Глава седьмая.
21 января 2026 г., 23:23
Примечания:
"Пишу, что думаю, а думать я не умею"
«внутри тлеют пожары
не тревожь мои раны
не тронь мои раны
больше не надо
видишь как поломало
как поломало
не тронь мои раны
я очень устала»
Элли на маковом поле — «раны»
Майкл расстался с Нэнси на распутье, которое вело в Хокинс и к Озеру Влюбленных. Его друзья так и не пришли к поместью, как они договаривались, поэтому он планировал отправиться туда один, отпустив сестру в город к Барбаре. Выслушав от Нэнси наставления о том, чтобы быть осторожным и не влипать в неприятности, Майк пообещал вернуться к обусловленным семи часам к ужину, чтобы мама ничего не узнала. Они распрощались, и Уилер пустил Эбигейл галопом. Кобылка была рада пробежаться и размять мышцы, и все же скакала аккуратно, чувствуя, что земля под ногами вязкая от дождя. Майк не ожидал увидеть их здесь. Под защищающей от мелких капель дождя сенью ивы, Дастин расстелил карту города и близлежащих окрестностей и объяснял что-то серьезному Лукасу. Услышав хлюпанье копыт и лошадиное фырканье, они подняли головы в сторону Уилера и замахали руками в приветствии, подзывая подойти ближе. — Мы уже думали, ты сегодня так и не приедешь, — Лукас закатил глаза, складывая руки на груди. — Мы же договорились встретиться у поместья, — Майк спешился и подбежал к друзьям. — Да, вот только ваши стражники сказали, что не впустят нас, что родители запретили вам покидать пределы поместья, и велели разворачиваться и возвращаться домой, — пояснил Дастин ситуацию, в которой они оказались. — Мы, конечно, не поверили, что ты будешь паинькой и тихо-мирно засядешь с книжкой в библиотеке, поэтому поехали сюда, ведь ты хотел осмотреть окрестности озера, — Лукас продолжил историю, подходя к Майку и кладя руку на его плечо. — Вот только ты так долго копошился, что мы уже собирались сами начать поиски. Майк не мог поверить в то, что услышал. Они собирались искать Уилла? Даже если бы сам Майк так и не пришел? Он был настолько тронут поступком своих друзей, которые не бросили его и пришли на помощь, не смотря на то, что творится вокруг. Погода, исчезновение, убийство. Они все равно были здесь, чтобы помочь, пусть даже не знали Уилла так, как знал его Майк. Уилер обнял Лукаса, не слушая возмущения о том, что он мокрый и противный, а затем повторил тоже самое с Дастином. Хендерсон похлопал друга по спине в ответ, и затылком Майк чувствовал его поддерживающую улыбку. — Ну, друг, ты чего? Мы же обещали. Друзья не врут, помнишь? — Да, — Майк закивал головой. — Помню. Наивное, по-детски посредственное правило, установленное между ними очень давно. Если бы не оно, ребята бы никогда не узнали бы о Уилле, об их связи, которую Майкл защищал ревностно и не позволял узнать никому постороннему. Правило, которое иногда мешало, но чаще выручало, как, например, сейчас. Хотя что-то подсказывало Уилеру, они бы пришли, даже если бы не было никаких законов между ними. Поблагодарив друзей искренне, от всего сердца, Майк углубился в план действий, разработанный Дастином еще вчера вечером. По словам Лукаса, Хоппер, его люди и добровольцы сейчас осматривают северо-восток, двигаясь от дома Бенни в сторону поместья Харингтонов, а значит озеро, которое находилось на юге, было в не их поля зрения хотя бы сегодня. Они решили обойти его и охватить юго-восточный квадрат — настолько, насколько успеют. Собрав карту, Дастин закинул ее в набедренную сумку и извлек из нее же компас на веревке, который тут же занял место на его груди. Майк доверял чутью Дастина в ориентации на местности, ведь отец с детства учил его охотиться в лесу и при этом не теряться. Мистера Хендерсона уже давно нет в живых, но его сын продолжал хобби своего отца, чтобы не терять память о том, каким он был. Они двинулись вдоль берега озера, стараясь не отходить далеко от воды, надеясь найти хоть какие-то следы. Эбигейл шла следом, внимательно прислушиваясь к каждому шороху в лесу. Майк то и дело останавливал ее, чтобы осмотреться и убедиться, что они не одни. Воздух был наполнен запахом мокрой земли и хвои, а мелкий дождь продолжал моросить, создавая гнетущую атмосферу. Лукас и Дастин о чем-то оживленно спорили, пытаясь выяснить, какое расстояние им осталось пройти до противоположного берега. Майк же молча осматривал заросли кустарника и деревья, пытаясь уловить хоть малейший признак присутствия Уилла. Он знал, что время играет против них, и каждый пропущенный час уменьшает шансы найти друга живым. Добравшись до противоположного берега от того места, где они начали, Дастин повел их вглубь леса, осторожно пробираясь через влажные кусты. Друзья наперебой звали Уилла, раздирая горло громким криком, приглушенным шумом дождя. Майк осматривал каждый куст, все заросли, что попадались на пути. Эбигейл шла рядом, послушно переступая попадающиеся под ногами кочки, и не жаловалась, как кобылка Лукаса, что категорично не хотела идти дальше. Он ругался на нее и просил быть хорошей девочкой, периодически давая ей сахарные кубики, если та все же начинала слушаться. — Майк, — Уилер обернулся на окликнувшего его Лукаса и вопросительно приподнял бровь. — Почему ты решил взять с собой меч? Он пожал плечами, думая уйти от ответа, потому что не хотел повторять разговор, что был между ним и Нэнси. Но по итогу понял, что друг от него не отстанет. — Не знаю, — Майкл пожал плечами. — Он просто словно… просил, чтобы я его взял с собой. Хотел, чтобы я вспомнил о его предназначении. Да и бабушка говорила, что он мне поможет. Не думаю, что она имела ввиду именно это, конечно. Майк неловко улыбнулся, оглаживая рукоятку меча на поясе. Лукас кивнул, удовлетворенный ответом, но все же сказал: — Я рад, что он с тобой. Надеюсь, тебе не придется им воспользоваться, но все же лучше иметь при себе оружие. И только сейчас Майк заметил двустволку, спрятанную под плащом на спине Синклера. Он сглотнул. Вероятно, не только он понимал серьезность того приключения, в которое они влипли. Он бы хотел, чтобы ребята были ни при чем. Продолжали бы жить спокойно, грелись бы в такую мерзкую погоду дома у камина, пили бы терпкий, согревающий глинтвейн и не знали бы страхов и тревог. Но разве же справился бы он один? Без находчивости Нэнси, сообразительности Дастина и поддержки Лукаса? Через пару часов бесплодных блужданий по лесу, ребята решили устроить небольшой привал. Майк не хотел есть, но через силу запихнул в себя пирожок с мясом, а недоеденную половинку яблока скормил Эбигейл. — И все же, — подал голос молчавший до этого Лукас, пожевывая твердые слайсы вяленого мяса, — мне кажется, бессмысленно искать Уилла или убийц Бенни в лесу. Скорее всего они прячутся в городе, на каком-нибудь самом видном месте. — И что ты предлагаешь, — заспорил с ним Дастин, — ходить по всем домам, стучаться и спрашивать, не убийцы ли они? Это имело бы смысл, будь у нас хоть какие-то улики или подозреваемые. Пока что единственным подозреваемым является пропавший Уилл. И нет, — он приподнял руку, затыкая вмиг всполошившегося Майка, — я не имею ввиду, что он правда виноват. Просто только два этих события хоть как-то связаны. Других зацепок нет. Майк вспомнил всполохи молний в ночь перед пропажей друга, взорвавшуюся керосиновую лампу в доме Байерсов, и задумался, могло ли это быть как-то связано. Если он сейчас скажет об этом друзьям, сочтут ли они его за идиота, который от отчаяния пытается найти причинно-следственные связи в том, что иной человек списал бы на случайность и совпадение? Придя к выводу, что всё-таки стоит промолчать о подобном, Майк запихнул последний кусочек пирожка в рот, отряхнул руки и встал с пенька, на котором сидел. — Мы продолжим осматривать лес, — Майк поставил точку в их дискуссии, беря Эбигейл под уздцы. — У нас нет времени на бессмысленные разговоры. Дастин и Лукас переглянулись, но спорить не стали. Они знали, что Майк не отступит, а они не бросят его. Вновь собравшись, они двинулись дальше вглубь леса, их голоса звучали громче, призывая Уилла. Майк чувствовал, как тяжесть на сердце немного отступает, когда слышал, как друзья выкрикивают имя его друга. Он знал, что не одинок, и вместе они справятся со всем. Дождь стал сильнее. Крупные капли пробирались даже сквозь плотный полог высоких деревьев. Как назло небо засверкало и вскоре послышался первый рев грома. Не такой, как в тот вечер после Озера Влюбленных, но не менее жуткий и предвещающий что-то нехорошее. Карманные часы показывали половину пятого, а значит, время еще было. Еще немного, еще чуть-чуть. Майк чувствовал, что сейчас нельзя останавливаться и идти обратно. Он не мог, проделав такой долгий путь, уйти ни с чем. Слезы обиды душили его, но он не имел права сейчас пролить их здесь. Когда им с Уиллом было по десять лет, Байерс вырезал для них из дерева фигурки их героев, храброго Сэра Майка и Уилла Премудрого — великого волшебника всех времен. Уилер дорожил своей фигуркой, она всегда была рядом с ним, лежала в кармане или была привязана на ниточку и висела на шее. Он не расставался с ней, даже когда ложился спать, нежно держал ее в руке, оглаживал, убаюкивал. Заботясь об игрушечном паладине, он хотел, чтобы кто-нибудь так же повел себя и с ним самим. Так хотелось тепла и уюта в доме, где никогда не было холодно, грязно и одиноко. Деревянный рыцарь стал для него символом надежды, маленьким талисманом, хранителем его детских грез. Он помнил, как Уилл, немного неуклюже орудуя ножом, вырезал каждую деталь, как кропотливо покрывал ее лаком, чтобы Сэр Майк сиял в свете луны. Эта фигурка была не просто игрушкой — это была частичка дружбы, чистосердечного тепла, которое Майк так отчаянно искал в окружающем мире. Однажды, когда они гуляли по этому лесу, ниточка на шее перетерлась, и Майк не заметил, как потерял в высокой траве и зарослях свою неодушевленную копию. Они долго, до самого ужина искали ее, ползая в грязи и колючих кустарниках, но так и не смогли найти. Тогда Уилл отправил его домой, обещая, что они продолжат поиски на следующий день. Опечаленный потерей, Уилер вернулся домой, уставший и продрогший. Мама отругала его тогда за то, что задержался, но все же, видя настроение сына, смягчилась и обняла его. Майк проплакал несколько часов, прежде, чем забылся тяжелым сном. А утром он встретил Уилла. Уставшего, замерзшего, со следами грязи на лице и под ногтями, исполосованного царапинами и ссадинами. Он улыбался, протягивая ему деревянного паладина, и просил больше никогда его не терять. «Хотя какая разница, — сказал тогда Уилл. — Даже если его не будет рядом, просто помни, что для меня ты и есть воплощение Сэра Майка. Ты справишься со всем и без своего деревянного компаньона.» С возрастом привязанность к деревянному герою не прошла. Он больше не носил его на шее, прятал в укромном месте, в старой шкатулке вместе с рисунками друга, бесценными мелочами, напоминавшими о прошлом. Сэр Майк стал тихим свидетелем его взросления, наблюдателем его побед и поражений, хранителем его детской веры в чудо. Но память о том, как Уилл не сдался в поисках простой деревянной игрушки, придавала ему силы двигаться вперед, ведь на кону стояло что-то ценнее маленького паладина. Целая жизнь. Его — Майка — жизнь. Ведь разве без Уилла имело ли хоть что-то для него смысл? Майк хотел сказать своим друзьям, чтобы они возвращались, а он продолжил бы поиски один, ведь так не хотелось обременять своими проблемами кого-то еще. Хотелось побыть тем самым Сэром Майком, который смело берет на себя решении всех нелегких задач. Но внезапно среди разговоров Дастина и Лукаса он услышал что-то посторонее. Словно кто-то крадется за ними среди кустов, ползет тихо, почти не слышно, как настоящий хищник, преследующий ничего не подозревающую жертву и готовый кинуться на нее в любой момент и растерзать. Майк бы не позволил этого сделать. Он чуть замедлился, делая вид, что решил посмотреть что-то в ближайших зарослях, и пропустил друзей вперд. Он не хотел спугнуть того, кто наблюдает за ними, и самому застать его в расплох. Он не собирался быть жертвой. Он охотник и воин, готовый обнажить свой меч. Тот довольно заурчал на поясе, чувствуя, что о нем подумал хозяин. Майк аккуратно положил ладонь на рукоятку, оглаживая, поощряя и успокаивая. «Да-да, еще недолго осталось, «- мягко думал Уилер. Шебуршение и тихий треск веток раздался почти рядом, и в этот момент Майк вынул меч из ножен и развернулся, наставив его на нечто в кустах. Лукас обернулся, застигнутый в расплох произошедшим, но тоже, не мешкая, поднял ружье в боевую готовность. Дастин всполошился: — Что, черт возьми, происходит? Майк ничего не ответил. Ступая осторожно по влажной земле, он отодвигал ветви кустарника своим мечом, пока не набрел на того, кто все это время наблюдал за ними из тени. Сидя на корточках, вся в грязи и царапинах, с красными разводами крови над губой, перед ним предстала молодая девушка, его ровесница, может, чуть младше. Выбившиеся из длинной темной косы волосы прилипли к уставшему одичалому лицу, а платье (скорее ночнушка, уж больно легкой была мокрая ткань, что почти просвечивала все изгибы тела) было порвано в некоторых местах и окрашено кровью на груди. Майк не мог позволить ей обмануть себя подобным потерянным видом. — Ты кто? Девушка молчала, смотря на него большими карими глазами. Она тяжело сглотнула, переведя взгляд на блеснувший клинок, и все же не решилась бежать или предпринимать каких-то иных действий. Майк приподнял одну бровь и прижал острие к ее голой шее, угрожая, но не делая больно. Руки чуть дрожали в ужасе от того, что, возможно, ему предстоит сделать. — Я спросил, кто ты? И почему следишь за нами? — вкрадчиво, с рокотом в голосе произнес Уилер. — Может, она немая? — предположил Дастин, переглянувшись с Лукасом. — Или глухая? В этот момент небо прорезала молния и тут же оглушила собравшихся в лесу раскатом грома. Девушка вздрогнула и сжалась, как сжалось после этого ее действия сердце Майка. Ее не испугал ни меч, ни ружье, направленные в ее сторону, но из-за простой грозы она скрутилась так, словно это был ее самый злейший враг. В глазах девушки Уилер видел животную панику и желание спрятаться, и он минутным порывом спрятал меч в ножны. — Эй, эй, Майк, ты чего? — заголосил Лукас. — Все в порядке. Лукас, не убирай ружье. Синклер вновь поднял дуло в сторону незнакомки. Майк торопливо стянул рюкзак с плеч и достал оттуда плащ, приготовленный для Уилла. Девушка сгруппировалась, когда он подошел ближе, и Уилер, взяв вещь в одну руку, вторую приподнял в обезоруженном жесте, расставив пальцы в стороны, мол, видишь, ничего опасного. Расправив плащ, он накинул его поверх напряженных плеч своей находки, застегнул на груди и надел капюшон на голову. — Вот, — мягко проговорил он. — Так лучше, да? Теплее и… безопаснее. Девушка кивнула, запахивая плащ сильнее. Видно, совсем продрогла и не тряслась лишь потому, что напряжение из-за ситуации было сильнее. Майк едва заметно улыбнулся, выстраивая доверительную атмосферу, ведь было видно, что запугивания с ней не сработают. Он обернулся на Лукаса и рукой попросил убрать оружее. Тот неуверенно послушался, но не стал прятать его за плечо. Другу он доверял, но не ей. — Видишь, — обернулся к незнакомке Уилер, — никакой опасности, прости за то, что было, ты застала нас врасплох. Мы тоже испугались. Меня зовут Майк, парень с ружьем — Лукас, а рядом с ним — Дастин. Как твое имя? Она не заговорила, как хотелось Майклу. Лишь высунула из-под плаща руку и оголила предплечье. На нем мелкими цифрами было вытатуировано 011. Майк нахмурился. — Одиннадцать? Что это? — в ответ девушка несколько раз тыкнула пальцем себе в грудь. — Это твое имя? — та кивнула. — Хорошо, Одиннадцать. Майк — сокращение от Майкл, могу я звать тебя Оди? — Да, — Уилер удивленно вскинул бровь. Голос девушки был хриплым и тихим, словно она очень давно молчала, хотя в это было несложно поверить. — Отлично, она говорит, — дал о себе знать Дастин. — Как ты здесь оказалась? От кого пряталась? Одиннадцать посмотрела на него своим долгим, почти затягивающим в бездну, взглядом. Затем оглянулась себе за спину, словно высматривая, есть ли там кто-нибудь, но среди деревьев Майк больше никого не видел и не слышал. — Плохие люди, — подала она все-таки голос. — Плохое место. — Просто замечательно, — истерично хохотнул Дастин, а сердце Уилера ухнуло вниз. Какова вероятность того, что Уилл сейчас мог находиться в руках этих людей, сотворивших с этой девушкой что-то ужасное? Она явно не день и не два пробыла в заточении среди тех, кто причинял ей боль и страдания. У нее даже имени нормального не было! Чем она могла заслужить подобное? Что сделал Уилл, чтобы стать их очередной жертвой? — Почему ты была с ними? Оди не ответила, лишь поджала губы и опустила глаза. Либо ей было страшно вспоминать все это, либо она была настолько напугана, что боялась об этом даже говорить. Майк мог ее понять. Но, право слово, узнать об участи Уилла сейчас важнее, чем чувства почти незнакомой ему девушки. Майк присел на корточки перед Одиннадцать, стараясь смотреть ей прямо в глаза, чтобы показать свою искренность. Он понимал, что сейчас от нее может зависеть многое, и ему нужно было завоевать ее доверие, несмотря на опасность, которая, казалось, витала в воздухе. — Оди, — тихо проговорил он, — послушай меня. У нас пропал друг, его похитили. Мы ищем его и хотим помочь. Ты говоришь, что была с плохими людьми. Может быть, ты что-то знаешь о том, где они могут держать нашего друга? Любая информация может быть важна. Одиннадцать подняла на него взгляд, в котором читалась борьба. Майк видел, как страх сковывает ее, но видел и проблеск надежды, возможно, желание помочь, найти защиту. Медленно, словно боясь произнести вслух, она прошептала: — Горы. Майк посмотрел на своих друзей, таких же удивленных, как и он. Ближайшие к Хокинсу горы находились на востоке, в нескольких милях от него. Да и горами это назвать было сложно — скорее пологий, голый хребет протяженностью в пару миль. Там почти никто не бывает, да и те, кто был, говорят, что делать там нечего, разве что поглазеть на местные красоты. Но Майк не видел ничего красивого в сером, холодном камне, поэтому даже ради интереса туда не ездил и в глаза его не видел. — Но что там делать? — спросил Дастин. О, вот он там точно побывал со своим отцом еще в детстве. Кажется, только по его рассказам у Майка и сложилось подобное мнение об этом хребте. — Это же просто каменная стена, без пещер и лазов. — За горой, — Оди очертила рукой в воздухе дугу, мысленно представляя путь, что она проделала. — Там есть место. Плохое место. — Ты сбежала оттуда? — Лукас изогнул бровь, а девушка в ответ только кивнула. — Ты видела там парня по имени Уилл? Одиннадцать отрицательно махнула головой, ее лицо оставалось непроницаемым, словно маска. Майк издал тихий стон, приподнимая голову вверх, подставляя лицо каплям дождя. «Да что же ты, черт возьми, будешь делать?» Отчаяние, как ледяная волна, захлестывало Майка, оставляя лишь горькое послевкусие бессилия. Информация, полученная от Оди, была слишком размытой, чтобы за нее зацепиться. Надежда, так ярко вспыхнувшая было, снова потухла, оставив после себя лишь тлеющие угольки тревоги. Но нельзя было сдаваться. Если девушка не видела Уилла в том месте, где ее держали, это еще не значит, что его там не может быть. — Оди, — снова обратился Майк, пытаясь уловить хотя бы нить, за которую можно было бы потянуть, — расскажи нам про это место за горой. Что это за место? Кто там находится? Может, ты видела там какие-то клетки или комнаты, где могли бы держать людей? — Нет, — девушка вновь замотала головой. — Оди, — вкрадчиво проговорил Дастин, плавно подходя ближе, — ты поможешь нам, мы поможем тебе. Все просто. Не нужно бояться. Ты туда не вернешься. Майк кивнул, подтверждая слова друга. Обещать он ничего не мог, но если там находятся преступники, значит, придется сообщить об этом Хопперу. Только ему, другим бы Майк не доверял, так подсказывало его чутье. Нужно будет отправиться на разведку, понять, что и кто может их там ждать. Долго, очень долго. Если бы только Оди заговорила… — Я могу найти, — девушка смотрела на Майка исподлобья, пристально, почти гипнотизируя и утягивая его в свои темные омуты. — Как? — выдохнул Майк, затаив дыхание. — Как он выглядит. Портрет или рисунок. Майк в этот момент проклял себя за то, что не додумался взять с собой автопортрет Уилла, хотя об этом он даже не думал. Ну зачем ему брать в лес драгоценную вещь из его коллекции рисунков? Он же не хотел его испортить или потерять. — Нужно провести ее ко мне домой, — решительно заявил Уилер, вставая на ноги и протягивая руку Оди. — Пойдем, у нас мало времени. Девушка кивнула и схватилась за теплую ладонь Майка своей холодной. Парень вздрогнул и задушил в зародыше желание согреть ее продрогшие руки. Не время и не место. — Подожди, — Лукас остановил его, положив руку на грудь. — Как ты можешь его найти просто по портрету? Вопрос был логичным, и три пары глаз вперились в Одиннадцать с недоверием. Девушка стушевалась, Майк видел, как она борется с чем-то внутри себя, пытается что-то скрыть, думает, можно ли сказать правду. В конечном итоге, она говорит: — Я покажу. — Нет, нет и нет, так не пойдет, — Синклер протестующе замахал руками. — Майк, это не безопасно. Приводить ее к себе домой — плохая идея. Уилер все понимал и без него, но что еще он мог сделать? Оставить ее здесь, на холоде, одну, когда за ней охотятся плохие люди? Он не мог так поступить. Не тогда, когда появился хоть малейший шанс найти Уилла с ее помощью. — Пусть так, — все же ответил Майк, нахмурившись. — У меня нет времени на то, чтобы разбираться, врет она или нет. Может, когда я покажу ей портрет Уилла, она его узнает. Уже этого будет достаточно. На этом Уилер поставил точку в разговоре. Лукас, все еще недовольный решением друга, тихо переругивался с Дастиным, который, кажется был с ним согласен, но и Майка понять мог. Они двинулись обратно, направляемые компасом Хендерсона, больше не останавливаясь на то, чтобы осмотреть каждый куст и поваленное дерево, поэтому добрались до озера, когда часы показывали начало седьмого. Майк успеет спрятать Оди в одном заброшенном сарайчике и даже не опоздает на ужин. Уилер помог Одиннадцать забраться на Эбигейл, которая приняла ее, как и любого другого человека, спокойно и без упреков. Парень скормил ей в благодарность яблоко, краем глаза замечая, как девушка провожала звонко хрустящий на лошадиных зубах фрукт голодным взглядом. Черт, он совсем об этом не подумал. Покопавшись в рюкзаке, Майк извлек из него два оставшихся пирожка и протянул Оди. — Держи. Они с мясом, надеюсь, тебе понравится. Прости, что не предложил раньше. Слишком много дурных мыслей. Одиннадцать осторожно приняла угощение и медленно укусила первый пирожок, но, почувствовав вкус, съела его за считанные секунды. Неизвестно, сколько она уже прячется в этом лесу и как давно она ела в последний раз. Мысли тут же перенесли его к Уиллу. А как же он? Кормят ли его там? И где — там? Они ехали в поместье молча. Дождь стих, но раскаты грома все еще доносились из-за горизонта и всякий раз Оди вздрагивала, сидя за спиной Майка. Она прижималась к нему сзади, обхватив руками за талию, как он и просил. Иррациональное желание защищать совершенно незнакомого человека, девушку, явно попавшую в беду, начинало теплиться в нем, смешиваясь с желанием поскорее найти дорогого друга. Она была ключом к разгадке его пропажи, и Майк уже не понимал, где здесь логика, а где истинные порывы его сердца. Дастин и Лукас так же отправились по своим домам, когда они дошли до развилки. Они вновь договорились встретиться здесь завтра, после завтрака, кто как успеет, и дали обещание не отправляться никуда в одиночку. Лукас продолжал осуждающе смотреть на друга и новую знакомую. Майк ничего не сказал на это, лишь пожелал им удачи и направил Эбигейл по давно проторенной дороге к поместью, даже не пытаясь ее направлять — кобылка сама знала путь домой и несла их легко и проворно. Заброшенный сарай раньше был приспособлен для хранения овса для лошадей, но десять лет назад родители решили перенести конюшню поближе к поместью и построить новую, а старую переделать в амбар. Так постройка осталась бесхозной, поэтому Уилл и Майк часто использовали это место для встреч и игр, и все же это было совсем не то место, где было бы комфортно юной девушке, но иного пути не было. Уилер бы очень хотел привести Одиннадцать домой, в тепло, дать принять ванну и отогреться, накормить ужином и уложить в мягкую постель. Но сейчас он мог только передать ей сменные вещи, что были уложены в рюкзаке, да включить для Оди керосиновую лампу. — Знаю, здесь не очень уютно, но безопасно, правда, — заверил девушку Майк, доставая из единственного стоящего в этом месте ящика одеяло (их с Уиллом заначка). — Тебя здесь никто не тронет. Оди приняла вещи из рук парня, доверчиво, но все же с опаской посмотрела в его лицо и кивнула. Она казалась Майку диким зверьком, что не знал до селе человеческой ласки. Хотела прильнуть к руке, но знала, что это может обернуться катастрофой, и поэтому держалась на расстоянии вытянутой руки. Принюхивалась к атмосфере и настроению оппонента. Уилер явно казался ей тем, за кем можно было последовать — еще не даться в руки, но попытаться наладить контакт. Майк глянул на часы и понял, что времени почти не осталось, поэтому он поспешил оставить Оди одну, заверив ее, что вернется с едой и теплыми вещами. — Майк, — окликнула его девушка, когда он собирался уходить. Парень обернулся, не веря, что услышал свое имя. — Спасибо. Уилер слегка стушевался. За что его благодарить? За ночлег в деревянной, продуваемой всеми ветрами халупе с дырявой крышей? За обещание принести объедки со стола, чтобы не оставить ее совсем голодной? За корыстное желание помочь ей в надежде, что она отыщет Уилла? Горло раздирал предательский ком вины и стыда. Майк не нашел, что ей ответить, поэтому лишь кивнул и вышел за порог сарайчика.
