𓋜 Нити, Запутанные Судьбой 𓋜

►☙Миг и всё летит мимо тебя, Лепесток падает в ладони. Твой путь ещё не окончен — Ты идёшь между Луной и Солнцем. Ночное небо ждёт твоих свершений. Да, это одиночная игра — Но не сдавайся, шагай вперёд. Время пошло. Тают звёзды. Вперёд — свершай свой путь.▼ ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━

***

Кровавые пятна проступали на рукавах, будто багряная кайма на чёрной ткани. Перед глазами плыла мутная вуаль, скрывая лица, превращая их в расплывчатые тени. Шаги давались с трудом, каждый как борьба с самим собой. Но Вэй Усянь шёл вперёд. Одной лишь волей он прокладывал путь. Один против всех или всё же, все против одного?. Это уже не имело значения. Его задача не дать миру рухнуть. Стигийская Тигриная Печать, спрятанная в рукаве, пульсировала, словно живое сердце. Её сила манила, звала, но он не поддавался. Слишком опасно. Пальцы, дрожа, нащупыли флейту Чэньцин, извлекая из неё мелодию. Прошло уже наверное сяоши, с тех пор, но он играл без перерыва, кровь стекала уже по рукам, капала с подбородка, оставляя алые следы на земле. — Вэй Усянь, — голос Цзян Чэна был резкий, как раскат грома. Словно молния хлестнула по воздуху. Вэй Усянь узнал бы этот голос среди тысяч, даже спустя годы. Раньше глаза Вэй Иначе глаза были полны счастья и огонька. Теперь, они стали похожи на мутное болото, где водятся лишь водяные гули, которые готовы схватит тебя и потянуть за собой в свою гущу. Запах озона ударил в ноздри, и фиолетовые всполохи Цзыдяня осветили тьму. Цзян Чэн. Глава клана Цзян, и бывший шиди Вэй Усяня. Звук флейты оборвался, но армия мертвецов продолжала идти, подчиняясь его воле. Молния ударила в землю, и небо закрыли тяжёлые тучи, после чего пошёл дождь. Погода прямо отражала их ситуацию и настроение. — Давно не виделись, — фыркнул Вэй Усянь, сжав Чэнцинь в руках от напряжения, капли падали на его измождённое лицо, смывая кровь, но не усталость. Фиолетовые одежды Цзян Чэна заколыхались на ветру. Его руки сжались в кулаки, тут же на правой руке засверкал Цзыдянь, Распустившись в пульсирующий хлыт из фиолетовых молний. Аметистовые глаза горели яростью, а на лице проступила садистская усмешка. Санду Шэншоу, как всегда, был подобен буре. — И это всё, что ты можешь сказать? — Цзян Чэн хмыкнул, задрав подбородок. Его голос сочился сарказмом и ядом. — Ничего другого не хочешь добавить?. Они и раньше ссорились, и каждый раз их раньше разнимала их Шицзе, но теперь её не было. Оба сейчас не собирались признавать, ни своих ошибок, ни своей вины, и никто из них двоих не собирался первым извиняться. Да и врятли извинения изменили бы сейчас что то, слишком сербязными были раны у обоих. На фоне этого продолжался гул толпы, звон клинков, крики ворон, кружащих над полем. И вдруг небо распустилось, показалась полная луна, сияющая в разрыве туч. Лунный свет упал на них, освещая две фигуры. Погода прямом передавало ироничность их ситуации. — А чего ты жадал?. Расскаяния?. Или хочешь чтобы я пошел с тобой и ответил за все свои действия?. Или ты пришёл мстить? — спросил Вэй Усянь, не удивлённый, но всё же с тенью надежды в голосе. Он до последнего верил, что Цзян Чэн останется на его стороне. Глупая надежда. После того как он, потеряв контроль, убил Цзинь Цзысюаня, и стал причиной смерти ЦзН Яньли, своей Шицзе. С тех пор всё изменилось. Их связь, некогда нерушимая, теперь была разорвана, как старая нить. Удар Цзыдяня расколол землю, оставив глубокую трещину словно шрам на их ердцвх. Их души были изранены, полны обид, которые ни один из них не мог отпустить. Теперь они были врагами. — Ты даже не хочешь признавать своей вины?, — раздлся громкий хмык от Цзян Чэна, голова его была поднята верх как и подбородок. В его взгляде так и поступала лишь ярость. — Или ты стал настолько опьянен своей силой что теперь у тебя нету никаких чувств?, — спросил Ваньин без особого интузиазма, в каждом его слове был сарказм и ядовитость. Как бы ни было больно, Вэй Усянь чувствовал странное облегчение. Если кто и должен его остановить, то только Цзян Чэн. Другому он бы не позволил. «Какая трогательная сцена. Воссоединение семьи. Прямо вижу вашу связь», — скользнул в сознании чужой голос. Вэнь Жохань. Кажется он считал это подходящим моментом,чтобы усмехнутся над иронией их судьбы. Вэй Усянь стиснул зубы. Этот голос в голове сводил с ума. Сколько ещё он будет его терпеть?. Хуже призраков, хуже криков прошлого. Раздражала что его враг был в его голове хоть и не понятно каким образом это случилось и сколько это будет длится. Он надеялся, что это ненадолго. — А что хочешь чтоьы я сдался и дал себя казнить?. Не нужно врать, я вижу что вы пришли не только за этим. Вам вещи мало моей смерти. Хотите ещё забрать жизни тех кого я для под свою защиту лишь из-за того что они носят фамилию Вэнь ведь так?, — Вэй Усянь со злостью взмахнул рукавом, вытирая кровь с подбородка. Его слова были вызовом, для Цзян Чэна. Он был рад, что успел приказать Вэнь Нину вывести всех из Курганов. Иначе их бы тоже уничтожили. — Ты кем себя возомнил?!,— рявкнул Цзян Чэн. — Даже сейчас защищаешь этих псов!. Уже различился отличать кто варан, а кто нет?. Или твоя сила так ослепила тебя?!. Ты должен заплатить за всё, Вэй Усянь!. Вэй Усянь сузил глаза и тяжело вздохнул. Кажется ему не избежать сражения против бывшего шиди. Но если это был единственный выход. Он готов был принять свою смерть. Саньду сверкнул, выскользнув из ножен. В этот же миг, незаметно Вэй Усянь сжал пальцы, и иньская ци словно щупальца, потянулась к Вэй Усяню, откликаясь на его зов. Онсразу же вытащил из рукавов две половины Стигрийской печати. Он собирал её для уничтожения печати. Но голос Жоханя снова вторгся в мысли. «Мне конечно интересно послушать ваши перепалки. Но не забывай о главной цели. Они не смогут прятаться вечно. Выполни последнее условие ритуала». Виски пульсировали, руки дрожали. Контролировать печать и рассудок становилось всё тяжелее. Время уходило. Если он хочет спасти остальных Вэней, нужно спешить. — Если так хочешь, — Вэй Усянь раскинул руки, отступая к краю скалы. Печать в его ладонях горела, готовая вырваться. — Вот он я. Нападай. Положи этому конец. Цзян Чэн замер, его глаза расширились от шока, но гнев быстро взял верх. С рыком он рванулся вперёд, сжимая Саньду. В одно мгновение клинок вонзился в плечо Вэй Усяня, пронзив плоть. Кровь хлынула, заливая чёрные одежды, но он не дрогнул. Вэй Он сразу же ощутил боль. В голове стоял громкий звон. Шум в ушах, ноги пошатнулись. Кровь сразу же начала стекать с раны. Было больно, не только от самого удара сколько от осознания кто сделал его, однако нельзя было медлить. Боль была ничем. Он терпел и худшее. Поэтому он Чжао печать сильнее в своих руках направляя туда больше энергии. Печать в его руках задрожала, готовая разорваться. Он соединил её половинки, и земля содрогнулась. Тёмная энергия вырвалась наружу, как буря, сметающая всё на своём пути. шипя, и ощущая как накатила на него огромная сила, начинает то что начал. Люди до этого сражавшиеся с его мертвецами, буквально перевели своё внимание туда где клубилась черный водоворот энергии. Вэй Он, сразу же буквально ощущает сопротивление. Печать была в гневе ей было плевать кто держит её в руках. Иньская печать тепер напала на него пытаясь остановить его от задуманного. Но Вэй Усянь устава, даже когда руки горели, а энергия буквально рвалась через край на него, и печать начала крошиться. — Ты что делаешь?!. Сошёл с ума? — взревел Цзян Чэн который видел весь процесс, надавливая на клинок, вгоняя его глубже. — Думаешь, я отпущу тебя безнаказанным?. Но Вэй Усянь не слушал. Точнее не слышал, озлобленные голоса кричали, то требуя остановился, то пытаясь убедить что эта сила ему ещё будет нужна. Он стиснуть зубы, вспоминая ради кого и для сего он решился на это, что помогало ему не поддаваться соблазну сохранить такую опасную силу. Печать начала крошиться в его руках, обжигая кожу. Он чувствовал, как она рвётся изнутри, как рёв голосов в голове становится невыносимым. Аметистовые глаза расширяются, когда Цзян Ваньин осознал что задумал в этот раз Темный Заклинатель. В глазах разгорелась лёгкая тревога, и желание остановить дурака. Внезапно мертвые руки схватили его за плечи и просто начали тащить за собой. — Вэй Усянь!. Остановись сейчас же! Слышишь меня?!,— Глава Цзян кричал, в гневе пытаясь отбиться от мертвецов, но это было бесполезно, они были больше и сильнее него, поэтому быстро унесли его подальше. Из-за того что Цзян Чэн не отпустил Саньду, клинок вырвался из плоти в в момент когда Цзян Чэна потащили назад, выскальзыыая из чужой плоти с глухим звуком, это было невероятно больно, но Вэй Ин продолжал стоять так словно ничего не происзошло с ним, хотя лёгкие у него уже горели. "Хорошо. Хотя бы одного человека я сохраню. Наверное я не смог бы себя простить если бы по моей вине умер и Цзян Чэн. Хотя бы одно обещание сдержал. Мадам Юй, я смог защитить вашего сына. Наверное это единственное на что я был годен" подумал в тот момент Вэй Усянь, испытывая облегчение от того что хотя бы Цзян Чэн выживет. Очталось сделать последний шаг. Как только печать была разрушена. Мертвецы, подчинённые его воле, вдруг повернулись к нему. Он знал что так будет. Была два варианта. Либо люди бы пострадали и умерли бы тут приняв на себя удар Инской энергии. Или же весь удар должен был Принять Вэй Усянь. Он конечно же выбрал второй, такой расклад его даже устраивал. Их пустые глаза сверкнули, и они бросились вперёд с одной целью. Убить. Он даже не стал сопротивляться когда их когти впились в его плоть разрывая её на части. Он лишь хотел чтобы от него ничего не осталось. Чтобы никто не смог снова использовать его для коварных планов. Он ощущал ужасную боль, но он не кричал, хотя ощущал как ломались его кости, а в носу стоял удушливый запах крови и гнили. Он уже даже потерял отчетливость того что происходило. Они вгрызались в него, разрывая плоть. Боль была последним, что он чувствовал, словно притупленой. Все конечно видели что происходило, стояли в шоке и не двигались. Никто не вмешивался, да и никто бы сейчас не смог остановить такую огромную толпу за раз. За то смотреть они себе позволяли словно они были на шоу. Особенно смотрел Клан Цзинь, которые почти не сражались. А лишь добивали врагов. С их стороны вообще потерей её было. Явно запланировали все до того как выйти сюда. — Вэй Ин! — крик Вэнь Цин разорвал воздух. — Господин Вэй! — голос Вэнь Нина дрожал от ужаса. Их силуэты мелькнули в тумане его взгляда. Они видели, как он падает, как его пожирает собственная армия. Но он знал, это единственный путь. — Прости. И прощай, — прошептал он, зная, что они не услышат. Его губы тронула грустная улыбка. Вэнь Цин, должно быть, догадается. Она всегда понимала его лучше всех. Он ощущал последние вспышки боли. Воспоминания пронеслись перед глазами Смех в Пристани Лотоса, ночи под звёздами, голоса друзей. А затем наступила пустота. Было темно, и холодно. Хотя наверное последнее время холод стал почти родным. Больше он ничего не ощущал. Просто тонул в этой тьме, шум закончился. Словно резко кто то остановился время. Это был его конец. Конец Старейшины Илина. Создателя Тёмного Пути. И самого сильнейшего за всю историю тёмного заклинателя. Мир, должно быть, вздохнул с облегчением. Наступила глубокая тишина.