Когда никто не видит

Снег за окнами лежал ровным светом, отражая мягкое свечение гирлянд на окнах. Дом Вашингтонов напоминал уютный рождественский сон — скрип половиц, горячий шоколад, запах корицы, смех друзей. Вечер был идеален. Они сидели в кругу, перебрасываясь подколками, едва сдерживая смех, глядя, как бутылка, поставленная по центру ковра, вращается, словно решая судьбу. Кто-то (возможно, Ханна) предложил старую игру — семь минут на небесах. - Серьёзно? — Эмили закатила глаза, но всё равно осталась в кругу. - Почему бы и нет, — фыркнула Бет, — нам же по восемнадцать, пора быть дураками. Джош сидел ближе к камину, наблюдая, как Сэм перебирает край своего рукава, будто думает, выйти из круга или нет. Но она осталась. Она всегда оставалась, даже если делала вид, что всё это глупости. И вот — вращение, смех, лёгкий шум, и бутылка замирает. На Сэм. И — на Джоша. Кто-то свистнул. - Ну уж, это судьба, — хмыкнул Крис. Сэм встала, не сказав ни слова, и направилась к кладовке под лестницей. Джош последовал за ней, чувствуя, как сжимается горло — от напряжения, волнения, от неизвестности. Закрыв за собой дверь, он оказался в полумраке тесного пространства, где пахло деревом, старыми ёлочными игрушками и каким-то винтажным парфюмом. Сэм стояла почти вплотную, её лицо освещал только слабый свет от лампочки под потолком. - Так, — она оперлась спиной о стену, скрестив руки. — Что мы должны делать? Просто стоять тут семь минут? Джош усмехнулся, немного неловко. - Ну, можно поговорить. Например, ты всегда хотела оказаться со мной взаперти? - А ты всегда такой уверенный или просто прикидываешься? — голос её был ровным, но в глазах проскользнула искра. Тишина затянулась. Снаружи послышались голоса, но они звучали как будто издалека. Здесь, в этом замкнутом пространстве, всё казалось другим — воздух гуще, взгляды тяжелее. Джош сделал полшага к ней. - Я всегда хотел, чтобы ты увидела меня. Не только клоуна, не только брата Ханны. Меня. Сэм не отводила взгляда. - Я тебя вижу. Может, даже больше, чем ты сам. Он коснулся её руки, мягко, несмело. Она не убрала её. Его пальцы обвили её запястье — чуть крепче, потом отпустили. Она сделала шаг навстречу. Их дыхание смешалось. - И что мы делаем с тем, что ты теперь не просто брат моей подруги? — прошептала она. Джош почти не думал. Просто подался вперёд и коснулся её губ. Это был не торопливый поцелуй — мягкий, пробный, полный напряжённого ожидания. Сэм не отпрянула. Напротив, она потянулась ближе, её ладони легли на его грудь, скользнули к шее, зарылись в волосы. Кладовка была тесной, каждый их вдох звучал как гром. Поцелуи стали глубже, чуть смелее. В этом было нечто запредельное — не просто физическая близость, но то, чего они не могли себе позволить на виду у других. Сэм прижалась к нему, её дыхание сбивалось, но она не отталкивала. Джош чувствовал, как земля уходит из-под ног. Его ладони скользнули по её талии, остановились на спине. Он отстранился лишь на секунду, заглянув ей в глаза. - Ты не обязана… — начал он. - Замолчи, — прошептала она, — я тоже это хочу. Он снова поцеловал её — уже не спеша, с тем уважением и чувством, которое он так долго хранил. Эти семь минут показались вечностью, как будто весь мир остановился. Когда дверь наконец открылась, и свет из гостиной хлынул внутрь, они вышли из кладовки молча. Румяные, с растрёпанными волосами и дрожащими руками. Кто-то пошутил, но они почти не слышали. Позже Сэм снова вернулась к окну. На этот раз она не сидела одна — Джош подошёл и встал рядом. Она взяла его за руку под пледом, и на этот раз не скрывала улыбки.

***

Уже давно стемнело. Гостиная опустела, и огонь в камине догорал, оставляя после себя лишь лёгкое потрескивание и алый отблеск на потолке. Кто-то ушёл играть в карты, кто-то залип в телефоне, а Ханна сидела на полу перед креслом, где Сэм укрылась пледом и делала вид, что увлечена книгой. Ханна молча смотрела на подругу уже минут пять. Потом наклонилась ближе и облокотилась подбородком на край кресла. - Ну?.. - Что — ну? — Сэм даже не оторвала взгляда от страницы. - Ты и мой брат. В кладовке. Семь минут. И ещё столько времени не разговариваешь. Это подозрительно. Сэм вздохнула, медленно перелистнула страницу, хотя абсолютно не читала ни слова. - Мы… просто… поговорили. - Поговорили, ага. — Ханна ухмыльнулась и подняла бровь. — Понятно. Джош никогда не молчит дольше минуты. Если он вдруг не болтал, значит, он был занят… чем-то другим. Сэм чуть не рассмеялась, но лишь покачала головой. - Хан, серьёзно… это было… не то чтобы… - О боже, вы правда целовались? — Ханна взвизгнула почти шёпотом и резко села. — Сэм! Моя лучшая подруга и мой брат?! - Тсс! — Сэм схватила подушку и стукнула её в плечо. — Не кричи, там Майк где-то рядом! Ханна захихикала, пряча лицо в руках. - Подожди… подожди… Это что, было прям… горячо? Или так, по-дружески? - Это было… — Сэм вдруг замолчала. Лёгкая румяна снова вернулась на щеки. — Непохоже на по-дружески. Ханна снова упала на подушку, закатив глаза. - Чёрт. Я не должна была быть так взволнована, но… он же всегда тебе нравился. Ну, не отрицай, ты только что покраснела. Сэм прикусила губу. - Может… когда-то. - Он, конечно, кретин, — мечтательно сказала Ханна, — но, клянусь, у него есть своё обаяние. Знаешь, девчонки в старшей школе буквально кричали его имя. Причём в момент, когда он точно не был на сцене. - Ханна! — Сэм рассмеялась, зажмурив глаза. - Что? Я просто говорю, как есть. Не удивлюсь, если у него с тобой всё тоже было… хм… экспрессивно. - Это было… эмоционально, — наконец сказала Сэм, улыбаясь, — но спокойно. Без криков. Хотя… - Хотя? — Ханна подалась вперёд. - Хотя я, наверное, хотела, чтобы оно не заканчивалось так быстро. Ханна тихо засмеялась и подтянула плед к подбородку. - Ну, вы теперь типа пара? Или как? - Я не знаю, — честно ответила Сэм. — Мы даже не поговорили об этом. Просто… что-то щёлкнуло. Как будто мы вдвоём и остального мира нет. Ханна ещё немного помолчала, глядя в огонь. Потом кивнула. - Он тебя не обидит. Как бы Джош ни валял дурака, ты для него — не просто кто-то. Я вижу. Сэм посмотрела на подругу. - Спасибо. Я, правда, не уверена, что это всё серьёзно. - Ну… тогда узнаешь. А если что — я выгоню его из дома. Сказки расскажу родителям, будто ты внезапно влюбилась в Майка. - Вот спасибо, — засмеялась Сэм. — Ты просто ангел мести. - Всегда пожалуйста, мисс Гидинс. Они замолчали. Огонь в камине трещал, и в тишине казалось, что дом дышит. Сэм ещё долго не могла уснуть. Что-то внутри щекотало, словно всё только начиналось Дом был тёмным, только где-то внизу тускло горел ночник — тот, что родители Джоша оставляли, чтобы не наткнуться на мебель по пути к холодильнику. Часы за полночь. Тишина, как перед снегопадом — густая, вязкая. Сэм вышла из спальни, натянув поверх пижамы мягкий худи, и босиком спустилась вниз по лестнице. Её мучала жажда, да и голова никак не хотела отключиться. Мысли крутились, словно кто-то не выключил их вместе со светом — разговор с Ханной, прикосновения в кладовке, взгляд Джоша, когда он отстранился на секунду, будто просил прощения за то, что хочет её. На кухне было тихо. Сэм открыла холодильник, нащупала бутылку воды, закрыла дверь… и тут заметила движение. Кто-то уже сидел у окна, полуповернувшись к ней. Джош. Он был в той же футболке, в которой был вечером, босой, с кружкой какао в руках. Свет от окна падал на его лицо, подчёркивая под глазами тень недосыпа. Он посмотрел на неё, чуть приподняв бровь. - Ты тоже не спишь? — проговорила она, садясь рядом, положив бутылку на стол. - Слишком громкие мысли. Они орут, будто Эмили на шопинге. Сэм усмехнулась, поставив локти на стол. Некоторое время они молчали, будто измеряя, на каком расстоянии теперь между ними граница. - Ханна что-нибудь сказала тебе? — Джош посмотрел на неё внимательнее. — Она ушла с таким видом, будто собирается сжечь мои школьные фотографии. Сэм отвела взгляд, закусив губу. - Ну… она, скажем так, пыталась из меня вытянуть всё, до последней минуты кладовки. - И? — он прищурился. — Что ты ей наплела? Что я романтик и просто держал тебя за руку, пока ты рассказывала о своей духовной травме? Сэм взглянула на него и хмыкнула. - Ага. Именно так. Я плакала, а ты читал мне стихи. - Лучше бы я так и делал, — пробормотал Джош, не глядя на неё. — Было бы безопаснее. Она чуть повернула голову, внимательно посмотрела на него. - Ты считаешь, что это было ошибкой? Он замолчал. Вздохнул. Отставил кружку в сторону. - Нет. Я считаю, что это… единственное, что за сегодня было по-настоящему. Просто страшно, что я могу всё испортить. Я, в этом плане, рекордсмен. Сэм вытянула руку и мягко коснулась его ладони. - Знаешь, если ты будешь продолжать говорить, что всё испортишь, то в какой-то момент — испортишь. Просто… будь. Сейчас. Не как клоун. Не как парень, у которого куча комплексов. Просто ты. Он перевёл на неё взгляд. Настоящий, без маски. Потом чуть сжал её пальцы. - Тогда, наверное, сейчас надо сделать то, чего я не сделал в кладовке. Сэм вопросительно посмотрела на него. Джош потянулся ближе, но медленно — будто давая ей время отстраниться. Она не отстранилась. Поцелуй был спокойнее, тише, чем тот, в темноте под лестницей. Но глубже. Сэм чувствовала, как его пальцы сжимают её руку, как в нём всё дрожит, но он держится. Потому что рядом она. Когда они отстранились, всё снова замерло. Тишина. Лунный свет. И её голос. - Надеюсь, ты не думаешь, что я теперь буду приносить тебе завтрак в постель. - Только если ты хочешь навсегда остаться в этом доме, — усмехнулся он. — Я умею шантажировать. - Ты безнадёжен. - Но тебе это нравится. Она вздохнула, глядя в окно. - Может быть. Они ещё долго сидели на кухне, молча. Не было нужды в словах. Там, где раньше был страх — теперь что-то тёплое, медленно распускающееся, как пар на стекле.