Слишком далеко..

Андрей проснулся и вышел из своей комнаты, Миша еще спал, он умылся, почистил зубы поставил чайник и вернулся в зал. Князев присел рядом с диваном на полу и стал наблюдать за Мишей. Тот спокойно спал, тихонько дышал через нос. Лицо было в щетине, запустил себя Мишка, совсем не бреется. Андрей легонько поцеловал его в губы, тот резко проснулся. И посмотрел на Андрея очень странно. Как будто тот сделал что-то странное и непонятно. — Ты чего? — Миша удивленно посмотрел на парня. — Ну как, ну просто целую. Или ты не помнишь ничего? — Я помню. — Холодно ответил Горшенев. Встав с дивана, Миша взял вещи и ушёл в ванную. Проторчал он там минут пятнадцать. Андрей сделал бутерброды, чай и позвал Мишу, чтобы говорить. Андрею хотелось знать почему Миша так отреагировал. Почему не было нормальной реакции, если он все помнит? Если помнит, значит, знает что было вчера ночью, что они целовались, обнимались, говорили как любят друг-друга. Как не могут быть друг без друга. Андрей был счастлив пару часов назад, а сейчас в недоумении. Миша тоже не понимал. Душ привёл его в чувство, Миша под струёй прохладной воды быстро опомнился, протрезвел окончательно, поняв что сказал Андрею, что они делали, о чем говорили. Но Миша хоть и любит Андрея, понимая, что он его пасынок и является для него отчимом, всегда поддержит и поможет, не признавал таких отношений для себя. Ладно Андрей, он ребенок, ищет того, с кем будет счастлив и нашел, но это не надолго. Это не Миша. Миша — это отчим, а не парень. Миша любит как отчим, а не как парень. Князев позвал мужчину за стол. И начал разговор. — Миш, что ты помнишь со вчерашнего вечера? — То, что я пил. И все. — А еще что-нибудь? — Ну... Что ты мне сказал, что вроде как любишь меня. Кхм... Как парня... Ну и мы с тобой целовались... Боже, прости, Андрей, я не хотел! Я просто напился! — Ничего страшного, Миш, а ты меня любишь? — Ну конечно, — на лице Андрея появилась улыбка, — ты же мой сын, если так можно сказать, а я твой отчим, как я могу тебя не любить? И с каждым Мишиным словом улыбка медленно спадала. Андрей думал, что он кго любит как парня, а не как сына. Ему не надо чтобы Миша его любил так, ему нужно по-другому, как парня. — А как парня? Ты бы хотел со мной встречаться? — Андрей, тебе сколько лет? — Шестнадцать, а что? — Ну вот, а мне сорок пять, ты слишком маленький для меня. — Типо не хочешь быть педофилом? Ну так... Ну... — Что? — Любви все возрасты покорны, и все такое, разве нет? — Нет, не все Андрей. В нашей стране такие отношения не очень хороши и тем-более с такой разницей в возрасте, меня ж посадят. Да и... Проще будет так... — Как?.. — Скажу прямо, чтобы надолго не растягивать и ты сразу понял... Ты мне не нравишься, я тебя как парня не люблю, такие мне отношения не нужны. Миша встал и начал молча мыть за собой посуду, а после просто сидел и читал. Князь все сидел на кухне перед пустой посудой. Он понял, ему бы хватило даже одной фразы, все остальные добили его. Хотелось закричать, заплакать, чтобы пожалели, чтобы пожалел любимый, но к Мише он теперь даже не хочет подходить, он не обиделся, он не хочет мстить, он просто знает, что Миша не любит, что Миша не тот. Но хотелось только Мишу, только его, только его голос. Хотелось, чтобы этот бархатный низастый голос говорил, шептал, доводил до мурашек, извлекая только три слова: я тебя люблю. Андрей ушел в комнату, полежал и даже успел поплакать. Миша приоткрыл дверь в его комнату. — Не плачь, это не сто́ит твоих слёз. Дверь закрылась. Андрея стало только хуже. Почему так? Почему его не любят. Алена уехала, Миша из десятого класса сказал, что надо расстаться, а Миша просто сказал, что не любит. Хотя они целовались, им же было хорошо, легко, Андрей снова хочет в тот вечер, в ту ночь, когда сладко лежал на Миша, желая коснуться его губ снова, но стеснялся. Хотел снова туда, где пытался не уснуть, чтобы как можно больше времени провести с этим Мишей, с пьяным и смешным дядькой, который затирает всякие смешные шутки про своего брата и Андрея. А Князь же смеётся, смеётся от Мишиных рук, которые обнимают так, что становится щекотно. Миша снова открыл дверь, уже заходя в комнату. Андрея спит, устал. Устал от того, что не может понять почему все именно так. « Миш, он твой сын, хоть и любит тебя по-другому, его нужно поддержать » — проносилось в голове Миши эхом, но только Миша не знал как поддержать в такой ситуации, что сказать если только от его присутствия Андрея разрывает, разрывает его сердце, которое ждет, что придёт тот, кто сделает из него такое, как эмодзи в мессенджерах, прекрасное, перебинтованное, обвитое любовью и нежностью, но Миша не знает как это сделать. Поддержать его сможет Саша Балунов, но сможет ли он сделать это так, что Андрею просто снова стало легче, не напоминая о тех словах, что сказал сегодня. Миша винит себя, что не сделал это аккуратно, что теперь видит перед собой заплаканные закрытые глаза, уставшего ребёнка, который просто хочет быть рядом с любимым. И он будет, но не в любви, а чувстве того, что тот которого он любит, не принимает для себя таких отношений. Андрей проснулся через час. После сна стало легче, но не полностью. Миша слушал музыку и пел песни шёпотом. Что-то на английском, наверное снова Битлы, ли же Ramones, ну или Misfits. — Что слушаешь? — Ramones, а что? — Просто, когда вернется мама? — Завтра в обед я за ней поеду, а приедем после обеда, а что? — Просто. Я пойду с Сашей гулять. Приду через час, ну может два. — Ладно, иди, я потом в магазин, тебе что-нибудь купить? — Да, купи чего-нибудь сладкого и попить. — Хорошо. Андрей ушел гулять, Сашке он рассказал о Мише. Балунов его поддержал, но был в шоке. Да и сам Андрей. Теперь Князев считает, что это была ошибка. Ему просто показалось, что он его любит. Просто накрутил себя. Но когда вернулся домой снова показалось другое, снова эта любовь к Мише. Горшенев читал, а Андрей смотрел на него и улыбался. Миша улыбался в ответ, это сделало две вещи. Первая: Андрей снова начал думать об отношениях с Мишей. Вторая: Ему было приятно, что Миша обращает на него внимание, ну или же Князь так пялился, что трудно не заметить его голубые глаза на себе. На следующий день Миша уехал за Надей, а потом предложил Андрею поехать с ним к родителям Миши. Князев согласился и они уехали. Там они сидели и пили чай, обсуждали планы. Андрей просто слушал о чем они разговаривали, потом задумался, а когда снова вернулся к тому, чтобы слушать взрослых. Они обсуждают тему ЛГБТ?.. — Я не признаю таких отношений, надо чтобы девочка с мальчиком, а не с девочкой и наоборот. — Сказал Юрий Михайлович. — Да, пап, да это все временно, они же пока молодые встречаются, потом перестают, заводят другие отношения, это как болезнь, ее просто нужно пережить. « Любовь двух парней — болезнь?.. » — Подумал Князев. — Наверное, я таких еще не встречал, чтобы взрослый мужчина с парнем за руку ходил, обнимался или целовался. Это вообще запрещено. Андрей не мог выдержать таких слов и сказал, что устал. Татьяна Ивановна отвела его в комнату и Андрей лег спать, он и вправду устал. А потом он проснулся в машине, они ехали домой. — Миш, а я хотел спросить... — Ну спрашивай, я отвечу. — А то, что ты говорил сегодня это правда? Ты правда так считаешь? — Ты о чем? Мы сегодня много тем обсудили. — Делает вид что не понимает, конечно. — Ну про то, что два парня могут встречаться и все такое. Что это болезнь там... — Я сказал так, как посчитал нужным, а что? — Ну выходит, что я больной. — Нет, не больной. — Ну мне же правда нравятся парни, а ты сказал, что это болезнь, значит, я больной. — Так все закрыли тему. Не начинай. — Ну почему не начинай? Да и ты никогда такого не говорил, а как только твой папа об этом сказал ты его поддержал, значит, ты своего папу боишься? — Не неси бред, не боюсь я его. — Ну конечно, ну ты же любишь, эсли бы ты не любил меня ты бы в тот вечер так не поступил и ничего мне бы не сказал! — Так хватит, я сказал, успокойся! Я сказал закрыли тему, значит, закрыли. Щас я привезу тебя домой и все. — Да ты просто боишься своего отца, боишься что он тебя н поймёт, поэтому считаешь, что это неправильно, потому что так сказал он, но это не так! — Блять, Андрей, я сказал успокоиться тебе! Можешь спокойно и молча ехать!? Я тебе сказал, что я тебя не люблю и мне такие отношения не нужны! Я ненавижу геев и всю эту хуйню и не надо считать, что это только потому, что сегодня так сказал мой отец, понял!? — Да... Андрей отвернулся и стал глядеть в окно. Это первый случай когда Миша на него так наорал, что наговорил такого, чего Андрей не мог ожидать от него совсем. Если бы не его чувства, то блондину было бы все равно, но из-за этого стало хуже. И Андрей с большей казалось, что это не Миша такой, а Андрей. Стало все только хуже. По приезде домой, Андрей ушёл в комнату и уснул, а утром ушел в школу. Выходные прошли. Снова школа и вот это все. Мишу к себе Андрей не подпускал совсем и Миша понимал, что снова потерял доверие Андрея, снова разорвал их связь. Сердце сжалось, но не понятно почему. Хотелось Андрея, его улыбки и объятий. « Че влюбился, что ли, Мих, дурак, блин » — Думал Миша и не понимал, что чувствует. Одной ночью Мише плохо спалось, он тихонько зашел к Андрею и глядел, как тот спит. Мише хотелось его обнять и лечь с ним, но он знал, что Князь будет зол, если проснётся в его объятиях или даже ударит Мишу.

***

В один из дней Миша и Андрей снова были одни дома. Надя ушла к подруге. Андрей задумался и ничего не понимал, что вообще происходит. Миша к нему подошёл и поцеловал в губы, а потом разорвал поцелуй и сел снова на место, делая вид, что ничего не произошло. — Что это было? Зачем ты это сделал? — Что я сделал? Я ничего не делал. — Да, блин, и не прикопаешься... Андрей ничего понял, но когда захотел сам это сделать, сам поцеловать Мишу, тот снова посмотрел на него с той же странной эмоцией, как и в то утро. Такое повторялось, но Андрей не понимал почему. А когда начинал об этом говорить Миша уходил от темы. Он начал об этом рассказывать Саше и они стали вместе думать, как вывести Горшенева на чистую воду.