Побег из башни

      Он такой дурак, - думала Варя. Она не понимала, почему Влад стал занимать в её голове большее место, чем ничего, и почему она думает о нём чаще, чем раз в никогда. Может, потому что стило ему реабилитироваться в её глазах, как он снова выставил себя полным дураком? Сегодня он закричал через весь коридор:       - Варя, так как на счёт нашей прогулки?       Ну, может и не через весь, но человек пятнадцать в радиусе десяти метров обернулись, среди них Любава с подружками и пара одноклассников Влада.       Варя была возмущена и поражена до глубины души. С другой стороны, она порадовалась, что постаралась над одеждой сегодня: рубашка с рюшами, длинная юбка с широким поясом и берет. Она ощущала себя русской дворянкой девятнадцатого века, не меньше. Ни у кого и мысли не возникнет «почему он за ней бегает?», потому что я выгляжу идеально!       И ей бы хотелось ответить Владу что-то в роде «я ещё думаю», чтобы завершить свой образ недоступной красавицы, но она застыла на месте, мысли метались в голове как дюжина мух в банке. С одной стороны – это всего лишь Морок, чего тут думать? Послать подальше и всё. С другой стороны… она просто не могла.       - Я… - она подняла левую руку, на которой обычно носила часы, чтобы посмотреть на время, но часов она сегодня не надела. Нет бы, телефон достать, но она не успела сообразить. Так и разглядывала пустую руку. – Мне, кажется, пора!       Она побежала в кабинет. От места, где она стояла, до кабинета было всего метров двадцать, но её сердце билось так, будто она пробежала пару улиц.       Сейчас, обдумывая произошедшее, Варя пыталась понять – почему она себя так повела. Приложить бы ладонь ко лбу – чтобы проверить температуру – да нельзя, у неё на лице сейчас какая-то плотная липкая маска из стаступенчатого ухода. Людмила и правда занялась её внешностью – при первой же возможности отвела дочь в любимый спа-салон.       Решив, что ни Влад, ни мама не достойны её мыслей, она стала думать о Коле. Уж достойнее его парня не найти. Сегодня он помог Варе прямо на перемене перед уроком у Кривозуба доделать домашнее задание, это не спасло её от тройки по внеплановой проверочной работе, но её Варя спрячет под матрас. Если мама её не видела, значит, её нет.       На следующей перемене Варя снова пересеклась с Владом – абсолютно случайно. Ей вообще начало казаться, что она видела его за эти пару дней чаще, чем за все годы обучения в одной школе. Он подмигивал ей. Иногда, проходя мимо, бросал что-то вроде: «не заблудилась, точно не нужно проводить тебя до кабинета?». Всё это вызывало гнев. Да что он вообще о себе возомнил? Думает, если его мордашка хоть немного симпатична – можно издеваться над ней сколько хочешь, а она только и будет, что млеть от его внешнего вида? Дурак! Гадина!       Так вот, они снова пересеклись на перемене. На этот раз Варя была с Алисой, они обсуждали одного корейского айдола, попавшего на обложку журнала Патруль. Варя не была фанаткой отдельно взятых корейцев, но их стиль одежды и косметика ей очень нравились. В разговор встрял Влад – будто ему поговорить не с кем, поди у него поклонниц – хоть палками отбивайся. На удивление он смог поддержать тему моды. Варя не сдерживала себя в проявлениях вредности – задавала каверзные вопросы и закатывала глаза, если Влад не мог ответить. А он смотрел на неё как на обиженное дитя – со спокойствием и нисхождением. Это бесило Варю ещё сильнее. Хотелось ему все волосы повыдирать.       Их диалог прервал Коля.       - Извините, можно украсть у вас Варю?       Влад смерил его раздражённым взглядом. Видимо, он тоже не любит, когда другие люди влезают в уже развитый разговор. Варя была готова уже сорваться на Колю, но удержала себя – он не виноват в её плохом настроении.       - Недавно прочитал такую интересную статью, Варе очень понравится!       О нет, снова физика... или математика…       Варя уже хотела выдавить из себя что-то вроде: «конечно, что за статья?», но Алиса опередила её с этим вопросом:       - И чего ты там начитался?       - Это статья Бустрёма.       - О, хочешь с умным видом затирать Варе, что мы живём в симуляции?       Коля покраснел от злости.       - А какие у тебя есть опровержения?       Так начался спор. В какой-то момент Варя перестала понимать какое слово – существительное, какое прилагательное, какое глагол, всё превратилось в сплошной набор слогов.       Варя и Влад переглянулись. И девушка тут же отвернулась. Влад с помощью геля забрал волосы назад, теперь его острые черты лица ещё сильнее выделялись. Он походил на молодого вампира из фильмов для девочек-подростков. Она на секунду представила его, впивающегося клыками в её шею на фоне большой полной луны… К лицу прилила краска, а Влад озадаченно посмотрел на неё.       - Лучше не забирай так волосы, - выдавила она и поспешила сбежать, едва удерживая себя, чтобы не оглянуться.       В итоге Коля и Алиса тоже разошлись по разным углам. В столовой снова начались споры на ещё более сложную и заумную тему. К последнему уроку они уже смеялись, обсуждая что-то своё математическо-физическое, в которое Варя была неспособна вникнуть. Но они хорошо выглядели вместе.       Варя, у тебя хорошего парня из под носа уводят.       Да, из под носа убегает стабильность и предсказуемость. Теорема с одним верным решением. Но Варя к собственному удивлению поняла, что ей не так уж и жаль. Ей с Колей тяжело. Она будто притворяется, что ей интересно и весело, когда это совсем не так. А с кем ей интересно и весело? Перед глазами снова нарисовалась картина – детская комната, их смех, его голубые глаза…       - Нет! – Варя резко села в кресле, что пара капель маски улетела на её халат.       Нет, это бред. Влад совсем не в её вкусе. Совсем… Он в ней вызывает только гнев и ничего больше!       - Отдыхаешь? – Людмила зашла незаметно. В махровом халате и мокрыми волосами она выглядела по-домашнему уютно. - Как в школе?       Ответить Варя ничего не смогла. Она ещё не успела переварить компот из чувств, как к неё сейчас начал рушиться шаблон – слишком уж несвойственный для Людмилы вопрос она задала.       - С кем виделась?       - Да, с девчонками только. Немного с Колей, - пальцы сами собой начали теребить край халата.       Варя постаралась понять, что вообще происходит. Это допрос? В голове мигала красным мысль: «что ей от меня надо?».       - Как оценки?       - Мам, ближе к делу.       - Ах да, - Людмила робко села у изножья кушетки. Трудно прочитать, о чем она сейчас думает – на её лице отобразилась смесь из удивления и страха, детской растерянности. – Может, сходим куда-нибудь? В театр на выходных приедет московская труппа, будут ставить «Евгения Онегина».       - Мам, ты же знаешь, я не люблю оперы.       - А что ты любишь?       Этот вопрос вызвал раздражение. Захотелось, как истинный подросток из сериала закатить глаза, бросить: «да что ты обо мне знаешь?» и выйти, хлопнув дверью. Отчего так? Почему такое чувство дискомфорта? От того, что она не знает, что её дочь никогда не любила оперу, или всё же от того, что она ничего не спрашивала, никогда не интересовалась, а сейчас ей вдруг стало интересно!       - Ничего не люблю.       - Тогда мы могли бы сходить, и ты поймёшь, что любишь.       Варя смогла лишь усмехнуться. Раздражение затуманивало разум. Сегодня плохой день.       - Не хочу, - процедила она, прищурив глаза.       От несчастного лица Людмилы пальцы сжались в кулак.       Варя пыталась удержать все те слова, о которых может пожалеть, внутри. Это ощущалось как проглатывание морского ежа – больно, так ещё и иглы ломаются, впиваясь в пищевод.       Не выдержав, девушка всё же встала и пошла к двери. Уже взявшись за ручку, она с улыбкой обернулась:       - Я в бар, помню - пью только безалкогольные коктейли!       И закрыла дверь, прежде чем успела пожалеть о том, что ушла. Какое-то несвоевременное проявление тепла и заботы. Если раньше не интересовалась, то пусть и дальше не интересуется.       Написала Снежка, попросила зайти за кружевом для её костюма.              У Снежки дома всегда прохладно, поэтому везде, где можно, лежат вязаные пледы и все домашние ходят в свитерах. Особенно Варе всегда нравилась её кровать – огромная, она занимала одну треть комнаты, и вся завалена подушками, одеялами и мягкими игрушками – взглядом Варя отыскала старого потрёпанного Зайку, уже не раз зашитого. Из-за своей мягкости и загромождённости кровать походила на гнездо – тёплое и уютное. Варя подмяла под себя пару подушек и улеглась, наблюдая как Снежка, сидящая за столом, доплетает кружево. Её ловкие движения с лёгкостью превращали обилие ниток и катушек в красивейший узор.       Из стоящего рядом со Снежкой телефона раздавалось:       «Своих жертв он закапывал на заднем дворе. Когда места перестало хватать, стал сбрасывать трупы в реку, так его и нашли».       - Снежка… - Варя постаралась отделаться от возникшего в голове образа. Даже пальцы заледенели, и она завернула их в плед.       - Ой, точно, извини, Варечка, - она покраснела и неловко улыбнулась. – Всё время забываю, что вы не смотрите подобные видео.       Под «вы» она имела в виду всех подруг. Варя уже не удивлялась тому, что Снежка иногда говорит с абсолютно невозмутимым лицом. Примеряя на неё профессию, девушка легко представляла подругу в роли криминалиста или патологоанатома. Но сама Снежка хочет поступать на ветеринара.       - Осталось чуть-чуть, - сказала Снежка, возвращаясь к работе.       Варя же наслаждалась бездельем. Она перевернулась на спину и стала разглядывать приклеенные к потолку снежинки. Они светятся в темноте. В детстве Варя мечтала о таких же наклейках на потолок, но в форме звёздочек, но в её комнате натяжной потолок, на него ничего не приклеить.       - Уф! – Снежка упала рядом с Варей. – Я закончила.       - О! Здорово! На выходных сможем собраться у меня для примерки.       - Это здорово.       Снежка не двигалась, Варя тоже. Она ждала чего-то от подруги, потому что её задумчивый взгляд заставлял ждать.       - Варечка, тебе нравится Морок?       Варя моргнула. Она ощущала себя так будто её застукали за совершением какой-то пакости.       - Кто такой… То есть Влад?! – Варя дёрнулась, переворачиваясь лицом к Снежке, её сердце забилось чаще, а мысли разом смешались в кашу. – Нет! Он меня раздражает! С чего ты вообще взяла?       - О? – в ответ на эмоциональную реакцию Вари, Снежка только приподняла брови. – Ты краснеешь перед ним, не можешь разговаривать как обычно.       - Он меня бесит!       - Ненависть и любовь почти одно и то же. Если человек не может свободно проявлять свои нежные чувства – он злится. К тому же, когда ты краснеешь и теряешься, он спокоен. Это тебя тоже раздражает.       Варя вскочила со своего места.       - Нет, он просто… просто раздражает меня.       - А что именно тебя раздражает?       Всё то, что Снежка и сказала. Многозначительное молчание Вари она расценила так же.       - Это, правда, может быть только симпатия. Для того чтобы понять насколько глубоки твои чувства – тебе нужно с ним побольше пообщаться.       Варя взяла со стола свёрнутый пакет с кружевом и начала гонять воздух внутри него.       - Ты можешь написать ему.       - Ну уж нет! Ещё я буду писать ему первая!       - Ты снова покраснела.              На столе лежали раскрытые тетрадки, ручка брошена без колпачка, написанное предложение оборвалось на полуслове. Телефон лежал на диване. Варя ходила вокруг него взад-вперёд. Подползала. Подкрадывалась. Она дождалась, чтобы Влада не было в сети пару часов, только потом начала набирать сообщение. «Привет, как дела?» - само по себе выглядит убого, «ты дурак» - не располагает к беседе, «привет, увидела в твоём плейлисте песни из «Нотр-Дам де Пари», любишь мюзиклы» - сразу раскроет то, что она в свой пятиминутный перерыв от домашки – растянувшийся на полтора часа – изучала его страничку. Спросить про прогулку ей казалось навязчивым. Обычно ей, конечно, таковыми подобные сообщения не кажутся, но сейчас ей казалось, что даже буквы у неё какие-то не такие.       Несколько раз она пыталась брать себя на слабо, говорила себе: «хватит трусить, тряпка! Сообщение написать не можешь?». Не могла. Ещё несколько раз она пыталась набрать и отправить сообщение так быстро, чтобы мозг не успел всё обдумать, но каждый раз, когда оставалось только нажать на иконку в виде бумажного самолётика, чтобы отправить сообщение – пальцы начинали дрожать, в комнате будто мгновенно заканчивался воздух.       Варя взяла подушку, накрыла ею лицо и закричала в неё. После опустилась на пол, всё также утыкаясь лицом в подушку. Распушенные волосы рассыпались по плечам, укрывая девушку как купол.       Эти чувства пугали. Непонятные, сильные.       В книжках для девочек-подростков всё именно так и описывалось – у Вари ими целая полка забита. Буря чувств, от которых влюблённые теряют голову, из-за них они творят несвойственные им безумные вещи. Это страшно. Страшно потерять рассудок, быть ведомым гормонами, из-за которых можно даже не заметить истинной сущности человека.       Варе всегда больше нравились книжки о прекрасных принцах, а все эти плохиши ей были противны. Они всегда носили чёрное, язвили, не давали главной героине спокойно жить, а она всегда терпела его из-за своей слепой любви. Короче, она превращалась в дуру. А Варя не хочет быть дурой.       Но волнение колет и щиплет её изнутри как порошок-шипучка, который взрывался на языке. Только Варе казалось, что она почти вся наполнена этой шипучкой, которая не переставая взрывается внутри. Это чувство разрасталось изо дня в день и она не могла контролировать это.       Варя бросила взгляд на часы: «21:05». Маша говорила, что нельзя верить себе и своим желаниям после девяти вечера.       Не буду сегодня писать ему!       От облегчения Варя ощутила усталость в каждой клеточке своего тела. Не в силах больше удерживать себя в сидячем положении, она завалилась на спишу и распласталась на прохладном полу. Отчего-то стало так хорошо и весело, что она не удержалась и стала смеяться. Даже когда начал болеть живот, она всё не могла остановиться. Такая глупость вся эта романтика! Такая глупость – так сильно бояться кому-то написать! Возможно именно поэтому она так и смеялась. Впервые в жизни она не была сторонним наблюдателем в сердечных вопросах, впервые она поняла, как же это страшно и волнительно – написать тому, кто тебе нравится.       Он мне нравится?       Варя перестала смеяться, подняла руку и посмотрела на свои растопыренные пальцы, костяшки, складки кожи, будто пытаясь по ним как по рунам прочитать ответ.       - Да, нравится, - спокойно сказала она себе, будто принимая неизбежное.       И стало легче.       Но чтобы понять свои чувства полностью, Влада и правда стоит узнать получше, не ограничиваясь изучением его странички в соцсетях.       Судя по звуку – на телефон пришло уведомление. Варя не спешила подниматься. Она старалась привыкнуть к этому чувству, к новой части себя. Ещё одно уведомление. Теперь блаженство сменилось на раздражение – кто посмел прерывать её внутренний монолог? Ещё уведомление и сразу же ещё. Резко поднявшись, она схватила телефон и сразу нажала на уведомление в строке состояния. Ей открылся диалог с Колей. Живот скрутило от разочарования. Всё же, какая-то часть Вари надеялась, что ей написал не он.       Коля: ещё раз привет, извини, что так поздно!       Коля: просто хотел спросить, тот парень – твой друг?       Ме: Нет, мы почти не общаемся.       Коля: правда? Круто       Коля: наверное       Варя, не моргая, смотрела на сообщения. Какой-то бессмысленный диалог. Или она просто слишком устала, для поиска глубинных смыслов его слов.       Коля: ну ладно, спокойной ночи)       Ме: И тебе)       Она закрыла диалог. В разделе «чаты» осталось ещё одно непрочитанное сообщение.       Морок: *фото*       На секунду Варе показалось, что весь её организм замер – сердце, кровоток, работа мозга – всё остановилось. А потом начало работать с новой силой. По ощущениям сердце находилось не в груди, а где-то во рту. Дрожащим большим пальцем она открыла диалог, сгорая от нетерпения – что же он прислал.       Там был мем. Мем про айфоны, отключающиеся на холоде. И снова Варя забыла про моргание.       - То есть я мучилась, я металась, я пыталась придумать, что написать, а ты просто скинул мне мем?!       Варя отбросила телефон, не желая отвечать. Это ощущалось как личное оскорбление, усмешка в лицо.       Но через минуту она уже снова тянулась за телефоном, чтобы ответить.       Ме: Очень «смешно»       Морок: Мне смешно)       Варя не видела, как сильно скривилось её лицо от гнева, но по ощущению натянувшейся кожи – сильно. Если часто так кривляться, можно заработать морщины к двадцати, Влад того не стоит.       Ме: Мог бы смеяться в одиночестве, я бы не обиделась       Морок: Я люблю делиться       Хмыкнув, Варя погасила экран телефона. От эмоциональных качелей все мысли смешались в кучу, она совершенно не представляла, как продолжить диалог. А ей хотелось его продолжить. Телефон завибрировал и Варя снова включила его.       Морок: Сегодня ты классно выглядела)       Варя вся сжалась, раскраснелась. Это сообщение принесло ей такую радость, что, казалось, внутри распускаются цветы. Но из вредности она ответила:       Ме: А обычно я выгляжу не классно?       Морок: Мой прокол. Сейчас исправлюсь       Морок: Каждое твоё появление – будто сошествие ангела с небес, но сегодня ты походила на божественное создание!       Ме: Ты прощён)       Морок: :)       Губы заболели. Ещё секунда и от такой широкой улыбки щёки треснут.       Морок: Так как насчёт прогулки?)       Ме: Когда ты свободен?