Лепестки сакуры

"Пожалуйста не судите строго,это моя первая работа на этой платформе и надеюсь на поддержку ◝(ᵔᗜᵔ)◜ " . . . И вот снова он стоит перед императрицей и сдерживает руки в кулаки. Смотреть на человека, который считает, что ты предал его, — не самое лучшее зрелище. Самое приятное в этой ситуации — это лепестки сакуры, которые уходят вдаль вместе с ветром, взвеивая напряжение между братом и сестрой. — Как ты посмел так взять и явиться?! — спросила Мизуки, крепко держа свои веера. — Сестра, мне абсолю... Хотел сказать Стрэй, но Мизуки не дала ему закончить и выставила своё оружие вперёд: — Молчать! Ты поймёшь, каково мне было, братец. — Я не хочу с тобой драться! — сказал Стрэй, уклоняясь от острых и тонких ударов веера. — Я хочу поговорить! — Мне с тобой не о чем говорить, предатель, — твёрдо сказала Мизуки, атакуя его теми же ловкими ударами. Делать было нечего — единственный выход: постараться победить и объяснить свою позицию и причину появления. Его коронного оружия рядом не было — ведь он не был настроен на бой. Но на алтаре он увидел, как лежит катана. Не острая, но самое то, чтобы вырубить сестру в бою. Быстрым шагом он взял катану, держа её за спиной. Мизуки, увидев это, понимала, что победить стало сложнее. Ловкими ударами веера она атаковала его — он же катаной блокировал все удары. Подождав момента, он слегка приподнял катану вверх и сбил её веера. Один слетел, но второй крепко держался в её руке. Мизуки, смотря на пустую первую руку, стала злее — и с одним веером бросилась на брата. Тот слегка испугался такого резкого поведения и изменения выражения сестры. Он попытался снова блокировать, но Мизуки ударила понизу (не по яйцам). Тот, почувствовав адскую боль в животе, вскрикнул. Но Мизуки было достаточно и его тихого писка, чтобы сделать самодовольную улыбку. Она хотела повторно врезать ему, но уже по лицу. Однако Стрэй схватил её руку и другой оттолкнул сестру катаной. Та с болезненным стоном упала на пол. Она хотела встать и взять веер, но Стрэй поставил ногу на её оружие и направил на неё катану. Мизуки испуганно смотрела на него. Он лишь снял свою маску и сказал: — Я хочу поговорить, — сказал он с тем же твёрдым выражением лица. Мизуки выдохнула и показала два пальца (у них это значит «сдаюсь»). Стрэй убрал катану и протянул ей руку, но она, ударив по его руке, сама встала с хрипом. — Зачем ты пришёл? Небось, снова поиздеваться надо мной? — спросила она, поправляя одежду. — Да угомонись уже. Я хочу поговорить с тобой... — сказал он, убирая катану на место и поглаживая острый кончик. — Сестра, где Вечный? — В смысле? — Я сказал, где Вечный? Он нужен Дрифту. Сейчас же. — Я не знаю. Со Стеланном удрали в разлом, скорее всего, — сказала Мизуки. — Чёрт, я же вижу, что ты врёшь! — сказал он раздражённо, поворачиваясь к сестре. — Вы вчера с ним виделись. С какого ты говоришь, что не знаешь, где он? — Я честно не знаю. Да, вчера виделись, но куда он дальше ушёл — меня не интересует, — сказала Мизуки, отряхнувшись от пыли и направляясь к своему храму. — Но как? Разве такие шишки, как ты, не знают? — Брат, я не знаю, что тебе надо, но уходи, пока я снова не напала на тебя. Ты выиграл битву, но не войну. — Сестра! — подбегая к ней, крикнул он, но дверь закрылась. Он, закрыв глаза, облокотился на дверь и ударил по ней кулаками: — Блять!