Приятный сюрприз

Сгорбившись за рабочим столом, Нова вчитывалась в очередную книгу, прекрасно осознавая, что и в ней не найдёт никакой подсказки, но все равно упорно продиралась сквозь художественный вымысел в поисках полезной информации. Даже сотрудничество с Ирэн не приблизило союз к разгадке, кто мог украсть кинжал, и вот уже который день Нова пыталась распутать этот клубок и найти ту самую ниточку, что приведёт их к ответам. Рядом с ней свернулся в своей анимофрной сути Оникс, давно бросив попытки что-то найти в книгах. Со словами, что он тут Нове не помощник, парень сменил форму и улегся рядом, подставляясь под поглаживания фидельяра, мурлыкая и изредка лениво виляя хвостом. Запустив руку в его гладкую тёмную шерсть, Нова почесала Оникса за ушком и устало вздохнула. За окнами Барселона медленно погружалась в сумерки, небо алело последними закатными лучами солнца, словно говоря людям, что очередной день подходит к концу. Дул лёгкий тёплый ветерок, развевая тюль со шторами и впуская в комнату многочисленные запахи города. Нова оторвалась от страниц и, глядя в окно, в очередной раз грустно вздохнула и поджала губы. Который день они торчат тут и бегают в поисках подсказок, кто бы знал, как ей это все опостылело. Она пыталась отогнать от себя подобные мысли, но они все чаще стали посещать её голову. Сейчас она бы предпочла провести время с мужем, а не тратить его так бессмысленно. Ренато... Как же она по нему скучала. Всю эту неделю, что они здесь, она лишь созванивалась с ним, слыша, как в его голосе все больше и больше росла тоска. И это было отражением её самой. Веспер наотрез отказалась отпустить её хотя бы на ночь, все больше настаивая продолжать поиски разгадки ещё усерднее, не понимая, что лишь умеряла пыл ловчей. Волна раздражения все чаще поднималась в душе девушки, и ей постоянно приходилось прикусывать язык, чтобы не сказать что-то хлесткое тем несчастным, что подвернутся ей под горячую руку. А Веспер было все равно. Она будто сошла с ума, словно борзая, учуявшая след, она, не жалея ни себя, ни их, взяла курс к своей желанной добыче. Закусив губу в раздумьях, Нова представила, как в очередной раз позвонит мужу, будет до последнего задавать самые дурацкие вопросы, лишь бы подольше слышать его мягкий баритон и не класть трубку, а после снова ляжет в холодную постель, мечтая оказаться совсем в другом месте. От такой перспективы, внутри все сжалось, а в сердце впились раздирающие её когти тоски и обиды. Или она могла бы наплевать на запреты Веспер и пойти ночевать к мужу. Обнимать его во сне, прижиматься к нему, а ещё лучше любить его. Как она же он был ей нужен... Её пальцы никогда не сравнятся с теми ощущениями, что дарит ей Ренато. С тем, что делают с ней его губы, руки и та часть его, которую она жаждала больше всего. Но ещё сильнее ей просто хотелось его увидеть, посмотреть в его добрые глаза, вдохнуть родной запах и оказаться в тёплых крепких объятиях. Она бы могла любоваться его копной чуть потемневших от проклятия, но все ещё светлых волос, смотреть в его медово-каштановые глаза, которые говорили о любви без всяких слов, могла бы заново пересчитать все его веснушки и ловить солнечных зайчиков на его коже утром, обвести пальцами черты его красивого лица и поймать своими губами его губы, заново пробуя их на вкус. Конечно, по возвращении её бы ждали длительные нотации от Веспер, но это такая мелочь по сравнению с возможностью провести время с любимым. Или она могла как хорошая девочка позвонить сейчас мужу, поговорить ним о прошедшем дне и лечь спать в одиночестве, а с утра пораньше опять приняться за работу, чтобы заслужить одобрение остальных. Но только вот она уже давно не девочка, и точно не хорошая. Послать что ли нахрен всех и смыться? Ну кто и что ей сделает, она же старается для их дела больше всех, она заслуживает одного вечера на свободе. Ренато и нотации или одиночество и одобрение союза. Одобрение или Ренато. Выбор даже не стоит. Решительно выдохнув и захлопнув книгу, отчего Оникс вздрогнул и поднял на неё вопрошающий взгляд, Нова поднялась из-за стола. — Думаю, на сегодня нам хватит, пора отдыхать, — извиняясь произнесла ловчая, в последний раз почесав фамильяра за ушком. Оникс лишь понятливо мурлыкнул и бодро зашевелил лапами в сторону двери. Проводив его взглядом, она собралась с духом и направилась в свою комнату. Нова положила телефон на тумбочку, решив не звонить мужу, а сделать ему сюрприз. Направившись в душ, она включила горячую воду, подставляя затекшие мышцы от долгой сидячей работы. Ведьма взяла в руки любимый шампунь и выдавила его на ладонь, а потом начала намыливать волосы, мягко массируя кожу головы. В душевой кабине распространился нежный ягодный аромат. Тихо напевая, Нова позволила себе на минутку выдохнуть и расслабиться, забыв о проблемах и о будущем, что тревожили её с каждым днем все больше своей неизвестностью . Девушка закончила со всеми процедурами и, промокнув волосы, завернулась в пушистое полотенце. Шлепая мокрыми босыми ногами к шкафу, ловчая раздумывала, что же ей надеть на воссоединение с любимым. Что-то игривое или ненавязчивое. Или отбросить все намёки и одеться смело. Учитывая, насколько сильно Нове был нужен её муж, она выбрала последнее. А что может быть смелее, чем ничего. Кроме нового комплекта кружевного белья, которым покрасоваться перед Ренато она пока не успела. Чёрное из тончайшего шелка, полупрозрачное и невесомое. С цветочной вышивкой, прикрывающей лишь самые интересные места, выгодно обхватывая все её изгибы, оставляя лишь немного места для фантазии. Оно ничего и не скрывает, лишь подчёркивает то, что дано природой. Но ей и не нужно ничего скрывать. Она в тайне надеется, что наденет этот комплект, чтобы Ренато быстро его с неё снял. Надев его, Нова чувствует, как оно мягко прилегает, а чёрный цвет выгодно оттеняет её кремовый оттенок кожи. Ловчая вертится перед зеркалом, проверяя, как оно сидит, и едва сдерживает свист. Сейчас даже она сама себя хочет. Но хорошо бы её захотел Ренато. Хотя он её и в пижаме бы захотел, но все же после таких тяжёлых дней, проведённых в разлуке, она считала, что они оба заслужили возможность расслабиться и побыть, наконец, молодожёнами, познавая друг друга все больше и больше. Думая над макияжем, Нова зацепилась взглядом за любимую красную помаду винного оттенка на туалетом столике. Хитро ухмыльнувшись, она представила, как размажет её поцелуями по телу Ренато и тяжело сглотнула, почувствовав, как внизу живота сладко потянуло от одной лишь мысли. Закончив с макияжем и завив кудри, ведьма отстранилась и ещё раз придирчиво оценила плоды своих трудов. Довольно кивнув, ловчая обулась в выбранные ранее чёрные лодочки, которые будет удобно быстро скинуть, и накинула пальто, застегнувшись на все пуговицы и завязав пояс. Ещё раз посмотрела в свое отражение и проверила, что ничего лишнего не видно, и она выглядит прилично, Нова повесила сумочку на плечо и вышла из своей комнаты, направляясь на поиски того, кто поможет ей улизнуть. Она могла бы попросить Шена, тот бы поворчал, но помог, но не хотела заставлять его выбирать между их дружбой и его верностью Веспер, и уж тем более не желала подставлять под гнев женщины, когда та узнает, что Шен помог ей уйти, наплевав на приказ. Но был и ещё кое-кто, кого мало интересовали желания и приказы Веспер, и кому та ничего сделать не сможет. Зайдя в общую комнату, Нова увидела того, о ком думала. Оглядевшись, она убедилась, что все разошлись по своим комнатам, и подошла к мужчине. Люсьен сначала удивлённо поднял голову на стук её каблуков, а после, подобно опытному интригану, хитро и понятливо улыбнулся. — Добрый вечер, Нова. Полагаю, Вы хотели меня о чем-то попросить? — Люсьен, добрый вечер, — Нова вежливо поздоровалась, стараясь сохранить достоинство и не показывать своего нетерпения. — Вы правы, я бы хотела попросить Вас об одной услуге. Мужчина продолжал улыбаться и вопрошающе смотрел на неё. Подняв бровь, он поинтересовался: — Что-то мне подсказывает, что это связано с тем, что Вы в верхней одежде. Желаете выйти отсюда? Нова повела плечами, сбрасывая напряжение и, сдерживая раздражение от чужого веселья, спокойно ответила: — Вы сегодня очень проницательны, Люсьен. Да, желаю. Немного забавляясь, вампир заинтересовано склонил голову на бок. — А как же запрет Веспер на то, чтобы кто-то покидал гнездо? Она Вам разрешила? Усмехнувшись, Нова растянула губы в ироничной улыбке и смело встретила взгляд собеседника. — Нет, но, как говорил мне один мудрый мужчина, я уже взрослая женщина и способна сама принимать решения. И я решила, что хочу выйти сегодня. Последовала недолгая пауза, во время которой мужчина снова осмотрел её, будто увидев впервые. — Я уже это говорил, но скажу ещё раз. Вы полны сюрпризов, Нова, — Люсьен одобрительно улыбнулся и встал с дивана. — Что ж, это был явно кто-то мудрый, к таким советам стоит прислушиваться. Куда желаете, чтобы я Вас доставил? В квартиру к Ренато? Немного подумав, Нова вдруг захотела сделать для мужа романтический ужин и отрицательно покачала головой. — Нет, не в квартиру, но где-то поблизости, я бы хотела сначала зайти в магазин. Понятливо кивнув, мужчина подошёл к ловчей и, взяв за руку, утащил её по теням. Они перенеслись в безлюдный угол одной из улиц Барселоны. Шум города здесь был несколько тише, но в воздухе витали ароматы спелых фруктов, бензина и выпечки из пекарни где-то неподалёку. До квартиры Ренато пару минут пешком, сгорая от нетерпения и ожидания, что вот совсем скоро она увидит мужа, Нова напомнила себе, что хотела сначала зайти за продуктами. Тут Люсьен деликатно прочистил горло, напомнив о себе, отчего ловчая вздрогнула. — Полагаю, дальше Вы справитесь сами, Нова. Веселитесь, — мужчина лукаво улыбнулся напоследок и также тихо исчез в тенях. Она ещё раз оглядела закоулок, где стояла, достала из сумочки темные очки для маскировки и, надев их, вышла на шум города. Вокруг пестрели витрины и вывески. Время близилось к ночи, но люди и не думали расходиться по домам. То тут, то там гуляли компании друзей, порой мимо степенно шествовали пожилые пары или, держась за руки, проходили влюбленные. Внутри Новы на секунду подняла голову зависть. Как бы она хотела сейчас быть здесь с Ренато. Радостно и не скрываясь прогуливаться с ним по этим мощеным улицам, смотреть достопримечательности и рассказывать мужу все, что знает о них. Возлюбленный бы внимательно её слушал, даже если все это знал. Порой он бы добавлял свои комментарии или рассказывал интересные факты. Нова бы притворно возмущалась его осведомленности, но быстро бы растаяла, стоило бы Ренато крепко обнять её и утянуть в нежный поцелуй. Потом она бы потащила его за мороженым, они бы взяли разное, но обязательно бы стали шуточно бороться, чтобы попробовать друг у друга, вымазались бы и снова нашли губы друг друга, пробуя вкус холодной сладости на языках. Город продолжал жить своей жизнью, не взирая на внутренние муки и метания Новы, люди все так же сновали большим потоком, оттеснив ловчую к стене. Ведьма вздохнула и пообещала себе, что настанет тот день, когда она воплотит свою мечту в жизнь, и не будет носить эти линзы, скрывать клеймо, будет свободна. Они с Ренато будут одной из тех самых невыносимых пар, что не могут отлипнуть друг от друга. Нова будет обнимать его, без тени сомнений вложит свою руку в его протянутую ладонь и пойдёт за ним туда, куда он её поведет. Не потому, что должна, а потому что хочет. И знает, что любимый никогда её не подведёт. Тягостно вдохнув, она влилась в поток и дошла до ближайшего магазина. Зайдя внутрь, ловчая почувствовала, как работающий кондиционер приятно холодил кожу даже сквозь ее лёгкое пальто. Нова взяла корзину для продуктов и пошла вдоль рядов, мысленно думая, что она хочет купить. Положив в корзину свежую чиабатту, Нова направилась за овощами, уложив помидоры, листья салата и огурцы, девушка пошла за сыром и по пути положила спагетти. Вспомнив свое испытание в нигиллите, Нова усмехнулась и положила пармезан, взяв и другую сырную тарелку ассорти. Побывав в мясом отделе, корзина Новы отяжелела ещё больше, но ловчая упорно шла в отдел с фруктами, взяв немного апельсинов, яблок и винограда, не прошла и мимо клубники. Найдя орехи и мед, Нова направилась за вином. Перекладывая уже ставшую тяжёлой корзину с продуктами из одной руки в другую, Нова ходила, рассматривая представленные вина, и не могла определиться. В итоге, рассудив, выбрала Amarone della Valpolicella. Хоть и сухое, но имело приятные ноты разных вкусов и прекрасно подходило к мясу. Двигаясь в сторону кассы, Нова остановилась у отдела со сладким. Завернув в него, ловчая, шкодливо улыбнувшись, положила в корзину тех кислых мишек, от которых она сама скукурузила ту ещё морду лица, но Ренато от них в восторге. Покидав в переполненную корзину шоколад, её любимые бискотти, не смогла пройти и мимо классического мигелитос. Тяжело выдохнув от своей ноши, Нова целеустремлённо направилась к кассе, больше не останавливаясь. На кассе на сносном английском её обслужила милая испанка, нахваливая её выбор и спрашивая ее, какая жизнь Италии. — Прошу прощения? — Нова напряжённо уточнила, уже мысленно опасаясь, не засветилась ли её фотография и здесь. Но улыбчивая девушка лишь пожала плечами и указала на её покупки, которые Нова шустро складывала в пакеты. — Вы выбрали чиабатту, итальянское вино, пармезан и бискотти. У нас такую комбинацию не так часто берут, вот я и предположила. Прошу прощения, если задела и лезу не в свое дело. Нова внутренне облегченно выдохнула, но все ещё оставалась начеку. — Нет-нет, все в порядке, — ловчая успокаивающе улыбнулась, протягивая девушке купюры, чтобы оплатить покупки. — Там очень красиво, богатая история, прекрасная архитектура и приятный климат. Советую побывать, если никогда не были. Тепло распрощавшись с девушкой, Нова убрала очки обратно в сумку и быстро направилась в сторону квартиры, где остановился Ренато. Чувствуя, как тяжёлые пакеты тянут руки вниз, а мышцы начинают ныть, ловчая уговаривала себя, что осталось совсем немного и это все ради их свидания. "Сейчас тяжело, но зато потом будет приятно", — мысленно успокаивала себя Нова. Девушка вошла в дом, прошла по коридору и нашла заветную дверь. Так как руки были заняты, то стучаться пришлось ногой. Когда спустя минуту никто не открыл, Нова начала переживать. Вот она, глупая, сюрприз хотела устроить, а если Ренато уже спит. Он и так с трудом урывает несколько часов сна, а тут она заявилась. Но он бы точно позвонил перед сном, а телефон молчал. Чувствуя, как пакеты впиваются в ладони, а ремешок сумочки норовит сползти с плеча, Нова заволновалась, могло ли с Ренато что-то случиться. Накрутив себя так, что горло начало сдавливать от страха, Нова снова громко постучала носком туфли в дверь. И на этот раз, к своему облегчению, услышала торопливые шаги. — Кто там? — обеспокоенно спросил родной голос, и Нова чуть не рухнула прямо на этом месте от облегчения. — Милый, это я, открой, пожалуйста, у меня тут пакеты тяжёлые, — сбивчиво ответила Нова, пытаясь поймать падающую сумку. Не успела Нова договорить, дверь тут же открылась, и на неё обеспокоенно смотрели любимые глаза её мужа. — Нова, что случилось? — Ренато, приподняв бровь, взволнованно оглядел ее с ног до головы и, охнув, забрал у неё пакеты с продуктами, пропуская жену внутрь. Поставив пакеты в прихожей и закрыв дверь, муж снова вопрошающе взглянул на неё. Но Нова его уже не слушала. Она жадно впитывала каждую его черточку, каждую веснушку и родинку. Вот почему Ренато сначала не услышал ее стук - он был в душе, а сейчас выбежал к ней в одном лишь полотенце, обернутом вокруг узких крепких бёдер. С его потемневших от влаги волос капала вода, стекая по точеному профилю, шее, которая так и просила оставить на ней поцелуй, по широким плечам, за которые Нова так любила яростно хвататься, стекали по его мощной груди, по немного выступающим рёбрам, к животу и узлу полотенца. Кожа призывно блестела, маня исследовать её губами. Он был похож на прекрасного ангела, соблазняющего её на плотский грех. Нова затаила дыхание и голодно всматривалась в него, ей хотелось заново пересчитать его веснушки, зацеловать шрам на животе, полученный в обмен на спасение её жизни, хотелось обнять его за плечи, провести ладонями по его рукам, зацеловать широкую грудь, но подняв взгляд к лицу мужа, под обеспокоенными любимыми глазами и красивым изгибом носа, взгляд сам остановился на полных мягких губах, приоткрытых для ещё одного вопроса. Ренато сглотнул и облизнул губы, в свою очередь осматривая ее с ног до головы. А Нова осознала, что от его невинного жеста, у неё окончательно снесло крышу, а внутри все тянуло и призывало уже наконец дотронуться. — Нова, ты в по..., — Ренато не успел договорить. Не находя больше в себе сил сдерживаться, Нова сбросила сумочку на пол, сделала шаг вперёд и, обхватив его за шею, запустив руки во влажные волосы и сжав у корней, жадно впилась в его уста, забыв, как дышать от удовольствия и выпуская из себя стон. На секунду Ренато растерялся от её напора, но после этой заминки, она почувствовала, как он шумно затянул воздух через нос, а уже в следующую секунду ловчая почувствовала, как его сильные руки крепко сжали её в объятиях, прижимая к себе, и Ренато не менее пылко ответил на поцелуй. Задохнувшись от восторга, Нова открыла рот в поцелуе, прошлась языком по его губам, и муж впустил её в свой рот. Мягко исследуя его рот, Нова сплелась с Ренато в танце из тоски и долгожданного воссоединения. Забыв о том, что им нужно дышать, они упивались друг другом. Нова чувствовала на языке мужа вкус свежей мятной зубной пасты, исследовала ряд гладких зубов и снова возвращалась к губам, которые покусывала, пока они пытались надышаться друг другом. Ведя в этом танце, Нова провела руками по крепким мышцам спины и груди, погладив бока, отчего возлюбленный вздрогнул, она добралась до низа живота, где нашла его шрам и нежно обвела большим пальцем, а после опустила руки к узлу полотенца, желая от него избавиться, ощущая, как Ренато задыхается в её рот. Но уже в следующую секунду, ловчая почувствовала, как он зарылся руками в её густые длинные волосы и оттянул назад, заставляя Нову запрокинуть голову. И вот уже в их танце поменялись роли. Ренато скользнул в её рот, мягко, но уверенно забирая первенство. Он целовал её с таким упоением, будто она глоток чистейшей воды посреди засушливой пустыни, а он никак не может напиться. Мелко вдыхая через нос, Нова с удовольствием забирала все, что Ренато давал ей. Она даже не заметила, как он теснил её к стене, пока не почувствовала лопатками твердую поверхность, а от удара головой её спасла рука мужа, бережно придерживающая её за затылок. Другая рука Ренато плавно спустилась по её изгибам к узлу пояса на пальто, желая снять его. Нова едва сдержала предвкушающую улыбку в поцелуе и гладила своими руками бока мужа, ожидая, когда он увидит её сюрприз. Перейдя губами на её шею, давая им обоим возможность отдышаться, Ренато оставлял мягкие поцелуи, размазывая по ней её собственную помаду, отпечатавшуюся на его губах, развязывал её пояс, расстёгивая по одной пуговице. Нова плутовато улыбнулась, наклонив голову в другую сторону, предоставляя больше пространства возлюбленному и ожидая, когда его руки окажутся на её голом теле, прикрытом лишь кружевным комплектом. Мягко покусывая линию её челюсти, Ренато расстегнул последнюю пуговицу и, отодвинув полы пальто, пробрался рукой под него. Она почувствовала, как вдох застрял в его горле, когда он ощутил лишь её мягкую кожу. Уже не скрывая лукавую улыбку, Нова полностью повела плечами, сбросила пальто к их ногам и откинулась на стену, вытянувшись всем телом, давая возможность Ренато как следует её рассмотреть. Сначала он ошарашенно наблюдал за её действиями, а стоило ей остаться в одном белье, резко выдохнул и громко сглотнул. Его глаза лихорадочно блестели и бегали от её лица к её телу, запечатлевая каждый доступный сантиметр, волосы были взъерошены её руками, а по губам и подбородку размазалась ее помада, придавая ему умопомрачительный вид. И Нова могла лишь представить, как выглядит сейчас она сама в его глазах. Иногда Нова до сих пор сомневается, что её можно любить просто так, без каких-либо умыслов, выгоды, условий и манипуляций. Порой, она сомневается, что заслуживает всего этого. Но смотря сейчас в глаза Ренато, ловчую пробирало от силы чувств, что она видела в них. То, с какой любовью и восхищением он смотрел на нее, будто она его ангел, посланный лично Господом именно для него. Все ещё улыбаясь, Нова наклонила голову и призывно посмотрела на мужа. Ренато продолжал впитывать её, он смотрел на неё, будто в одной лишь ней заключается смысл его существования, будто она ключ, что открыл ему путь к священному таинству. Её всегда поражало, как он даже в такие моменты страсти умудрялся смотреть на неё с искренней и чистой любовью и восхищением, будто прямо сейчас готов опуститься на колени и молиться ей одной всю оставшуюся жизнь. Но Нова соврет, если скажет, что в его взгляде нет желания. О, оно есть. Настолько сильное, что придавило её к полу, не давая пошевелиться. Ренато умел буквально одним только взглядом зацеловать её тело, оставляя на щеках жены смущенный румянец. Со временем, они стали больше познавать друг друга. И если Нова, которая имела опыт, порой смущалась, когда он делал с ней все то, что никто другой никогда не осмеливался, то Ренато вообще перестал чего-либо смущаться и лишь раз за разом мягко, но настойчиво раздвигал их границы. — Нова, — хрипло выдохнул Ренато, протягивая руку к её талии и оглаживая изгибы. Нова чувствовала, как намокло белье, хотя Ренато ещё толком ничего не сделал, и, облизывая пересохшие губы, снова потянулась к его полотенцу, как никогда желая избавиться от него. Ренато снова поймал руку и прижался своим лбом к её, успокаивающе потеревшись своим носом о её, он оставил нежный поцелуй на губах жены и крепко обнял, снова плотно прижал к стене, придавив своим телом. — Не пойми меня неправильно, мой свет, — дразняще протянул Ренато, смотря на неё с любимыми чертинками во взгляде и приподняв левую бровь. — Я очень рад тебя видеть, но может поговорим? Нова раздражённо выдохнула и порывисто утянула мужа в ещё один поцелуй, пробормотав в его рот: — К черту разговоры, ты мне нужен. Чувствуя, как губы Ренато расползлись в озорной улыбке, Нова в отместку прикусила его нижнюю губу, оттянув её. А после переместилась поцелуями на шею, нежно укусив адамово яблоко, оставляя засос возле яремной ямки и ключицы, а после беззастенчиво провела языком снизу вверх по длине всей шеи, почувствовав, как Ренато задержал дыхание, и ощутила, как он крепко сжал ее бедра своими ладонями, толкнувшись тазом, ещё больше вжал в стену. — Нова, — Ренато хрипло простонал на выдохе и, нежно взяв её руки в свои, резко, но аккуратно припечатал их к стене над головой. Нова подняла на него довольный взгляд и увидела, как зрачки мужа расширились настолько, что почти поглотили радужку. Его грудь часто вздымалась от прерывистого дыхания, припухшие от поцелуев и красные от её помады губы приоткрылись, а тело напряглось как перед броском. — Нова, — сдержанно начал он, но не успел договорить. — Родной, пожалуйста, я так сильно хочу тебя, — Нова жалобно застонала, закинула одну ногу на его бедро и прижалась к нему тазом, в попытке ослабить нарастающее в ней напряжение. Закрыв глаза и поверхностно задышав в попытке сдержаться, Ренато крепче прижал запястья к стене. Пока Нова продолжала извиваться, Ренато сумел взять себя в руки и встретил её взгляд. — Хорошо, мой свет, я понял, — напряжённо проговорил он на одном дыхании и испытующе посмотрел на нее. — Но позволь мне задать всего один вопрос: что-то случилось? Он обеспокоенно смотрел, все ещё удивлённый её внезапным появлением, хотя только вчера она сама жаловалась ему на приказ Веспер. Конечно, теперь он волнуется и накручивает себя, пока Нова сквозь пелену своего желания ничего не объясняет ему. — Нет, милый, все в порядке. Точнее, ничего не изменилось, — Нова постаралась успокоить мужа. — Но разве Веспер не запретила... — К черту Веспер! — рьяно перебила его Нова. — Сейчас я просто хочу провести хотя бы одну ночь вместе со своим мужем, а не в холодной пустой кровати, скучая по тебе. Взгляд Ренато наполнился нежностью и взаимной тоской. В его глазах было понимание. Конечно, он разделял её терзания, Нове больше не нужно ничего объяснять, ведь Ренато уже знал, что именно вызвало беспокойство. — То есть, все в порядке? — Ренато мягко уточнил, поглаживая большими пальцами внутреннюю сторону запястий и не отрывая от неё проникновенного любящего взгляда, забирающегося ей под кожу, согревая до самой бестелесной души. — Более чем, — тут уже отозвалась Нова, завороженно смотря на его лицо. — Хорошо, — внезапно хрипло ответил Ренато и тут же снова втянул в жадный поцелуй. Теперь, когда Ренато удостоверился, что Нова прибежала к нему не в панике и не в поисках спасения, а лишь потому что скучала, он больше не сдерживался. Ренато аккуратно перехватил запястья одной рукой, вторую он запустил в густые длинные волосы и, запрокинув голову, углубил поцелуй, скользнул в ее рот языком и потерся о нее бёдрами, все ещё обернутыми раздражающим полотенцем, создавая трение и вытягивая из Новы громкий протяжный стон. Теперь в его действиях также чувствовались тоска и голод. Он шумно дышал в её рот, мягко кусал губы, плавно двигая тазом так, что она сладко стонала и сжимала ногу на его талии крепче, еле держась на своих каблуках от падения, держал запястья у стены, огладил грудь другой рукой и потёр возбужденный сосок сквозь кружево, заставив Нову вздрогнуть всем телом. Ренато прервал поцелуй и отклонился смотря на неё затуманенным взглядом. Они оба тяжело дышали и не могли оторвать друг от друга глаз. Помада размазалась по лицам, губы распухли, скулы покраснели от возбуждения, в глазах горячий влюблённый блеск, на шее Ренато уже розовели свежие засосы. И Нова наверняка была не лучше. — Кровать, — утвердительно произнёс Ренато, но встретил несогласие. — Я не хочу никуда идти, хочу здесь и сейчас, — с запалом возразила Нова и вызволила руки из бережной, но крепкой хватки. Схватившись за ставшее уже ненавистным полотенце, распустила узел, заставив его упасть к их ногам, где уже было пальто, и оставила Ренато нагим. Нова заново жадно оглядела мужа, остановившись на его возбуждении. Она протянула руку и мягко огладила его головку, размазав выступившую каплю преякулята, а после, обхватив, сжала и провела по всей длине, так как ему нравилось, заставив Ренато откинуть голову назад и застонать. — Нова. Не останавливаясь, Нова судорожно всматривалась в любимое лицо, ища самые малейшие реакции и впитывая в себя его удовольствие. В какой-то момент Ренато уткнулся лицом в её волосы, снова перехватил руку и отвёл в сторону. — Не сейчас, мой свет, — Ренато сбивчиво проговорил, пытаясь взять себя в руки. — Но я бы этого хотела, милый, — Нова попыталась его заверить, но была бескомпромиссно прервана. — Нет, Нова, сначала ты! — прошептал муж, качая головой. И снова её пробрало от силы его взгляда и обилия чувств, что он таил в себе. Ренато клятвенно продолжил. — Всегда ты. Вздохнув, Нова нежно поцеловала Ренато, пытаясь вложить в движения губ всю ту любовь, что испытывала к нему, чувствуя, что он пытается сказать ей то же самое. Ренато скользнул ладонями по её плечам, мягко опуская бретели бюстгальтера. Разорвав поцелуй, муж скользнул медленными поцелуями по шее, периодически чередуя с лёгкими укусами, мягко прихватывая кожу. Нова откинула голову назад, зарылась пальцами в его мягких волосах, прижимая его ближе к себе и стонала от его ласк. Руками Ренато оглаживал её спину и живот. Заведя их за спину, он потянулся к застежке. Возлюбленный оторвался от её шеи и вновь взглянул ей в глаза, приподняв бровь, с её любимой ухмылкой. Расстегнув крючки, он медленно снял его, смотря за каждым открывающимся сантиметром теперь уже доступной кожи с восхищением. Бросив его на пол, он вновь оглядел её. Ренато упивался ее видом, Нова чувствовала себя произведением искусства под взглядом его медовых глаз. Раньше она никогда не чувствовала себя такой любимой, порой с прошлыми партнёрами ей хотелось прикрыться, исчезнуть, стать незаметной и быстрее уйти. Но не с Ренато. Она была для него абсолютно открыта, ей нечего было бояться или стесняться, лишь хотелось открыться ещё больше, хотя она и так чувствовала, что они делят одну душу на двоих. Их любовь связала их так, как ни одни другие клятвы не способны. Но одну свою клятву она будет держать до последнего вздоха — ту, что дала Ренато, когда он надел ей кольцо на безымянный палец, и они скрепили её нежным поцелуем, полным любви. Нова с каждой секундой все больше боялась не удержаться на ногах, поэтому быстро скинула каблуки куда-то в сторону и вновь крепко обняла Ренато за шею, втянув в очередной поцелуй. Он тут же ответил на него, делая медленным, вдумчивым и тягучим. Будто заново пытаясь познать ее. Сжав его волосы ещё раз, Нова заскользила руками вниз по его телу, сжав на спине, легко проведя по коже ноготками, заставив мужа шумно втянуть воздух и прикусить её губу, вызывая стон из глубин её горла. Ренато оторвался от её губ и плавно переместился ниже. Провел носом по шее, вдыхая её запах, оставил на ней влажные поцелуи, прикусил ключицы, тут же языком зализывая любовные отметки, оставил мягкие поцелуи на плечах и опустился к груди. Нова только и могла, что держаться за его плечи и выстанывать его имя, тяжело дыша и мечтая, чтобы он закончил эту сладкую пытку. — Ренато, ты мне очень нужен, пожалуйста, — с придыханием проговорила Нова, умоляюще глядя в довольные глаза мужа. — Тш-ш-ш, потерпи, мой свет, — Нова в очередной раз позавидовала спокойствию и выдержке мужа. Она понятия не имела, как он мог быть таким последовательным и неторопливым, когда она была готова оседлать его на полу в этой маленькой прихожей. И при том, что она прямо сейчас видела доказательства его желания, что упиралось ей в живот. Ренато поцеловал её грудь, обвел языком ареолу соска и нежно прикусил кончик, другую обхватил ладонью и нежно сжал, потирая сосок большим пальцем, заставляя Нову застонать, запрокинув голову и уперевшись затылком в стену, выгнуться и подставляться под его прикосновения ещё больше. Он не торопился, чередовал руки и рот на её груди. Нова часто дышала, впивалась в его плечи ногтями, держалась за его сильные руки и извивалась, подставляясь под ласки, от чего стонал уже сам Ренато, посылая вибрации по её телу. Наконец, Ренато опустился ниже, встав перед ней на колени, сжал бедра руками, прижав к стене, и оставил поцелуи на её впалом животе, обвел пупок языком, прошелся укусами по её тазовым косточкам. И спустился ниже, провел носом по кромке её белья и поцеловал лобок сквозь ткань, заставляя Нову задыхаться в ожидании. Ведьма запустила руку в его волосы и отчаянно прижала ближе к себе, к месту, где она так его хотела, вызвав нежный смех мужа и игривый укус через чёрное кружево. — Прижми руки к стене, мой свет, — мягко скомандовал муж. — Ренато, — протестующе начала ловчая, но была прервана. — Нова, ты мне доверяешь? — спокойно спросил муж и поднял на неё нежный взгляд. Ответ вырвался из неё даже прежде, чем она успела о нем задуматься, но был оттого не менее правдивым. — Да,— Нова в последний раз нежно разгладила его мокрые волосы, обвела лицо кончиками пальцев, погладила синяки под глазами из-за постоянного недосыпа, что прикрылись на миг в удовольствии от её прикосновений, провела указательным пальцем по профилю носа, большим пальцем другой руки прошлась по контору его полных губ, напоследок нежно погладив скулу мужа, она, не отрывая от него взгляд, прижала ладони к стене по бокам от себя и расслабилась, отдавшись во власть любимого. Ренато благодарно улыбнулся и снова принялся оставлять поцелуи по контуру белья, из-за чего Нова вновь начала извиваться. Муж прижал её таз к стене правой рукой, а левой огладил талию. Он достиг губами боковой части бедра и прихватил ткань белья зубами, а после отпустил, Нова почувствовала лёгкий шлепок и резко втянула воздух. Она ощущала, как истекала, все нервные окончания были сверхчувствительны из-за медленной пытки. Если её муж не поторопится, то она кончит от одного его вида на коленях перед ней. Ей так сильно хотелось убрать руки от стены и вцепиться в его волосы, прижать к себе, а ещё больше она хочет, чтобы он вошёл в неё. Но Ренато попросил ее этого не делать, а потому, закусив губу, Нову запрокинула голову в попытке отвлечься, сдерживая очередной стон, за что заработала нежный укус от мужа. — Пожалуйста, не сдерживайся, Нова, я хочу слышать, как тебе хорошо, — тихо сказал Ренато охрипшим голосом, продолжая оставлять на ней поцелуи. — Ты даже представить себе не можешь, как сильно я скучал по тебе и по тому, как ты стонешь от удовольствия, которое я тебе доставляю, мой свет. — Ренато, — Нова всхлипнула, когда он потёр её клитор через влажное от её желания кружево. Почувствовав, как сильно Нова в нем нуждается, её возлюбленный издал собственный стон, сильнее сжав её бедро. Снова захватив сбоку кружево зубами, он медленно потянул его вниз, пока Нова задыхалась, перехватив его руками, он медленно спустил его по её ногам. Поддерживая за бёдра, он помог ей переступить через него и откинул куда-то к остальной куче из одежды. А после поднимался по её ногам, оставляя влажные поцелуи открытым ртом. Огладил впадинки под коленями, заставив Нову хихикнуть от щекотки. Ренато уверенно положил её правую ногу себе на плечо и поднимался поцелуями от колена к внутренней стороне бедра, порой засасывая кожу, наверняка, оставляя красный след. Наконец, добравшись туда, где Нова давно в нем нуждалась, Ренато легко подул на разгоряченную влажную кожу, заработав от неё громкий стон. — Родной, пожалуйста, — тяжело дыша, умоляла ловчая. Муж завороженно посмотрел на её лицо, ухмыльнулся и, не отрывая от неё взгляд, широко лизнул от влагалища до клитора. Нова содрогнулась всем телом, не рухнув на пол лишь потому, что Ренато так же крепко прижимал её к стене. Ловчая вцепилась короткими ногтями в твердую поверхность до боли в попытке удержаться, чтобы не дотронуться до мужа. Ренато раздвинул её складки, медленно облизал половые губы, втянул их в рот, посасывая, после обвел языком клитор круговыми движениями, заставляя её стонать его имя и дрожать. А потом спустился и вошёл языком во влагалище, мягко растягивая мышцы входа. От одного этого вида Нова все ближе подступала к краю. Эта мысль была сейчас очень неуместной, но её позабавило, что когда-то давно, возможно в другой жизни, Нова была в шоке, что ненамеренно флиртовала со священником и в какой-то момент полюбила его, а сейчас они были в бегах в другой стране, на съёмной квартире, он уже её муж, который трахал её языком и бесстыдно смотрел ей в глаза. Дыша через раз от удовольствия, Нова чувствовала, как внутри неё все больше нарастало освобождение, но чего-то не хватало. Издав хнык, она задвигалась навстречу языку мужа, ей так хотелось до него дотронуться, что руки начали дрожать от усилий, с которыми она впечатывала их в стену . Издав смешок, Ренато снова облизал её клитор. Он убрал руку, прижимающую её к стене, взял её ладонь и положил на свою голову, давая понять, что она может освободить руки, чем Нова тут же воспользовалась, зарывшись в его волосы и сжав у корней, прижала лицо ближе к себе. Левая его рука все ещё сжимала её бедро, закинутое на его плечо. Нова чувствовала тепло от металла его обручального кольца и заводилась ещё больше от одной только мысли, что этот прекрасный мужчина — её муж. Другой он поднялся вверх по её телу и сжал грудь, обводя сосок большим пальцем. Нова задрожала, чувствуя, как где-то внутри нее начала скручиваться спираль и часто мелко задышала. Сжав сначала волосы мужа в кулак от переизбытка чувств, она, извиняясь, помассировала кожу его головы и огладила плечи, завороженно пересчитывая веснушки на них в который раз. Ренато простонал в ответ и дотянулся левой рукой до её груди, а правой огладил её вход во влагалище и медленно томно ввёл в неё указательный палец, от чего Нова запрокинула голову в немом крике, ударившись головой о стену. Ренато успокаивающе поцеловал её бедро на своем плече и начал растягивать её, не отрывая от неё взгляд. Нове было жарко, она тяжело и часто дышала, по телу стекали солёные капли пота, лицо покраснело, а в глазах с каждой секундой все больше пропадала осмысленность, оставляя лишь голод и удовольствие. Вытащив указательный палец, Ренато аккуратно ввёл средний, плавно проникая в неё. — Ренато, пожалуйста, ещё, — Нова почти рухнула на пол, её опорой были лишь стена и её муж. Но она желала большего. Она хотела чувствовать его в себе, прижаться к нему грудью, спрятать лицо в изгибе шеи и стонать ему на ухо его имя, чувствуя, как от этого у него каждый раз перехватывает дыхание. В ответ на столь яркую реакцию Ренато довольно улыбнулся и добавил третий палец, другой рукой снова легонько ущипнул за сосок и снова зарылся лицом в её промежности, втянув клитор и создавая вакуум. Вскрикнув, Нова, что есть сил, держалась за мужа, умоляя его не останавливаться. Но он и не собирался. Сильнее втянув клитор, он размеренно задвигался пальцами внутри неё, надавливая на переднюю стенку влагалища. Нова забыла, как дышать и почти согнулась пополам, вскрикнув, но муж другой рукой прижал её обратно к стене, не отрываясь от неё. Нова вцепилась в его левую руку на своей груди, что раскрытой ладонью прижимала ее к опоре сзади. Захныкав, она прижалась к лицу Ренато плотнее и насаживалась на его пальцы ещё сильнее. Внутри неё поднималась горячая и неумолимая волна удовольствия. Уже опустилась ночь, солнце ушло с небосвода, из-за чего в коридоре стало темно, лишь свет открытой двери ванной комнаты позволял им хоть и не чётко, но видеть друг друга. Заметив в тусклом освещении блеск обручального кольца мужа на своей груди, внутри Новы снова проснулась нежность. Её муж упорно продолжал доставлять ей удовольствие, из-за чего она не могла мыслить связно, его вихры волос, плечи в веснушках и крепкие руки на контрасте с её молочной чистой кожей вызывали в ней ещё большее желание, хотя кажется, что хотеть Ренато ещё больше она не может, но он каждый раз доказывал ей обратное. От одной только мысли, как он окажется в ней, у Новы почти потекли слюни. Она бы усмехнулась, если бы могла отвлечься от того, что с ней делали его руки и рот, упорно вознося её к первому оргазму за эту ночь. В попытке удержаться в этой реальности, она ухватилась за руку мужа на своей груди и потянула её вверх, заставив мужа вытянуться. Чуть наклонившись, она нежно поцеловала его в центр ладони, а после оставила поцелуй на его безымянном пальце совсем рядом с кольцом, заставив Ренато сбиться с ритма. Быстро исправившись, он ускорился, вводя в неё пальцы и сильнее засасывая клитор. В ответ Нова громко заскулила и укусила подушечку его указательного пальца, вызвав стон мужа. Ухмыльнувшись сквозь приближающийся оргазм, Нова обхватила губами его указательный и средний пальцы и обвела языком верхние фаланги, а после впустила их в рот целиком, пососала до впалых щек и обвела языком всю длину, имитируя, что бы она хотела с его членом, позволь он ей. Ренато вздрогнул и поднял на неё пробирающий её душу голодный взгляд. Сильнее вжав Нову своим телом в стену, он удвоил усилия. — Ренато, милый, я почти, — вскрикнув, Нова замерла, а потом мелко задрожала, почувствовав, как тело сводит судорогой от сильного оргазма. Ренато продолжал трахать её пальцами, чувствуя, как она сжимает их своими стенками, и сосать клитор, пока Нова не забилась в его руках ещё больше, пытаясь отстраниться. Ренато медленно вытащил из неё влажные от её смазки пальцы и поцеловал в лобок. Её соки стекали по его руке, и Ренато медленно облизал пальца дочиста, поддерживая зрительный контакт, с удовлетворением замечая, как утомленная им Нова жадно и ошарашенно наблюдала за ним, затаив дыхание. Погладив бедро, он аккуратно опустил ногу со своего плеча на пол и медленно поднялся на ноги, оглаживая её бедра и талию. Потерявшись в ощущениях, Нова чувствовала, как тело превратилось в желе, с трудом удерживаясь на ногах. Выпрямившись, Ренато забрал левую руку из её хватки и сжал её ягодицы, прижав к себе и давая почувствовать своё желание. Нова рухнула в его объятия, обхватив за шею и сглотнула слюну. Чувствуя его налитый член у себя на животе, внутри неё снова начало нарастать собственное возбуждение несмотря на недавний оргазм. Нова хотела отстраниться и ответить мужу взаимностью, но Ренато не дал. Крепко прижимая к себе, он втянул её в глубокий влажный поцелуй, языком исследуя её рот и давая почувствовать собственный вкус. Нова застонала в его рот и крепче обняла, потянув за волосы. Разделившись, они глотали воздух и смотрели друг другу в глаза, деля ощущения на двоих, соединяясь душами во тьме этого жестокого мира. — Милый, позволь мне сделать тебе приятно, — Нова мягко попросила его, погладив его скулы, и нежно поцеловала веснушки на щеке. — Позже, — не согласился Ренато и плотно прижал её к стене своим телом, обхватив ладонями руки её бёдра и сжав их. — Но я так этого хочу, — пожаловалась Нова и задохнулась, когда он потерся своей плотью о её живот. — Кажется кто-то говорил, что не хочет ждать, просил меня перестать дразнить, — прошептал он в её шею, снова оставляя на ней поцелуи. — Именно это я и хочу сделать, мой свет. Нова хотела возразить, но слова застряли в горле, когда она почувствовала, как муж подхватил её под бедра и потянул выше, выравнивая их. Неосознанно она обхватила Ренато ногами и прижалась сильнее, чувствуя как его член прошелся по её уже снова влажным складкам, вырвав из обоих стон. Захватив её губы своими, Ренато размеренно потерся о нее круговыми движениями, задев клитор и вызвав очередной стон, который проглотил своим ртом. Задыхаясь, Нова подавалась ему навстречу, пытаясь заставить мужа не мучать её и войти, но он крепко держал её за бёдра и вжимал в стену. Усмехнувшись, Ренато смотрел на неё с весельем, сдерживая собственную страсть. Нова захныкала и откинула голову на стену, обиженно пробормотав: - Ты обещал меня больше не мучать. Ренато лишь нежно улыбнулся и потерся своим носом о её в успокаивающе жесте, что совсем не соотносилось с тем, что он делал с ней ниже, продолжая намеренно задевать чувствительные места. Он оставил на её губах ещё один нежный поцелуй и вновь посмотрел в глаза. В его взгляде было столько любви, что Нова снова забыла, как дышать и лишь смотрела на него в ответ, надеясь, что он видит глубину её чувств к нему. Все ещё держа за бёдра одной рукой, вторую он поднёс к её лицу, нежно погладил скулу, завороженно всматриваясь в любимые черты лица в тусклом свете. Снова взглянув в глаза, он тихо, но твёрдо произнёс в тишине их маленького мира, словно проповедовал очередную Его истину: — Я люблю тебя, Нова. Сердце Новы защемило от нежности, глаза щипало от поступающих слез, а дыхание перехватило. Сколько бы раз Ренато не говорил ей эти слова, она каждый раз удивлялась, как в первый, что такой чистый и хороший человек мог полюбить её. И не за что-то, а вопреки всему. И продолжал бороться за неё по сей день со всем миром, даже с самим собой. Она видела, как тяжело ему приходится, порой голоса в голове были невыносимыми, но Ренато стоически терпел, а круги под его глазами становились все больше. Даже сейчас она видела, как он прикладывает усилия, задвигая голоса на второй план, пытаясь сосредоточиться на ней и их близости. И этот невозможный мужчина любил её. Был женат на ней. — Я тоже тебя люблю, родной, — срывающимся голосом прошептала Нова. Ренато нежно и коротко поцеловал её и соединил их лбы. Взяв член в одну руку, второй все ещё поддерживая её за бёдра, он провел им по её складкам, распределяя смазку и потеревшись о клитор, заставив её застонать, плавно и медленно направил головку ко входу. Они оба задержали дыхание, пока Ренато входил в неё и резко вдохнули, лишь когда он оказался полностью внутри неё, так сладко и правильно растягивая её изнутри. Нова сильнее обняла его за шею и сжала его бедра ногами, уперевшись пятками ему в поясницу, желая быть ещё ближе. Ренато замер, давая им обоим заново привыкнуть к ощущениям. Они все ещё соприкасались лбами и глотали дыхание друг друга, растягивая этот момент единения душ и тел. Почувствовав, что готова к большему, Нова нежно поцеловала мужа и качнула бёдрами, давая ему знак двигаться. Вновь втянув её в поцелуй, Ренато начал плавно двигаться, поддерживая руками за бедра. Опустившись поцелуями на уже красную шею, он оставлял мягкие поцелуи, двигаясь в ней в мучительном медленном ритме, но задевая внутри все правильные места, пока Нова могла лишь держаться за него и произносить его имя. Как же ей хотелось раствориться в нем, стать ещё ближе, хотелось чувствовать его глубже, поглотить его, стать одним целым, срастись и никогда не расставаться. Ренато прятал собственные стоны в её коже, переходя на более быстрый и сильный темп, буквально вжимая в стену, отчего Нова перестала ощущать связь с реальностью и умоляла его не останавливаться, тяжело дыша и снова запутавшись в волосах мужа пальцами. Ренато втянул её в глубоким влажный поцелуй, языком подражая темпу, в котором двигался внутри неё, сорвав ей крышу окончательно. Одной рукой он поднялся по её бокам и остановился на груди, снова погладив и ущипнув сосок, заставив её вскрикнуть в его рот, за что Нова прикусила его губы и сжала мышцы влагалища, отчего хрипло застонал уже сам Ренато. Перейдя на более жёсткий темп, Ренато укусил её за губу и тут же зализал укус, а Нова только и могла, что хрипло стонать пересохшим и сорванным от долгих стонов голосом и впилась в его плечи ногтями, скрестив ноги на его пояснице ещё сильнее. Ловчая чувствовала снова зарождающийся оргазм и стонала все громче, краем сознания надеясь, что соседи их не услышат. Ренато тихо постанывал ей в волосы, провел ладонью по телу и опустился к клитору, потирая круговыми движениями, как он уже знал, ей нравилось. Нова почувствовала, как вот-вот снова кончит, но держалась из последних сил. — Милый, я хочу вместе с тобой, — с придыханием попросила она мужа между вздохами и посмотрела на него ошалевшим взглядом. Вместо ответа Ренато усилил давление на клитор и стал входить ещё сильнее, прижавшись к ней лбом. В коридоре было слышно только их стоны, тяжёлое дыхание и шлепки кожи, которые в любой другой ситуации показались бы ей пошлостью, но не сейчас. Не с Ренато, с ним ей всегда хотелось, чтобы он сжал её в объятиях сильнее, вошёл жёстче, а поцеловал крепче. Ей никогда им не насытиться, как и он не может утолить свой голод по ней, каждый раз находя в них обоих все новые грани и желания, о которых раньше и не подозревали. Лопатками она чувствовала холод стены, а спереди жар от тела мужа, что добавляло дополнительный контраст и остроту. Пот стекал по их телам, воздух холодил разгоряченные тела, а полумрак сохранял их уединение. Глотая стоны друг друга, они двигались вместе, чувствуя, как сейчас рухнут вместе в пропасть, но не боялись этого, а жаждали. — Я уже почти, — тяжело дыша, предупредил муж, не сбиваясь с жёсткого темпа. — Я тоже, — крепче сжав его в объятиях, пробормотала Нова. Чувствуя, как внутри неё взорвалась сверхновая, она простонала его имя и ощутила, как Ренато, сбиваясь с ритма, вскрикнул с её именем на губах, и почувствовала, как он излился внутри неё. Нову забило судорогой от удовольствия, тело отяжелело, и превратилось в пластилин. Сделав последние сбивчивые движения и дождавшись, когда ее отпустит, он остановился и вышел, тяжело дыша ей в плечо, двумя руками держа за бедра, видимо боясь её уронить, но Нова точно знала, что он никогда этого не сделает и расслабилась в любящих руках мужа. Все ещё поддерживая её, Ренато поменял их местами и медленно сполз по стене, усадив себе на колени и обняв, давая им возможность отдышаться. Постепенно Нова пришла в себя на груди мужа, где и оставила поцелуй, почувствовав его улыбку на своём лбу. — Теперь ты мне расскажешь, что сподвигло тебя так решительно проигнорировать Веспер и прийти ко мне? — расслабленно спросил Ренато, нежно водя ладонями по спине ловчей и играя с её густыми волосами. — Я уже говорила, — вздохнув ответила Нова. — Хотела увидеть тебя. — А не позвонила потому что? — с вопросительными интонациями протянул муж. — Я волновался, когда от тебя за весь вечер ни единой весточки. — Прости, я хотела сделать сюрприз, — виновато потупила взгляд в пол Нова, коря себя, что все же заставила его беспокоиться. Тихо посмеявшись, Ренато взял её руки в свои ладони и оставил на них поцелуи. — Не переживай, сюрприз мне понравился, — муж лукаво ухмыльнулся, окинув её сытым, но все ещё любящим взглядом. — Что ж, я рада, но у нас ещё в программе романтический ужин и время утолить голод до утра, — Нова призывно улыбнулась и, прижавшись к нему грудью крепче, поцеловала в шею. Ренато сжал её ягодицы в ладонях, вжавшись в неё тазом. — Дай мне немного времени и будет тебе и ужин, и утоление голода до утра, мой свет. Захихикав, Нова просто расслабилась в объятиях мужа и решила, что хоть пусть огнём сейчас все горит, но весь мир подождёт, пока не наступит завтра, ведь именно сейчас и в эту секунду она безмерно счастлива, и ей просто хотелось побыть в этом состоянии подольше без мыслей об отце, союзе, кошмаре на улицах и возможной войне. Ей хотелось спокойствия, домашнего тепла и уверенности в завтрашнем дне. И только Ренато мог ей это дать.