Жизнь как она есть, часть 3. Саня.

Глава 31. Пятница. Двадцать третье января. 1970-й год. Вот уже два месяца я занимаюсь ремонтом своего дома. Самое главное, что до морозов успел сделать водоснабжение, канализацию и отопление, разобрав к херам эту печку, которая занимала уйму пространства. Ещё во все комнаты протянул кабеля от своего кабинета. Решил везде поставить скрытые камеры, не знаю зачем, но увидав в интернете такую штуку, просто заинтересовался, вот захотелось мне и всё тут. За помощь с ремонтом огромное спасибо Андрею, постоянно приезжал ко мне и помогал, а как сделали второй этаж, то и вообще ко мне переселился, а чего ему, мужик холостой и бездетный. Единственное, ездит на работу сутки через трое. А так, всё время у меня. Всё сватает меня за свою племянницу Иринку. Говорит, влюбилась девка по уши, кроме своего техникума ни куда не ходит, ни на танцы, ни с подружками во дворе погулять, похудела килограмм на пять. Ты её Саня хоть трахни, что ли! Девке восемнадцать лет, а она ещё не тронутая, жалко племяшку. Сам знаешь Санёк, Ирка с Дашкой для меня как дети родные. Вот я и думаю, может мне закрутить с девчонкой, а чего, опыт у меня есть. Знаю, да что там, уверен процентов на девяносто, что через месяц она найдёт себе парня и бросит меня. Ха, первая что ли. Х эммм, а вдруг не бросит, а вдруг не найдёт себе парня? Нееет, жениться в мои планы не входит, ну его на хрен. У меня есть две сестрёнки, мне надо им жизнь устраивать. И дом то этот, я чего, для себя что ли делаю!? Да нахер он мне не нужен, всё для Женьки с Юляшкой, что бы им комфортно в жизни было. Так что, как они в посёлке школу закончат, то я их сразу же привезу сюда. Зинаида обещала устроить их в приличную школу с английским уклоном, а там глядишь и в МГУ поступят. Пусть учатся, получают высшее образование. Хотя, в самом МГУ не столько образование важно, сколько связи и знакомства. Ведь там практически все будущие дипломаты и министры учатся. Вот и пусть вливаются в эту касту. А мне самому ни хрена не надо, у меня и так всё есть, а захочу, будет ещё больше. Честно, если бы не сёстры, слинял бы я к княгине Ольге в прошлое, там мне кажется жизнь насыщенней и интересней, особенно с моими способностями. Да только не пускает меня туда. Пробовал уже ни раз перейти да посмотреть, что там да как, а хренушки, не переходится ни как. Сегодня я дома один, Андрюха на работе, Зинаида в командировку в монголию улетела, а от туда сразу же во францию, так что, хрен его знает, сколько её не будет. Бегаю к ней домой время от времени, печку протапливаю, да пыль протираю, верней ещё ни разу не протирал, но это у меня всё впереди, ну и полив цветов конечно, а куда же без них то, не охота, что бы по её приезду веники в горшках торчали. Да, выпустили ещё две пластинки России. В стране ажиотаж, тиражей не хватает, в магазинах очереди, спекулянты наживаются на людях, говорят, что Россия в три раза дороже стоит, чем заграничные пласты. Московская фабрика только мои диски и выпускает, всё остальное отдала в дочерние предприятия. А местные эстрадные певцы, ко мне подходы ищут, что бы хороших песен поиметь. Это мне хохочущая Зинаида сказала, да только она сама молчит где я скрываюсь и я сижу тихо, как мышка под плинтусом. Вот, сегодня пока я в одиночестве, хочу из дома в посёлке, перетащить компьютер и всё что к нему прилагается. Дождусь по времени пока девчата в школу уйдут, а Светлана на работу, что бы остались одна мама с Натальей и начну перетаскивать. А что касается музыки, то всё что нужно, из будущего принесу. Правда комнату для репетиций и студию, я ещё не оборудовал, так как они у меня будут на первом этаже. Зато кухня готова. Вот, сейчас сижу и пью утренний кофе в одиночестве. Тааак, сегодня у нас пятница, я обещал встретиться с дядь Толей Котовым, не знаю, какой то у него ко мне разговор есть. Он сперва позвонил Алёне, а та дала ему мой номер, вот, вчера позвонил мне, сказал что надо встретиться и поговорить. Чего поговорить, о чём поговорить, может кого то мне для спарринга нашел, хрен его знает, дедок он серьёзный, ладно, встретимся и всё выясним, а сейчас не чего рассиживаться, надо идти ламинат в зале стелить. Повозившись до девяти утра, переместился в свой кабинет в Кильдинстрое. Отсоединил все шнуры от компьютера, монитора, принтера. и за несколько раз всё перетащил на дачу. Тааак, теперь надо сам компьютерный стол как то эвакуировать. Нет, хорошенько подумав, понял, что целиком я его не перетащу. По этому взял инструменты и рванул его разбирать. Только оказавшись в кабинете, услышал как на улице завелась машина. Выглянул в окно. Точно, Наташка в одном халатике выскочила на мороз, вот ведь неугомонная, сколько раз говорил что бы берегла здоровье, ни хрена своей башкой не думает. Ладно, если заболеет, придётся и её лечить, как ни как а член нашей семьи. Пока разбирал стол, услышал на улице голоса и хлопанье дверей машины, опять выглянул. Мама с Наташкой уселись в машину и куда то поехали. Нууу, мало ли куда они могли поехать, может в город на рынок за продуктами, а может и ещё куда нибудь, главное, что в доме я остался один и не надо так аккуратничать да шифроваться. Перетащив стол по частям, я опять вернулся домой и пройдя в свою спальню, взял кое какие вещи. Потом прошел в спальню Женьки с Юлькой, осмотрелся. Вот ведь, ну что за девчонки такие, кровать не заправлена, даже телевизор не выключен, синим экраном светится. Чего они с утра смотреть то могли? Взял пульт, нажал плей и охренел, на экране две девчонки друг другу письки лижут. Блядь, выругался я, где они могли эту кассету взять, я же её маме со Светланой отдавал. Хотя стоп. Я вытащил кассету, на ней было написано, Том и Джерри. Ясно, Женька просто переписала, стерев к херам мультики. Вот чёрт, и не забрать, я же тут не легально, инкогнито так сказать. Ладно, всё вернув как было, отправился к себе на дачу, собирать стол и устанавливать компьютер. В одиннадцать часов, позвонил Тренеру, чисто узнать где тот находится. Оказалось что дома. Договорились встретиться с ним у него во дворе. Сказал, ты Саня подъезжай, а я тебя как из окна увижу, то сразу же спущусь. Прогрел чуток машину и поехал. Ладно, поговорю с дядь Толей, а потом заеду куда нибудь покушать, да и продуктов надо прикупить, что бы дома готовить, с кухней слава богу вчера закончил. В двенадцать часов я был возле дома тренера, не прошло и двух минут как тот вышел из подъезда и сел ко мне в тёпленькую машинку. — Здорова Сань! (с улыбкой протянул он мне руку). — Здрасти дядь Толь. (лёгонько пожал я её). Чего срочное случилось, может какая помощь нужна? — Нужна Саня, ой как нужна, прямо не знаю чего и делать, ни какого покоя старику нет. — Так чего случилось то, дядь Толь, вы скажите, а я если смогу то обязательно помогу. — Даже не знаю как тебе Саня и сказать то, стыдно чёрт возьми, прямо каким то пацаном себя чувствую. — Дядь Толь! (одёрнул я его). Говорите уже, чего распинаться то. — В общем Саня, тут такая ситуация сложилась, Внучка моя Оксанка, влюбилась в тебя по уши, не спит толком, не учится ни хрена, на тройки скатилась, а ведь выпускной класс, куда она потом, в хабзайку что ли учиться пойдёт? Чего я её родителям скажу, у них и так горе в семье, сноха совсем не ходячая, а тут ещё и дочка чудит. Вырезала из конверта от пластинки твою фотографию и везде её с собой носит, даже когда спать ложится, рядом на подушку ложит, вообще с ума сбрендила. Бабка моя, уж как только с ней не говорила, как не уговаривала, а всё как в пустоту. Нет говорит, люблю я Сашу и всё тут, хоть кол на голове теши, а младшенькая, только подхихикивает над ней да подзадоривает. Вот я Саня и позвал тебя поговорить, так как сам уже не знаю чего делать, все методы перепробованы. — Ну а я то дядь Толь чего сделать смогу? Не ругаться ведь мне с ней. Да хоть и ругаться, ведь для этого какой то повод нужен. Да и не хочется мне этого делать. — Сань, может погуляешь с ней, чего тебе, ты, на сколько я знаю, парень одинокий, ни какой девушкой не занят. Я разрешаю тебе даже переспать с ней. А чего, девка она уже взрослая, скоро восемнадцать будет. Выручай Сань, мы с бабкой уже не знаем чего делать, боюсь что руки на себя наложит. Сам знаешь какие они в этом возрасте, мозгов нет, одни только гормоны. — Даже и не знаю я Дядь Толь, и вам помочь охота и девчонке психику ломать не хочется. А жениться! Нет у меня таких планов на жизнь. — В смысле. (удивился тренер). Ты чего Санёк, всю жизнь решил бобылём прожить? — Не знаю я дядь Толь, скорей всего так и будет, не до женитьбы мне, надо сестёр на ноги ставить и жизнь им устраивать. — А родители чего же, вообще то это их обязанность. — Дааа! (махнул я рукой). Чего мама может девчонкам дать, кроме ласки да родительской любви. Она у меня всю жизнь в посёлке прожила, можно сказать деревенская, а я хочу их в столицу перетащить, да нормально выучить, ведь они у меня очень умные девчата. Вот как выдам их замуж, а там и посмотрим. — Так чего Сань мне с внучкой то делать, ведь сохнет она по тебе, может хоть погуляешь с ней. — А где она сейчас? (поинтересовался я). — Так вон. (кивнул он головой). В школе, где же ещё, пошла тройки свои получать. Прямо и не знаю чего с ней делать. У моего знакомого пацаны растут, так с ними ни каких проблем нету. Те в обще не теряются, сегодня с одной гуляют, а завтра глядь, уже с другой под ручку идут. А с бабами одни проблемы. Помоги а, Сань?!. — Ладно, во сколько она со школы приходит? — Да по разному, но в два часа, уже всегда дома. — Хорошо дядь Толь, тогда я подъеду к вам. Тренер ушел домой, а я поехал искать какую нибудь столовую, но нашел буфет и не плохо там перекусил, зашел в соседнюю кулинарию, затарившись там полуфабрикатами и разными готовыми салатиками. Поехал домой, что бы всё положить в холодильник. Только зашел, как тут же услышал звонок телефона. — Алё! (снял я трубку). — Саша, это дядь Толя звонит. Слушай, вот теперь по настоящему нужна твоя помощь, если можешь, то срочно приезжай, мы тебя ждём. Охренеть, подумал я, чего там могло случиться то, не ужели Оксанка чего то с собой сделала, вот же дура. Быстренько положив продукты в холодильник, я опять рванул в город. Оставив машину возле подъезда, поднялся по лестнице к семнадцатой квартире и позвонил в звонок. Тут же дверь открыл сам хозяин. — Проходи Саня. (пригласил он меня в квартиру). Я снял обувь и не снимая куртки прошел в большую комнату, а там сидели две сестрички и Марина Андреевна, супруга дядь Вани и все плакали. — Чего случилось. (повернулся я к тренеру). У вас чего, воду что ли отключили, нечем полы помыть, так вы решили наплакать по больше? — Не смешно Сань. Тут такое дело. Слушай, как у тебя со временем, располагаешь или нет. — Дядь Толь, вы скажите чего надо, а там видно будет. — Надо Сань в Вологду смотаться, дочери совсем плохо, упала со своей каталки, сейчас в реанимации при смерти лежит. Вот, пол часа назад зять звонил, говорит что дела совсем плохи, выручишь? Вон, с Оксанкой съездиете, нам то старикам, куда уж, если только на поезде. Я постоял, чуток подумал. — А почему в Вологду то? Вы чего девчата. (обратился я к сестрёнкам). Вологодские что ли? Те закивали головками, шмыгая носиками. — А чего в прошлый то раз молчали, Юлька у меня тоже ведь Вологодская. Ну да ладно. Раз надо, значит съездим, давай Оксана, собирайся, раз там так плохи дела, то надо поторапливаться. А я пока до Строгино до лечу, мне там кое какой вопрос надо решить, я быстро, туда и обратно. — Спасибо Саш. (обнял меня тренер). Я знал что на тебя можно положиться. Я выскочил из их подъезда и оседлав свою Волжаночку, рванул к Андрею в пожарку, что бы сказать что я отлучусь и отдать ключ от дачи. Ох и дед, ох и пройдоха, решил одним выстрелом двух зайцев убить, и дочку проведать и нас с Оксанкой свести. Ладно, и впрямь, кому ещё ехать то, я же буду переть на всех порах, не знаю выдержат ли они сами, а время не ждёт, надо поторапливаться. Через двадцать минут я уже был у них дома. Девчонка уже была готова и сумка с перекусом тоже, даже термос с чаем. — Дядь Вань. (отозвал я тренера в сторонку). Ты чего, таким способом решил меня с внучкой что ли свести? — Нет Сань, что ты. Как мы с тобой поговорили и ты уехал, я зашел домой, а тут как раз Лёха, зятёк мой звонит. Всё рассказал что с дочкой случилось, говорит, что приедьте хоть кто нибудь. Ну я и подсел на телефон, сразу же стал звонить Петру Григорьевичу, твоему знакомому генералу, ну и моему конечно же тоже. Хотел у него спросить, может какой нибудь военный борт до Вологды летит, что бы внучек отправить, а тот посоветовал к тебе обратиться. Сказал что лучше Сашки он водителя не встречал и машина у него что надо, домчит так, что и глазом моргнуть не успеешь. Ну я позвонил тебе и подумал, если ты согласишься, то отправлю с тобой одну только Оксанку. А чего, хоть и горе у нас, а внучке помочь надо. — Ладно дядь Толь, поедем мы пожалуй, поторапливаться надо, как ни как а пятьсот километров впереди. Марина Андреевна перекрестила нас на дорожку и мы усевшись в машину, тронулись в путь. Выехав из Москвы, я притопил. А чего, дорожка хорошая, вся покрыта укатанным снегом, а значит ям на асфальте нет, вот я и пёр на всех порах. Рядом сидящая Оксанка, всю дорогу молчала, только иногда хватаясь за ручку на двери и съёживаясь от страха, особенно, когда я на скорости влетал в повороты. — Оксан! (повернулся я к девушке). Ты чего молчишь то как в рот воды набрала, рассказала бы чего, как школа, как вообще дела? — Всё нормально. (пробубнила она себе под нос). — Чего нормально. (переспросил я). Дела нормально, или в школе нормально? — Дела нормально, а в школе не очень. (опустила она головку). — Ксюууух! (потряс я её за плечо). Да не переживай ты, всё хорошо с твоей мамой будет, вот увидишь. Девчонка лишь потрясла головой и опять заплакала. Я прижался к обочине. Вылез из машины и разложив задние сиденья, расстелил матрац. — Давай ка солнышко, иди ложись отдыхать, а то сама молчишь и меня в грусть вгоняешь. Я помог девушке улечься и закрыв багажник, рванул на столько быстро, на сколько позволяла дорожная ситуация. А в девятнадцать тридцать, мы были уже в Вологде, возле областной больницы. — Пошли. (позвал я Оксану за собой взяв её за руку). — Мы дёрнулись в дверь центрального входа, но там было заперто. Тогда пошли в обход больницы ища другую дверь, дошли до приёмного покоя и зашли туда. Там за столом сидела одна женщина, чего то записывая в журнал, я тут же шепнул ей спать, а Оксану усадил на топчан в коридоре, так что бы той не было видно что делается в кабинете. Пока суть да дела, женщина заснула. Я подошел и не читая её память, тут же внушил ей что бы она проводила нас в реанимацию, в палату, где лежит женщина инвалид. Так как, не имени ни фамилии я не знал. Приказал ей проснуться и выскочил в коридор, хлопнув входной дверью, типа, мы только что зашли и тем самым разбудили её. — Ой! (всполошилась женщина). Ну где же вы ходите то, давайте быстрей одевайте халаты и пошли. Оксанка охренела, но я подмигнул ей, что мол, всё нормально. И мы напялив на себя белые халаты, так же, держась за ручку пошли за врачихой. Поднялись на второй этаж, где из столовой очень вкусно пахло, но пройдя это отделение насквозь, дошли до лифта, на котором поднялись ещё на один этаж. И женщина приложив палец к губам, что бы мы вели себя тихо, повела нас по коридору. — Вот ребята, сюда заходите, только тихонько, как мышки, поняли? — Спасибо. (шепнул я медработнице на ушко). И мы зашли в палату. На специальной кровати лежала женщина лет так около сорока, хотя, могу и ошибаться, во первых тусклое освещение, а во вторых, измученное болезнью лицо. Я усадил Оксану на топчан что стоял у стены и приказал ей спать. А сам подошел к пострадавшей и стал искать холодные места. Ага, сперва голова, видимо при падении ей то она и ударилась. Точно, под черепной коробкой была большая гематома, которая давила на мозг. Я занялся лечением, время от времени меняя руки. Пока женщина не стала приходить в себя. Тут же приказав ей спать, я продолжил свои священно действия. Ещё пятнадцать минут и голова была в порядке, тогда я скинул с её одеяло и стал смотреть, что же у её там с ногами. Да нет, ноги в порядке, правда худенькие как былинки, мышцы одрябли. Вспомнил, что тогда Женьке говорила Оксана, что её мама упала на лёд и повредила позвоночник. Перевернул женщину на живот и сразу же нашел сдвинутый позвонок и защемленный нерв. Бедная женщина, сколько ей помучиться пришлось. Я стал восстанавливать её повреждения. В принципе, я уже такое делал в прошлой жизни, так что, управился довольно таки быстро. Приказав обеим проснуться, сам выскользнул из палаты и пошел в машину, так как, еле стоял на ногах. Конечно, пятьсот километров пути и не слабое такое лечение, забрали почти все силы. Скинув халат на кушетку приёмного покоя, я вышел на улицу, полной грудью вдохнув свежий, морозный воздух. Открыв багажник и бухнувшись на матрац, отрубился без задних ног. Суббота. Двадцать четвёртое января. 1970-й год. Проснулся я от какого то шепота, кто то рядом со мной разговаривал и было очень холодно. Засунув руку в карман, я нажал кнопку автозапуска двигателя, но ни хрена естественно не получилось, потому что машина не стояла под охраной. Чёрт, кто же там шепчется? Ясно, один то голос я узнал, это была Ксюшка, а вот второй был мужской и до боли знакомый, вот только где я мог его слышать, ни как не могу вспомнить. Ладно, хватит притворяться, надо вставать, а то околею тут не на роком. — Доброе утро. (приподнялся я на локте и офигел). На меня смотрел мой папа с первой жизни. Точно такой же, как я помнила его, всю свою первую жизнь. У меня перехватило горло и стало нечем дышать, а в глазах появилась влага. Я тут же отвернулся, что бы не увидели моих волнений. Незаметно смахнул выступившие слёзы и открыл дверь багажника изнутри. Выбрался из машины и стал разминаться, стараясь успокоиться. Папа и Оксанка выскочили из машины и встали рядом со мной, смотря как я стою на одной руке и отжимаюсь. Значит получается так, что Оксана в этом мире родилась вместо меня, только на два года раньше, и супруга у папы другая. Маму в той жизни он в Вологду привёз из Ленинграда, а эту женщину, что я вылечил, из Москвы. Ну, да мамы ведь нет в этом мире, вот и сложилось всё по другому., у бабушки вон, тоже не так всё вышло, хотя и дед в этом мире был. По этому и мама не родилась, вместо её появился Слава. Получается что у Оксаны фамилия Новикова, Новикова Оксана Алексеевна. А я до замужества была, Новиковой Ольгой Алексеевной. Ладно, хватит себе голову забивать, а то уже рука мёрзнуть начинает. Я встал на ноги и улыбнулся. — Здравствуйте Алексей Семёнович, так значит Оксана ваша дочка?. — А откуда вы меня знаете молодой человек? (офигел папаня). — Да просто всё, ваш портрет на доске почёта, возле здания администрации висит. Вот увидел, а память у меня фотографическая, если раз увижу, то на всю жизнь помню. — Здорово! (Восхитился он и улыбнулся, такой знакомой до боли улыбкой, что мне опять не по себе стало). Вы Александр не хотите поехать к нам домой отдохнуть? — А сколько сейчас время? (спросил я, потому что усталости и сонливости, у меня не было ни в одном глазу). — Начало четвёртого утра. (задрав рукав, посмотрел он на часы). — А чего Алексей Семёнович, вы разве супругу из больницы забирать не будете? — Александр, вы сейчас шутите, или издеваетесь на до мной?. (свёл он брови вместе, как бы хмурясь). — Нет, что вы, какие шутки, ваша супруга здорова, можете идти и забирать её, только тросточку ей дайте, а то ноги ослаблены, надо заново тренироваться ходить. — Не верю!!! (развернувшись, побежал он в помещение скорой помощи). — Саш. (дернула меня за рукав Ксюха). Ты зачем над папой издеваешься, чего он тебе плохого сделал? — Эх Ксюха Ксюха! (обнял я девчонку, прижав к себе). Ни над кем я не издеваюсь, вот сама посмотришь. Помнишь я говорил тебе что всё будет хорошо? — Угу. (промычала она мне в грудь). — Так вот солнышко, запомни и заруби себе на носу. Я ни когда не вру и сестрёнок своих этому учу. — Ага. (усмехнулась Девчонка). Женька говорила что ты ругаешься за враньё, а иногда тааак хочется. — Ну да. (тоже усмехнулся я). Она же у меня рыбак, а как быть рыбаком и не врать, это Ксюш, противоестественно. — Саш, ты такой хороший и добрый, сестёр своих вон как любишь. — Эх Оксанчик, я живу для сестёр, они для меня всё, что есть в этом мире. — Саш, но ведь они обе тебе не родные и даже не сёстры, а ты к ним как к родным относишься, почему так? — Ксюш, вот у тебя есть родная сестра Марина, вы как с ней, ладите? — Да ты чего Саш, мы с ней грызёмся как кошка с собакой. — А из за чего, почему вы с ней грызётесь, ты сама когда нибудь задумывалась об этом? — Ты знаешь. (как то задумчиво сказала девушка). Ни разу об этом не думала, даже и не пыталась думать. К тому же, у подруг тоже есть родные сёстры и братья и все грызутся меж собой. — Вооот, подумай на досуге, а как поедем обратно, то напомни мне про это, а я постараюсь тебе всё разжевать. — Конечно Саш. (прижалась девчонка ко мне ещё сильнее, положив свою головку мне на плечо. Тут из приёмного покоя выскочил взъерошенный Алексей Семёнович. — Саша, ты был прав, она пришла в себя и представляешь дочь, боли в позвоночнике прошли и ноги работают. Просто чудеса какие то? Саш, поможешь мне супругу спустить по лестнице, а то я боюсь что один не справлюсь. — Конечно. (согласился я, сняв куртку и сунув её в руки Оксане). Быстренько прошли через пункт скорой помощи и поднялись на второй этаж. Я подхватил женщину на руки, а мужчине сказал, что бы тот бросил эту бесполезную коляску, которая больше не пригодится, а бежал вперёд открывать двери. Вынес женщину на улицу и попросил ксюху открыть переднюю пассажирскую дверь и аккуратно усадил. Обошел машину, завёл мотор и полез в багажник. Там свернул матрац и разложив задние сиденья, предложил отцу с дочерью садиться. — Показывайте дорогу. (предложил я женщине). Извините, не знаю как вас величать, верней знаю, но только фамилию и отчество. — Ольга меня зовут. (приветливо улыбнулась она). А вас значит Александр? — Да Ольга Анатольевна, можно просто Саша. — А вам Саша ни кто не говорил, что вы очень красивы. Я когда вас в палате увидела, подумала что ко мне ангел пришел, это же вы меня вылечили, не отнекивайтесь, я знаю и всё чувствовала, просто не могла пошевелиться. Вы и впрямь Сашенька, ангел во плоти. Повернувшись к женщине, стал декламировать текст одной отличной песни. Я уйду под утро, Но уйду не насовсем, След от слез припудри, Отдохни в объятьях белых стен, Я качал тебя еще в колыбели, Ты - ангел, ты - ангел во плоти! Годы вдаль летели, но Спутника вернее не найти... Я с тобой наяву и во снах, Я в твоих отражаюсь глазах, Я сильнее Любви. И хитрее Судьбы, Поцелуй мой как лед на губах, Я твой ужас и страх! Когда я закончил стих, в машине некоторое время все молчали. — Это чьи стихи? (спросила женщина). — Мам, ты чего, не узнала что ли, это же Александр Громов рядом с тобой сидит. Чего не слышала ансамбль Россия что ли? Он же сейчас на всю страну гремит, вся молодёжь за их пластинками гоняется. — Россия! (задумчиво сказала Ольга Анатольевна). Да, чего то слышала, мед сёстры в больнице судачили и даже чего то напевали. Вроде как про солнце и про звёзды. — Ага! (подпрыгнула на заднем сиденье Оксанка). Точно, на первой пластинке есть песня, звезда по имени солнце, вот её наверное и напевали. — Может быть. (согласилась женщина). Может быть. Я тогда в полуобмороке была, врачи думали что я в коме, а я просто была полностью парализована, но всё слышала, правда глаза открыть не могла, вообще тела не чувствовала. — У вас Ольга Анатольевна в мозгу гематома была сильная, уж не знаю как она парализовала всё тело, но как она пропала, то вы пришли в себя. — А вы Саша что, рейкист * или целитель, от куда у вас такой дар? — Я не знаю и по этому сказать вам ни чего не могу, надеюсь что вы тоже про это забудете навсегда. Знаете, как то не хочется становится подопытным мышонком, в какой нибудь лаборатории. — Конечно Сашенька, можете даже и не сомневаться, уже забыли. — Так ведь! (повернулась она к мужу с дочерью). А те лишь закивали головами, смотря на грозное и серьёзное лицо женщины. Пипец, я первый раз вижу такое испуганное лицо отца. Хотя, в прошлой жизни он тоже у мамы под каблуком ходил, она из него верёвки вила как хотела. Но эта женщина намного строже и серьёзнее. Хотя да, какой она может быть, если детство провела в северной корее, да ещё и в военном гарнизоне. — То то! (подняла она палец вверх). Забыли и молчок. — А вы Сашенька, у нас в доме теперь самый желанный гость. В любое время дня и ночи, мы рады будем вас видеть. Спасибо вам огромное, от всей души спасибо. (приложила она руку к сердцу, чуток склонив голову). — Не за что Ольга Анатольевна, это вашему папе спасибо говорить надо, это он меня уговорил Оксану к вам свозить. — Нееет, вылечили меня всё таки вы, а с папой и мамой я потом поговорю. (усмехнулась женщина). Вот здесь поверните налево и третий дом наш. — Лёшенька, давай, открывай ворота. (обратилась она к мужу). Загоним машину во двор. — Я надеюсь Саша вы чуточку погостите у нас? — Нет. (напрочь отказался я). Если вы нас покормите, то через пару часов мы поедем обратно в столицу, дел у меня там, просто выше крыши. — Ну что ж, дело ваше, тогда загоняйте машину во двор и помогите мне выбраться, вы очень сильный молодой человек, несли меня как пушинку, а ведь я пока была не ходячей, раскабанела как не знаю что. — Ни чего. (улыбнулся я женщине). Теперь всё у вас будет хорошо, а заново ходить, научитесь, да что там, бегать будете как молоденькая. — Эх. (вздохнула она). Ваши слова Сашенька, да богу бы в уши. Я загнал машину во двор и заглушив, отнёс женщину в дом, усадив на диван. Тут же помог снять с её больничный халат. И сказал. — Давайте ка Ольга Анатольевна, попробуем встать. Давайте давайте, я поддержу если чего. А когда Оксана с отцом зашли домой, то мы с женщиной уже делали первые шаги. — Смотрите! (радостно сказала она). Я сама могу ходить, даже не верится! — Сашка!!! (выкрикнула Оксанка, подбежав ко мне и обняв). Я люблю тебя, больше всего на свете люблю! — Хэммм! (хмыкнула улыбающаяся мама). А это мне уже начинает нравится. А я чего, я ни чего. Я ни кому ни чего не обещал, ни кому ни в чём не признавался, но как же это всё не вовремя. Вот ведь какая хитрая эта Оксанка, нашла же момент когда в любви признаться. Вот чего мне делать? Послать её что ли, но не удобно получится, при родителях то. — Ксюш, давай ка мы с тобой об этом потом, на обратном пути поговорим, хорошо? — Тааак. (обратился я к Женщине). Давайте ка Ольга Анатольевна ещё пройдёмся, вон, хотя бы до кухни, вы как, не устали, ноги не болят? — Нет Саша, всё нормально, пойдёмте на кухню. И мы с Оксаной придерживая её маму с обоих сторон, пошли мелкими шажками через комнату. Зашли на кухню и посадили её на стул возле стола. Оксанка сразу же залезла в холодильник и достала кастрюлю борща, поставив его греться на плиту. — Саш. (обратилась ко мне женщина). А почему ты не ответил взаимностью дочери, чем она тебе не нравится, посмотри какая она у нас красавица. — Ха, красавица. (хмыкнула Оксанка). Ты мама Сашину сестру Женю не видала, вот где красавица, можно сутками смотреть и любоваться, хоть картины пиши. А я так, по сравнению с ней, просто мышка серая. — Ну, ты уж дочь на себя не наговаривай, ты тоже довольно таки симпатичная девочка, по крайней мере в школе ты была одна из первых красавиц. — Саш. (повернулась старшая ко мне). Ты чего молчишь, ведь красивая же у меня дочь? — Ольга Анатольевна. Понимаете, я не такой как все и для меня важна красота не внешняя. (обвёл я лицо). А внутренняя. (положил я руку себе на сердце). Вот тут, духовно человек прежде всего должен быть красив. Как говорится, внешность обманчива и коварна. — Ты Саша наверное прав, да и умён не по годам, сколько тебе сейчас? — Девятнадцать, месяц назад исполнилось, не так уж и много, но я этому рад, хочу по дольше побыть молодым. — Молодец Александр. — А ты. (повернулась она к своей дочери). Коль влюбилась, то добивайся своей любви, а для этого, учись и мудрей, будь достойной своего избранника. Всё, считай детство прошло, пора становиться взрослой и серьёзной. — Да мам. (опустила глаза в пол девчонка). Я всё поняла. — Ха, поняла она. (усмехнулась мать). Помешай ка борщ, что бы на дне не пригорело. А отец всё это время стоял в проходе кухни и молчал. Да, похоже что в этой семье верховодит женщина. Мы отлично покушали, Оксана сделала бутербродов в дорогу и горячего чая в термос. А я тем временем написал женщине порядок восстановления мышц на ногах, всё, от питания и до массажа с физическими упражнениями. А потом мы попрощались и поехали в Москву. Всю обратную дорогу у Оксанки не закрывался рот. Рассказала всё, и про своих бывших ухажеров и про школу и про подруг, короче, весело доехали до москвы. И уже стоя возле их подъезда, первый раз поцеловались. Девчонка вообще неумела этого делать, но я то спец в этом деле, по этому отстранил её от себя и сказал, что сегодня вечером я к ней приеду и заберу к себе с ночёвкой, если она не против. — Я не против. (тут же опять присосалась она ко мне). — Ну всё солнышко, давай беги отдыхай, что бы когда я за тобой приеду, ты была как огурчик. Девчонка довольная убежала в подъезд, а я, со стояком между ног, тоже поехал домой. Первым делом заехал к Зинаиде, где заново растопил печь и наконец то полил цветы, всё как она меня и учила, добавив в воду какой то гадости из бутылки, что там было, я не знаю, может какое удобрение, а может и ещё чего. Но я, что бы цветы хорошо стояли, добавил бы туда виагры, хи хи, шутка конечно, к тому же нет её пока в этом мире. Ха, а может купить таблеточек, да подогнать генералу с тренером, пусть своих старух порадуют. Надо будет потом подумать об этом. Приехал домой, а там сидит и скучает Андрюха. — Привет! (улыбнулся я ему). Чего скучаешь? — Да так, пока без тебя делать нечего, вот и сижу кукую. Если честно, то не думал что ты сегодня приедешь, собирался в гараж к себе поехать, надо на своей ласточке клапана отрегулировать, да заодно новый инструмент опробовать. — Ну и хорошо, тогда едь, давай и завтра выходной устроим, воскресенье всё таки. А как дом у меня закончим, то будем у тебя в гараже крышу поднимать, что бы подъёмник поставить. Так что, ты там всё приготовь, освободи место, как первая оттепель начнётся, так и мы начнём. — Конечно Сань, с подъёмником то гораздо удобнее работать чем на яме. Тогда я поехал? — Ага Андрей, давай, до понедельника. Андрюха уехал, а я завалился спать. — Ну здравствуй Ольга. (раздался у меня в голове голос богини Марены). Ну чего, не выдержала душа поэта, отремонтировала совершенно чужого человека. Ладно, я не в обиде за это, к тому же человек хороший и к дочке её присмотрись, хорошая девочка, к тому же, как и ты, тоже потомства иметь не сможет, но это не главное. Поставлю я тебе на твой прибор ещё одну иконку, да только ты не спеши её активировать, как сам понял они разовые, а эта для тебя особенная, с помощью её, ты своей сестрёнке Женьке, сможешь в сознание войти, вот такой тебе от меня подарок. Делай хорошие дела, тогда ещё подарки будут. Всё, прощай говорить не буду, скажу до свидания. Я проснулся в шесть часов вечера. Сел на кровати не понимая, сон это был или на самом деле Марена приходила. Взял в руки смартфон и активировав экран, увидел новую иконку с Женькиной улыбающейся физиономией. Вот ведь богиня, она ещё и шутница. Ладно, и впрямь рано пока этой иконкой пользоваться, не время сестрёнке свои навыки передавать. Умылся, оделся и позвонил в квартиру тренера. — Алё! (услышал я довольный голосок Оксаны). — Привет Ксюш, ты как, отдохнула? — Да Саш, только что проснулась и у деда с бабулей отпросилась, вот, сижу жду тебя у окна. — Ну тогда собирайся, через пятнадцать минут буду. Оседлал машину и поехал за девчонкой, а чего, мне сама богиня на её добро дала, только вот почему именно на её, это не понятно, а я не спросил, вот дебил. Подъехав к их дому, дождался когда выскочит Ксюха. — Привет! Довольная запрыгнула она на переднее сиденье. — Привет! Уа-та-уа. (усмехнулся я). — Это чего ты меня назвал то как жену чингачгука? (обиделась девчонка). — А нафига ты накрасилась то как индеец, сейчас приедем домой, всё смоешь, и не красся больше ни когда, если не умеешь, а то от тебя люди будут шугаться. Потом я тебе покажу как это делать надо, хорошо? — Ладно, я просто хотела тебе понравится. — Ксюш, я вроде только сегодня говорил про то, какую я красоту уважаю, ты чего не слышала что ли. — Слышала конечно, просто думала быть ещё и так красивой, с наружи. — Ладно красавица, поехали уже, завтра утром я тебе всё покажу. Ты к стати сыта? — Да, сейчас пока тебя ждала, чуток перекусила. — Ну и отлично, тогда поехали сразу ко мне. Доехав до дома, и загнав машину во двор, я завёл девушку сразу на второй этаж, где она припухла от обстановки. — Посиди чуток. (чмокнул я её в ушко). Мне надо в одно место сбегать, я быстро. Она кивнула головой, соглашаясь, а я побежал к Зинаиде, надо в печку дров подкинуть, а то опять всё прогорит к херам. Да почти всё прогорело, так, остались небольшие угольки и всё. Растопив печь заново, я рванул обратно к себе. — Ну что моя хорошая. (обнял я Оксану). Пойдём в душ вдвоём, или ты предпочитаешь одна мыться? — Вдвоём. (тихонько прошептала она). Я взял её за руку и повел за собой. Когда мы зашли в душ, Оксанка встала как статуя и зажмурила глаза, типа делай со мной чего хочешь, я не против. Ну а я чего, сперва стянул с её водолазку, потом футболку. Лифчика на ней не было, да он ей был и не нужен, с размером чуть по больше единички. Я полизал, а потом и пососал, чуть прикусывая зубами крепкие, возбуждённые соски. Девушка застонала и затряслась от возбуждения, а я не отрываясь стал стягивать с её колготки вместе с трусами, да, именно с трусами, а не с трусиками. Оторвавшись от сисечек я опустился на колени, что бы снять всё до конца, а передо мной предстал, густой кустарник неизвестных растений. Вот чёрт, надо с этим что то делать, так как, я не хочу всё быстро заканчивать. Стянув с её одёжку до конца, я быстренько разделся сам, оставив только трусы и усадил девушку на стиральную машинку. — Посиди милая. (шепнул я ей прямо в губки). Сейчас я наведу порядок у тебя между ножек, не бойся, я всё сделаю аккуратненько. Девушка опять кивнула и я сперва смочив, а потом и намылив, стал косить эти заросли, начав с лобка. Справившись, я взял её ладошку и положил ей же между ног. — Ну что, так ведь правда лучше. (улыбаясь спросил я). Она опять согласно кивнула и я провёл ей язычком по щёлочке, от попки, прямо до клитора. — Аааах! (вырвалось у её из груди). Ещё пожалуйста!!! Ну, куда деваться, уж в лизании девичьих писек то, у меня был огрооомный, многолетний опыт. И я стал нежно и ласково приводить девушку к экстазу, наслаждаясь слизывая, всё то, что выделяла её девственная пещерка сладострастия. Просунув язычок по глубже, поводил по плеве, через маленькую дырочку которой, всё выделялась и выделялась влага, потом поднялся до клитора, натянув кожу на лобке, что бы открылся капюшончик на бугорке и стал его стимулировать язычком, до тех пор пока девушка не закричала себе в кулачок и не кончила, обмякнув на поверхности стиральной машинки. Я встал с колен и присосался к ней горячим поцелуем, сразу же овладев её языком. Оксана охотно мне отвечала, стараясь повторять мои действия, тоже посасывая мой язык. Тогда, я засунул свои ладони ей под попку и приподняв, зашел вместе с ней в душевую кабину. Там поставил её на ноги, она же обвила мою шею своими руками, стараясь не разорвать этот жаркий поцелуй. А я поглядывая одним глазом открыл воду, развернув лейку в стену, чтобы не брызгать на девушку, настроил приемлемую температуру воды, повернув душ на нас. Тут же стянул с себя трусы и мой вздыбленный прибор, уткнулся ей чуть по ниже пупка. — Ой! (от неожиданности вскрикнула она). — Сделай мне, как я тебе (шепнул я ей в ротик). Пососи его, тебе понравится. — Я не умею. (застенчиво сказала она). — Давай, вставай на коленочки, я тебе буду подсказывать. Оксана оторвалась от меня и медленно опустилась. — Возьми его в руку. (начал руководить я). Давай смелей, он не кусается, вооот, молодец, а теперь поцелуй головку, лизни, смелей, не стесняйся, мы тут вдвоём. Тааак молодец, умница, давай не останавливайся, лижи интенсивнее. О боже, как же это классно, наблюдать сверху как девушка с удовольствием нализывает головку члена. — Всё солнышко, давай, открой ротик по шире и возьми его внутрь. Тааак, молодец, не останавливайся и сосиииии! Тут я кончил ей прямо в ротик, придерживая голову за затылок, что бы не одна капелька не вылилась. Девушка сперва поперхнулась захлебнувшись, но тут же проглотив самую первую порцию, начала ещё интенсивнее его насасывать, выжимая все соки себе в рот. Потом выпустила его наконец то и посмотрела снизу на меня. — Вкусно. (облизнувшись сказала она и прижалась, к ещё не упавшему члену щекой). — Подымайся.(подхватил я её под мышки). Давай уже помоемся, да пойдём в кроватку, у нас ещё весь вечер впереди. Я помыл девушку, потом пока она вытиралась, помылся сам. И взяв её за руку, повёл в спальню. А там то мы и продолжили секс марафон. Пару раз ещё кончили ротиком, потом я предложил ей попробовать в попку. Оксана сперва боялась что будет больно, но я её уверил что всё будет очень приятно. Сводил её в туалет и настроив клизму оставил её там одну. А через двадцать минут она вышла довольная, повиливая чистенькой попкой. Тогда я смазав пальцы, стал разрабатывать ей колечко ануса, сперва одним, потом двумя, а когда свободно ходили три пальца, я вошел внутрь её. Потихонечку, аккуратненько, поглаживая большим пальцем клитор, я пробирался всё глубже и глубже, пока не достиг того места, где за тонкой перегородкой находилась матка. Вот тут то девушка вся затряслась и насадившись ещё сильнее, кончила, уже четвёртый раз за вечер, я к стати, тоже от её не отставал. Ну а потом, чуть отдохнув и придя в себя, мы спустились вниз на кухню. Там я быстренько сварганил нам поздний ужин. Мы перекусили и когда легли в кровать, то там я наконец то порвал ей плеву. Тоже всё делал бережно и ласково, да так, что Оксана мне кажется и боли не почувствовала, потому что, даже не вскрикнула. Ну а когда на часах было уже двенадцать часов ночи, мы опять приняли душ и обнявшись уснули. * Рейкист - Человек занимающийся мануальной терапией.