Не заслуживаю

Нож со звоном падает на пол. Мэтт опустил дрожащие от боли руки, отводя взгляд. Как он теперь сможет спокойно смотреть на него? Кровь медленно стекала сначала на запястья, а затем уже на пол. Глаза Дусеккара носились по всей комнате. Он не мог оправдаться. Он не хотел ничего говорить, но кое-как выдавил. "Я ненавижу себя". От этих слов по телу Тафа прошлась дрожь. Почему? Что произошло? Ноги подрывника приросли к полу, но он хотел обнять Мэтта, очень хотел. Его желание возросло, когда тыква упал на колени, молча плача и, смотря на свои руки, ужасаясь. Зачем он это сделал? Почему он был таким тупым? Как теперь жить с этим? Таф присел на колено, протягивая к Дусеккару свои руки, но не получил никакой реакции. "Я не заслуживаю тебя". Таф посмотрел в пол. Он уже начал винить себя мыслями: «Как можно не замечать, что твой парень странно себя ведёт?». А сейчас буквально немой застаёт Дусеккара за этим. Не дождавшись, Таф подполз ближе и обнял дорогого для себя человека. Объятия были не взаимны. Подрывник почувствовал слёзы на щеках Мэтта. У него была мечта нашептать старшему всякие милые и подбадривающие слова. Но одна из них уже сбылась: тыква обнял Тафа, чему тот был неимоверно рад. Он готов был сделать всё что угодно, лишь бы любимый успокоился. "Птенчик... Я тебе правда нужен?" В ответ кивок и усиление объятий. Таф вдохнул аромат, веявший от Дусеккара. Нотки вишни так и выражались в духах, хотя обычно тот пользовался древесными или морскими. Таф пальцем дотронулся до своих губ, а затем до губ любимого. Дусеккару не нужно было слов, чтобы понять что подрывник хочет. "Да" За считанные секунды губы немого легли на чужие, начиная нежный поцелуй, который продлился в районе десяти секунд. Мэтт, всё ещё всхлипывая, крепко обнял Тафа, кладя свою голову на плечо младшего. Руки немого обняли тыкву за талию. "Пожалуйста, будь со мной всегда".