Глава 4. Евангелие от Люцифера (часть первая)
21 сентября 2025 г., 01:46
— Откуда у тебя пистолет и деньги?
— Оттуда! ©
Невидимый лифт на запредельный этаж Чёрное зеркало, перекрёсток миров (вне времени и пространства) …прежде чем зеркало откликнулось. Уловив немой вопрос, артефакт начал расширяться, изгибаясь и скручиваясь, словно кусок ткани, которую тянут с двух сторон. Окружающее пространство вздрогнуло, и в следующую секунду Акеми Хомура перестала существовать. Чёрное зеркало открыло дорогу в параллельную вселенную и полностью стёрло её из мира БогоМадоки. Владычица не знала пути назад, но это сейчас заботило её меньше всего. Произошло невозможное — она перешагнула границу миров, ведомая лишь яростью, силой воли и отчаянной решимостью вернуть под контроль ускользнувшее чудовище. Пространство вновь содрогнулось и… свет в её глазах померк. Возможно, что-то для нее закончилось. Зато началась охота.***
Все дороги ведут не в Рим Дом семейства Хикигая Поздний вечер пятницы Пробуждение в новом мире выдалось не слишком приятным — кто-то или что-то окатило её едкой вонючей жидкостью, которая грозила нанести непоправимый ущерб телу. Придя в себя за мгновение до потенциальных неприятностей, Хомура мысленным усилием остановила течение времени. Отточенный тысячелетиями безупречный механизм не подвёл и на этот раз. Акеми аккуратно, чтобы не задеть замершую в воздухе бутылочку и хлещущую из неё волну химиката, сползла с дивана, на котором очнулась, и огляделась вокруг. Она находилась в просторной комнате частного дома. Книги с надписями на кандзи и предметы быта свидетельствовали о том, что она в Японии. Однако облик замершей с раскрытым ртом юной девушки — одежда, причёска, игрушки на столе и особенно застывший рядом с ней юноша с глазами рыбы, указывал на то, что эта Япония не из её мира. Там, откуда она пришла, никогда не было ни игровой приставки «Сони Плейстейшн», ни телевизора «Шарп» и ни одна девушка в здравом уме (кроме, разве что, волшебниц!) никогда не носила пижаму столь кричаще-розовых тонов, как была сейчас на незнакомке. Аналоги в мире БогоМадоки существовали, но назывались и выглядели малость иначе. «Получилось, — спокойно, словно о чём-то простом и будничном подумала Хомура. — Спасибо тебе», — мысленно поблагодарила она Зеркало. Акеми отдала таймеру мысленный приказ переместиться на три секунды назад. Спустя мгновение она оказалась в момент, когда парень принёс аптечку и протягивал девушке злополучный флакон. Оставляя время замороженным, Владычица лёгким движением высвободила бутылочку из пальцев юноши и, выйдя из комнаты, вылила содержимое в туалет. После тщательно вымыла колбу под краном и сунула обратно в руки рыбоглазого. Опасность миновала и Хомура переместилась вперёд на тридцать секунд. Она снова лежала на диване, рядом валялась пустая бутылка, из которой ничего не вылилось и…***
— Йо! — сказал Хачиман, взяв, наконец, себя в руки. — Ты это…извини, если что. — Пока не произошло ничего плохого — извиняться не за что, — резонно возразила незнакомка, спокойно глядя на него без малейшего страха и смущения. — Хотелось бы понять, зачем вы пытались лишить меня зрения. — Простите нас, семпай! — перепуганная Комачи согнулась в поклоне. — Братик нашёл вас на улице без сознания и мы пытались вам помочь… — Понятно, — как ни в чём ни бывало ответила «гостья». Грациозным движением она отбросила за спину упавшую на лицо прядь роскошных чёрных волос, от чего сердце Хикки пропустило минимум три удара. — У меня с детства слабое здоровье и иногда оно меня подводит. Я, пожалуй, пойду. — Постой, — Хачиман неожиданно понял, что до сих пор вёл диалог не снимая респиратор и рывком сдёрнул его. — После таких приключений тебе лучше у нас переночевать. Вдруг тебя по новой накроет. Да и… сердце у тебя не билось, когда мой друг тебя нашёл. Он тебя поначалу за труп принял… «Значит, моё появление не осталось незамеченным…и это плохо, — подумала Хомура. — С этим придётся что-то делать». Не откладывая проблему в долгий ящик, она снова заморозила время. Нужно было понять свои возможности и, по возможности, исчезнуть, убрав следы.***
— …причём труп демона, — закончил фразу Хачиман. Пока он произносил эти слова, Акеми успела переместиться назад во времени, вернуться и узнать несколько неприятных для себя вещей. Магия, делавшая её всемогущей в мире Богомадоки, здесь не работала от слова совсем. Функциональным оставался лишь таймер, да и то с ограничениями. Временные перемещения для нее были возможны лишь с момента пребытия в этот мир. Отправиться в более ранние времена, дождаться Кьюбея и прибить его не представлялось возможным. Не говоря уже о стратегической магии и приёмах управления вселенной. Она перестала быть «Хомуцифером» как за глаза называли её инкубаторы и превратилась всего лишь в «девочку, покорившую время». — Труп демона? — неприятно удивилась Акеми. — Неужели я («где-то грубо прокололась?!») так плохо выгляжу? Юноша открыл рот, чтобы ответить, но шустрая девушка (сестра?) его опередила. — Что вы, семпай! Выглядишь потрясно! — защебетала она. — Только что не дышали — и ни тебе кругов под глазами, и цвет лица отличный! А волосы!!! Хотела бы я такие! Долго отращивала? «Девять тысяч лет», — подумала Акеми, но промолчала. — Комачи теряет два миллиона очков! — сурово прервал словесный поток сестры парень. — На самом деле, — обратился он к гостье, — приятель мой, что тебя нашёл, с головой не дружит. Он чунибьё отбитое, стихотворец хренов. Ты в заброшке прямо на бетоне валялась, а там темно было… Вот и привиделся со страху демон с крыльями. Синдром восьмиклассника как он есть. «Значит, на момент телепортации все сверхспособности сохранялись… Что случилось потом? Почему они не действуют сейчас?» — Братик теряет три миллиона очков! — сердито перебила парнишку сестра. — Чё ты к ней прицепился со своим отаку-чуни? У семпай-сан только что сердечный приступ был…дай ей отдышаться. Может…чаю с печеньками хочешь? Или ещё чего? — Ничего не нужно, — отрезала Акеми. — Я пойду…у меня дела. — Не дури, — ровным голосом отрезал Хачиман. — Девушке опасно ходить по ночам одной. Особенно после такого, — его глаза до сих пор не сумели её отпустить. — Люблю быть в одиночестве, поэтому вынуждена отказать, — строго ответила Хомура. Комачи заметила, что Братик после её слов вздрогнул, словно от укола. — А хулиганы? Маньяки? Сталкеры? — сделав «страшные глаза», пытался испугать он девушку. «Юноша заинтересовался, — поняла Владычица. — Забавно. А вот какая мотивация у его сестры? Завести новую подружку? Дефицит общения? Или…» — Маньяки обычно жалеют, что меня повстречали, — тихо ответила она и посмотрела на Хачимана. Её взгляд обжёг таким ледяным холодом, что парень мгновенно понял: Юкиношита никакая не мисс Антарктида. На этот титул есть кандидатура получше. — Что-то ты не похожа на владелицу чёрного пояса кунг-фу, — Хачиман скептично ухмыльнулся. — Да и не станут гопники рассуждать, есть он у тебя или нет. — Парни — существа простые. Стоит с ними заговорить — остальное сами додумают, — сказала гостья вместо ответа. — Разве не глупо прятаться за окружающих, чтобы оправдать собственную слабость? Хачиман вздрогнул во второй раз. Комачи на секунду зависла. — Скажи хоть номер мобильного — вдруг чего. Бегать тебя искать среди ночи глупо и неудобно, — не особо уверенно предложил Братик. — Мобильного у меня пока нет. А твоей помощи и чувства вины мне и даром не надо, — ответила ему Акеми и...неуловимым движением легонько ткнула его в грудь указательным пальцем. Пол ушёл из-под ног Хачимана раньше, чем он успел вздрогнуть в третий раз. Свет погас.***
— Братик, братик! Ты живой? Очнись!!! Хачиман открыл глаза и обвёл комнату непонимающим взглядом. — Где она? — спросил он у сестры. — Когда ты вырубился, я очень испугалась. А она мне говорит: всё хорошо, опасности нет. Ты, говорит, уснул на пару минут. А я, говорит, пошла. У меня дел по горло. — Дел по горло? — непонятно зачем переспросил Братик. — Ненавижу добрых девушек. — Добрых девушек? — удивилась сестра. — Это ты про неё? — Нет… — задумчиво выдал Хикки. — Она, похоже, совсем недобрая. Комачи внимательно посмотрела на брата и пасьянс в её голове окончательно сложился. — Братик, ты что — влюбился? — спросила она ошеломлённо. — А как же Юкино, Юи… Ироха? Ты… — Не парься, — вышел из ступора Братик. — Не родилась ещё девушка, которая сумеет меня охмурить. — Не трындел бы ты, Братик. Я видела, как ты на неё пялился. — Да ну…чего на неё смотреть. Тян как тян, ничего выдающегося. — Братик — дебиловатик! — неожиданно взорвалась сестра. — Ты вообще нормальный? Тебе 17 лет, а у тебя никогда девушки не было! И это при таком…выборе. Может, ты гей? — Может, — пожал плечами Хачиман. — Я как на Тоцуку посмотрю, совсем не про теннис думаю. — Братик — голубоватик! А семпай эта, хоть и здоровьем слаба, но красавица сказочная. Фигура, глаза, волосы…круче Юкино-семпай, правда! Понимаю, почему ты на неё сходу запал. — Да не запал я на неё! — Хачиман начал злиться. — И вообще…не готов я к отношениям. Раскроешься перед кем-то, а тебе в душу плюнут. Потому я — пас. Лучше Сайку любить…платонически. Как друга. — В душу плюнут — ещё не худший вариант, братик! Есть такие девушки — всю душу из парня вымотают и забрать не постесняются. Та же Ироха-семпай, например. Или классуха ваша, Шизо-сан… — Чёт ты совсем перегрелась, — огрызнулся Хачиман. — Такую пургу понесла… видать не слабо лекарств нанюхалась. — А если честно… — продолжила мысль Комачи и серьёзно посмотрела на Братика, — …есть у меня подозрение, что ты только с какой-то демоницей и смог бы ужиться. Уж больно характер у тебя мерзкий. — Ну это ты загнула, — попытался возразить Хачиман. — Сказала б ещё — с Сатаной. Хачиман Хикигая и Владычица Тьмы — чем не пара? — Да ну тебя… — обиделась Комачи. — На меня ворчишь, а сам такое несёшь… — Ты первой начала… — Ладно… Пошла я спать. — Спокойной ночи. Аптечку уберу и тоже на боковую.***
Однако, уснуть Комачи в этот раз было не судьба. Стоило прикрыть глаза, как в двери постучали. — Чего ещё? — недовольно буркнула она. — Братик теряет тысячу очков за то, что мешает Комачи спать. — Тут это… — произнёс Хачиман через приоткрытую дверь. — Я бутылочку убрать хотел. Нашёл её на диване и вдруг до меня доходит… — Что доходит, братик-тормозоватик? — А то, что в комнате от нашатыря полный «непродых» должен быть. А им и не пахнет. — И чего? — И ничего, сестрёнка-тормозёнка! Не только гостья наша глаза спасла, но и на диване от химии никаких следов. И баночка лежит на нём сухая и чистая. Зато в туалете стойкая вонь нашатыря стоит. Комачи окончательно перехотелось спать, но не от страха перед необъяснимым, а от злости на Братика. Она встала с кровати, сунула ноги в тапочки и, дочапав до двери, рывком её отворила, едва не хлопнув Хачимана по лбу. — Братик, ты вот ещё мне сказку про нашатырь в туалете на ночь не рассказывал! — гневно прошипела она. — Минусую тебе тысячу очков и…вали уже на футон, Братик-конспироватик. Что с тобой сегодня такое? Точно влюбился… Хачиман хотел возразить, но в этот момент в кармане начал трезвонить смартфон. — Извини… — сказал он сестре и принял вызов. — О, Ронин, я ль тебя не разбудил? — спросила трубка голосом Йоши-куна. — Пошёл ты в жопу, чуни-крокодил! — в рифму ответил литератору Хикигая. — На часы смотрел? — Как наша гостья — ожила иль едет в морг? — До утра подождать не мог, чтоб спросить? — Считаю, не уместен торг! Вдруг дева онИ или же ёкай? — Ушла она. На своих ногах. Только меня зачем-то вырубила напоследок. — Наверное, к ней друг мой приставал. За это и попал под самосвал! — Уж чья бы корова мычала! Говори чего хотел! — Хачиман поставил вопрос ребром. — Обсуждать на ночь глядя методы решения ТВОЕЙ проблемы я не собираюсь. — По делу я звоню, не просто так! Ведь Тёмный рыцарь — не совсем мудак! Уверен, дева в чёрном — демоница. А то и вовсе Люцифера жрица. — Оставь свои выводы при себе. А я хочу спать. Mata ne, otaku-kun! — Постой…сказать о главном не успел. Раз демон в мир наш залетел, К греху поближе я решился быть И ночь на кладбище сегодня проводить. — О, Боги, дайте мне сил пережить этот дурдом… — простонал Хачиман. — Да иди куда угодно, я тут при чём? — Императрица Го начнёт меня искать Она ведь, как никак, моя родная мать. Прошу тебя, мой друг, поведать ей Что буду ночевать в обители твоей. — Совсем сдурел? Катись-ка ты к херам! — охренев от такой наглости Хикки непроизвольно перешёл на стих. — Причина есть на то, о друг мой Хачиман. Коль демона я нынче воскресил, Сидеть в императрицы замке нету сил. Отправлюсь ночь встречать я в одиночестве туда, Где демоны на шабаш собираются всегда. У Хачимана возникло дурное предчувствие. Комачи вопросительно смотрела на диалог двух авантюристов заспанными глазами. — Битому неймётся? Мало тебе приключений — требуешь продолжения банкета? Ты ещё ночью на кладбище люлей не выгребал! — О Ронин, говорит мой опыт небольшой, Что ночью гопники обходят погребенья стороной. — Какой опыт, дурачина? Ты что — не первый раз там ночуешь? — Как менестрель, лишённый вдохновенья, Я вынужден искать другой источник просветленья. Крыша Хачимана от всего пережитого сползала медленно, но неуклонно. — И что тебе это даст? — он попытался переубедить отбитого чунибьё логическим путём. — Как Лавкрафта труды пребудет моё чтиво популярно, Коли сумею демоницы труп я обыграть хентайно! — матёрый графоман на корню зарубил робкую попытку железным аргументом. — Так… — терпение Хикигаи-старшего, наконец, лопнуло. — Делай что хочешь, некрофил хренов. Но маман свою поставь в известность, что у меня ночуешь. Если будет мне наяривать — так и быть, отмажу. Скажу, спишь уже. До утра свободен. — Мой друг, я от тебя хочу лишь одного! Чтоб к тёмным силам относился ты с любовью… — ДА ПОШЁЛ ТЫ! — прорычал в телефон Хачиман, сбросил звонок и пошёл спать, хлопнув дверью так, что Комачи вздрогнула.***
Займокуза-сан уже было начала волноваться долгому отсутствию сына-отаку, когда молчавший доселе смартфон тихонько пискнул. Протянув руку, женщина взяла гаджет в руки и открыла панель входящих СМС. «Императрица! Больно и неловко В глаза вам рыцарю смотреть. Источник вдохновенья уничтожен — Бумаги жар недавно перестал гореть. Прошу вас я с поклоном низким Сегодня ночевать у Хачимана. Ибо просил меня друг Ронин обучить его Искусству самурайского романа». «О Боги! Когда же он, наконец, повзрослеет? — подумала мама. — Ладно бы к девушке ночевать пошёл…а ещё лучше домой привёл. Я б сразу успокоилась — значит, вырос». Отправив сыну короткое: «ОК, но чтобы в 9 утра был дома», ока-сан поставила телефон на зарядку и, включив телевизор, погрузилась в ежевечерний просмотр любимой дорамы.***
Где обитает Гугл? Ночь с пятницы на субботу, около полуночи Улица Чибы за три квартала от дома Хикигаи По большому счёту, она могла обнулить память обоих — и брата, и сестры. И определённо так и поступила, если бы не два «НО». Первое — их бескорыстное желание её спасти. Не будучи человеком в общепринятом смысле, она не нуждалась в помощи и точно не погибла бы. Но…кроме оставшейся в другом мире бывшей лучшей подруги, за всю её долгую жизнь никто не предлагал ей помощь. Все, всегда и везде играли ПРОТИВ неё: инкубаторы, ведьмы, конкурирующие за влияние и зёрна скорби волшебницы. Произошедший час назад случай был для неё уникальным и… его нужно было запомнить. На всякий случай. Второй не менее вопиющий факт заключался в том, как «споткнулся» глядя на неё тот незнакомый парень. Прожив на свете дикую бездну лет, Хомура так и не постигла, что такое любовь. Единственным её проявлением было для неё тёплое чувство глубоко внутри, которое она всегда испытывала к заточённой в матрице средней школы Мадоке. Которое с момента «предательства» стало безответным. Будучи существом прагматичным, Владычица давно пришла к выводу, что миром правит вовсе не любовь, а НЕНАВИСТЬ. Чувство сильнее надежды и глубже отчаяния. Всю свою жизнь она была ненавистна тем, кто её боялся или ей завидовал. Она была недурна собой, но мальчики в школе шарахались, едва ловили на себе её завораживающий взгляд. Со временем она привыкла быть изгоем-одиночкой и внушила себе, что любовь — это нечто одностороннее. Безвозмездная отдача дикого количества сил и ресурсов, песни в пустоту, игра в одни ворота — заведомо проигрышная. Именно такими были её отношения с Мадокой, когда та ещё не имела статуса божества. Тысячи временных циклов потратила она на то, чтобы спасти от гибели лучшую подругу — и все они вели к одному и тому же результату: её смерти. Так было до тех пор, пока Канаме не приняла решение пожертвовать собой, чтобы остановить запущенный инкубаторами процесс перерождение волшебниц в ведьм во всех обитаемых мирах. Но это не поставило точку — спустя несколько лет «котики» попытались подчинить БогоМадоку, заманив её в ловушку фальшивой реальности. И тогда ненависть внутри неё вспыхнула с новой силой, на этот раз — к заговорщикам-инкубаторам. Ненависть то толкала её вперёд, то тянула за собой. Она стала для Хомуры одновременно и двигателем, и огнём, в котором она сгорала. Поэтому появление кого-то постороннего, кто так же бескорыстно, как она когда-то, ПОМОГ, а потом увидел в ней… Об этом она даже думать не хотела. Она давно не считала себя девушкой и точно не была человеком. А то, что искренне восхищенный её красотой юноша мог, словно в зеркале, увидеть в ней отражение собственных мыслей и чувств, демонический ум владычицы пока не был готов принять. Несмотря на это, прикованный к ней пылающий взгляд рыбоглазого братика прочно отпечатался в памяти и был… спрятан в её глубинах. До поры, до времени. Не доверяющая никому, кроме себя самой, одиночка вышла на ночную улицу и, пройдя пару кварталов присела на первую попавшуюся лавку. Судя по её первым впечатлениям, этот мир существенно отличался от родного почти полным отсутствием магии — и это представляло огромную проблему. Без неё она была чем-то наподобие сильного экстрасенса, способного силой воли управлять действиями людей и временем…но не более. Этого оказалось, этого недостаточно для достижения конечной цели. Где-то в закоулках незнакомого города скрывалось страшное, хотя и милое внешне, чудовище. Паразит, способный погубить целый мир в угоду собственным интересам. Им предстояло заняться вплотную как можно скорее. В остальном же ЭТА реальность практически отзеркаливала её родной мир. Япония как Япония, только…более технологичная, что ли. «Далёким от магии существам силу и власть давали две вещи — оружие и деньги. Стало быть, здесь они мне понадобятся в первую очередь. Надо же будет, в конце концов, из чего-то пристрелить эту пушистую гадину». В стрелковом мастерстве Акеми Хомуре было мало равных: слишком много лет она посвятила истреблению ведьм с помощью огнестрельного оружия, будучи волшебницей. Разве что Мами Томое могла с ней в этом потягаться, да и то много веков назад. В последней дуэли перед падением мира БогоМадоки она и её уделала. Где добыть одно и другое было для Владычицы очевидным. Надо искать тех, кто использует первое, чтобы заполучить второе. Людей, профессионально нарушающих закон. Преступников. Стоило ей об этом подумать, как из подворотни на противоположной стороне улицы вышли два парня, внешность которых вполне соответствовала искомому типажу: спортивные костюмы, бритые затылки, угрюмые лица с полным отсутствием мысли в глазах. Заметив одинокую девушку, гоп-компания уверенно перешла улицу и направилась к ней. «На ловца и зверь бежит», —подумала Владычица, с любопытством рассматривая незваных гостей. — Э! — обратился к ней долговязый гопник с перебитой переносицей и яркой надписью «ABIBAS» через всю грудь. — Вставай, пошли. — Куда? — поинтересовалась Акеми. — Поразвлечься, — хихикнул второй гопник, толстая низкорослая пародия на человека с опухшим лицом. — Бабло есть? — Самой бы не помешало, — всё так же спокойно ответила Хомура. — И оружие. Одолжу у вас, если что. Бандиты посмотрели друг на друга и одновременно заржали. — Слышь, ты чё нас на гоп-стоп собралась выставить? — спросил долговязый. — Почему нет? — задала вопрос Владычица и на секунду исчезла. Хулиганы синхронно моргнули, а когда раскрыли глаза — «жертва» снова была на месте. Слетав по-быстрому на пару минут назад Акеми а режиме заморозки времени изучила карманы и сумки бандитов и поняла, что разговаривать с ними было не о чем. Из оружия у них был в наличии лишь древний кастет да дешёвый складной нож-бабочка. И денег — двадцать тысяч йен на двоих, которые успешно перекочевали в потайной карман её чёрной юбки. «Даже не титушки, а шлёперы какие-то, — подумала она. — Время дорого, переходим к делу». — Чё за херь? — спросил напарника долговязый, но услышать ответ не успел. — В глаза смотреть! — тихим голосом произнесла «жертва». Гопники медленно повернулись и уставились на неё, словно два кролика перед собравшимся пообедать удавом. — Мне нужны пистолет и деньги. И много патронов, — негромко произнесла Акеми. Бандиты пялились на неё стеклянными глазами, не в силах вымолвить ни слова. Из раскрытого рта долговязого потоком текла слюна. «Какие-то слабые люди в этом мире, — подумала Хомура. — Придётся соизмерять силу пси-воздействия, иначе помрут раньше, чем что-то полезное расскажут». — Ты! — обратилась она к толстяку. — Отвечай. — У нас ничегоооо нет… Отпусти, прошу… Как-то тяжко с тобой… Берега попуууууутали…отпусти, — с усилием, смешно коверкая слова едва выдавил из себя хулиган. — Где можно по-быстрому раздобыть оружие и деньги? — повторила вопрос Акеми. — У нас есть пару йен…они твои, — толстяк потянулся к замку барсетки, не зная, что там уже пусто. Хомура нахмурилась и толстяк заскулил от сжавшей череп невыносимой боли. — Третий раз повторять не буду. — Банкомат…хочешь вскроем. Вся выручка твоя. — Не вариант, — покачала головой Акеми. — Денег мало, оружия нет. Нужно и то, и другое…сразу. Быстро. Неожиданная мысль осенила, словно вспышка. — Где в вашем городе собираются якудза? — спросила она. Толстяк посмотрел на неё телячьими, полными ужаса глазами. Он явно был не в теме. Зато его долговязый напарник начал издавать какие-то булькающие звуки. — Са… Са…Са… — Расслабься и скажи что хочешь, — Хомура опустила взгляд, временно освободив «толстолобика» от гипноза. — Са…кураги Райен, — с трудом выговорил долговязый и смахнул пот со лба. — Ты ведьма, что ли? "Почти угадал. Разве что "слегка" статус понизил". — Что такое Сакураги Райен? — проигнорировала вопрос, переспросила Владычица. — Как туда попасть? — У гугла спроси, — устало ответил бандит. — Он всё знает. — Я не знаю никакого Гугла. Расскажи как попасть. — Не знаешь Гугла? — спросили оба гопника в унисон. В другой раз они бы с такого от души поржали, но сейчас было не до смеха. — Я жду, — с лёгким нажимом произнесла Хомура и посмотрела на собеседников. Оба одновременно схватились за головы. — Центральное городское кладбище. Пацаны там на стрелках вопросы решают по ночам…всякие. — Отлично. Как туда добраться? — На… — произнёс толстяк, доставая из кармана олимпийки чёрный плоский предмет. — Такси вызови, оно довезёт. Только не делай так с головой больше. Отпусти нас, прошу… — Я не умею ЭТИМ пользоваться, — тихо ответила Акеми. — Сделай это для меня. Опасаясь смотреть ей в глаза, бандит тыкул пальцем в тач-скрин и приложил гаджет к уху. — Э…такси? Херово слышно, сука… Подгони машину на угол ХХХ и ХХХХ…Тут тебя тян будет ждать… Стрёмная такая, вся в чёрном. — Что значит «стрёмная»? — с любопытством переспросила Владычица. — Ничего не значит, прости, — с придыханием ответил долговязый и отвесил напарнику оплеуху, от который тот выронил телефон. Длинный подобрал его и продолжил беседу с такси-сервисом вместо него. — Слышь… отвези барышню на стрелку. Бабулес отминусуешь от оплаты за крышу Сумиёси-кай…да, за этот месяц. Получив ответ, гопник снова ткнул пальцем в экран и посмотрел себе под ноги. — Точила через три минуты будет. Жёлтая Тойота Королла. Отпускай нас, а то у меня что-то уже по ногам течёт. «Переборщила…» — И всё же…кто такой ваш всезнающий Гугл? — На… — долговязый не глядя сунул ей в руки незнакомый плоский предмет. — Разберёшься. — Это же мой… — попытался возразить толстяк и получил приличный тычок кулаком в зубы. — Отпусти уже… — устало повторил просьбу длинный. — А то, чувствую, с тобой не только от головняка сдохнуть можно. — Не всё так просто…в глаза смотреть! — приказала она. Как раз в этот момент жёлтая машина с логотипом таксопарка на двери вынурнула на перекрёсток с соседней улицы.***
— И за каким хером мы тут оказались? — удивленно спросил долговязый, когда жёлтый силуэт такси растаял в темноте. — Не в курсах, — развёл руками толстяк. — Шли-шли… и тут опа! А у меня чего-то вся морда разбита. Долговязый «Абибас» потёр виски. — Башка раскалывается и…походу, я обоссался. — Пошли по хатам, чёт не задался вечерок. Щас такси вызову. Опа! А где мой телефон? И бабла ни йены нету. — Походу, нас кто-то на бабки кинул, — признал очевидное толстый. — Только я нихера об этом не помню. — Беспредел, — согласился долговязый, рассматривая обширное мокрое пятно на штанах. — На своей территории выставили…просто чума. В натуре, триады китайские понаехали. Наших гопстопят. Завтра всех китайцев на районе порешим.***
— С вас пять тысяч йен, — вежливо сообщил ей водитель, остановив машину у одного из боковых входов на центральное городское кладбище. Он смотрел на неё спокойно, но Акеми чувствовала: в глубине души этот человек подобен туго сжатой пружине. Она его чем-то пугала. Может быть, осознанием того, что такие, как она, редко заказывают такси на кладбище посреди ночи. — Я дам вам двадцать, если расскажете мне, что такое Гугл и как с ним связаться, — предложила она и положила две купюры по десять тысяч йен так, чтобы он видел. — Издалека приехала? На филиппинку не похожа… на малазийку тоже. И по-японски свободно болтаешь. — Любопытство сгубило кошку, — вполне прозрачно намекнула Хомура и бросила на водилу косой взгляд, от которого его передёрнуло. «Всё ещё НЕ СОИЗМЕРЯЮ», — поняла она. — Я дочь посла Японии в одной дикой островной стране, — соврала она, хотя с помощью гипноза легко могла внушить ему что угодно. — Никакой цивилизации — только море, песок и банановые плантации. Сегодня вернулась на родину. — Вот оно, значит, как… — с понимание ответил шофёр, словно подвозить дочерей послов ночью на кладбище было для него обычным делом. Украдкой взглянул на лежащие перед ним купюры. — Ну тогда конечно. Давай смартфон. Вот эта иконка ведёт в Google, где можно…
