Шампанское и розы

Ивон опаздывал. Он мчался по улицам, его лёгкие горели с каждым глотком воздуха, пока он в спешке бежал к месту назначения. Обычно он не торопился и не возражал бы против лишней прогулки, но нынешнее обстоятельства не оставляли ему подобной роскоши. Возможно, ему стоило дождаться следующего трамвая, когда предыдущий сломался. Но нет — у него не было лишних денег на поездку. Каждая копейка была на счету. Проверив потёртые часы на запястье, Ивон собрал все свои силы и перешёл на бег. До места оставалась всего одна остановка; он должен успеть. Конечно, именно в этот момент ветер решил усилиться, беспощадный холод хлестал его по щекам. Мысленно послав ветер подальше, Ивон наклонил голову и продолжил стремительный бег. Здания пролетали мимо размытыми силуэтами, и он едва смотрел, куда бежит. И снова он опоздал. Он не заметил высокого мужчину, возникшего прямо на у него пути, и столкновение стало неизбежным. В те несколько мгновений перед катастрофой Ивон был уверен, что он сейчас врежется в этого бедолагу и отправит его мобильный телефон в полёт. Он приготовился к удару. Но всё, что произошло — это резкий вдох, ловкий шаг в сторону и вдруг крепкая рука обвила талию Ивона. От неожиданности он почувствовал приступ дурноты. Не то чтобы рефлексы мужчины не заслуживали уважения, но тот факт, что чужая рука удерживала Ивона от позорного падения посреди улицы, одновременно прижимая к чужой груди, вызывал в нем головокружительное неудобство. — Извините, — прохрипел Ивон, поднимая взгляд. Затем поднял ещё выше. Вот тогда он и был поражен тем, насколько высок был этот человек. Встретить кого-то выше себя было редкостью, и он был почти уверен, что этот тип превосходил его минимум на голову. Когда взгляд Ивона наконец добрался до лица незнакомца, он почувствовал, будто его мозг дал сбой. Он никак не мог оторвать глаз от сияющих белокурых волос мужчины, падающих на лоб и мягко колыхающихся на ветру. Встряхнувшись, Ивон заставил себя опустить взгляд, только чтобы обнаружить серебристо-серые глаза, уставившиеся прямо на него, гипнотизируя, затягивая в бездонный омут. Что-то в глазах незнакомца было абсолютно хищным. Видения серого волка, бродящего по бескрайней сибирской тундре, заполнили разум Ивона, и ему стало тяжело дышать. — Всё в порядке? — спросил мужчина, разрушая чары их кратковременной сцены. — Да-да, я в порядке. — Поняв, что освободился от хватки мужчины, Ивон отпрыгнул назад. Короткая улыбка мелькнула на лице незнакомца и исчезла, но его волчий взгляд не покидал Ивона. Он был похож на мраморную статую, светящуюся под северным солнцем и Ивон невольно задался вопросом, почему кто-то в чрезвычайно дорогом костюме и огромной меховой шубе делает в таком убогом переулке. Пухлые губы мужчины изогнулись в усмешке, мелькнули острые клыки и Ивон понял, что довольно бесцеремонно пялится. — Правда, извините, — выпалил он. — Ничего страшного. Взгляд незнакомца на мгновение приковал Ивона к месту. Как будто его глаза были недостаточно поразительны, элегантный тембр голоса мужчины и его напряженность заставили Ивона нервничать. — Ладно, пока. — Это было не самое изящное прощание, но Ивон хотел уйти. Он повернулся и пошел прочь. — Подожди. Ивон замер, затем обернулся, озадаченный. — Тебе стоит подумать о солнцезащитных очках. Ивон моргнул. Что? Он также был уверен, что взгляд незнакомца вообще не дрогнул; он всё еще буравил его с той же интенсивностью, и это мешало думать. Смутные воспоминания о том, что ультрафиолетовое излучение, отражающееся от снега, опасно для глаз, всплыли в его памяти. Зима в России длится почти полгода, так что, возможно, это был просто нормальный дружеский совет, который один мужчина дал другому. Но... почему? Ни у кого из них не было солнцезащитных очков. Зачем говорить это человеку, с которым ты буквально столкнулся на улице несколько минут назад? И вообще, светлые цвета глаз (как серый! пробормотал про себя Ивон) более чувствительны, так что в этом вообще не было смысла. Однако он знал, что у русских есть склонность критиковать или придираться к кому угодно, независимо от того, насколько хорошо они друг друга знают, и отмахнулся от комментария, посчитав его не более чем пустым звуком. Ивон нацепил на лицо то, что он надеялся, было смутно вежливой улыбкой, и снова повернулся, чтобы уйти, решив забыть обо всей этой встрече. Затем он выругался и бросился бежать. Теперь он опоздает окончательно. Блондин остался точно на том же месте, глазами провождая убегающего Ивона. Он поднёс телефон обратно к уху, искажённый голос спрашивал, что происходит. — Дмитрий. Да, я здесь. Кое-что случилось. Нет, всё в порядке. Он коротко усмехнулся, не отрывая глаз от места, где Ивон исчез из вида. — Как ходячая порнография.

***

— Ты что, совсем тупая? Мы же сказали тебе убраться отсюда сегодня! Убирайся нахуй! Мужчины кричали, переворачивали столы, швыряли стулья, разрушая всё, до чего могли дотянуться. Женщина съёжилась в углу, отпрянула как можно сильнее и зарыдала. Толпа зевак собралась вокруг этого беспорядка, но никто не пытался помочь ей. Мужчины перешли к тарелкам и стаканам, почти ликуя, когда они швыряли стопки посуды на пол, наполняя воздух ужасной какофонией. — Мы же говорили тебе! Мы говорили, что, если не хочешь, чтобы тебе перерезали глотку, лучше убирайся! — крикнул один из головорезов женщине в лицо. — Может, мы сможем вбить в тебя немного здравого смысла, а? Хорошая взбучка — это как раз то, что нужно! Агрессивный мужчина поднял кулак, вызвав возгласы и крики у зевак. Но удар так и не последовал. Мужчина повернул голову и обнаружил, что его рука застряла в воздухе, а его тело внезапно окутала тень. — Что за чёрт? — Он оглянулся дальше — и там стояла фигура, спиной к солнцу, черты лица были неразличимы в тени. Потребовалось несколько морганий, чтобы глаза мужчины привыкли и поняли, что-то, что нависло над ним, и есть тот, кто сжимает его руку. Незваный гость был довольно высок, стройный, но не долговязый — элегантные мускулы прекрасно сочетались с хорошо скроенным костюмом и дополняли изящные черты его лица. Его иссиня-чёрные волосы с голубоватым отливом и глубокие чёрные глаза определённо не были славянскими. Он явно был метис, если не иностранец. Тёмные глаза устремились на него, но бандит мог думать только о том, что это самый красивый человек, которого он когда-либо видел. Возможно, самый красивый человек в мире. Должен ли он чувствовать себя так по отношению к мужчине? Разве мужчинам вообще позволено быть настолько красивыми? Он никогда в жизни не использовал слово «эротичный» для описания мужчины, но это было единственное слово для того, кто сжимал его руку. Один взгляд — и любой превратился бы в пластилин в его руках. Темноволосый мужчина не обратил внимания на ошарашенное выражение лица своего пленника. Это не было чем-то новым. — Вымогательство — это уголовное преступление, — холодно сказал он. — Я предлагаю вам обратиться к надлежащим правовым каналам, чтобы получить то, что вы хотите. — Чт-что? Разум мужчины всё ещё был затуманен, его подручные также были ошеломлены и замолчали, пока не пришли в себя и не начали кричать. — Иванов! Какого чёрта ты делаешь! Выруби его! Униженный, Иванов резко замахнулся свободной рукой, но едва успел пошевелиться, как мужчина завернул ему руку за спину и вывернул её. Остальные головорезы были настолько ошарашены увиденным, что им потребовалось несколько секунд, чтобы прийти на помощь Иванову с поднятыми кулаками. Красавец толкнул Иванова на землю и приготовился к схватке. Больше вздохов донеслось от зевак, которые глазели на происходящее. Один против четырёх, но драка была совершенно односторонней. Темноволосый мужчина ловко уклонился от финального удара, прежде чем врезать собственной ногой между ног противника. Бандиты убежали, поскуливая и выглядя гораздо хуже, чем пришли. Новоприбывший смотрел, как они удирают, убедился, что они ушли, а затем поправил пиджак, повернул шею и обернулся, чтобы найти женщину, которая пряталась в углу. Она всё ещё сидела на том же месте, и охнула, когда их взгляды встретились, её лицо побледнело. Он направился к ней, протягивая руку, чтобы помочь ей подняться, с дружелюбной улыбкой на лице. — Вы в порядке? Простите, что опоздал. Мой трамвай сломался, и мне пришлось бежать последний квартал. Женщина с подозрением посмотрела на протянутую руку, не желая её принимать. Её взгляд метнулся вверх. Волосы мужчины были влажными от пота и прилипли ко лбу. — Что... — Она запнулась, сглотнула и начала снова. — Понимаете ли вы, что наделали? Кто они? — Я понял суть, но был бы рад узнать подробности. Выражение лица женщины стало осторожным. — Вы понятия не имели, что происходит, и просто... просто ввязались в драку?! Что с вами не так? — Я не верю в то, что нужно позволять хулиганам добиваться своего, — безмятежно сказал ей мужчина. — Они заслужили то, что получили. Око за око, зуб за зуб, насилие за насилие. Всё ещё глядя на него с недоверием, женщина неуверенно поднялась на ноги, игнорируя протянутую ей руку. — Но зачем помогать мне? Зачем вы здесь? Она напряглась, когда мужчина полез в карман пиджака, но он лишь протянул протянул ей хрустящую визитную карточку. Она взяла её, в замешательстве разглядывая карточку. — Простите, мне следовало представиться. Вы звонили вчера в мой офис. Я — Чон Ивон. Имя Ивон, фамилия Чон. Её глаза широко раскрылись от шока, устремившись к его лицу. Он ей скромно улыбнулся. — Я адвокат.