Поездка на природу

Сидя на переднем сидении довольно простой и уже старой машины, парень потягивал из цветастого стакана, через пластиковую трубочку, необычный напиток. Окно было слегка приоткрыто, но волосы так и развевались, иногда попадая в глаза. На улице стояла невозможная жара, хотелось забиться куда-нибудь в тёмное и холодное место, но это было невозможно в поездке. По радио играло что-то такое же старое, как и машина, но песни вполне качали. — Нам ещё долго? — Парень разворачивается к водителю. — Нет, Клеш, мы почти на месте. Секби, убрав волосы в хвостик, чтоб не мешали, мчался по трассе, они давно запланировали эту поездку. Лето давало о себе знать и купаться хотелось больше, чем жить, так и выехать с друзьями на шашлыки, идея просто супер. Правда в прошлый раз, они всей толпой вылавливали одного бухарика с озёрного дна. Ну ладно, не совсем так, но Балбес в тот раз и правда перебрал. Проезжая мимо очередной заправки, Клеш уже капризно ныл, что хочет кушать и вообще, зачем было ехать так далеко на машине. Далеко, это просто за город. Да, ехать приходилось часов шесть, но это не так критично, как выражался недовольный мышонок. Их запасы снеков кончились ещё час назад и теперь слушать капризы было невыносимо. Секби наконец завернул на знакомую заправку, он тоже устал ехать, так что перерыв — это самое то. Клеш радостно выскочил из машины, потянулся и закрыл дверь. — Давай, десять минут тебе, я пока схожу перекурю. — Ляпнул Секби не подумав, а второго уже перекосило, да так, что казалось, сейчас вырвет. — Фу, жвачку хоть закинь потом. — Без сопливых знаю. Давай, иди уже, я тебя ждать не буду, время пошло. — Ящер тряхнул своими часами, засекая десять минут, а второго уже как сдуло. Рейк наконец зашёл в небольшое строение заправки и расплавился под таким нужным кондеем. Если бы можно было, он бы остался тут, по крайней мере до темноты. Но как раз до неё им и нужно доехать до нужной точки, а ехать оставалось ещё часа два, не много, но и не мало. Шатен пошёл ближе к полкам со всякими вкусностями. Еда была не на их плечах, те везли в своём багажнике спиртягу, вещи для розжига и разную другую мелочёвку, в том числе и сборный мангал с инструментом. Полки кишили всем тем, что Рейк очень любил, так что небольшая корзинка была наполнена с горкой и на кассе тот, помимо них, оплатил ещё и заправку, топливо, конечно, ещё было, но лучше уж сейчас, а то мало ли, что там случиться может. Выйдя к своему другу, тот молча протянул Секби хот-дог и, устроившись у машины, те перекусили, запивая всё это кофе из баночек. — Кто-то уже пр'иехал? — Клеш ещё не дожевал, но уже, чавкая, обратился к парню. — Вроде Куркума, Сантос и Клайд уже там. — Вр'оде? Надеюсь это так и мы не будем их искать, пока они ищут нас... — Клеш потянулся, выкидывая мусор после их небольшой трапезы, и пошёл обратно в машину, расслабившись на переднем кресле, что откинул назад. — Я тоже надеюсь. — Секби тоже уселся, но, в свою очередь, за водительское, снял машину с ручника, выехал на трассу и продолжил этот нелёгкий путь. КлешРейк по пути просто заснул и помогать с картами было уже некому, а будить мышонка не хотелось. Через время дорога стала незнакомой, они договорились съездить в другое место. Ехать через чужой коттеджный район было немного страшно, Ящер даже не знал куда поворачивать. Везде либо забор, либо шлагбаумы, но, наконец, тот нашёл где свернуть. Там же и кончилась практически ровная дорога. На первых же кочках Клеш открыл глаза, подумав, что они упали с обрыва. Тот крепко вцепился в кресло и наблюдал за дорогой. Хоть те и ехали как каракатицы, но это было увы не из-за них, а из-за раздолбанной и заросшей дороги. Те проехали через лес, точнее, не выпиленную его часть, и наконец оказались у берега большого озера. Рядом уже стояла знакомая машина, так что лукаться никуда не пришлось. Парни пристроились рядом, наконец вылезая из машины, но, осмотревшись, никого не увидели. — И где они все? — Клеш почесал затылок, смотря на Ящера. — Наверное ушли гулять, тут и лес и поля рядом, да и до местного магаза не далеко. Странно, что людей мало, только на другом берегу... — Может там лучше спуск в воду? — Мышь пожал плечами. — Хочешь проверить? — Секби запустил руку в чужую макушку и встрепал волосы. — Ай, нет! — Клеш недовольно отпихнул чужую руку, но его успели зажать в объятиях. — Так бы и защекотал тебя, да жалко. — Секби, помотав хвостом, оставил на чужом лбу лёгкий поцелуй. КлешРейк лишь усмехнулся, обнимая того в ответ, а после потянулся выше, стягивая чужую резинку для волос и натягивая её на своё запястье. — Не надо меня щекотать. — А поцеловать можно? — Секби, сдувая с носа свои же волосы, наклоняется ниже. — Можно. — Ящер потянулся к чужим губам, но не успел тех коснуться, как телефон шатена громко пропиликал. Шатен недовольно отстранился и, отойдя, полез в телефон. — Р'ебята пишут, что, если что, они ушли за полотенцами, забыли с собой взять. — Ну они дают... На озеро не взять полотенца... — Брюнет немного взгрустнул, но решил прикрыться шуткой. — А мы взяли? — Клеш как-то неловко улыбается. Ящер посмотрев на мышонка, застыл. — Я просил тебя... — Секби смотрит как-то волнительно, в лапах сжимая пакеты, что уже успел достать. Клеш вздыхает и садится на кем-то оставленное, рыбацкое кресло. — Мы не взяли. — Тот сжимает телефон под вздохи соседа. — Клеееш... Пиши им, чтоб нам тоже купили. — Брюнет размещает пакеты на земле, начиная разбирать те. — Да пишу я. Ребята сообщение получили, конечно посмеялись с растерянности всех их вместе, но вскоре наконец встретились. Больше никто особо не приехал, только ближе к вечеру, прибыли Блс и Дачес. Другие, к сожалению или счастью, не смогли. Те разложили палатки, скрутили мангал, заправили его углями и сухими палками. Кто-то занялся при этом и обычным костром, чтоб отпугивать насекомых, другие управлялись с едой. Жарить мясо было не так уж и долго, а к этому времени был готов уже и гарнир, и салат. Даже их небольшой лагерь уже стоял как вкопанный. Один общий шатер и три палатки. Ужинали те, естественно, в шатре, подключили лампу к аккумулятору машины и повесили под потолок. Установили столик со стульями и начали культурную трапезу. Некоторые ребята выпили, в их числе оказался и Секби, от этого шутки полились через край. Те сидели до самого поздна, потом просто накрыли всю еду и пошли купаться по темну. Далеко не заходили, всё же местность новая, но изрядно все промокли, наплескались и устали. Пока девушки помогали друг другу помыть голову из-за того, что залезли в тину, Балбес, Клайд и Сантос о чем-то разговаривали у костра . Клеш же, как вылез из воды, так и уселся там же, на постеленном пледе, где они оставляли вещи перед заплывом. — Чего грустишь? — Секби подсел рядом, вручив мышонку полотенце. Клеш посмотрел на ящера и накинул полотенце на плечи. —  Я не гр'устный, устал пр'осто. — Ты полдня в машине спал. — Секби двигается ближе, он уже обсох у костра и веял тёплом, а Клеш был весь покрыт мурашками. — В машине это не то... Я спал от того, что было нечего делать, а сейчас я устал. — Шатен жмётся ближе, он не мокрый, разве что его плавки и голова, но это не должно было помешать. Секби вздыхает, обнимая того за плечи, и целует в лоб, медленно, как-то по родному. — Нужно переодеться, мышонок. Потом погреемся у костра и спать. Клеш кивает, возражать тут в принципе и нечему, ему такой расклад по душе. Шатен, поднявшись на ноги, неловко переодевается, пока Секби прикрывает его, вытирает волосы, надевает верхнюю одежду и те наконец идут вешать плавки сушиться, а после устраиваются у костра, где уже вовсю жарили хлеб. Клеш хоть и наелся, но не отказался от румяного кусочка, всё же хлеб на костре — это нечто, что нельзя не попробовать. Сидеть долго они не стали, вскоре уже начали разбредаться по палаткам. Шатен залез в палатку первый, разулся у порога, но затащил кроссы вовнутрь. Для него тут было просторно, да и Секби влез вполне спокойно. Мышонок сам прижался ближе, теперь не мог уснуть, поэтому и лип как банный лист. — Клеш, убери ногу, прошу тебя. — Секби вздрогнул почувствовав чужое колено в опасной близости от паха, но парня обнял, а то ещё словит обидку. От мыша никаких действий не последовало и ящер, вздохнув, чуть отодвинулся, пытаясь рассмотреть чужое лицо в темноте. Клеш был уже чем-то расстроен, поездки загород это явно не его. — Мышонок, ну что случилось, опять скажешь, что устал? Клеш в ответ лишь помотал головой и развернулся к ящеру спиной. — Всё нормально. Этот тон Секби узнает из тысячи, мышка устала, но не в том смысле, ему просто хочется домой. Закончился запал. Села батарейка. Ну, или куча других синонимов. Ящер пододвигается ближе, обнимает его со спины и скользит по шее своим носом. Сжимает его руку, чужая ладонь в ответ тоже зажимает его. — Ты знал, что ты очень капризный мышонок? — В ответ послышалось уже чуть более довольное "угу". Брюнет, вздохнув, касается чужого живота, сползает ниже, чтоб приподнять футболку, но его наглую лапу перехватывают. Ящер напрягается, думает, что сделал что-то не так, но его ладонь лишь направили ниже. — Пока ты одет, это будет сделать не так просто. Клеш недовольно фыркает, отпускает вторую руку Секби и стягивает шорты ниже, ящер же, подцепив и его боксёры, помогает снять полностью всё, однако накрывает мыша тонким покрывалом. Всё ещё уткнувшись в чужую шею, брюнет, проползает лапкой по гладкому бедру и ныряет между ляжек, поднимаясь чуть выше. Чужое тело пропускает дрожь и жмётся ближе, Клеш тихо хихикает, выпаляя свой гнустный план. Когти еле коснувшись чувствительной плоти, отстраняются, но брюнет всё же сжимает ту в руке. Секби осторожно скользит рукой по всей длине члена, слушая как спокойное ранее дыхание мышонка, сбивается и моментами прерывается, как тот сжимает бёдра и жмурится, желая получить большего. Ящер растягивает удовольствие, никуда не спешит, но Клеш так не может, ему надо сильнее, быстрее. А Секби просто издевается, зная, что так будет лучше для самого мышонка, они это уже проходили. Он мог бы сделать так, как хочет шатен, но без смазки это было бы травматично. Рейк, прикусив губу, поскуливает, но вскоре с надрывом выдыхает, наконец достигая оргазма, через долгие, мучительные ласки. — Ты не ящер', ты чёр'т, настоящий... — Есть такое. — Секби поднимается и лезет в сумку. — Включи фонарик на телефоне, пожалуйста. Клеш включает, его же попросили, поворачивается к парню и сев, помогает ему найти салфетки, в процессе, найдя кое что другое. — Ты пр'езики взял? — Мышь даже как-то удивляется. — Зная тебя, я везде их беру... Они со мной всегда. — Не говор' и так, будто я из тебя все соки выжимаю. — Шатен хмурится, складывая руки на груди. — А это не так, мне тебе напомнить о прошлой сходке? Или наш последний раз в чёртовом поезде? — Секби смотрит на явно задумчиво озабоченного парня. — Заткнись. — Шатен залился алым, ну было пару раз, но не винить же себя за это. — Я не виноват, что у меня высокое либидо. — У тебя не высокое либидо, у тебя совести и стыда нету. — Секби опять встрёпывает его волосы и смотрит в чужие глаза, которые уже недобро загорелись. — Нет. Мы буквально в палатке Клеш. Тут рядом ребята. — Мы можем пойти в машину. — Кажется, мышонок уже чисто из желания напакостить не хотел отступать. — Ну уж нет, я не хочу ехать на мойку посреди ночи. — Секби вздыхает, отнимая пачку презервативов, он не будет скрывать, что ему любопытно, просто боится попасться. — Ладно, если обещаешь быть тихим... — Ты же знаешь, что я умею. — Тот довольно лыбится. — Я с тобой точно не умру, если буду курить. — Секби вздыхает, двигаясь ближе к парню. — Это ты о чём? — Клеш не понимает, но это и не важно, тот наконец ложится обратно . — Да старая шутка, типо одна сигарета отнимает 5 минут жизни, а секс продлевает её на 5 минут. — Глупость какая-то... — Да, тогда я вовсе бессмертен. — Ящер не успевает и нависнуть сверху, как его увлекают в поцелуй, заставив заткнуться. В палатке заниматься таким не особо удобно, особенно раздеваться, но с этим они справились. Секби почти запретили тянуть резину, хотя он привык действовать нежно и аккуратно. Клеш был на этот счёт другого мнения, так что начали те почти, сразу, уже даже без растяжки, просто начиная процесс. Однако ласкать чужое тело во время размеренных толчков ящеру никто не запрещал и тот развлекался как мог. Клеш же, плавясь под чужим напором, старался быть тише, почти задыхался, выдавливая стоны в чужие губы, будто это помогало быть не услышанными. Во время такого секса он не мог как обычно просто войти в азарт и отключиться, ему приходилось слушать каждый шорох на улице . Секби будто нарочно задевал все чувствительные точки, казалось, старался вымотать мышонка, чтоб тот сдался. Шатен цеплялся за чужую спину и плечи, осознавая, что царапины точно не сойдут до утра, знал, что их точно спалят и всё это почему-то сильнее заводило его. Секби и сам оставлял следы, на ключицах, шее и груди, кусался, целовал и царапался, не оставляя в покое даже ноги, хотя и не хотел спалиться. Он бы не преувеличил, если бы после всего этого сказал, что они похожи скорее на тех, кто выжил в схватке со стаей диких собак, а не на людей после акта любви. В палатке было душно, те, даже не одевшись, вылезли наружу, садясь на полотенце и накрывая с пледом. — Больше я никогда не буду заниматься этим с тобой вне дома. — Возмущался Секби, крепче обнимая размякшее тело. — Тебя и не заставляли. — Клеш же был вполне доволен и просто отдыхал под ночным ветерком. — Меня принудили. — Секби пошутил неудачно, понял это он по локтю, что врезался ему в живот, не сильно, но свой проступок он понял. На утро пришлось собираться побыстрее, поездка планировалось на дня три, но Секби отмазался тем, что Клеш, видимо, простудился. Ну если он чем-то и болел, то воспалением хитрости. Ящер бы и не удивился, если это всё оказалось бы его планом, как поскорее уехать домой. Всё же он не очень любил уходить или уезжать из дома.