My Husband Is Weird

Когда Джеминай снова проснулся, на улице было очень светло, и Форта рядом с ним не было. Он спустился вниз и нашел его на кухне, помогающего Пинтире готовить завтрак. На весь этаж пахло так вкусно, будто они пекли блины. — Доброе утро, — крикнул он с лестницы. — Доброе утро, кхун Норавит, — поприветствовала его Пинтира, размахивая лопаткой в руке. Джеминай громко вздохнул, продолжая спускаться по ступенькам. — Что с обращением, Пи? Ты успела с ума сойти? — Я не хочу произвести на вашего мужа неправильное впечатление, кхун. — Она подвигала бровями. — Прекрати называть меня, кхун, пока я не сошел с ума и не убежал в ужасе. Она начала смеяться, и Форт присоединился к ней, слегка посмеиваясь. Когда Джеминай подошел к ним, он увидел Сахарок, сидящую на подлокотнике дивана и пристально наблюдающую за этими двумя на кухне. Она выглядела очень любопытной, но в любом случае была готова сорваться на бег при любом намеке на опасность. — Я вижу, вы уже встретились, — сказал Джеминай, поворачиваясь к Форту. — Не совсем. Она не подпускает меня к себе. — надулся Форт. — Она привыкнет к тебе. Но она никогда никому не позволяет себя гладить, не принимай это близко к сердцу. Форт надулся еще сильнее. — Что случилось с твоим лицом? — вмешалась Пинтира, когда заметила след на щеке Джеминая. — Моя мама была здесь этим утром,— сказал он, и поднес руку к лицу, ощупывая повязку. — О, нет. —  Пинтира от удивления приоткрыла рот. — И она дала мне пощечину в качестве свадебного подарка. — О, нет. — повторила она, затем повернулась к Форту. — Ты в порядке? Ты испугался? — Эй, это я получил пощечину! — Джеминай запротестовал, а Форт снова начал смеяться. Пинтира полностью проигнорировала Джеминая и похлопала Форта по плечу, говоря: — Он обманом заставил тебя стать зятем самой демоницы. Тебе следует быть осторожным, мадам действительно страшный человек. Нет предела тому, что она может сделать. — А как же тот факт, то что он ее сын? — Форт кивнул, все еще улыбаясь. — Все нормально. Он лучше знает свою мать. — Я скажу ей, что ты назвала ее дьяволом, — сказал Джеминай, обходя их и вынимая из шкафов тарелки и столовые приборы. — Сделай это, если сможешь, потому что я скажу ей раньше, что твой брак фиктивный, — ответила она. — Ух ты, успокойся, чемпион. Пинтира была единственным человеком, который знал о настоящей природе их брака, не считая двух лучших друзей Джеминая: Лав и Форда. Фактически она была первым человеком, к которому он обратился с этим планом и спросил ее мнение. Несмотря на то, что она сказала, что «это была самая глупая идея на свете», она все равно поддержала его, несмотря ни на что. Она выбрала ему одежду для свидания вслепую, заверила его, что Форт — идеальный выбор после их первой встречи, и даже помогла им с оформлением документов. Пинтира с Джеминаем были очень близки, знали друг друга еще с начальной школы. Она долгое время работала в доме его семьи, пока Джеминай не уехал. После этого она просто уволилась и начала работать здесь. Она была ему как родная тетя, она была семьей. — Как ты собираешься с ней справиться? У тебя есть план? — Пинтира положила блины на большую тарелку и протянула Форту. — А что, если она сожжет этот дом? Джеминай наблюдал, как Форт осторожно несет их к столу и раскладывает блюда рядом с тарелками. — Я просто куплю новый. Я не разведусь с ним из-за сгоревшего дома. Форт поставил тарелку и встал по другую сторону стола, глядя на Джеминая. — А что, если она сожжет и новый? — Тогда мы будем жить в палатке. — У меня есть деньги. Мы можем построить пожаробезопасный дом. — Мне нравится эта идея. Мы можем разместить большие посыпки повсюду. — Джеминай улыбнулся. — Это та штука, которую ставят в садах, которая кружится и поливает всё водой, пока прорастает зелень? Джеминай кивнул. Глаза Форта широко раскрылись. — Ух ты. Это выглядело бы так круто! — Мы также можем поставить двух собак перед дверью, чтобы они могли прогнать мою маму, если она когда-нибудь снова попытается приблизиться к нам с огнем. Форт подошел еще ближе к столу. Его лицо выражало все формы удивления. — Могут ли они быть действительно большими? Типа огромными? — Чем больше, тем лучше. — Джемини пожал плечами. Пинтира прочистила горло. — Пинтира – молодоженам, прием! Я помню, как задала тебе вопрос. — Верно, — Джеминай обратил на нее свое внимание. — Я не знаю, Пи. Мне все равно, что делает моя мама. Я только хочу получить свои деньги и открыть на них галерею. Форт теперь тянул стул, чтобы сесть. — Ты планируешь открыть художественную галерею? Джеминай последовал за ним, он тоже пододвинул стул и сел напротив него. — Да, это была моя мечта с детства. Мне нужна действительно большая галерея; где люди могут заниматься своим искусством, давать уроки другим и устраивать выставки. Можешь представить? Пространство, полное искусства и только искусства. Насколько это было бы волшебно? Форт наклонился, рассматривая его лицо, как и вчера вечером. — Твои глаза сейчас сияют. Ты в восторге от этого. — Мои зрачки тоже расширены? — Джеминай поджал губы. Форт кивнул. — Это признак любви. Вот как сильно я хочу эту галерею. — Джеминай ухмыльнулся. — Любовь? Люди так выглядят, когда им что-то нравится? — Так написано в Google. Форт хмыкнул. Пинтира присоединилась к ним за столом с подносом с соусами в руках. — Стоит ли эта любовь того, чтобы пережить материнский гнев? — спросила она. — Любовь должна стоить всего. В противном случае это не было бы любовью, верно? — ответил Джеминай. *** После завтрака Джеминай и Форт пошли искать занятия по вождению и выпечке. Места, где они были по выбору Форта, выглядели довольно хорошо, чисто и профессионально. Форт был в восторге от обоих курсов, хотя они отнимали у него большую часть времени, включая некоторые выходные. Когда они были снаружи, он почти светился, излучая счастье. Он держал буклеты курса прямо на груди, будто держась за свою дорогую жизнь, пока бежал к машине. — Я собираюсь приготовить так много вкусных вещей, что вам обязательно понравятся десерты, — сказал он. Джеминай действительно поверил ему. После обеда они пошли в ювелирный магазин выбирать обручальные кольца. Когда они делали свадебные фотографии, студия одолжила им пару, так как они не подумали об их покупке заранее. Именно тогда они узнали, что нельзя просто пойти в магазин и сразу купить пару обручальных колец по своему желанию. Нужно было разместить заказ и ждать, пока его изготовят, отправят и доставят. Кольца, которые они носили для фотографий, очевидно, им не подошли. Итак, они узнали еще одну вещь: если вы не знаете размер своего пальца, вы также не сможете заказать кольца онлайн. Итак, теперь они были здесь; измеряли размеры пальцев, выбирали и примеряли разные модели, как настоящая пара. Примерно через тридцать минут просмотра и дискуссий они остановились на паре одинаковых золотых колец плоского профиля с мягко закругленными краями. Они действительно были красивы и выглядели на их пальцах очень элегантно. Одно было жалко, что они потратят безумные деньги на брак, который скоро распадется. Но было бы ложью, если бы Джеминаю не было приятно от прикосновения металла к его коже. Это дало ему странное чувство гордости, очень, очень ложное. Как будто он принадлежал человеку, который также принадлежал ему. Как будто эта золотая полоса была тому доказательством. Как будто это было обещание на всю жизнь. А ведь это не так. Это было просто для ширмы. Они сделали заказ и направились к дверям, пожав руку продавцу. Как только они сделали шаг за дверь, Джеминай услышал щелчок. Нет, это была повторяющаяся серия звуков затвора. Не близко, но и не очень далеко. Краем глаза Джеминай увидел мужчину, небрежно опирающегося на машину и держащего в их сторону телефон. Папарацци вел себя так, будто смотрел в свой телефон, но то, как он держал его, было очень неудобно, поскольку он явно их фотографировал. Джеминай даже не подумал ни секунды, когда протянул руку и взял Форта за ладонь, переплетая их пальцы вместе. Форт посмотрел на него с небольшим удивлением в больших глазах, не ожидая внезапного контакта. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, вероятно, чтобы спросить, что он делает; но Джеминай не рискнул, боясь, что парень его услышит. Он тут же наклонился и сблизил их губы. Это был короткий поцелуй, всего лишь прикосновение кожи к коже. Это произошло очень внезапно и длилось всего две секунды, но этого было достаточно, чтобы попробовать арбузную ириску, которую Форт только что купил в магазине. Сладко и свежо. Джеминай чуть-чуть отделил рот от губ мужа и прошептал: — Улыбнись, как будто я твой самый любимый человек в этом мире. — Затем он отстранился. Форт выслушал его и ярко улыбнулся, открыв глаза и внимательно заглянув ему в глаза. Он опустил веки, приподнял подбородок и его скулы окрасились румянцем. Он открыто улыбнулся, показывая идеальные зубы. Он был таким хорошим актером, сумевшим передать столько эмоций всего несколькими действиями. Джеминаю даже не пришлось притворяться, так как улыбка этого парня уже была чрезмерно заразительной. Он улыбнулся в ответ и сжал руку Форта. — Пойдем, — только и сказал он. Он мог слышать щелчок за щелчком за своей спиной, когда они начали идти. Звук все еще был слышен даже после того, как они подошли к машине и сели в нее. Этот парень преследовал их. — Кто-то нас фотографирует, — сказал Джемини, когда они закрыли двери. — Я знаю, — ответил Форт. — Ты не против, что он фотографирует наши поцелуи? — Да. Они должны увидеть, как мы целуемся, чтобы они поверили в наш брак, черт возьми. Форт повернулся к нему. — Тогда нам следует больше целоваться. Верно? — Он выглядел несколько взволнованным? — Я так думаю, — ответил Джеминай, а затем он съехал с обочины. — Хорошо, — пробормотал едва слышно Форт. Что ж, Джеминай это ясно услышал. Его муж был таким странным. **** Они были во всех новостях еще до того, как смогли добраться до дома. Их две фотографии можно было увидеть повсюду в Интернете: на одной они смотрели друг другу в глаза с такой любовью, что она почти физически переливалась с экрана, а на другой они целовались перед магазином. С того ракурса, с которого было сфотографировано, казалось, что на снимке они разделяют настоящий французский поцелуй. Джеминай, на снимках, наклонился, отчего его волосы закрыли лицо Форта, почти скрывая его зажмуренные глаза. На снимке была видна только часть порозовевшей щеки Форта. Они выглядели более влюбленными, чем Джеминай мог себе представить. Отлично. Они были во всех социальных сетях. Они были в тренде в Твиттере, уже были сделаны комментарии на YouTube и даже были отредактированы в TikTok. Некоторые СМИ называли Форта «новым увлечением самого молодого наследника ТТС Холдинга», некоторые называли его бойфрендом, некоторые называли его женихом, поскольку их видели выходящим из ювелирного магазина. Но никто из них не угадал. Поэтому Джеминай сделал то, что должен был сделать – загрузил несколько свадебных фотографий в свой Instagram, подписав их «Мой навсегда». У Форта не было учетных записей в социальных сетях, поэтому теги не требовались. Это было открыто и ясно. Как только он нажал кнопку «Поделиться», начали сыпаться уведомления, из-за чего приложение зависало. Джеминай с довольной ухмылкой заблокировал экран и позволил людям сходить с ума самостоятельно. Но когда они вошли в дом, его телефон начал звонить. На этот раз игнорировать было невозможно, это была безостановочная волна звонков. Новое имя появлялось следом после очередного звонка. Даже когда Джеминай с кем-то разговаривал, он все равно издавал звуковые сигналы на заднем плане, давая ему понять, что люди все еще пытаются с ним связаться. Некоторые поздравляли его, некоторые злились, что он ничего им не сказал о том, что у него появился парень, некоторые злились, что он не пригласил их на свою свадьбу (он на это отвечал, что у них не было церемонии), некоторые притворялись что счастливы, пытаясь вытянуть из него какую-нибудь сплетню (таким он с удовольствием подыгрывал). Были также некоторые гомофобные звонки, в которых Джеминая пытались заставить отказаться от «его пути» и выбрать «естественное направление», выбрав вместо этого девушку. Однако Джемини не позволил им добиться своего, он сказал им никогда больше ему не звонить, прежде чем повесить трубку. Было далеко за полночь, когда он закончил все звонки. Ну, по крайней мере, важные. Одно из этих важных писем было от его дяди. Он действительно волновался, это понял Джеминай, после получасового ворчания в уши, стоило ему позвонить. Он был справедливо обеспокоен тем, что он женился внезапно, в полной тайне, и его немного разозлило то, что он узнал об этом из поста в Instagram вместе со всеми остальными. Джеминай извинился и пообещал исправиться. — Твоя мать очень разозлилась, — сказал он так, словно Джеминай этого не знал. Он все еще чувствовал жжение на щеке. — Знаешь, как она об этом узнала? — Она сказала, что вчера ей позвонил один из ее приспешников из торгового центра. Ей сказали, что ты ходишь по магазинам с кем-то, кто называет тебя «мужем». Видимо, ей тоже сказали, что это парень, но, думаю, она не могла в это поверить. Джеминаю казалось, что из него высасывают душу. — Значит, из-за этого она совершила набег на мой дом? А что, если я просто дурачился с другом? Его дядя усмехнулся. — Она никогда бы этого не приняла, но я думаю, она ждала от тебя такого шага. Даже я это ожидал. — Я хорошо справился, не так ли? —  Эго Джеминая сидело рядом с ним на одной высоте. — Нет, Джем. Это был смелый шаг, но ни разу не разумный. Ты собираешься сделать все, чтобы открыть эту галерею, не так ли? — Да, дядя. Но я женился на нем не из-за денег. Я женился, потому что люблю его. — Приведи его на бал в следующем месяце. Позволь мне увидеть твою любовь своими глазами. Вот же. Черт побери. Теперь ему нужно было посетить бал. После того, как он освободился от всех своих звонков и телефон горел у него в руке, он вышел из офиса и вошел в спальню и обнаружил Форта в пижаме, спящего поверх одеяла. Вероятно, он пытался дождаться его, но в итоге заснул. Джеминай просто стоял и смотрел на него целых десять секунд без всякой причины, прежде чем он мысленно встряхнулся и пошел в ванную, чтобы подготовиться ко сну. Закончив, он подошел к кровати где лежал Форт и попытался перевернуть его, чтобы вытащить из-под него одеяло и укрыть его. Но Форт проснулся, как только Джеминай прикоснулся к нему. — Все в порядке, продолжай спать, — очень мягко сказал Джеминай, чтобы он не проснулся еще больше. Форт кивнул и подвинулся, чтобы помочь ему вытащить одеяло. После того, как Джеминай успешно освободил его и опустил на мужа, он подошел к другой стороне кровати, и улегся лицом к двери, как и Форт, укрываясь одеялом. Прошло немного времени, прежде чем Форт развернулся и свернулся калачиком около Джема. Он обвил рукой талию Джеминая под одеялом, прижавшись грудью к спине. Хорошо, сегодня вечером была совершенно другая позиция. И это тоже было приятно. Было тепло и уютно. Вот почему всем нравилось быть маленькой ложкой. Прошло несколько минут, когда Форт ровно и глубоко дышал в его шею, его грудь расширялась и сжималась с каждым вдохом и выдохом. Это было своего рода терапевтическим воздействием, поскольку сон медленно полз к Джеминаю. — Джеминай, — прошептал Форт. — Ты спишь? — Нет. А что? — ответил он в темноту комнаты, возвращаясь к реальности после сладкой дремы. — Ты в порядке? Сегодня был напряженный день. Джеминай почувствовал слова Форта на своем затылке, а вокруг линии волос побежали мурашки. Он подавил желание поднять плечи, чтобы уйти от контакта. — Я в порядке. А ты? Как ты себя чувствуешь теперь, когда тебя знают все в стране? — На самом деле меня не волнует, что люди узнают обо мне. Я все равно скоро уеду. —  Он повернул лицо и прижался щекой к волосам Джеминаю. — Меня беспокоят ваши отношения с матерью. Вероятно, теперь она злится на тебя еще больше. Джеминай наклонился и схватил Форта за предплечье, лежащее на его талии. — Я уже сказал тебе, все в порядке. У нее нет другого выбора, кроме как принять наш брак. — Почему ты ее так ненавидишь? — На самом деле я не ненавижу ее. Думаю, я просто никогда не видел в ней матери. Мать Джеминая вышла замуж за его отца, когда была совсем молодой. Его отец был очень красивым, и она влюбилась в него с первого взгляда. Они поженились как можно скорее, и она продолжала рожать детей исключительно для того, чтобы заслужить его расположение. Ну, все, что он когда-либо хотел, это богатая жена, поэтому все эти дети заставляли его чувствовать себя в безопасности, и он начал воспринимать все как должное, и начал изменять. Первые несколько раз она пыталась закрыть на это глаза, но не смогла с этим справиться, тогда он начал становиться еще смелее и даже не удосуживался что-либо скрывать. Однако после того, как его выгнали из дома, он пытался выпросить прощение и умолять. Но было уже поздно. Джеминай был еще совсем маленьким, когда они развелись. После развода его матери больше не было рядом. Троих братьев и сестер воспитывали няни и помощницы по дому. Они ходили в лучшие школы и получали уроки у лучших учителей страны. Иногда даже извне. Они научились играть на музыкальных инструментах, говорить на разных языках, ездить на лошади, даже заниматься боевыми искусствами и танцевать. Но она никогда не была рядом, чтобы увидеть их достижения. Она не пошла ни на одну из их выпускных церемоний. Она никогда не была рядом, чтобы похвалить их, подбодрить или даже отругать. Мать стала призраком. Она просто командовала ими и давала им много денег. Больше, чем им когда-либо понадобится. Но она никогда не давала им никакой материнской ласки. Они даже не знали, что это такое. После отца Джеминая она выходила замуж еще три раза, каждый брак из которых продлился всего несколько лет, прежде чем она подавала на развод. За своим нынешним мужем она замужем уже чуть больше шести лет. Это была маленькая победа с ее стороны, поэтому она начала зацикливаться на том, чтобы со стороны выглядеть счастливой семьей. Она начала заставлять семью выходить на прогулки и заставлять всех посещать мероприятия вместе. По этой причине все как можно скорее уехали из семейного дома. Братья и сестры Джеминая поженились, когда им было по двадцать. Все построили свою жизнь так, чтобы избегать мать. И Джеминай был в этом полностью солидарен. — Мне очень жаль, — пробормотал Форт позади него, выслушав всю историю. — Не надо. Мой дядя всегда был рядом. Он мне как отец. И дедушка меня тоже очень любил. Я считаю, что в детстве я получил достаточно любви. Форт усилил хватку. — Ты уверен, что этого было достаточно? Джеминай кивнул, хотя он почувствовал себя немного неуверенно, услышав такой грустный голос своего мужа. — Ты заслуживал гораздо лучшего. Мне жаль. Джеминай усмехнулся, пытаясь повернуть голову лицом к Форту, но Форт не позволил ему пошевелиться. — Да ладно, это не так плохо. Люди переживают еще худшие вещи. Я доволен своей жизнью. Форт вздохнул. — Пока я здесь, я все равно постараюсь загладить их вину перед тобой. Я помогу тебе во всем, чтобы ты смог открыть галерею своей мечты. *** Следующая неделя прошла по тому же сценарию. Большую часть времени они были дома; готовили, ели, плавали в бассейне, смотрели фильмы и обнимались перед сном. Они говорили о многом, поскольку единственным человеком, которого они видели, была Пинтира, которая, как ни странно, всегда спешила убрать дом и как можно скорее оставить их одних. И, как всегда, в Форте не было ничего особенного, но привыкнуть к нему было очень легко, по крайней мере, для Джеминая. Было такое ощущение, будто Форт всегда был здесь, не всего-то последнюю неделю, а гораздо дольше. Он никогда не чувствовал себя так легко, как в последние несколько дней. Он чувствовал, что стал лучше есть, лучше спать и с каждым днем просыпаться с большей энергией. Может быть, это был просто эффект присутствия кого-то в жизни. Или, может быть, причина была в Форте. Джеминай всегда чувствовал себя одиноким, когда был дома. Конечно, он уже год жил отдельно от семьи, буквально один. Но даже когда он рос, он всегда проводил время один в своей комнате. Его сестра не хотела играть с мальчиками; а его брат был на шесть лет старше его, они никогда не доходили до того возраста, когда наслаждались одними и теми же вещами одновременно. Джеминай всегда думал, что именно такой и должна быть семейная жизнь. Утром проводить время со знакомыми людьми, а вечером возвращаться в свой кокон. Когда он купил этот дом и въехал в него, он решил взять кошку, чтобы она стала компаньоном в этом его одиноком коконе. Ну, Сахарок была Сахарком, ей не нравилось быть частью чего-либо, связанного с людьми. Так что, все вернулось на круги своя. Только теперь все было иначе. В его доме был настоящий человек. Тот, кто спал рядом с ним. Кто ел с ним, смеялся с ним, разговаривал с ним и время от времени обнимал его. Но дискомфорта не было. Он не ощущался как чужой для Джеминая. К хорошему всегда было так легко привыкнуть. С Фортом было хорошо, и, возможно, именно поэтому все вокруг него плавилось и формировалось. Он наполнил воздух собой. В нем было это ощущение присутствия, эта серьезность. Так что в нем не было чего-то особенного, но он сам был очень особенным. Джеминай играл кольцом на пальце, переворачивая его. Он носил его уже два дня, но так и не смог к нему привыкнуть. Он любил аксессуары и постоянно носил кольца, но только это продолжало привлекать его внимание. Он ничего не делал, только смотрел на него весь день. Ему все время хотелось прикоснуться к нему, хотя оно буквально обвивало его кожу. Это было так красиво. — Я так боюсь жениться. Что, если я окажусь таким же, как он? — Кто-то сказал, предположительно, Форд. Джеминай нахмурил брови и посмотрел вверх. — А что не так с моим браком? — Это твое первое кольцо, малыш? —  вспыхнула Лав. Джем поморщился. — Ребята, вы просто завидуете. Они вышли из столовой и направились к дороге, где собирались расстаться и разойтись по своим факультетам. — Чувак, я никогда не завидую парам, с которыми познакомилась. Обычно я ими горжусь. — Она глянула на него косо. — Однако я не могу сказать то же самое о вас, ребята. Ты заставляешь меня чувствовать, будто я предала святость своей работы. — О, ты тоже начала работать в храме? Разве сватовство не приносит тебе достаточно денег на обучение? — Форд дразнил ее, притворяясь невинным. — Заткнись, пока я тебя не пнула, — предупредила она. Джеминай вышел на дорогу, он шел спиной вперед, чтобы видеть их, одновременно смеясь над выходками друзей. И все произошло так быстро, что перед его глазами всё пронеслось, как сцена из фильма. Внезапно послышался громкий шум, колеса заскользили по асфальту. Затем послышался крик, это была Лав, кричавшая ему, чтобы он был осторожен. Он видел, как лица его друзей перекосились от ужаса, но он не мог видеть, что на него надвигается. Он, конечно, как-то понял, что ему грозит смертельная опасность. Это длилось всего несколько секунд, но у него было такое ощущение, будто он простоял там целый час. Не мог пошевелиться, не мог среагировать. Он знал, что умрет. Очень скоро его собиралась сбить машина. Ему было всего девятнадцать, и он еще не достиг совершеннолетия по закону. Он был женат всего неделю, с парнем, о котором ничего не знал. Он еще не окончил университет. Он не получил наследства, не смог открыть свою галерею, не смог осуществить свои мечты. Он собирался умереть, вот так. Он моргнул, и следующее, что он осознал, — он оказался на асфальте. Нет, он был на ком-то сверху. Он попытался понять, что происходит, как человек под ним застонал от боли. Он посмотрел вниз. — Форт? Форт поднял глаза, полные паники, а лицо сморщилось от боли. — Ты в порядке? — спросил он. — Это я должен спрашивать об этом! Ты в порядке? Форт кивнул. Они лежали на асфальте, Форт лежал спиной на покрытии, а Джеминай растянулся прямо на нем. Руки Форта обнимали Джеминая: одна на его плечах, другая на талии. Вероятно, именно так они и упали после того, как Форт оттащил его в сторону. Когда Джеминай осознал свое положение, он поднялся и сел рядом с Фортом, помогая ему тоже принять положение сидя. Он проверил тело мужа на предмет каких-либо травм, и тот казался в порядке. В этот момент к ним подбежали его друзья, избавившись от шока, и спросили, все ли с ними в порядке. — Что случилось? — спросил Джеминай, все еще глядя на Форта. — Машина подъехала прямо к вам. Водитель собирался сбить тебя! — воскликнул Форд. Лав села рядом с ними и достала из сумки бутылку с водой. Она отдала его Форту и посмотрела на Джема. — Клянусь, они пытались тебя сбить. Я слышала, как он нажал на газ, когда приближался. — Но почему? Кто захочет меня сбить? — Может быть, им показалось забавным пугать людей на дороге, — предположил Форд. — Это извращенный способ развлечься, — сказал Джеминай. Он все еще смотрел на своего мужа, который молча пил воду. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? Ты ведь не ударился головой или чем-то еще, верно? Форт покачал головой и отдал бутылку Джеминаю, не закрывая крышку. Джеминай сделал большой глоток. — Как ты сюда попал? — спросил он после того, как проглотил жидкость. — Я взял такси. — Голос Форта дрожал. Он посмотрел на Форда, который все еще стоял там, затем на Лав и, наконец, на Джеминая. Затем он немного поднял руки, как будто чего-то хотел, спрашивая, — Могу я обнять тебя на секунду? Джеминай поднял брови, но ничего не сказал. Вероятно, он был потрясен, ему нужно было немного утешения. Поэтому Джеминай наклонился и обвил руками его талию, а Форт сделал то же самое вокруг шеи Джема. — Я думал, что опоздал. Я так рад, что нашел тебя вовремя. —  Форт пробормотал. Джеминай отстранился, глядя ему в лицо. Он пытался найти что-то в выражении лица мужа, но единственное, что было в нем, было облегчение. — Там была пробка, поэтому мне пришлось бежать остаток пути сюда, — его голос был настолько тихим, что его было почти невозможно услышать. — Я рад, что с тобой все в порядке. Я так рад. Брови Джеминая нахмурились, когда он смотрел, как Форт разговаривает сам с собой, все еще держа руки на плечах; затем он поднял глаза на дорогу, на машину, которая уже давно уехала, не оставив после себя никакой пыли. Он чувствовал, что что-то было не так, но он не знал, что именно.