Люби меня, люби
13 июня 2025 г., 22:03
Когда дело касается любимых, мы все идиоты
— Минхо, — тихо начал Джисон, продолжая рассматривать звёздное небо, пока рядом с ним лежал его возлюбленный на крыше многоэтажки. Попасть на неё было не так трудно, как сначала могло показаться. Спасибо навыкам Минхо, благодаря которым они взломали замок и уже час сидели на крыше, любуясь сначала закатом, а уже потом и звёздами, которых с каждой минутой становилось ещё больше. — Что? — переведя взгляд на своего парня, отзывается Минхо. — А ты веришь в то, что люди после смерти становятся звёздами на небе? — Не особо, это же просто сказки и врятли такое может быть на самом деле. А почему ты спрашиваешь? — Просто задумался, стану ли я после смерти яркой звёздочкой? — хмыкает Джисон, медленно переводя взгляд на Минхо и улыбаясь лишь уголками губ, — Звёздное небо такое большое, что мне прям любопытно, где бы я мог оказаться? Думаю я бы хотел быть где-то в созвездии малой Медведицы. — Милый, ты чего? Почему вдруг начал думать о таком?.. Минхо такие разговоры не против поддержать, но слышать подобное от любимого человека было неожиданно. И могло стать поводом для беспокойства, ведь Джисон никогда до этого не говорил что-то подобное. — Просто недавно прочитал эту теорию и, смотря на небо, вспомнил про неё и задумался, — говорит Джисон, с лёгкой улыбкой смотря на парня. — В последнее время меня пугает твоё поведение. Сначала просто так отдаёшь мне свой блокнот с песнями, которым ты очень дорожишь, ведь эти песни для тебя многое значат. Теперь начинаешь говорить про подобные вещи. Ты в порядке? — с тревогой в голосе говорит Минхо, грустно смотря на Джисона, который в свою очередь аккуратно взял его руки в свои и чуть сжал. — Всё правда в порядке, не ищи поводы для беспокойства. Их просто нет, — старается звучать убедительно Джисон. — Хорошо, но помни, что ты всегда можешь рассказать всё, что тебя беспокоит и я тебе постараюсь помочь, — успокаивающе говорит своим бархатистым голосом Минхо, так по-доброму смотря на Джисона, что иногда хотелось от этого плакать. — Конечно, я помню об этом, любимый. — кивает Джисон и довольно улыбается, получив пару нежных поцелуев в щеки.***
Оказавшись в квартире, в которой царил полный хаос, Джисон кидает свою сумку на пол и сползает по стене вниз, зарываясь руками в свои светлые волосы. — Почему такой прекрасный человек как Минхо, влюбился именно в меня?.. Я ведь не заслуживаю его любви, заботы и его в целом. Ты просто не заслуживаешь этого, Хан Джисон, — говорит сам с собой парень, сжимая свои волосы и до боли оттягивая. Слёзы начинали скапливаться в уголках глаз, собираясь вот-вот начать стекать по щекам. — Ничтожество, не достойное любви. Лучше бы он не пришёл тогда на ту крышу и нашёл себе кого-то, кто лучше меня. Человека без кучи проблем и загонов, — продолжал шепчет Джисон, сильнее оттягивая волосы и вырывая в итоге пару небольших клочков. "Лучше бы я не рожала тебя и всё-таки сделала тогда аборт." Слова матери вспомнились внезапно, от чего Джисон лишь усмехнулся и почувствовал, ааа по щекам начали стекать слёзы, обжигающие кожу. — Да мамочка, лучше бы ты сделала аборт. Так было бы легче не только тебе, но и мне. Перед глазами невольно начали всплывать воспоминания: — Боже, какой же ты урод. Ты на себя вообще смотришь в зеркало или у тебя нет денег и на него? — смеясь, говорил парнишка лет 13, возвышаясь над Джисоном, который сидел на земле и старался остановить кровь из носа, по которому прилетел кулак. — Да у него нет денег чтобы поесть, а ты говоришь про какое-то зеркало, — говорил уже другой мальчик, также не переставая смеяться. — Отстаньте от меня, я ведь ничего вам не сделал, — чуть дрогнувшим голосом смог выдавить из себя Джисон, которому на тот момент было всего лишь 11. — Как это "ничего не сделал?" Сделал, ты появился на свет, — хмыкнул первый мальчик и, кивнув своим друзьям, подошёл с ними ближе к Джисону, начиная по очереди избивать его ногами. От воспоминаний, которые всё ещё ощущались как свежая, не успевшая затянуться, рана, Джисон лишь всхлипнул и покачал головой. Они были правы, как и его мать. Его вина в том, что он родился. И этого видимо было достаточно, чтобы над ним почти всю жизнь издевались все, кому не лень. И не помогало даже то, что он начал бегать на разные подработки в поисках хоть каких-то копеек, лишь бы быть всегда опрятным и сытым. Не все соглашались на то, чтобы он работал у них, будучи несовершеннолетним, но находились те, кто помогал ему, давая какую-то работу. А стоило всем узнать, что он гей, издевательств только прибавилось. Его никто не хотел понимать и принимать таким, каким он был. — Пож...пожалуйста, не трогайте меня, — сидя в углу грязного, заброшенного помещения, дрожащим голосом умолял Джисон, которому тогда было 15 лет. Два парня старшего него на пару лет смотрели на него без сожаления, продолжая смеяться и переговаривать друг с другом. — Ну сладкий, как же мы можем отпустить тебя? Мы ведь ещё не насладились тобой как следует, — говорил один из парней, не по-доброму ухмыляясь и подходя ближе к дрожащему Джисону, который вжался в стену сильнее, будто пытаясь слиться с ней. — Именно. А ещё мы наслышаны о том, что ты у нас невинный мальчик. Ну ничего, сейчас мы это легко исправим, — продолжил второй парень, облизывая губы и также приближаясь следом за другом. — Умоляю вас, отпустите меня... Я никому ничего не расскажу, только не трогайте меня,— уже плакал парнишка, не зная что делать и куда бежать. Против них он слаб и сбежать точно не сможет. — Ты ничего и не расскажешь про то, что сейчас случится, — хмыкнул беззаботно первый парень, легко поднимая Джисона на ноги и срывая с него верх одним движением, — Но если всё таки это где-то всплывёт, подобное повториться, но уже с большим количеством людей. Джисон тогда вернулся домой только под утро. Его тело было покрыто синяками и множеством ссадин, а одежда порвана и с трудом держалась на теле, чтобы прикрыться. На худых ногах была засохшая кровь, напоминающая о том ужасе, который он испытал. Ходил он с трудом, ведь нежным и аккуратным с ним никто не был... Скрывшись за дверью ванной, он скинул с себя тряпки и встал под душ, усердно пытаясь смыть всю "грязь", что на нём оставили те парни. Даже когда тело покраснело, ощущения не прошли и он продолжал чувствовать себя грязным и ничтожным. Мать с отцом тогда тогда даже не обратили внимание на то, что он вернулся домой утром и в неопрятном виде. Им было просто плевать и разбираться с его проблемами они не собирались. — Ощущение, будто это случилось вчера… Всё ещё не получается отмыться от этого, — усмехаясь без капли радости, парень резко поднимается с пола и кидает в стену небольшую вазу, до этого спокойно стоявшую на тумбочке, — Ненавижу. Ненавижу себя и свою жизнь. Почему я не могу жить как все и быть счастливым?.. Джисон кричал, не боясь, что его кто-то может услышать. Соседи уже успели привыкнуть к его частым срывам, потому ничего не предпринимали, оставив всё как есть. А новые воспоминания продолжали мелькать перед глазами, будто пытаясь добить его. — Ты мне нравишься, — опустив голову, неловко протараторил Джисон, держа в руках небольшую коробку конфет в виде сердца. — Ты серьезно думал, что я сейчас скажу, что это взаимно? — произнёс парень с усмешкой, смотря на растерявшегося Джисона посла этих слов. — Ну, я думал что ты тоже что-то чувствуешь ко мне. Ты ведь так хорошо ко мне относился последнее время... — Дурак, да я просто проиграл спор, вот и пришлось "подружиться" с тобой и ждать твоего глупого признания. Так что это не взаимно, если ты ещё не понял, — хмыкнул парень и, вырвав коробку из рук Джисона, кинул её на пол, с громким смехом уходя обратно в класс. А Джисон остался под лестницей с разбитым сердцем и слезами на глазах. Сев на пол рядом с разбросанными конфетами, он стал аккуратно собирать их обратно в коробку. — Почему все так со мной обращаются?.. Я ведь просто хотел быть любимым, — вздохнул Джисон и, собрав все конфеты, выкинул их в ближайшую мусорку, после уходя на ту самую крышу, где через пару лет и встретил прекрасного парня по имени Минхо. — Наивный ты дурак, Хан Джисон. Даже после ужасного прошлого, всё ещё продолжаешь верить всем, — продолжает ещё больше громить квартиру Джисон, крича и захлёбываясь слезами, которые с каждым воспоминанием текли всё сильнее. — Джисон~и, ты мне нравишься, причём очень сильно, — с улыбкой говорил Минхо, держа перед Джисоном букет ромашек, которые он обожал. — Понимаю, признание не самое романтичное и я без большого букета, но я просто не могу больше молчать. — Ты сейчас серьёзно...? Это ведь не шутка и не спор? — заикаясь, от волнения начал спрашивать Джисон, не зная, какие слова подобрать. — Я сейчас серьёзней некуда. И это никакой не спор или шутка, я правда люблю тебя и хочу быть с тобой, — продолжал уверенно говорить Минхо, надеясь на положительную реакцию на своё признание, которое он до этого репетировал перед зеркалом далеко не один раз. — Я буду надеяться, что это правда и ты меня не разыгрваешь сейчас. Ведь...ты мне тоже нравишься, с самой нашей первой встречи, — неловко улыбнулся Джисон, смотря на свои ноги и не решаясь поднять взгляд на парня, боясь узнать, что это всё же была очередная шутка, из-за который он снова будет захлёбываться слезами как только придёт домой. — Боже мой, солнышко, я так счастлив, — с широкой улыбкой почти пропел Минхо, крепко обнимая парня и прижимая к себе, будто боясь, что тот сейчас развернётся и уйдет, сказав, что пошутил. — Я тоже счастлив, — улыбнулся в ответ Джисон, неуверенно приобнимая уже своего парня, который всё таки его не обманул. — Я не достоин тебя, любимый... Ты достоин большего, уж точно не человека с неустойчивой психикой и ужасным прошлым, — уже сидя на холодном полу в ванной и с лезвием в руках, тихо, почти шепчет Джисон, так и не перестав плакать, — Ничтожество, которое скоро исчезнет с этого света. И после этих слов на нежной коже тонкого запястья появился очередной порез, следом за которым последовали новые, перекрывающие старые, уже затянувшиеся и лишь видом напоминающие о его боли, когда он их делал.***
На следующий день Джисон смог проснуться только ближе к обеду, сумев уснуть только под утро из-за истерики, которая не заканчивалась, как этого не хотел уже замученый парень. Не без труда трудом встав с кровати, Джисон потянулся и через весь беспорядок, что устроил вчера, добрался до ванной, встав перед зеркалом, которое каким-то чудесным образом было без единой царапины. — И как я в таком виде пойду к Минхо? — вздохнул он, осматривая свой внешний вид в зеркале: полностью спутавшиеся волосы, опухшие глаза, до крови покусанные губы и несколько порезов на левой руке. А дополняло это всё то, что у него были впалые щёки из-за частых голоданий и потускневший взгляд, в которых, к счастью, ещё можно было заметить едва заметный блеск. — Не этого я хотел, — вздохнув, Джисон сразу принялся за перевоплощение своего помятого вида на более опрятный и привлекательный. Заняло это достаточно времени, даже больше чем рассчитывал сам Джисон. Сумев расчесать волосы и даже сделать укладку, он конечно же не забыл про губы и руку, которая болела, но помогала заглушить боль, что была на душе. Но чтобы Минхо ничего не заметил, он перемотал её бинтом. — Прежде чем куда то уходить, нужно убраться. Вдруг мы пойдём ко мне, а Минхо этого лучше не видеть, — пробубнел Джисон, осмотрев квартиру и начав наводить порядок впервые за неделю. Заняло это ещё больше времени. Посмотрев на часы, Джисон быстро заканчивает завязывать мусорный пакет и быстренько уходит в спальню. Переодевшись в заранее подготовленный мятный свитер с длинным рукавом и классические джинсы, Джисон хватает свой телефон и накидывает куртку, полск срываясь на место встречи. В итоге он немного опаздывал, так как оборка заняла больше времени, чем он думал. Он ещё и поесть не успел с этой уборкой. Довольно быстро добравшись до кафе, Джисон останавливается возле входа и, немного отдышавшись после внеплановой пробежки, заходит внутрь. Сняв куртку, он бегло осматривает зал, пытаясь найти любимую рыжую макушку, которую видно будет ото всюду. И правда, он наконец-то заметил Минхо, сидящего в дальнем углу кафе к нему спиной. — Угадай кто, — закрыв глаза и изменив голос, говорит подошедший к нему Джисон, стараясь не засмеяться. — Ох, кто же это может быть? — задумчиво с улыбкой вздыхает Минхо, перехватывая ладони парня и целуя тыльную сторону каждой, — Конечно же это мой Джисон~и, который опоздал на 15 минут. — Прости, я был немного занят и не заметил как быстро пролетело время, — надув губки, виновато тараторит Джисон и ставит подбородок на плечо парня. — Если поцелуешь — сразу получишь моё прощение и я не буду обижаться, — улыбается Минхо и вытягивает губы для поцелуя, повернув голову к Джисону. — Ну это легко, — хмыкнув с улыбкой, Джисон нежно касается своими губами губ парня и медленно сминает их, после быстро отстраняясь, — Хватит пока? А то мы в кафе, неприлично как-то. — Ладно, пока хватит. Но у меня ещё есть на тебя планы сегодня. А пока садись, я уже сделал заказ и скоро должны всё принести. — Люблю тебя, мой любимый котик, — чмокнув парня в щёку, Джисон уселся напротив и стал ждать еду, ведь есть хотелось безумно, учитывая что он не успел перекусить перед встречей и не ужинал вчера. Время пролетело быстро. Вкусно поев, Джисон и Минхо решили сначала прогуляться, а уже потом пойти домой к кому-нибудь. Смотря к кому они будут ближе, туда и пойду. Гуляли они не так уж и долго, так как быстро стемнело и стало холодно, от чего Джисон начал немного трястись, поэтому Минхо предложил пойти к нему. Квартира Минхо встретила их теплом, которое сразу же окутало их и дало возможность согреться после прогулки. Всё-таки дело близилось к зиме и с каждым днём начинало холодать всё сильнее. — Эй, дай мне снять куртку и обувь, — с улыбкой цокает Джисон, стараясь отодвинуть от себя парня, который и не думал сдвигаться с места, продолжая зажимать его у стены. — Ты такой милый в этом свитере... Сложно держать себя в руках, — шепчет хрипло Минхо, касаясь губами нежной кожи на шее парня, пока руки ловко скользнули под свитер и легли на тонкую талию. — А когда тебе не сложно держать себя в руках? — продолжает цокать Джисон, чуть толкая парня в грудь и продолжая попытки сдвинуть его с места. — Мм, думаю никогда, — тихо смеётся Минхо и целует его за ушком, после всё же отстраняясь от него. Сумев снять с себя куртку и кроссовки, Джисон поправил объёмный свитер и после сам повис на шее Минхо, довольно улыбаясь и целуя его в подбородок. — Чем займёмся? — Может фильм? — предлагает Минхо, обнимая Джисона за талию. — Уверен, что хочешь смотреть фильм? Помойму тебе больше хочется сейчас...меня. — Ты как всегда несомненно прав, котёнок. Минхо больше не пытается сдержать себя. Притянув Джисона поближе к себе, он накрывает его губы своими и утягивает в поцелуй, который очень скоро начал переходить в более страстный и мокрый. Когда спина коснулась мягкой кровати, Джисон будто проснулся, не сразу поняв, как они с коридора так ловко переместились в спальню. Поцелуи с Минхо дурманили разум и позволяли забыться, спрятаться от навязчивых мыслей и просто отдаться чувствам и эмоциям, которые он испытывал рядом с ним. — Всё хорошо? — тихонько спрашивает Минхо, чуть отстраняясь от губ парня и смотря ему в глаза. — Да, продолжай, — кивает Джисон и ногами обвивает талию Минхо, тем самым прижимая ближе к себе и не давая отстраниться. Во время близости Минхо всегда интересовался его состоянием, ставя комфорт партнёра выше собственной похоти. С Джисоном он был нежен, аккуратен и старался не причинить боль. Постоянно задавал вопросы, прежде чем что-то сделать. Минхо знал о его прошлом неудачном опыте. — Всё...нормально? — удивлённо спрашивает Минхо, резко останавливаясь. Джисон лежал под ним и...плакал. Минхо растерялся, не понимая что происходит и что он сделал не так и где. Он сразу же лёг рядом и крепко обнял его, прижимая к своему голому плечу, пока тот продолжал всхлипывать, вздрагивая всем телом. — Прости, просто… — неуверенно начал Джисон, но сразу замолчал, боясь говорить правду. Как бы он не любил Минхо, как бы ему не доверял, но момент с интимной близостью надломил его, обрушивая воспоминания прошлого. Болезненного прошлого. Он боялся, что если расскажет сейчас, то Минхо станет противно и он бросит его, не захотев дальше встречаться с использованным и грязным. Всеми силами Джисон старался сдержать эмоции, не хотел отрывать Минхо от процесса, но слёзы сами невольно начали течь по его щекам, а тело вздрагивать. Он не боялся Минхо, это был страх прошлого, который душил его по сей день и не забывался как страшный сон. — Милый, ты можешь мне рассказать. Я тебя не заставляю, ни в коем случае не принуждаю к чему-то и тем более не собираюсь брать силой. Мы можем закончить, если тебе не нравится, — Минхо говорил спокойно, без злобы от того, что его прервали. — Нет, мне всё нравится… — поджав губы, Джисон поднял голову с мужского плеча и посмотрел своими влажными глазами в глаза Минхо, — Просто...я боюсь немного. — Чего? — Прошлого. Боюсь, что если расскажу тебе кое-что, ты меня бросишь. А я не хочу, чтобы тебе было противно от меня… — Что бы ты мне сейчас не рассказал, я всё это приму и ни в коем случае не брошу. Я тебя очень люблю и не думаю, что что-то способно изменить это, — пытается его успокоить Минхо, со всей нежность проводя рукой по голой спине и кончиками пальцев пробегаясь по позвонкам. — Обещаешь? — Обещаю. И Джисон доверился. Не без осторожности рассказал о своём прошлом, о том, как все узнали о его ориентации и как потом пытались «воспитать», о том, как его зажимали по углам старшеклассники и о том, как двое из них силой вытащили его в безлюдное место и, не жалея, жесткого с ним обошлись, оставив раны на хрупкой душе, которые со временем никак не хотели затягиваться, продолжая болеть и напоминать о себе. Минхо же в свою очередь молча слушал его, не задавал лишних вопросов и лишь крепче обнимал Джисона, кончиками пальцев пробегаясь по нежной коже. Да, ему было трудно слушать это и уж тем более принимать, но от прошлого не убежишь и ему оставалось лишь принять и поддержать любимого. Даже такое неприятное прошлое не пошатнуло его сильную любовь, хоть и принять его было трудно. Пока Джисон невольно вспоминал прошлое, Минхо уже кружил губами по его шее, руками забравшись под свитер, который уже не терпелось снять. Но Джисон, вернувшись из своих мыслей в реальность, сразу одернул его, не дав этого провернуть. — Я сегодня хочу остаться в свитере. Можно? — Ну...ладно, оставайся, — кивает Минхо, не став спорить. Если хочет, то пусть будет так. Но руки он всё же не убрал, продолжая кончиками холодных пальцев касаться тела, которое он так любил. Но сегодня ему не разрешено смотреть на него, поэтому придётся довольствоваться тем, что есть. Сняв с себя футболку, Минхо склонился обратно к парню и продолжил покрывать поцелуями шею, пока руки вернулись под свитер, ложась на тонкую талию и сжимая её. Джисон на это выгнулся в спине и тихо простонал, ощутив, как Минхо прикусил кожу на шее и стал зализывать, тихо посмеиваясь непонятно с чего, но он не стал акцентировать на этом внимание, прикрывая глаза и отдаваясь ласкам, которых на него не жалели, с желанием целуя каждый сантиметр кожи. — Перевернись спиной ко мне, милый, — шепчет Минхо, целуя парня за ушком и после отстраняясь, чтобы дать перевернуться, — Нужно тебя хорошенько подготовить. Джисон коротко кивнул и, посмотрев на парня чуть затуманенным взглядом, не спеша сначала поднялся с кровати чтобы снять штаны, которые точно будут мешать процессу, и вернулся на кровать, поворачиваясь к Минхо спиной. Хоть они и занимались сексом уже далеко не один раз, но каждый раз был волнительным, как первый. Стеснение Джисона не уходило с годами, хотя казалось бы, чего стесняться? Минхо там уже всё видел и стесняться было нечего, но он всё равно никак не мог привыкнуть, в начале всегда делая всё с неловкостью и стеснением, боясь сделать что-то не то. — Сколько бы раз мы уже не занимались этим, ты по прежнему стесняешься как в первый раз, котёнок, — с улыбкой озвучивает свои наблюдения Минхо, не пытаясь этим как-то обидеть Джисона, — Сколько ещё раз нам нужно заняться сексом, чтобы ты перестал стесняться? — Ну...даже не знаю, — выдыхает Джисон и наклоняет корпус вперёд чтобы упереться локтями в матрас и встать в колено-локтевую для дальнейших действий Минхо, — Я и сам не понимаю чего стесняюсь. — Милашка ты мой скромный, — продолжает улыбаться Минхо, подсаживаясь ближе к Джисону и по-хозяйски устраивая крупные ладони на его ягодицах, после сжав их. Джисону на подобное ничего остаётся, кроме как чуть дёрнуться и уткнуться лбом в матрас. Минхо любил оттягивать моменты, словно пытаясь подразнить и без того смущённого Джисона. Но на деле он просто не хотел спешить чтобы насладиться любимым телом и реакциями, которые он видел на собственные действия. Джисон был таким нежным, хрупким, будто фарфоровым и Минхо ни в коем случае не хотел причинять ему вред или боль. С ним ему должно быть хорошо, комфортно и просто приятно, но не иначе. Чуть полюбовавшись открывшимся видом, Минхо скользнул руками к резинке нижнего белья Джисона и помог снять мешающийся элемент одежды. И, оказавшись голой задницей прямо перед лицом Минхо, Джисон чуть сжался и попытался отползти, но чужие руки, схватившие его за бёдра, не дали этого сделать, наоборот, притягивая его ещё ближе. — Не убегай от меня, котёнок, — тихо смеётся Минхо и оставляет пару нежным поцелуев на правой ягодице Джисона. Тихо шикнув на это, Джисон подтянул к себе подушку и спрятал в ней лицо, дишь бы Минхо не заметил едва заметный румянец на его щеках. Ну а Минхо было не до рассматривания чужого лица. Он, оставив ещё пару лёгких поцелуев на левой ягодице, потянулся к рядом стоящей тумбочке и достал оттуда бутылёк смазки и пару презервативов, пока отложив их в сторону. По комнате раздался громкий щелчок, после чего Минхо, смазав пальцы, отложил смазку и придвинулся ближе к любимому. — Ты как? — Пока нормально, ты ведь ещё ничего не сделал, — выдыхает тихонько Джисон, оторвав лицо от подушки, чтобы его хоть как-то услышали. — Хорошо, ты помнишь, что если станет… — Если мне станет больно или неприятно, сразу нужно об этом сказать. Я помню, милый, — кивает Джисон и чуть голову поворачивает, встречаясь взглядами с Минхо, — Продолжай, я всё помню. Кивнув, Минхо выдыхает и склоняется над Джисоном, губами сразу припадая к его шее, пока пальцы коснулись сжатого входа. Пару касаний и первый палец скользнул внутрь, встречая небольшое сопротивление, которое после прошло. Подготовкой Минхо никогда не пренебрегал, всегда уделяя этому достаточно внимания. Не хотелось ему, чтобы из-за недостаточной подготовки было больно потом. Лучше постараться сейчас и потом всем будет хорошо. И в этот раз растяжка заняла не так уж и мало времени. Убедившись, что пальцы входили свободно, а сам Джисон уже во всю ёрзал и скулил под ним, желая получить больше, Минхо отстранился. Сняв с себя оставшуюся одежду и наконец-то выпустив уже ноющий член, он натянул латекс и вновь схватился за смазку. — Повернись ко мне, сладкий. Хочу видеть тебя, — улыбается довольно Минхо, смазывая обильной свой орган, пока Джисон послушно выпустил подушку из рук и перевернулся на спину, приглашающе раздвигая худые ноги, — Хороший мальчик. Придвинув Джисона ближе к себе под колени, Минхо склонился к нему и сразу утянул в нетерпеливый поцелуй, в это время направляя член и понемногу начиная входить, заполняя горячие стенки собой. Сколько бы Минхо не растягивал его, в начале всегда было узко. До одури узко, от чего у Минхо дыхание сбивалось и глаза чуть закатывались. Джисон был идеальным для него, спору нет. Стоило Джисону привыкнуть и Минхо сразу же начал двигаться, постепенно набирая темп. Входил он глубоко, шлёпаясь кожа о кожу, быстро и под правильным углом, от чего Джисон громко стонал и ёрзал по постели, пока его тело подрагивало, а где-то появлялась испарина пота. Близость с Минхо никогда не сравнится с тем, что он пережил когда-то давно. Сжимая тонкую талию под свитером, который хотелось уже просто разорвать, Минхо кусал губы и тихо стонал, наблюдая за Джисоном под ним, который уже начинал срываться чуть ли не на крик. И можно было бы подумать, что ему больно, но нет, ему просто было очень хорошо. Он был чувствительным, а от того и громким. И Минхо это нравилось. — Я...я скоро, — между громкими стонами скулит Джисон и голову сильнее откидывает, чувствуя, что долго он не выдержит. — Я тоже, милый. Потерпи немного, — хрипло отзывается Минхо и закидывает ногу Джисона к себе на плечо, продолжая двигаться, тем самым подводя и себя и его к концу. Джисон, как и думал, долго продержаться не смог и уже спустя минуту с громким стоном излился на свой впалый живот и свитер, который в процессе чуть задрался, оголив половину торса. Минхо не заставил себя долго ждать. Чувствуя внезапную узость, он вздрогнул и, сделав последний глубокий толчок, наполнил презерватив, оставшись внутри Джисона. — Всё хорошо? — Я бы сказал отлично, — выдыхает Джисон и глаза прикрывает, пока всё тело обмякло на простынях. Чуть убрав беспорядок, Минхо натянул трусы и лёг рядом, положив голову на худое плечо Джисона. Но пролежав так минут 10 от силы, Минхо всё же решил сходить в душ, ведь утром засохшую спему отмывать будет уж очень проблематично. — Пойдем в душ? А то потом будет трудно отмыться, — шепчет тихонько Минхо, посматривая на Джисона с его плеча. — Давай сначала ты, а уже потом я. — А почему не хочешь вместе? — Ну, не сегодня. Давай в другой раз, сейчас я лучше тебя подожду, а потом мы вместе ляжем спать. — Но мы ведь всегда принимали душ вместе, что сейчас не так? И почему ты всё ещё в свитере? — вопросительно смотря на парня, не переставал расспрашивать Минхо, будто уже что-то подозревая. — Слишком много вопросов, милый. Мне в свитере удобно, вот и не хочу снимать. — Он грязный, давай я отнесу в стирку, а пока наденешь что-то из моего, — Минхо сразу приподнимается и тянет Джисона на себя, после начиная снимать свитер. Джисон на это вздохнул и всё же сдался, понимая, что спорить бесполезно. Он уже понимал, что от вопросов не отвертеться и нужно что-то придумать, чтобы оправдаться. Минхо в свою очередь с лёгкостью стянул грязный свитер и сразу заметил забинтованную руку, удивлённо смотря на неё. — Это что? — строго спросил он, смотря на парня таким же удивлённым взглядом. — Кошка поцарапала сильно. — Ты серьезно думаешь, что я поверю в эту чушь? Не надо меня обманывать сейчас, у тебя нет кошки, потому что у тебя аллергия на шерсть. Именно поэтому мои коты теперь живут у мамы. — Ладно, это была не кошка. Я сам это сделал, — вздохнул Джисон, опуская взгляд и перебирая пальцы. — Но...зачем? Почему не рассказал мне? Я ведь столько раз говорил тебе, что ты можешь обратиться ко мне за помощью и я тебя всегда выслушаю и помогу. Зачем нужно себя снова уродовать порезами? — громко, почти перейдя на крик говорил Минхо, смотря на Джисон, который в свою очередь сжался и виновато кусал губу, изо всех сил стараясь не заплакать. Минхо не хотел кричать на него, но узнать, что твой любимый снова начал вредить себе...это было сложно. Даже мучительно. — Прости пожалуйста, я просто не хотел тебя отвлекать от работы и грузить своими загонами, который всё никак не прекратятся... — Даже если у меня будет работа и проблем куча, я всё равно для тебя могу всё это бросить и помочь. Ты не будешь грузить, ведь ты мой любимый человек и для тебя я готов сделать многое, — продолжал почти кричать парень, совсем позабыв о том, что Джисон боится, когда на него начинают кричать. — Прости, я больше так не буду. Буду всё-всё тебе рассказывать, только не кричи, — всхлипывая, прошептал Джисон и поднялся с кровати, подбирая с пола нижнее бельё и убегая в ванную, там закрываясь на замок. Минхо же потребовалось секунд 20 чтобы осознать всю ситуацию. Быстро подскочив с кровати парень побежал к ванной, дёргая ручку и понимая что закрыто изнутри. — Солнышко, прости, я не хотел кричать на тебя… Я просто волнуюсь за тебя, поэтому не сдержался, — вздохнул Минхо, садясь на пол возле двери. — Всё хорошо, я в п..порядке, правда, — заикаясь из-за слёз, хрипел Джисон, сидя на полу в ванной и прижимая колени ближе к голой груди в попытках успокоиться. — Я и слышу, как ты в порядке. Выходи, котёнок, я тебя обниму и помогу успокоиться, — уже спокойно, без криков говорил старший, смотря на дверь. Хан на это лишь шмыгнул носом и уткнулся в свои колени, продолжая плакать, не в силах успокоиться. Минхо слушал плач за дверью около 20-ти минут и когда дверь наконец-то открылась, из ванной вышел весь заплаканный Джисон. — Прости меня, пожалуйста, — поднявшись быстро с пола и крепко обняв парня, прошептал Джисон. — Я не обижаюсь и всё понимаю... Ты волновался, вот и не сдержался. — приобнимая любимого в ответ, Джисон утыкается носом ему в плечо и глаза прикрывает, пока тело изредка вздрагивалл после недавней истерики, — Да и на меня что-то нашло, не мог никак успокоиться. — Пойдём на кухню? Я тебе чаёк с мятой сделаю. Или может сначала в душ сходим? — Давай лучше сначала в душ. Дальше вечер парни провели спокойно, без ссор и споров. Минхо было больно каждый раз невольно бросать взгляды на перебинтованную руку, но ничего с этим сделать не мог. Что сделано, то сделано. Главное, чтобы такое больше не повторялось. Оставшись у Минхо на ночь, Джисон проснулся утром и сразу начал собираться, хоть ему и предложили остаться на завтрак. Но Джисон отказался, решив пойти домой. Мыслей в голове было слишком много и он боялся, что в любой момент снова может накрыть истерика. Объяснить такое было бы трудно, поэтому лучше если это случится дома, без лишних глаз и ушей. И когда он был одет и готов уходить, Минхо утянул его в нежный поцелуй на прощание. Конечно же он не позволил ему идти пешком, поэтому вызвал такси до дома, не приняв никаких отказов.***
С того дня прошло 3 дня. Джисон старался нормализовать своё состояние, вернуться в прежний ритм жизни, но давалось это трудно. Всё начинало раздражать всё больно, даже любимое дело перестало приносить удовольствие. Только лишь апатия росла с каждой минутой в геометрической прогрессии. И это было плохо, очень плохо. — Кажется моё время подошло к концу, — вздыхает Джисон, неспеша идя по улице, где повсюду лежали опашие листья разных цветов. Осень показывала себя во всей красе, украсив улицы листьями разных цветов. Вчера был дождь и пахло сыростью, что только дополняло картину. Чётко решив всё для себя, Джисон вдруг сменил маршрут и направился к своей любимой крыше, которая хранила так много воспоминаний. И видимо это воспоминание будет последним. Быстро добраться туда не составило много времени, потому уже через 20 минут он сидел на краю крыши и смотрел на город, который постепенно начинал погружаться в темноту. — Прожить каких-то 23 года было мучительно, но ты, Минхо, показал мне, что такое любить и даже дал возможность почувствовать себя по-настоящему любимым, — сам себе тихо говорил Джисон, думая, что написать парню на прощание и как преподнести всё в более мягкой форме. Достав телефон, Джисон выдохнул и начал печатать, вкладывая всю душу в текст, пытаясь передать все эмоции, которые испытывал когда-то. Сейчас он практически ничего не чувствовал, ощущая внутри себя лишь пустоту. «Здравствуй, любимый. Я никогда не умел выражать свои мысли и чувства словами, но сейчас я очень постараюсь сделать это для тебя, так как других вариантов у меня просто нет. Это мои последние слова тебе, потому что уже через каких-то полчаса меня уже не будет в живых... Я хочу сказать тебе огромное спасибо за то, что показал, что такое любовь и каково это быть любимым. Ты открыл для меня эти прекрасные чувства и эмоции, которые я не испытывал в полной мере раньше и я правда очень тебе за это благодарен. Я ценю каждый момент, каждую эмоцию, которая была связана с тобой. Также хочу попросить прощение за всё, что я сделал не так по отношению к тебе. Ну и конечно же прости за то, что вот так тебя бросаю. Эгоистично с моей стороны, но иначе я не могу. Думал, что всё наладится, но нет, не наладилось. Я не смог вытерпеть того, что испытываю уже долгое время. Да, я мог бы всё рассказать тебе, но это бы не уменьшило мою боль, которая уже буквально начала съедать меня изнутри. Пожалуйста, будь счастлив и…вспоминай меня хотя бы иногда и в лучшем свете. Не хочу остаться в твоей памяти плохим эгоистом, который подумал только о себе... Надеюсь ты найдешь более хорошего и достойного, того, кто не повторит мою судьбу. Люблю тебя, мой котик.» Отправив сообщение, Джисон выдохнул и отбросил его подальше, не желая видеть, что сообщение прочитано и уж тем более не хотел видеть ответ на всё это. Придвигаясь ближе к краю и посмотрев вниз, он поджал губы и сглотнул. Было страшно, но зато после этого он больше не будет мучаться. — Слабак, не сумевший справиться со всем и решивший просто убежать от проблем как можно дальше... Хотя, может это и лучшему, — вздыхал младший, пока не решаясь совершить задуманное, будто что-то ему этого не давало, удерживая в этом мире. Просидев так минут 20 и поразмыслив, Джисон выдохнул и аккуратно встал на самый край, стараясь особо не смотреть вниз, куда ему предстоит лететь. Успеет посмотреть, пока падать будет. — Прости, что оставляю тебя, но это выше моих сил, я устал, — прикрыв глаза, шептал Джисон сдерживая слёзы, — ты найдёшь того, кто будет во много раз лучше меня. Руки сжимались крепко в кулаки, пока слёзы всё же начали стекать по щекам. Всего шаг и это всё закончится. И только Джисон собрался сделать свой последний шаг, как друг его талию обвили чужие руки и утащили за собой подальше от край. Хватка было крепкой, при всём желании он бы не смог выбраться. Медленно открыв глаза, Джисон повернул голову и увидел Минхо, глаза которого были красными и полными слёз, что без остановки текли по щекам и капали на одежду. Руки продолжали крепко удерживать его, боясь, что если вдруг отпустит, то точно случится что-то ужасное. — Дурак, ты так меня напугал. Я думал моё сердце остановится раньше, чем я успею добежать сюда. Я так рад, что успел, — прошептал последнюю фразу Минхо, утыкаясь в плечо Джисона и продолжая плакать, немного дрожа, но не ослабляя хватку ни на секунду. — Прости меня, любимый... — всё, что смог выдавить из себя младший, чувствуя обжигающие слёзы, бегущие по щекам и оставляющие после себя мокрые дорожки. — Ты такой дурак, Хан Джисон. Ппросидев так некоторое время, пока оба не успокоились, Минхо медленно встал на ноги вместе с Джисоном, помогая ему отряхнуть грязь с одежды. — Сейчас мы едем ко мне домой, а завтра я запишу тебя к специалисту. Обещаю, что больше никогда не оставлю тебя в таком состоянии, ещё одной твоей попытки я просто не выдержу, — выдохнул устало Минхо и поднял взгляд на парня, после беря его лицо в свои ладони, — Мы справимся. Я тебе это обещаю, моя звёздочка. — Справимся, — прошептал с лёгкой улыбкой Джисон, смотря в глаза напротив, которые были наполнены нежностью и искренней любовью. Им будет нелегко, особенно Джисону, которому предстояло пройти целый курс лечения. Проблем было много и каждая требовала своего решения, но рядом был Минхо, который всеми силами старался поддерживать его и просто быть рядом. Он бы себе никогда не простил, если бы с Джисоном тогда что-то случилось. И точно не простит себе, если подобное повторится. Больше он не спустит с него глаз и не допустит, чтобы что-то подобное повторилось. С его мальчиком всё будет хорошо, он в это верит. Любовь исцеляет и Минхо готов дать её столько, сколько потребуется для исцеления хрупкой души Джисона.
