Фото

      Данте пробуждает от дневной дремоты звук фотовспышки. Быстрее чем он успевает открыть глаза, он понимает, что перед ним сейчас находится Пиковый Король. Как? Всё просто. Сдержанные ругательства и низкий тон голоса очевидно указывают на одного из королей тёмной масти.       — Друг мой, могу я тебе чем-то помочь? — отрываясь от своего медитативного сна, бубновый всё же открывает один глаз, надеясь, что побеспокоили его ненадолго.       — Да тут. Никак не могу разобраться с этой тупой!..       — Вспышка отключается кнопкой сбоку.       Рожки восьмёрки дёргаются и он смотрит на боковинку поддержанной камеры и видит соответственный значок на выпуклости корпуса. Цыкая он жмёт на неё ожидая какой либо реакции от аппарата и видит, что один из значков на дисплее погас. Удовлетворённо ухмыльнувшись он вновь наводит объектив камеры на бубнового, но того уже и след простыл. Посмотрев поверх дисплея, а после осмотревшись в комнате Фёдора, где он и застал философа, он увидел, как тот видимо задумался над выбором одной из книг в шкафу хозяина комнаты. Вздохнув и закатив глаза, Пик просто подошёл и навёл объектив заново. Щелчок затвора фотоаппарата и… опять ничего! Точнее, что-то было, но это не то, ведь чёртов Данте закрыл лицо книгой.       — Ты не мог бы?!. — раздражённо спрашивает Пик, отрывая глаза от дисплея, но его прерывает вполне резонный вопрос.       — А зачем?       Что ж, справедливо. Вот только объяснять это Пиковому было в падлу. Но ради дела, ради его задумки…       — Аргх, мы обговорили тот случай после Нового года и было решено попробовать сделать новый архив на фотик, что Феликс урвал в комиссионке на прошлых выходных.       — Понятно, а почему меня не позвали?       — Ты спал. К тому же все решили, что ты не будешь особо против.       — Хм, ясно. И сколько тебе нужно моих фото?       — Сколько не жалко. Хотя одной вполне хватит. Эти остолопы больше зациклены на себе.       — Оу, я так понимаю одно фото ты уже сделал.       — Так, давай не выёживайся. Тебе от этого не отвертеться.       — О чём ты?       — Мне нужно одно нормальное фото. — рожки Пика встали по стойке смирно, показывая как же восьмой к этому моменту задолбался. — Поэтому делай, что делал, но смотри в объектив и сделай рожу попроще. — Пик не кричал, но настойчиво повышал тон, желая быть услышанным и наконец получить то, за чем он сюда пришёл.       — Ох, как пожелаешь.       И Пик на удивление получил хороший кадр. Данте улыбался, прижимая книгу к груди и даже показал этот ребяческий жест мелькающие на каждой третьей фотографии в соцсетях в каких-то нулевых.       — Отлично. — Пик даже не обратил внимание на качество фото, просто обрадовался, что он уже на шаг ближе к концу этой нервотрёпки. От внутреннего ликования его отвлекла только рука лёгшая поверх камеры. — Хей, какого х…       — А что? Я просто хотел посмотреть как получилось.       — Вместе с остальными посмотришь. — Пик настойчиво потянул камеру на себя и отвернулся, проверяя не сбились ли настройки. — Если я конечно успею управиться до вечера.       — Угу, помочь?       — Хах, чем например? — Пик усмехнулся, но на деле предложение Данте его напрягло.       — Ну я могу сделать парочку твоих фотографий. На это глаза Пикового загорелись красным, а зрачок вытянулся в узкую щёлку.       — Вот ещё. Это поручили мне, а тебе даже фокус настроить будет лень.       — Тогда, я бы попробовал включить автофокус. — и пока Пик опустил глаза на фотик, Данте улыбнулся и подсказал. — Кнопка, что на две ниже вспышки.       — Всё то ты знаешь, но раз уж такой умный, то… — Пик прервался на полуслове.       — Что? — спросил Данте, хотя тут и так было ясно.       — Ничего. Я сам со всем разберусь. — и Пик ушёл, напоследок пройдя совсем близко к Данте, не случайно задев его плечом.       На это Данте только улыбнулся. Такое поведение Пикового о многом ему говорило. И не смотря на сарказм со стороны восьмого, он и правда знал больше чем показывал.

・ ・ ・

      — Нет ну это никуда не годится!       — Совершенно неприемлемо.       — К-кажется всё не так плохо.       — Не возникай мочалка.       — Вару!       — А что? Ты ведь сам с ним не согласен.       — Ну я…       — Так заткнулись все! В чём ваша проблема? — не выдержал Пик, хотя прекрасно понимал, в чём дело.       Все и в правду затихли и переглянулись, безмолвными взглядами, решая вопрос кто же раскритикует работу Пика.       — Ну-у, как бы помягче… — начал Феликс       — Проделанная тобой работа неудовлетворительна на восемьдесят девять процентов. — Куромаку же выбирать выражения не стал и сказал напрямую.       — Да, — уже смелее подхватил Феликс — Вот почему я на всех фотографиях получился размытым?       — Потому что у тебя видимо шило в том же месте на котором ты не можешь усидеть. — категорично ответил восьмой.       — А почему на этом фото у меня нос картошкой, на другом лоб широкий, а на третьем вообще двойной подбородок? — Ромео, как главная Королева Драмы, говорил об надуманных им проблемах как о настоящей трагедии.       — Потому что ты так выглядишь. — развёл руками Пик довольно ухмыляясь.       — Ха, смешно. Но у меня тоже вопрос, — Вару выхватил фотик из рук Куро и пролистав в самое начало развернул дисплей к лицу виновника указывая на недостатки. — Что с моими фотографиями.       — Хм, не вижу никаких проблем.       — Ты чё угораешь?! На каждой моё лицо закрыто твоим пальцем. — Поверь мне так даже лучше. — ухмылка Пика стала ещё шире. — К тому же половина твоего лица всегда скрыта этими дурацкими очками. Так что, скажи на милость, в чём проблема?       На это у Вару так и не нашлось достойного ответа и он закрыл рот, так и не сказав ничего. Просто продолжая листать фотографии на фотоаппарате.       — А почему лица Зонтика никогда не видно? — спросил Фелик, понимая, что Трёфовый вряд ли заступится за себя в подобных вещах.       — Фотобоязнь. — улыбка уже сошла с лица Пика и теперь он просто угрюмо смотрел на столпившихся перед ним собратьев.       — Он прав. — подтвердил слова восьмого валет, не давая Феликсу возможности продолжать этот спор, в котором он изначально не видел смысла.       — Ну а…       — Куромаку сам сказал, чтобы я не отвлекал его от его дел, а Габриэль как всегда как сквозь землю провалился. — опережая вопрос об отсутствии старших клонов сказал Пик. — Так что проблема не во мне.       Повисла пауза которую прервал смешок пикового вальта.       — А может ты просто недостаточно старался?       — Что ты имеешь ввиду? — Пик уже расслабившийся от того, что этот цирк наконец-то подошёл к концу, вновь ощетинился направив взгляд горящих глаз на Вару.       — Ну вот смотри, — Вару указал на единственное фото Данте, о которой никто и не вспомнил. — Можешь же, когда хочешь.       Пик напрягся. Фото и вправду получилось хорошим. Даже отличным, на фоне всех остальных фотографий которые Пик, если честно делал на отвали. Но это фото тоже входило в их число, так что всё честно. Или же нет?       — Ну-у, оно и правду выглядит лучше остальных. — выносит вердикт Куро       — Да, и оно не размыто. — делает замечание Феликс       — И Данте выглядит совершенно естественно. — хнычет Ромео, на что Пик уверен не ему одному хочется закатить глаза.       — Да… и перспектива, и свет, и фокус, всё в полном порядке. — робко, но всё же больше радостно, в своей особенной манере, произносит Зонтик. Конечно же он просто хочет похвалить Пика, но тот ощущает это как удар в спину.       — Хах, сразу видно. Что все остальные ты делал на отъебись!       — Заткнись, это просто удачный кадр. Единственный. — настаивает на случайности происходящего Пик.       — А вот если бы ты последовал моему совету и изучил теорию. — Куромаку с нечитаемым выражением поправил очки, но явно не, чтобы лучше видеть собеседника, а для того, чтобы лучше выглядеть самому — То удачных кадров было бы больше.       — Да стало бы мне что-то понятно из твоих занудных записей?! И вообще, этот придурок, не прятался от камеры, стоял на месте и в отличии от некоторых выделил минуту своего «драгоценного времени» для того чтобы сделать одно галимое фото!       Всё снова замолчали и уставились в пол. Первым эту неловкую паузу нарушил Зонтик.       — Думаю, нам следует дать Пику второй шанс. — Пик от его слов напрягся. — А так же дать ему больше времени и проявить внимание и уважение к его задаче. — восьмой одними глазами приказал валету замолчать, но видимо его невербальные сигналы до головы Зонтика так и не дошли — А значит выделить время и сделать как Пик считает нужным чтобы помочь ему в этом.       Все согласно закивали, а Пик только внутренне зарычал. У него были причины для того, чтобы испортить эту фотосессию. Было и оправдание для того, чтобы от него с этой просьбой как и с этой затеей отстали. Но теперь. Ему придётся не только делать всё заново, но и сделать хорошо, ведь вторую попытку свалить вину на них они не примут.       «Достало. Ну ничего в конечном итоге я по прежднему могу контролировать ситуацию» понял он и выхватив камеру из рук Вару. Направившись в ванную, чтобы немного подумать и побыть в тишине.       Но к своему удивлению наткнулся на Данте. Видимо, умывавшимся перед сном? Неважно, решил Пик, и навёл объектив на виновника его провала. Поймав момент, когда тот собирался поднимать голову, чтобы сделать нелепый снимок на память, где он жмуриться от воды в глазах и его волосы растрёпаны от сырости.       Щелчок, и… чёрт…       Пик в неверии смотрел на дисплей и задумчиво прикусил губу. Глаза Данте были открыты и он внимательно смотрел на себя, с довольно равнодушным видом. Но в этом сквозила какая-то особая уверенность в том, что всё так как и должно быть. Всё остальное лицо было в порядке, не покрасневшая кожа, как у Ромео после его процедур, растрепавшиеся волосы выглядели неряшливо, но на Пиковский довольно скромный взгляд, даже очаровательно, вода же стекающая с чужого лица, придавала этому самому лицу лёгкий блеск. И в целом вся картинка выглядела пойманной в моменте и от того живой. Но красивой ли? Пик считал что да.       Свет в ванной над его головой что-то заслонило и он поднял её. Данте стоял над ним и выглядел как отражение в зеркале на фотографии. Те же самые красные пряди волос со лба спадающие на лицо под тяжестью воды, те же капли влаги ещё ярче блестевшие на свету, если конечно не успели сорваться с линии подбородка или стечь по шее вниз к ключицам. И конечно же, те самые глаза смотрящие на него с холодной уверенностью.       — Тебе чего?       — Хм, знаешь просто хотел узнать как получилось.       — Хреново получилось. Лучше это удалить. — огрызнулся Пик       — Ох, ну я верю, что ты сделаешь много отличных снимков. — Данте мило улыбнулся, но почти сразу же понизив голос произнёс. — Только не в ванной. Всё таки фотографии — это немного личное, особенно в таких местах.       — Да что тут личного, мы видим друг друга умывающимися в ванной каждый день! — Пик не хотел признавать что краснеет, поэтому попытался сделать вид, что кровь прилила к его лицу от злости.       — Хех, ну в принципе да, но… — Данте склонился ещё ближе и его взгляд, как-то незаметно изменился. — Есть такие вещи которые, я пока не готов показывать. — это было странно. В том смысле, что теперь Данте не выглядел так же безобидно и, привычно, как в начале этого разговора. Сейчас он выглядел предостерегающие и даже слегка опасно, пока снова не выпрямился и не прикрыл свои красные глаза. — В частности тебе.       Голос его стал как прежде мягким и Пик неожиданно для себя понял, что задержал дыхание на эти секунды. Данте прошёл мимо всё так же мило улыбаясь, на последок положив руку на плечо Короля и пожелав ему «спокойной ночи»

・ ・ ・

      За эти пару дней Пик всерьёз решил, что он проклят. И нет дело не в том, что у него не клеилось с выполнением его задачи или сам процесс вызывал в нём раздражение, напротив он находил это занятие довольно медитативным. Поначалу кадры были неудачными, но как обычно, всё приходит с практикой. Ловить моменты в которых была видна жизнь его собратьев, было довольно увлекательно. Особенно небольшая коллекция компромата, что медленно, но верно росла. Но вот только фото Данте не поддавались никакому объяснению. Казалось они работали по логике, что если хозяин этого не хочет, то его фото у тебя не получатся. И правда, стоило Пику навести камеру, как из окна бликовало или фото получалось размытым или вообще злосчастная батарея садилась в самый неподходящий момент. Но хуже были удавшиеся фото. Точнее те которые Пик уже порядком подзадолбавшись, хотел сделать неудачными. Но эффект был ровно противоположный.       Фото за обедом? Данте выглядел даже мило с набитыми щеками и едой не умещающейся во рту или с этим блаженным выражением, будто заварная лапша это лучшее что он ел. Чёрт, после такого он и сам захотел есть. Фото когда он спал? Идеально, чтобы увидеть его не неготовым для фотосессии. Ага, хрен там. Этот засранец выглядел как ебучая спящая красавица, даже когда храпел. И пока он пытался сделать это фото он заметил кое-что странное. Но запечатлеть не успел так как Данте вышел из своего спящего режима и немного недоумённо смотрел на него.       — Ты чего?       — Да так… показалось… — неуверенно, что любой другой ответ звучал бы адекватно.       — Когда кажется нужно креститься. Ну или делать фото, чтобы что-то доказать. — с рассеянным видом бросил Данте.       — Ага, обязательно.       Пик отвернулся, чтобы не выдавать своё смущение с потрохами, а Данте только ухмыльнулся ему след говоря, «я не сомневаюсь»

・ ・ ・

      «Мне ведь не показалось?» Думал Пик. Но быстро пришёл к тому, что это бред. Конечно показаться ему могло всё что угодно, но у этого ведь должна была быть какая-то подоплёка, какое-то логичное объяснение, почему его разум подобно нейросети сгенерировал подобную картинку, которая так плохо ложилась на весь образ Данте. У него ведь не могли быть… Бля… Наверное он просто устал.       С этими мыслями Пик ушёл спать на давно отвоёванный диван. Но кажется эти мысли не ушли спать вместе с ним, а продолжили донимать его и во сне. Чьего содержания он не помнил, но от навязчивого ощущения, что его мучали кошмары он не смог отделаться, когда проснулся среди ночи от жажды. Решив, что лечь спать дальше, будет довольно сложно, он решил пойти освежиться.       Ванная встретила его ночным холодом, звуками капающей воды из-под крана и посапыванием Ромео из этой самой ванны. Поскольку принять душ сейчас он не мог, пришлось обойтись раковиной. Окунув голову под струи холодной воды он не услышал как скрипнула дверь. Поэтому подняв глаза на зеркало, Пик никак не ожидал увидеть за своей спиной Данте, стоящего в дверном проёме с прикрытыми глазами и почёсывающего свой живот под задравшейся майкой. И насколько Пик мог судить, довольно стройный.       — Не спиться, Пик? — неожиданно спросил Данте.       — Угу, — пробубнел восьмой, не обратив внимание на непривычное обращение.       Потянувшись за полотенцем он краем глаза увидел как Данте скривил лицо от желания зевнуть и тянется, чтобы прикрыть свой рот. Не особенно раздумывая над причиной его желания сделать это, Пик молниеносно преодолевает расстояние в два шага и перехватывает руку Данте, потянув её вниз. В чём суть, сказать было бы сложно вне контекста, но то, что увидел Пик оправдывало его опасения и смущённые неспокойные мысли.       Во рту Данте находилось по меньшей мере полный ряд, за исключением резцов, острых зубов. Не успел Пик выразить собственное удивление в довольно грубой форме, как его рот накрывает чужая горячая рука и слышится предостерегающие шипение и просьба не кричать. Затем они ещё несколько секунд смотрят друг другу в глаза, после чего Данте опускает руку. И уже собирается развернуться и уйти, но ему в догонку доносится уточняющий вопрос.       — Какого хуя?..       — Того, что пока не откусили, — холодно доносится со стороны, обычно не позволяющего себе ничего подобного философа. — Ещё вопросы? — и как не странно все вопросы после подобного отпали. Пик в неверии смотрел на стоящего к нему в пол оборота Данте, пока тот снова не улыбнулся и не посмотрел на него совершенно спокойно. — Доброй ночи, друг мой.       Вот только Пик сомневался, что вообще сможет уснуть сегодня.

・ ・ ・

      — Я же говорил ты можешь лучше.       — Очень хорошо, — робкий голос шестого всё же выдаёт в нём нотки всеобщего восторга.       — А мой подбородок до сих пор выглядит ужасно.       — Завались, ты именно так и выглядишь!       — Вару! А вообще, фотографии вышли отличными. Я даже нигде не смазан. И снимки такие «энергичные»       — П-по моему правильно будет динамичные…       — А я как сказал Зонть?       — Вышло отлично, Пик. — не поскупившись положить комплимент во всеобщую копилку, сказал Куромаку.       И Пик гордился тем, что у него всё вышло просто превосходно. Не зря он долбался с этими глупыми фото почти всю неделю.       — О! А что это за папка? — воскликнул Вару, прежде чем у Пика холодок прошёл по загривку.       — Вау, тут тоже фото. — воодушевляется Феликс, пока отвовевавший мышку у Куромаку пятый листает всё дальше.       — Ха, и похоже, что все из них с Данте. — усмехается пиковый валет и гаденько улыбается. — Что на тебя нашло?       — Я просто не смог поймать нормальный кадр с этим идиотом, поэтому сгрузил все его фото в отдельную папку, чтобы только разочароваться в нём как в модели.       — Ну тут ни один снимок не выглядит разочаровывающим. — с неуверенностью тянет Феликс.       — Да, Данте тут такой красавчик, что и непризнаешься, что в повседневной жизни он выглядит иначе.       — Он выглядит так же как и ты!.. — хмурится Пик, на вновь сделанную из воздуха проблему Ромео.       — Но у тут такой красивый. И лицо…       — Обычное лицо, у ещё восьмерых человек в этом доме точно такое же, по твоей логике, тут только ты им не вышел.       Все замолчали, пока Феликс не разбил тишину мыслью, которую кажется разделяли все:       — Прости Пик, но ты и правда как будто бы больше старался над этими фото.       Пику показалось, что у него начал дёргаться глаз, но он держал себя в руках:       — Да нихуя подобного. — прорычалв сторону своих собратьев Пик, но быстро взял себя в руки и выдохнул, прежде чем сказать. — Я только оставил немногие из удачных фото. И только из тех, что успел сделать. Херову тучу из них всё равно пришлось удалить.       — Какая… избирательность. — нужно ли говорить, что Куромаку ничуть не облегчал ситуацию?       И пока Пик думал, как же это всё его заебало. В комнату Фёдора ввалился сам виновник его очередного провала, как его уже успел окрестить в своей голове Пик.       — Доброе утро.       — Уже вечер — констатировал Куромаку.       — Возможно, но время так относительно — улыбаясь протянул Данте переделав уже известную остальным именно от него цитату.       «И ведь не понятно спорит он или нет» С раздражением подумал Пик, понимая, что третий стал его бесить уже своими повседневными действиями.       — Кстати Данте, — протянул Ромео с видом, с которым хотят что-то попросить. — Не подскажешь секрет твоей фотогеничности?       — Красота в глазах смотрящего. — протянул очередную цитату Данте, со свойственным ему видом просвещённого. Прежде чем плюхнуться в объятья кровати Фёдора.       Все вздохнули, а Ромео задумался. Но не успел он задать свой вопрос, как его опередили:       — Но смотрящим была камера, в которую смотрел Пик. Получается Пик видит Данте красивым?       — Оу, а это интересная мысль. — Ромео по кошачьи улыбнулся. — Походу камера тебя любит Дань. — что ж, опасений Пика он не оправдал.       — Ха! Скорее это Пик втюрился в нашего слегка-философа! — но для этого всегда есть его валет.       — Вару! Если Пик находит Данте более подходящей моделью, то это его дело.       — Сфотографируй меня как одну из своих Француженок. — протянул тролль уже приготовившись убегать. Но попал в руки разгневанного Ромео. — Ей Розочка, пусти меня!       — Не раньше, чем ты извиниться перед классикой.       — Чего?       — Ромео держи его!       Послышался визг, то ли Вару, то ли Зонтика, Пику было всё равно. К тому моменту он уже вышел из комнаты. И отправился на балкон. Погода стояла пасмурная для лета, и довольно прохладная, но ведь дело уже шло к ночи. Не очень заморачиваясь мыслями о погоде, Пик потянулся к своей заначке, но его остановил скрип балконной двери.       — Не помешал? — спросил вошедший как оказалось Данте.       Пик только выдохнул, и как бы ему не хотелось сказать обратное, он только бросил:       — Нет. — он знал, что его ответ ничего не изменит.       — Мне уйти? — спросил философ.       Пик оглянулся и приподнял бровь, и против своих же ожиданий пробубнил:       — Нет… — и повернулся обратно.       Данте закрыл дверь, перед этим задёрнув одну из штор, что навремя прикрыла их от света на кухне, и чужих глаз. Но Пик особо не смотрел. Он думал над тем, что постоянно забывает, что пусть они клоны, но отнюдь не идентичны. И если так подумать Данте всегда оставался тем, кто уважал его личное пространство.       — Я хотел извиниться.       А вот и ещё одно отличие.       — Хех, и за что же конкретно?       Пик знал, что злоупотреблять извинениями почти единственного, из его собратьев кто с готовностью признает, что был неправ и накосячил, плохо. Но вся эта ситуация настолько сильно засела у него в печёнках, что не позлорадствовать было бы верхом неуважения к себе.       — За то, что совратил тебя.       — Чего?! — Пик даже оторопел, открыв рот и смотря на пристроившегося сбоку от него на балконной ограде Данте.       Тот спокойно улыбался и кажется наслаждался ситуацией, так же как и Пик надеялся насладиться чужой неловкостью.       — Да. За то, что так бесстыже тебя заинтересовал. — он приоткрыл глаза и смотрел во дворы, хотя Пик был уверен он видел его лицо так же ясно как и дерево перед балконом. — Ведь ты фотографировал меня везде. И пока я спал, и когда ел, когда был в ванной и в то время, когда точно этого не хотел. — он повернулся и посмотрел на него исподлобья, склонив голову. Будто такой ракурс помог бы ему сразу же увидеть и осмыслить невнятный ответ который Пик пытается придумать на протяжении всей этой короткой речи. — А так делают либо папарацци либо извращенцы. — и конечно же у Данте был припасён для неё совершенно обезоруживающей конец.       Пик хотел взорваться на месте от подобного. От гнева и безысходности. Вот только, ему в самом деле было стыдно за то, что это было правдой. Ведь он так хотел поймать неудачный кадр с этим гадом, что он чуть ли не в рот ему смотрел. Или всё же посмотрел? Ну нет! У него была причина! Он ведь просто… просто…       — Просто мне было завидно… — продолжил свою мысль Пик. — Ты либо получается на фотографии идеально, либо не получаешься вообще. И у тебя есть эта аура загадочности, при которой ты как будто запрещаешь фотографировать себя. В отличии от меня который на фото совершенно не выходит, а сделать с этим ничего не может…       Секунда молчания. Минута. И…       — На самом деле я тоже должен извиниться за подобное. И за то что невольно стал причиной шума в доме.       И если второе Пику было совершенно понятно, и злиться за то, что с Данте произошло в первые он не мог. То что чёрт его за ногу было в начале?!       — Объяснись       Данте замер, в самом деле перестал двигаться и в момент просто выдохнул, вжав голову в плечи и как-то сразу став меньше ростом. После он, будто бы по привычке протянул руку к куче хлама на балконе и выудил от туда пачку сигарет. Его пачку. И ладно бы только это. Он наклонился, свесившись с ограды, которая натужно скрипела, под чужим весом и со звуком отдираеммого скотча, который Пик сам каждый раз переклеивал, оторвал и выудил зажигалку, которую он однажды приволок домой, выменявши у кого-то со двора. И тут Пику стало кое что ясно.       — Так ты следишь за мной?! — возмутился Пик       — Я просто подмечаю некоторые моменты.       — Моменты связанные со мной.       — Хех, это скорее моменты связанные с чем-то прекрасным.       — Что?       Но вместо ответа, Данте просто выбил сигарету из пачки, так как даже у Пика не получалось и чиркнув зажигалкой, поджёг её, зажав в губах. После чего выудил из кармана его нелепых красных шорт телефон и насколько мог видеть Пик зашёл в галерею. Пролистав до какого-то момента он зашёл в один из альбомов.       — Хех, эта — он указал на тёмный квадрат показывающий вид из окна кухни, в котором стоял Пик, судя по силуэту, который можно было различить, только по приглушённому свету в спину. — одна из моих любимых. С неё всё и началось.       Если смотреть подробнее, то на ней Пик стоял и курил. К небу поднималась струйка дыма и тянулась, пока не рассеивалась подхваченная вечерним ветром. И так и не ответив на возникшие у Пика вопросы просто перелистнул.       На следующей, Пик находился в кресле и прикрыв глаза, нет не спал, а просто задумался, скрестив руки на груди. В гордом одиночестве планируя как проведёт этот день. Дальше было фото как он ест, судя по всему что-то очень острое, так как на лице его был румянец, лёгкая улыбка на приоткрытом рте и прикрытые от удовольствия глаза. Ещё фото как он стоит на улице в своей фирменной кожанке и присев на кортах, гладит кошку, что трётся у его ног. И так далее, где он просто смотрит в окно, поправляет волосы, выполняет домашнюю рутину или просто смешно топорщит свои ушки рога.       О’кей, это было странно, но по крайней мере появился ещё один повод пристыдить этого недо-философа.       — Папарацци или извращенец, — отрываясь от экрана, проговорил Пик, обращаясь к Данте. — Так к кому относишься т-?..       Ответ пришёл сам собой, когда Пик увидел, что тот прикусив фалангу указательного пальца с интересом рассматривает те же фотографии что и Пик, но при этом определённо краснеет.       — Ну нет…       — Что тебя так удивляет? — спрашивает Данте, наконец оторвавшись от своего занятия, и выдохнув во всё ещё морозный воздух облачко дыма, вернул своё внимание в сторону Пика. Его эта ситуация никак не смущала.       — Ну во-первых, откуда у тебя телефон? — Пик решил, что с чужими замашками, он как нибудь смирится.       — Взял в столе у Фёдора. Это его старый, и по всей видимости не рабочий, который а почистил, отфарматировал и сменил симку. — затянувшись ещё одной короткой затяжкой, Данте закончил своё пояснение. — Симка без регистрации, куплена в переходе метро.       — Ага, — пока что вопросов стало немного больше. Но на некоторые Пик мог ответить и сам. Но всё же. — А зачем тебе телефон?       — Интернет. — на этот раз коротко выдал Данте, нахмурившись и скрыв рукой с сигаретой между пальцев свои губы. Но увидев, что с Пиком подобный «лаконичный» ответ не сработал, он опустил руку на ограждение балкона и как будто перестав сдерживать себя от ответа начал свой рассказ. — Поиск аудиокниг, медиа, музыки… для чего ещё используют вычислительные функции современных технологий, кроме как «не быть оторванными от мира»?       — Фото? — ненавязчиво предположил Пик.       — И это тоже, — согласился Данте. — но я не пользовался этим довольно долгое время, потому как не видел смысла. Максимум я делал скриншоты со страниц некоторых книг, чтобы потом перенести их в заметки.       — И что же изменилось?       Данте выпустил в воздух последнюю струйку дыма и потушив бычок о стену, отправил его в полёт двумя пальцами. После чего задумчиво сказал.       — Как я уже и сказал, «Красота в глазах смотрящего», и как очень метко подметил Габриэль, «Не камера любит человека, а фотограф боготворит свою модель» — но увидев взгляд со стороны, Данте усмехнулся и добавил. — Ну или одна из сторон работает как профессионал. Но знаешь, я не думал об этом, когда впервые наводил на тебя объектив. — взяв недавно отложенную пачку, Данте снова выбил из неё сигарету и подцепив её губами жестом предложил Пику, что так же молча взял её. — Я просто хотел запечатлеть момент, который мне показался прекрасным. — сделал заключение Данте, поджигая конец своей сигареты.       — Хех, вседующий раз когда будет казаться всякая чушь, то лучше крестись. — равнодушно выдал Пик, указывая на область своих губ, прося прикурить.       — Обязательно. — Данте улыбается, от чего его сигарету повело в сторону и поправив её он взял Пика за плечо другой рукой, приблизил в себе почти-что лоб в лоб. Задержав так, даже успев переместить свою руку на чужую шею. — Но только потому… что снова увижу в этом икону. — Сказал он продолжая держать свою сигарету, достаточно ровно, смотря как занимается пламя... на чужой сигарете.       Когда он закончил говорить, на против его лица горело две вещи. Пиковы щёки и сигарета, что воспылала в следствии этого странного подобия поцелуя.