажут кому-то, скажут, что это лишь шутка. Но чувства оказались искренне. А Александр спустя почти два века понял, что есть в любви кое-что пострашнее. Как рассказать о своих отношениях семье? Особенно если эта семья твоего избранника терпеть не может. Даже не так, слишком мягко сказано. Ненавидит, презирает, осуждает. По крайне мере, со стороны Саша это видит именно так. По данной причине о любви культурной столицы знают лишь сестра и сын. Но нельзя же скрывать вечно, хочется называть Михаила Мишей при семье, хочется, чтобы они прекратили оскарблять его, хочется ещё много чего. В голове Александра зреет план. В семье он не один не соизволил сообщить названным родителям и младшему брату о отношениях. Софья тоже не спешила рассказывать о взаимных с Петром Онегиным чувствах, ведь Пётр, уже Романов, был вообще против любых отношений у брата и сестры, как бы это странно не звучало: он считал, что не достойных партнёров для его прекрасных кровинушек. Саша взял телефон и набрал необходимый номер. — Софья, милая, здравствуй. — Здравствуйте, Александр Петрович, — послышался из трубки приятный женский голос. — Милая, никого ведь рядом нет, можно просто по имени. Знаешь, звоню тебе по делу. Семейному. Надо с тобой кое-что обсудить. — Ох, конечно, Саша. Что-то случилось? — девушка слегка напряглась. — Не считаешь ли ты, что пора сообщить семье о наших партнёрах? Меня не устраивает, что нам приходится скрывать свои чувства от столь близких нам людей. Может устроим семейный ужин у меня, позовём Василису Ярославовну со Святогором Рюриковичем, Петра, Дениса, расскажем им всё за бутылочкой вина? — в голове Александра уже были мысли о том, что можно поставить на стол. — Я была бы искренне рада... Но меня напрягает их отношение к Михаилу Юрьевичу. Вы уверены, что они не пойдут сжигать Москву после данного заявления, — Софья чуть напряглась. — Кхм, ну, им придётся смириться... В любом случае, это будут мои проблемы. Главное, что ты согласна, верно? — Саша старался говорить властно, но доля волнения в голосе была слышна. — Конечно. Ты ведь напишешь в общий чат информацию о том, когда и где? — Да, милая, всё сделаю. От тебя прошу лишь приехать и помочь позже с подготовкой стола. До встречи. — До свидания, Сашенька. И вот, в общем чате появилась информация, встреча была назначена. Назад отступать было нельзя. Через несколько дней, за три часа до необходимого времени в квартиру к Александру приехала Софья, чтобы помочь со столом, захватив с собой Дениса, чтобы не занимался опасными делами неизвестно где, а лучше помогал взрослым, тем более, он являлся единственным доверенным лицом. — Па, ты чë так нервничаешь? Сейчас в мясе дырку прожëшь, — подросток смотрел напряжнëно, моя фрукты, а потом с улыбкой добавил, — за МихЮрыча переживаешь? — Не чë, а что, молодой человек. Да. Нервничаю. Да. Переживаю за Мишу. Но тебе об этом думать не стоит, нарежь фрукты. Софочка, как дела с курицей? — Всё хорошо, Сашенька, через пять минут можно будет доставать, — Софья тоже заметно переживала, но думала, что ей всё же будет легче, чем Александру; Святогор Рюрикович и Василиса Ярославовна относятся к Петрозаводску явно лучше, чем к Москве. Но вот Петя... Но что будет, то будет. Скоро все кулинарные приготовления были завершены. Первым к дому Александра подъехал Романов Пётр Петрович. Зайдя в квартиру, мужчина в первую очередь обнял сестру, потом потрепал по голове племянника и пожал брату руку. — Рад видеть, Александр. У нас какой-то особый повод для совместного ужина? — Пётр мягко улыбнулся. — Кхм... Я тоже рад тебя видеть, дорогой. Повод у встречи действительно имеется... Но это позже, — на лице Петербурга появилась напряжённая улыбка, — Пока не приехали наши старшие гости, не мог бы ты помочь перенести и разобрать стол. Ещё через двадцать минут подтянулись Новгород и Тверь, которые сразу сжали всех Романовых в объятиях. — Милые мои, солнышки, как я рада видеть вас, — Василиса тут же принялась целовать всех в лоб, особенно много поцелуев получил Денис. — Ну, баб Вась, ну всё, ну хватит, — парень стоял весь красный, — я тоже рад тебя видеть. Святогор в это время сгрëб в охапку мужчин Романовых, которые уже, кажется, задыхались, и что-то рассказывал рядом хихикающей Софье. После всех приветствий все наконец-то сели за стол, Александр открыл вино, налил в бокалы всем, кроме Дениса, которому достался виноградный сок в полное его распоряжение, и себя, так как неизвестно,что могло придти ему в голову под его действием, Софья в это время помогала накладывать курицу на тарелки. Трапеза шла в приятной семейной атмосфере. Разговоры о работе, немного обсуждений коллег, природа, погода, в общем всё, кроме любви. — Дорогая семья, — Александр с Софьей встали на ноги, — у нас с Софочкой для вас есть пару информационных объявлений... Я прошу вас не реагировать излишне эмоционально, все мы здесь взрослые люди, — последние слова заставили напрячься всех, ну кроме разве что Дениса, который продолжал есть куринную ножку, — Софочка, милая, начинай. — Я... Я давно хотела сообщить вам о том, что состою в отношениях с Петрозаводском. Мы вместе уже век с лишним, — Романова покосилась на Петра, который уже начинал закипать, — я искренне люблю его, а он меня. С ним рядом кажется, что я могу всё. Такая лёгкость, ощущения свободы. Где-то через век... мы бы хотели сыграть свадьбу... Вот, — краснота стала проступать на щеках, последнему заявлению удивился даже Саша. А потом минута тишины и... — Софья! Как же так?! Он... Он тебя не достоин. Милая, ты заслуживаешь лучшего. Пусть он столица республики, но он же... — в рот Петру уже было воткнуто пирожное. — Доченька, это такая радость! Он достойный жених! Петьку не слушай, — упомянутый агрессивно доедал пирожное, пока Василиса воодушевлëнно говорила, — мы со Святогором даём своё благословение. — Да-а-а, удивила ты, дочка, конечно. Ну что-ж, будем рады принять твоего милого в семью. Приятные слова растрогали девушку, она подошла к названным родителям и обняла их. — Ха-а-а, — выдохнул Пётр, — ладно, не самый худший вариант... Софа, ты пойми, я не от злости так, я просто за тебя переживаю. Если он вдруг что-то тебе сделает, сразу говори мне, — мужчина подошёл к сестре. — Ох, Петенька, — и через пару секунд брат с сестрой уже стояли в обнимку, — он правда хороший человек, не переживай. Поздравления для Софьи продолжались ещё пару минут. Александр в это время стоял задумчиво с бокалом сока в руках, на его выбор так позитивно явно не посмотрят, возможно Мише опять гореть придется. Денис, видя состояние отца, подбадривающе похлопал по спине. — Сашка, у тебя ведь новость такая же прекрасная, как у Софы? Нашёл себе какую-нибудь принцессу, да? Говори не стесняйся, интересно, кто твоя избранница — Святогор с интересом смотрел на Александра, который сразу отвёл взгляд. — Святогор Рюрикович, я... Кхм, я... Что-ж, я прошу всех присесть перед тем, как скажу свою новость... — семья немного напряглась, но села, — Эм, начнём с того, что это не избранница, а избранник... Время словно остановилось, десерты и бокалы не были донесены до рта (Денис и Софья исключение), выражения удивления застыли на лицах. — Это... Неожиданно, конечно... Ну-у-у, — Святогор провёл рукой по бороде, — нет в этом ничего плохого, если партнёр хороший, наверное... И кто он? — Прежде, чем я назову его имя, я хочу, чтобы вы поняли, что я к нему чувствую, — спина выпрямилась, улыбка стало спокойно-влюблëнной при мысли о любимом человеке, — мы вместе почти два века. Рядом с этим человеком я чувствую себя в безопасности. С ним мне хочется улыбаться даже от пустяков. И что бы я о нём не говорил, он понимает меня лучше всех. Я полностью уверен, что при необходимости он точно придёт на помощь. В душе так восхитительно от осознания того, что я для него дорог. Святогор с Василисой переглянулись и улыбнулись, Пётр недоверчиво покосился, Софья с Денисом готовились к тому, что будет после огласки имени. — Сашенька, это же так прекрасно. Знаете, когда мы со Святогором сошлись, я чувствовала себя также, — воспоминания пронеслись в голове у женщины, — такая радость, что свои отношения ты можешь описать так. Почему так имя его боишься называть-то? Не уж то иностранец? — тут Василиса с мужем чуть напряглись от такой мысли. — Нет-нет, русский, — все, незнающие личность избранника спокойно выдохнули, — просто, с этим городом ваши отношения, мягко говоря, не из лучших, — глубокий вдох, — Это Михаил Юрьевич Московский. Звон стекла. Разбился стакан от того, что Святогор сжал руки в кулак. Мужчина сидел, пялясь в одну точку, его жена, вся побледневшая, смотрела на Александра с мольбой в глазах, надеясь, что это всего лишь шутка. Романова с племянником переглядывались между с собой, иногда посматривая на Питер. Ну а Пётр, которого обычно привыкли видеть спокойным, но совершенно не в этот вечер, уже снова соскочил со стула, он глубоко вдохнул и начал серьёзно. — Саша. Алекс. Александр. Почему этот... У него абсолютно гнилая душа. Я уважаю его, как столицу, но как человек, — Петергоф замялся, — ты разве не помнишь, что он сделал с тобой в двадцатом веке? До какого состояния он тебя тогда довёл!? — Он себя даже не контролировал, — начал с серьёзным лицом парировать замечание Петербург. — Саша! Он же тебя погубит! — старшие присутствующие тоже поднялись с мест, — этот змей никого кроме себя не любит! То, что он сделал с тобой в прошлом веке не единственный его проступок. Как он поступил со мной и Святогором до вашего появления ни о чем тебе не говорит? — Саша, он запудрил тебе мозги. Говорил я Лëшке, чтобы приструнил его, но нет! Вечно этого дурака защищает, а он вон, руки распускает! — в отличие от Василисы и Петра, Святогор громкость голоса совсем не контролировал, — А разница в возрасте!? Он же тебя в несколько раз старше! — Ну нет! Не может это так продолжаться. Надо к этому черту разбираться идти, — кажется, Тверь готова была отправиться в Москву уже сейчас. И крики с обвинениями Московского из уст одной половины семьи продолжали литься через край. Что до другой половины? Софья пыталась успокоить хоть кого-нибудь, Денис сидел в культурном шоке, он, конечно, знает, что семья у него не самая безобидная, но такого не видел никогда. А Александр стоял, потирая переносицу и уже жалея, что всё это затеял. Но он эту кашу заварил, ему и разваривать. — Внимания! Дамы и господа, прошу успокоиться. На правах второй столицы, требую сеть на свои места и прекратить балаган, — Санкт-Петербург одарил всех холодным проницательным взглядом и скрестил руки на груди, — прошу вспомнить, мы все тут не без грешка. В отношения мы вступили после полного моего взросления, так как мы города долгожители, не вижу в этом ничего такого, тем более, у нас и по человеческим меркам разница небольшая. Я не ребёнок, не наивный влюблённый подросток, я в конце концов бывшая столица Империи, не стоит переживать, что меня могут как-то обидеть или навредить. Не доказательство ли искренности чувств то, что после всего, что было, мы всё ещё вместе? Вы говорите он навредил мне, что же, я не лучше, не раз и он страдал из-за меня. Мы прошли через огонь и воду буквально, нас не разделила ни одна война. И вы не сможете. Так что я прошу вас, просто смирится, раз радости в душе моя новость не вызывает, — Александр замолчал и сам присел за стол, — продолжим трапезу? — Но, Сашенька... — Стой, голубка моя, не послушает он нас. Взгляд у него такой же, как у тебя. Помню я, как ты смотрела с такой же верностью и решимостью, и всем понятно было, не променяет, не бросит, — Святогор посмотрел на Сашу, — решения твоего мы не изменим, вижу я. Но если он вдруг что-то сделает, ты знай, в стороне стоять никто из нас не будет. — Я понимаю. Но вам правда нет смысла переживать, Михаил очень изменился, я уверен, что он любит меня, — улыбка проскользнула на лице. Оставшийся ужин прошёл в тишине. Каждый переваривал сегодняшний вечер. Вот и пришла пора домой возвращаться. Святогор с Василисой обняли всех, последняя ещё раз поздравила одну и пожалела другого, Софья и Пётр ушли вместе, последний был довольно угрюм, Денис же остался на ночь у отца. — Да уж. Жесть какая. Па, а они точно не пойдут к МихЮрычу? Михаил весь вечер икал на работе.