Эпилог.
14 сентября 2025 г., 20:55
Эпилог.
Воскресенье. Шестое мая. 1984-й год.
Дзззынь дзззынь, дзззынь дзззынь. Разбудил меня какой то звонок. Что за хрень, подумал я, у меня же нет такого звонка, который мне чего то напоминает. Я сел на том, на чём лежал, верней села, так как сразу же ощутила у себя большие груди. Блииин, что за хрень, голова раскалывается, горло болит, да ещё этот долбанный звонок не утихает, Дзынь, да дзынь. Я открыл, верней уже открыла глаза и офигела. Передо мной была обстановка моей однушки в Вологде. Ну да, этот же самый стол, этот же комод и шкаф, да и сидела я на диване, что мы с папой купили на базе. Фигня какая то, неужели я переселилась в своё время и тело.
Кое как поднялась и двинулась к входной двери, над которой разрывался звонок. Ослабевшими от болезни руками открыла дверь, а пере до мной стояла Юлька, точно такая же, какой я помнила её перед смертью. Так захотелось кинуться ей на шею и закричать, Юлечка, милая моя, родная, ты жива! Но, я естественно себя сдержала, пока во всём не разберусь, ни каких нафиг эмоций, да и не в состоянии я сейчас на эти действия, меня только что застрелил из пистолета, пьяный в жопу полковник.
— Привет подруга! (зашла Юлька в коридор). Ооо, да я гляжу ты вообще вся расклеилась, давай ка быстро в кроватку, а я принесла тебе баночку мёда, малинового варенья и кое какую микстуру, сейчас я поставлю чайник и буду тебя лечить.
Она довела меня до дивана и уложив накрыла одеялом, сама же, побежала на кухню, а мне захотелось быстрее заснуть и вернуться в Москву, к Женьке, Светке, Раечке. У меня сами по себе потекли слёзы. Чёрт, да как же так, Перун, где ты, Марена, зачем ты вернула меня сюда? И эти, мёд, варенье и микстура, ведь это уже было! Как так, не ужели мне всё это приснилось? А если и приснилось, то значит как раз в эту ночь, с субботы на воскресенье. Хотя, какая там ночь, я почти сутки проспала. Нееет, всё равно надо разобраться.
— Ты чего это нюни то распустила. (присела пере до мной подруга). А ну, давай ка мы вытрем тебе глазки и носик.
— Спасибо Юль, не надо. Ты лучше скажи, какое сегодня число и год?
— Ты чего Оль! (удивилась та). Шестое мая, восемьдесят четвёртого года, воскресенье. ты чего, забыла что ли?
— Ага! (Согласилась я).
А сама вспомнила. Да, всё правильно, на первомайской демонстрации я простыла и вот, до сих пор болею, а Юлька должна утонуть во вторник восьмого мая, эту дату я ни когда не забуду.
— Юль. (опять спросила я). А кто у нас сейчас генеральный секретарь ЦК КПСС?
— Как кто, Горбачёв конечно же. Ты чего Оль, вообще ни чего не помнишь, может тебе скорую вызвать?
— Нет Юль, не надо. Давай свой чай с вареньем, а то я сейчас засну. (соврала я). Так как хотелось побыть одной и всё как надо обдумать.
— Да, я сейчас. (рванула она на кухню).
А я опять задумалась. Всё правильно, значит это всё мне приснилось, там после Брежнева встал Романов, а у нас так и был, этот самый Горбачёв. Я кое как встала с кровати и подошла к телефону, набрала номер квартиры родителей.
— Ало! (раздался на том конце, такой знакомый и родной голос моей мамы).
— Привет мам. (прохрипела я). Ты случайно не знаешь как там бабуля поживает, её выписали из больницы?
— Дочь! (удивилась та). Ты чего, из какой больницы её выписать должны, она здорова как не знаю кто, носится по стрельне как угорелая.
— Мам. (решила я ещё раз перепровериться). А ты случайно не знаешь такую, Надежду Константиновну Барыкину?
— Нет дочь, из Надежд Константиновн, я знаю только Крупскую, а чего это на тебя нашло, с чего такие вопросы?
— Да нет мам, ни чего, к стати, как там Рик?
— Да нормально твой сорванец, вон, дала ему старый тапок, лежит и грызёт.
— Спасибо мам, до свидания. (положила я трубку).
Кое как добралась до дивана и опять легла, а тут и Юлька с кухни принесла табурет, на котором стояла кружка парящего чая и банка с вареньем.
— Вот Оль, выпей чайку и эту микстурку, она хоть и противная, но действенная, а я пожалуй побегу, у меня же муж с рейса приехал, надо ему внимание уделить.
— Хорошо. (согласилась я). Спасибо Юлечка, если будет возможность, то заскочи завтра после школы.
— Конечно заскочу. (улыбнулась она). Могла бы и не просить, всё, давай выздоравливай, а я помчалась.
Подруга ушла, а я стала пить чай с вареньем и думать. Что же это всё таки было, сон, или меня опять закинуло в своё тело. Нет, наверное всё таки сон, там я не знала ни какого Горбачёва, а ведь на самом деле он был в моём мире, да и Брежнев скончался в восемьдесят втором году, а ни как во сне, в восемьдесят четвёртом. А какой же он всё таки был прекрасным мой сон, там я знала столько разных песен, которые вообще сейчас не помню, там я была и дворянкой и княжной, а потом вообще парнем. А может у меня от высокой температуры был бред? Но, какой же он прекрасным был этот бред и как мне хочется опять туда вернуться.
Конец книги про Ольгу.
