Неизлечимая болезнь

Долгий дождь. Ежедневные, надоедливые капли дождя уже убивают. Весь город очень долгое время гадал над причиной такого дождя, но нечего было сказать. Одна причина выглядела смешнее прошлой, и вскоре жители города справедливости и воды оставили эти безуспешные попытки хоть что-то выяснить. Госпожа Фурина ушла с поста Архонта, оставив на своей душе неизгладимый след от страданий размером в 500 лет... Бесконечные ежедневные походы к психологу не давали ровным счетом ничего, смысл жизни давно потерялся, и жива ты была просто для того, чтобы жить. Чтобы не ранить близких своим уходом, а это важнее чем твои страдания. Как минимум, такое мнение сложилось у фальшивого архонта за все то время, что она провела на троне. Неделя. Месяц. Дождь не прекращался, и даже любя все связанное с водой Фурине он начал надоедать и действовать на нервы. Девушка подошла к окну, и подняв одну из рук в перчатке провела указательным пальцем про окну. Из-за того, что в доме тепло, а на улице холодно на окне проявилась дорожка. Фурина улыбнулась, появилось чувство как будто она имеет глаз бога, или хоть какое-то отношение к элементу гидро. Проплыл в мыслях образ улыбающейся Фокалорс перед ней, рассказывающей о предстоящих пятиста лет... Как она могла так легко на это согласиться? Вспомнился и Нёвиллет... Нёвиллет.... Тот, из-за кого уже месяц льет ливень, словно из ведра. Она не могла не догадаться, что это из-за него, так в чем же причина его грусти? Вероятнее всего, все дело в гибели Фокалорс прямо на его глазах... Когда во дворце Мермония перед ее уходом объяснял ей всю ситуацию было чувство, что ему все равно... Но он же не безчувственный как все считают, кому как не ей это знать. Фурина быстро поднялась , и натянув обыкновенную синюю шляпу на голову мигом выбежала из дома. Белоснежные волосы в миг стали мокрыми, давно она не выходила из дома... Вдруг девушка остановилась недалеко от перил, уже близко к дворцу Мермония. А зачем ей вообше к нему идти? Вряд-ли он хочет её видеть, ведь так? Она постояла пару секунд в раздумьях, уже тысячу раз пожалев о том, что не взяла с собой зонт. Но через секунду поверх нее появился зонт, закрывающий ее от дождя, а следом обернувшись она увидела Нёвиллета. Вспомнишь говно, вот и оно. Но вряд-ли эта поговорка сюда подойдет... Нёвиллет был прекрасным, ни разу за все время она не винила его в том, что он провел над ней суд. Это была необходимая мера, ведь так? - Добрый вечер, госпожа Фурина. Давно не виделись. Фурина ничего не ответила на его слова и лишь продолжала смотреть ему в лицо. Судя по его реакции, Нёвиллета это рассмешило, тень улыбки появилась на лице гидро дракона, но и она тут же исчезла. И ей либо показалось, либо... Дождь слегка утих? - Добрый вечер, Нё... Фурина запнулась. Теперь они не на равных, и надо с уважением.. -Месье Нёвиллет. Ты.. Вы что-то хотели? Было так непривычно говорить с Нёвиллетом на вы... Просто отвратно. На ты было легче. Было чувство, будто она унижается перед ним.. Ведь за все то время, прожитое вместе ей даже начало казаться, будто он ей что-то большее, чем друг и, возможно, даже... - Нет, госпожа Фурина. Я просто увидел, что вы стоите и мокните под дождём, и решил прикрыть вас от дождя. Нёвиллет говорил всегда так спокойно... Почему она так не умеет? Отвратительно, отвратительно! Тысячу разу уже пожалела о том, что пошла так поздно к нему. И холодно, хочется домой... И вдруг юдекс как будто прочитал ее мысли и сняв свою мантию верховного судьи повесил на нее. У Фурины от этого потерялся дар речи, она никогда без нее Нёвиллета не видела, а он оказывается без нее не такой фигуры, каким она ее представляла. Нёвиллета же, кажется, это лишь рассмешило и на этот раз он уже не скрыл небольшой улыбки - Нёвиллет.... Расскажи, почему дождь идет так долго? Девушка не стала ходить вокруг да около , и решила спросить прямо. И только после этих слов она вспомнила, что вновь забыла добавить "Месье", но кажется юдекса это не сильно задело. Нёвиллета сначала ее вопрос озадачил. Он помолчал, а затем ответил - Откуда мне знать, госпожа Фурина? Ложь. Она не могла не отличить лжи от правды, врет он крайне редко, и совершенно не умеет этого делать, и Фурина ясное дело не повелась на его слова. Кого он только пытается обмануть?... Но Нёвиллет, похоже, и сам понял что фальшивая архонт его раскусила и сразу же добавил - Ладно. Я не имею понятия, как это объяснить понятнее для вас... Нёвиллет запнулся? Впервые на ее памяти такое происходило, по виду он не знал что даже ответить на ее слова. Девушку это озадачило. Что-то серьезное, или секрет какой-нибудь? Или... - После вашего ухода мне стало довольно тоскливо и как-то одиноко. В то время меня особо не тянуло к вам, но после вашего ухода я хочу быть с вами все оставшееся время. Хотелось вас защищать и всегда быть рядом... Я не совсем понимаю чувства людей, не могли бы вы обьяснить мне, что это такое? Фурина впала в ступор от его слов. Перед глазами все будто бы закружилось, было чувство, что она сейчас упадет. Изначально девушка не знала, что ответить, но слова сами вырвались из ее уст против ее воли, словно звери которые мчатся на свободу. - Это называется любовь, юдекс Повисло молчание. Долгое, убийственное молчание. А затем мужчина тихо снова задал вопрос - И как же от нее избавиться? Есть ли способ, госпожа Фурина? Вновь повисло молчание. Фурина просто стояла и смотрела в голубые, спокойные словно водная гладь глаза Нёвиллета. Нет, она не знала ответа на этот вопрос. Никто на него не знает ответа, но и нужно ли избавляться от этой "Болезни"?...Фурина приподнялась на носочки, дабы быть головой на одном уровне с Нёвиллетом, а затем взяла его за руки и взглянув ему в глаза прошептала - Нет, Нёвиллет. Это неизлечимая болезнь, так пусть же она останется с нами навечно. Миг, и Фурина быстрым движением соприкоснулась своими губами с его губами. Зонт Нёвиллета сразу был отпущен, и Гидро дракон словно по инстинкту прикрыл глаза, как и сама девушка. Много ли прошло времени, до того момента пока их не увидели и не выпустили снимок сладкого поцелуя в "Паровой птице"? Она не знала, но было все равно. Ведь любимый человек теперь будет с ней, вплоть до самой смерти и это важнее.