крейзи секси хот

Oh we only take things slow When we drop it down, drop it down low Lemme know if you ready In 5 4 3 2 1

Let's go

В прачечной душно: кондиционер то ли сломан, то ли стар. Два вентилятора под потолком с духотой не справляются и Сонхва с отчаянием смотрит на то, как лениво вертятся их широкие лопасти под потолком. Челка липнет к потному лбу,. Сонхва вытирает лицо ладонью, до этого чуть автоматически не задрав футболку, чтобы ей утереться: детский жест, к тому же он в общественном месте, пусть сейчас кроме него и теоретически администратора тут никого нет. Администратор все это время торчит в своем кабинете. Наверное, у него там кондей работает хороший и прохладно. Сонхва силится ему не завидовать. За жарой должны прийти ливни и Сонхва умоляет себя дотерпеть. Удивительно, но дома жара никогда не казалась настолько въедливой - они много раз обсуждали это с Саном. Минги на это обычно говорит: все дело во влажности. И все, словно это все объясняет. На деле же Сонхва знает - все дело в том, что дома у них была сравнительно беззаботная жизнь. И лето даже в дни сдачи экзаменов не казалось удушающим. А сейчас он надеется, что его одежду все же удастся отстирать и будет в чем завтра идти на лекцию. Сонхва надо заменить профессора Лима, которого забрали в больницу с острым воспалением, его курс он знает плохо, не хотелось бы ударить в грязь лицом перед студентами. Честно говоря, от новости о замене он и сам разволновался так, что живот начал болеть… К счастью после грубого пробуждения посреди ночи от вони, заполнившей их квартиру, живот сам собой и прошел. - О-о-о, что за запах, блин, - слышит он за спиной сонный голос. Сонхва мог бы и не оборачиваться, но воспитание никуда не деть. - У соседей на два этажа выше прорвало канализацию. - В муниципальных домах такое случается. Правда, нас с братом чаще всего заливали водой из кухонного стояка. - Пакет из-под одежды я выбросил в мусорный бак, ничего тут не запачкал, не волнуйтесь, - поясняет Сонхва. Незнакомец ниже его. Он выглядит сонным и Сонхва думает, что он его разбудил. На вздернутом носу у администратора блестят капли пота и до Сонхва доходит, что выглядит мужчина не сонным, а разморенным - а значит никакого преимущества в прохладе у него нет, потому что и кондиционера в кабинете администрации тоже нет. Он кажется Сонхва почти ровесником и одет очень небрежно - джинсы, футболка на выпуск и линялая джинсовая безрукавка. И нигде не видать бейджика с именем. - Давайте больше ополаскивателя добавлю. У меня правда только цветочный остался. Сонхва вначале хочет возразить - он выбрал самые дешевые средства, потому что денег у них на троих в этом месяце не так, чтоб и много да и без прачечной уже пришлось купить кучу всякой моющей химии, чтобы кое-как отмыть квартиру: за это взялся Минги, потому что у него сегодня тоже был выходной. Но потом он думает, что лучше пусть их одежда пахнет цветами, чем тем, чем остался вонять выкинутый им мусорный мешок. - Честно говоря, вы у меня тут первый посетитель за два дня. Хотя обычно от народа не протолкнуться. Я уж подумал, что у всех в нашем квартале закончились грязные вещи. - Может это потому, что у вас тут душновато? - А, ну кстати, - администратор пригладил взъерошенные темно-каштановые волосы, - Но я вызвал мастера. К сожалению, срок выезда увеличился до двух дней - с этой жарой не у всех кондеи справляются. Уверен, что вы бы тоже не пришли, если б знали, что тут так душно. Сонхва деликатно решает умолчать, что он бы пришел эту в прачечную даже если в нее каждую минуту было бы молнией - просто она самая дешевая в их районе. - У меня есть ручной вентилятор, - говорит вдруг администратор и прежде, чем Сонхва успевает возразить, прибавляет: - Сейчас принесу. Он поспешно исчезает за шуршащей занавеской в кабинете и Сонхва начинает думать, что может быть их бессмысленный разговор начал его уже немного утомлять. Он знает как это - ввязываться в беседу из вежливости и не быть в состоянии из нее выйти. Только говорить с администратором ему нравится: у того необычная манера разговора и он словно куда-то торопиться, а еще у него приятный голос. Это Сонхва постарался вытравить из своей речи весь акцент, потому что преподавателю литературы не стоит говорить как только что приехавшему деревенщине из глухой провинции в столицу страны. Это начали вдалбливать ему еще в высшей школе, когда Сонхва только перебрался в Сеул, успешно сдав все тесты на поступление и получив место в общежитии. Даже дома с Саном и Минги, с которыми ему было приятно говорить легко и неформально, Сонхва старается говорить правильно - такова уж сил привычки, которую в него вбили вначале одноклассники, а потом и преподаватели на дополнительных курсах для поступающих. А еще Сонхва неожиданно думает что в старой одежде Минги, которую тот не носил со времен колледжа выглядит в сравнении с администратором очень нелепо: и белая майка, и джинсы слишком узкие и линялые, а джинсы еще и пытаются сползти ниже талии. Но выбирать ему сегодня было не из чего: от вонючего потопа не пострадали только вещи, которые Минги отложил в кладовку на вынос три года назад и успешно о них забыл. Администратор возвращается к нему с ручным вентилятором Сан Рио. Он детский, из тех, которые покупаешь когда тебе надо что-то срочно купить, а не выбираешь что купить. Он включает вентилятор с Мелоди и протягивает Сонхва. - Вот, работает хорошо. Оставьте себе. - Это лишнее, - бормочет Сонхва, но кажется, что администратор увидел то, как радостно расширились его глаза - Сонхва ничего с собой поделать не может. Слишком любит милые вещи. - И если что я не флиртую. - А хотел бы? Это соскальзывает само собой - Сонхва настолько привык к шуткам с Саном и Минги обо всем, что забывается и перескакивает на неформальное обращение. Может, из-за жары. Может, из-за нервов. А может из-за того, что ему приятно в компании этого мужчины. К тому же видит, что тот и сам украдкой рассматривает его, а Сонхва умеет определять типы внимания людей к себе и этот тот тип, от которого поджимаются пальцы на ногах. Его жизнь слишком размеренная и правильная, а последние отношения, после которых Сонхва пообещал себе никогда не вступать в отношения, были аж на втором курсе. Кампусные пары - это чудесно, но не когда ты встречаешься с парнем намного старше себя из магистратуры. - Если можно, - говорит администратор и смотрит ему прямо в глаза. Он кажется Сонхва красивым: вздернутый нос, красиво очерченные губы и дерзкая линия рта. Под широкой футболкой угадывается крепкое тело и пульс у Сонхва ускоряется, хотя он и сам ходит в зал и живет в компании двух в общем-то очень крепко сложенных парней. А еще у него татуировка на внутренней стороне плеча и пирсинг в ушах - достаточно, чтобы видеть в незнакомце бунтаря, даже если тот им не является. - Лучше поднять вентилятор. Так будет дуть в лицо и…будет не так жарко. С этими словами он берет руку Сонхва вместе с вентилятором, чтобы показать как надо. Да так становится куда прохладнее, но Сонхва кажется, что он начинает сгорать. Его тело реагирует на все происходящее настолько прямолинейно, что он даже не успевает испытать стыд. Администратор ниже его, но он тянет Сонхва за край футболки, чтобы поймать губы своими, мажет неловко в уголок рта, прежде чем наконец поцеловать и, кажется, удивляется, когда Сонхва его не отталкивает. Его глаза удивленно раскрываются, а дальше Сонхва не видит - он зажмуривается сам, потому что смотреть на человека, пока его целуешь, дурная примета. С улицы их не видно - окно закрыто жалюзи, но сердце Сонхва молотится как бешеное, потому что ему начинает казаться, что в прачечную войдет кто-угодно в любую секунду и они даже этого не услышат из-за шума стиральной машинки. Поэтому он целует администратора в ответ так быстро и агрессивно, словно отпущенное им время оборвется в любую секунду. Пальцы того обхватывают талию Сонхва, оказываются под футболкой, скользят по пояснице и это отдается такой дрожью в теле Сонхва, что ему кажется - начинается озноб и он цепляется в ответ за чужие плечи как утопающий, стонет в чужой рот, сжимает ладони на крепкой и упругой заднице, а потом администратор вжимает свои бедра в бедра Сонхва и у того перехватывает дыхание от того, что у него тоже стоит. Чужие бедра трутся о его и это невыносимо. - Минуту, пожалуйста, а то…мне надо будет стирать джинсы, - обрывает Сонхва поцелуй, но его партнеру абсолютно кажется все равно - он продолжает тереться о его пах своим и от того, как чужой твердый член проезжается по его собственному даже не смотря на то, что между ними несколько слоев одежды, внизу живота сладко и горячо тянет. - Я отдам тебе что-то из забытых вещей. - Сюда кто-то может зайти, я думаю… - Но ты не говоришь мне нет. Сонхва смотрит ему прямо в глаза, пытаясь понять: издевается тот или нет, но по тому как смотрят с поволокой на него в ответ, как румянец расцвечивает его щеки и скулы, словно у кей-поп певицы на промофото к камбэку, ясно что администратору не до издевательств. - Потому что я не хочу говорить нет. - Так значит да? Вместо ответа Сонхва его снова целует. Он старается не думать о том, что они делают, что он делает…. Его жизнь такая правильная, такая размеренная, такая скучная, что Сонхва даже не напивается: Сан пить не умеет, а Минги начинает уходить в такие философские дебри, что после хочется спать, а не куролесить. Он собирается заняться сексом с абсолютным незнакомцем, чьего имени даже не знает и это кажется Сонхва самой безумной идеей после своего желания внезапно сдать экзамены и уехать в Сеул. В кабинете они долго возятся, целуя и трогая друг друга. Разговор и переход в другую комнату дал Сонхва немного передышки, потому что ему не хотелось, чтобы все кончилось так быстро, но теперь он не понимает - что делать дальше. Тогда администратор просто сметает со своего стола бумаги и канцелярию (Сонхва радуется, что там нет кружки, а то бы потом тот наверное бы расстроился) и забирается на столешницу, чтобы тут же притянуть Сонхва к себе и на себя. От такого доверия у того перехватывает дыхание. Они снова возятся, трогая и лаская друг друга через одежду, расстегивая друг другу джинсы, и это очень нелепо и хаотично, поэтому Сонхва говорит: - Честно говоря, с мужчинами у меня не очень много такого опыта. - Я тоже не так чтобы профи в этом деле тоже, - говорит ему администратор и нервно смеется. А потом берет его ладонь и как следует облизывает. У Сонхва от этого темнеет перед глазами. То, как чужой язык старательно смачивает слюной его кожу, скользит между пальцами - все это почему-то возбуждает еще сильнее, чем чужой язык, трахающий ему рот, или твердый член, трущийся о его собственный. Сонхва сдергивает с них обоих трусы и член его невольного любовника оказывается толще и чуть длиннее его собственного, и при мысли о том каково будет взять этот член в рот, пройтись по стволу языком, лаская, как сладко будет пробовать открытую влажную головку, Сонхва заводится еще сильнее. Со своим бывшим он ненавидел оральный секс, потому что бывший всегда предпочитала трахать его рот, как ненормальный, пока Сонхва не начинал давиться и задыхаться, но может быть с кем-то, кто несколько раз спросил можно ли ему что-то сделать с его телом, все выйдет иначе. Но вместо этого (и отчасти потому что Сонхва охватывает дикое смущение, ведь администратор приподнимается на локтях и смотрит на него так, словно прекрасно знает - о чем тот думает) он обхватывает чужой член, прижимая ладонью к своему и двигает для пробы бедрами. Они стонут оба и одновременно, потому что это - чертовски горячо, и хорошо, и главное только поймать нужный им обоим ритм. Чужие пальцы вплетаются в его волосы на затылке, тянут. Сонхва закрывает глаза, вжимается лицом в шею мужчины под собой, продолжая двигать бедрами, двигаться на нем, притираться к чужому животу своим членом, чувствуя, как чужой член пачкает смазкой и кожи, и сбившуюся вверх футболку (прости, Минги) и по тому, как сжимают ему волосы все сильнее и сильнее, каким частым становится чужое дыхание понимает - все идеально… …потом они сконфуженно вытираются салфетками и не смотрят друг на друга. Сонхва знает - если посмотрит в чужие глаза и увидит отражение своего безумия в теплой темно-янтарной радужке, то отсюда не уйдет, и они не отлипнут друг от друга, пока не вытрахают друг из друга все силы и душу. Звук окончания сушки вызывает у него огромное облегчение, но уйти вот так Сонхва все равно не может. Поэтому он целует администратора в уголок рта, в щеку - потом что если поцелует в губы, то да, не уйдет, просто не сможет - прежде, чем наконец выйти в зал, чтобы забрать чистую одежду. Лекция проходит лучше, чем Сонхва рассчитывал. Студенты профессора Лима кажется боятся его больше, чем он их. Аудитория слушает каждое его слово. Все терпеливо записывают конспекты и задания к семинару на следующей неделе. Прощаются, выходя из лектория. Запах цветочного кондиционера для белья почти выветрился, хотя Минги и устроил из этого небольшую драму - Сонхва не обратил на это внимания, потому что в его голове, когда он вернулся домой из прачечной, царила абсолютная пустота. После дня в университете он бы и рад отправиться сразу домой, чтобы восстановить силы, но вместо этого Сонхва решает, что его хватит на еще один безумный поступок. Он берет два ледяных американо и добирается до прачечной. Конечно сегодня там может работать кто-то другой, но Сонхва все равно решает оставить ледяной кофе - хоть как-то облегчит пребывание в этой духотище. Только вот в прачечной прохладно. Кажется мастер все же добрался, думает Сонхва и улыбается от этой мысли, а потом смотрит в сторону рабочего стола администратора и сталкивается со знакомым удивленным взглядом. Конечно, есть чему удивляться: сегодня на Сонхва серый брючный костюм, очки, он выглядит опрятнее и не настолько размякшим, каким был вчера. И если бы Пак Сонхва считал вчерашний день своим помутнением, то не стоял бы здесь с двумя запотевшими стаканами с американо. Все еще улыбаясь, Сонхва подходит к столу и ставит на него кофе. - Я подумал, что тут будет душно, но кажется мастер до вас доехал. - Да, сегодня утром, - минутное смущение уходит из взгляда и от лукавых искорок в его карих глазах Сонхва снова чувствует себя как вчера, прежде чем они поцеловались, - я удивился… Но кофе все равно будет кстати. Спасибо, большое… - Пак Сонхва. - Ким Хонджун, - говорит он и когда Сонхва протягивает руку, чтобы пожать, Ким Хонджун неожиданно берет ее в свои ладони и неловко сжимает. - Мой рабочий день заканчивается через пять минут. Может возьмем наше айс американо и дойдем до лапшичной? Здесь прямо на углу и кофе, который они варят, просто отвратный, но свои напитки можно… Только если, конечно, у тебя нет никаких планов. - О, - говорит Сонхва, - до этого момента у меня их и не было. Ким Хонджун улыбается. Он все еще сжимает его ладонь своими и Сонхва хочется, чтобы этот момент длился и длился. Поэтому счастливо улыбается в ответ.