Зутопия / Zutopia

Глава 15: Экскурсия и Старатель на первых полосах / Chapter 15: A Tour and an Endeavor in Journalism

※※※

      Шото не до конца понимал, что происходит, если быть совершенно честным с собой и миром. На бумаге да, он знал, что происходит, но не понимал почему.       Сформулировать «что» было довольно просто. Им прислали письмо о том, что Юэй предлагает бесплатную экскурсию, поскольку не только Старатель — выпускник школы, но и жертвующий средства выпускник, а у него есть ребёнок, который скоро будет поступать туда.       Нацуо не выглядел вдохновлённым, но Фуюми казалась невероятно радостной, так что оба брата согласились поехать.       Старатель не смог присоединиться — у него были срочные дела, — однако Нэдзу, директор, заверил, что детей встретят у ворот сотрудники-герои, и на территории Юэй они будут в полной безопасности.       Шото сомневался в этом.       Не в части безопасности, это логично. Юэй — геройская школа, известная передовыми системами защиты, так что за её стенами, окружёнными героями и будущими героями, они точно в безопасности.       Нет, Шото сомневался во внезапных делах Старателя, которые возникли за два часа до их отъезда.       — Он ворчал, — пробурчал Шото, но Фуюми с серьёзным видом сказала, что, наверное, это действительно важно, и что она присмотрит за младшими братьями.       Старатель фыркнул и повернулся к нему:       — Шото, через четыре года это будет твоя школа. Дай достойное представление о нашей семье.       Старатель, разумеется, не сказал ничего Нацуо, который, возможно, хотел поступить на общеобразовательный факультет, несмотря на то что был беспричудным. Запрет отменили два года назад — внезапно и без объяснений, — но образование там было хорошим, даже если Нацуо не стремился стать героем.       Шото совершенно не понимал, почему Фуюми так воодушевилась. Она же не собиралась поступать в эту академию — переводиться ей незачем, да и нынешнее место её устраивало. Зачем тогда ей эта экскурсия?       Старатель высадил их у ворот, где их уже ждал Сущий Мик, громко представившийся и проводивший внутрь.       Он вёл их по коридорам, показывая классы, но пояснил, что настоящий гид скоро присоединится — он просто доведёт их до места.       Мик распахнул дверь и жестом пригласил войти в комнату, где за столом сидел белокурый подросток с огромными алыми крыльями. Тот поднял взгляд и широко улыбнулся.       — Привет! Я Фуюми, — шагнула вперёд сестра. — Рада познакомиться!       — Ястреб! Э-э, то есть Кейго Таками. — Парень-птица нахмурился на секунду из-за оговорки, но тут же снова засиял.       — ЭЙ, ДАБИ!       Шото моргнул, услышав этот крик, а затем — ворчание из соседней комнаты.       — Чего тебе, пернатый? У меня дел…       Голос оборвался, когда он увидел их, глаза расширились.       Фуюми бросилась вперёд, схватила его руки и ахнула, разглядывая крупные лиловые ожоги, покрывавшие тело.       — Тойя, что ты с собой наделал? — Фуюми не отрывала глаз от ожогов. — Ты же лечишься, да?       — Ещё бы! Исцеляющая девочка с меня шкуру спустит, если пропущу сеанс. Шрамы останутся, но через две недели всё заживёт, — пожал плечами Даби.       Нацуо хрипло выдавил:       — Чего?       Шото был в замешательстве, но парень (мужчина?) усмехнулся:       — Эй, Нац. Давно не виделись. Как дома?       Нацуо шмыгнул носом, бросился вперёд, врезавшись в Даби, и забормотал что-то с матами. Тот фыркнул:       — Чёрт, я же был прав. Ты меня перерастёшь.       Шото нахмурился. Как Фуюми его назвала? Точно не Даби, но я отвлёкся на шрамы и чёрные волосы.       Даби поднял на него взгляд:       — Привет, Шо.       А.       Тойя.       Даби, честно говоря, наслаждался моментом, несмотря на подколки Юми и Нацу и едкие комментарии голубя.       — Птиц, — вздохнул он, — если принесу наггетсов от Ланч Раша, уберёшься?       Кейго щёлкнул пальцами:       — Договорились, поджаренный! Развлекайся!       Он умчался, а Юми повернулась к Даби с ухмылкой:       — Ты был прав. Он милый.       — Заткнись, пожалуйста. Он надоедливый.       — Но милый, — парировала она.       Нацу фыркнул:       — Не знал, что ты любишь пустоголовых, Тойя.       Даби закатил глаза и засунул руки в карманы:       — Не ведись на его маскировку. Он чертовски умён. Просто любит, когда его недооценивают. Ну и прикалываться над ним весело.       Шо молчал, но нахмурившись, спросил:       — Разве курица для него не каннибализм?       Даби взметнул руки:       — Точно! Но, видишь ли, это его любимая еда, а он «хищная птица» или типа того.       Юми ахнула от его слов, но Шото лишь кивнул:       — Он государственный агент? Потому что птица?       Даби фыркнул:       — Не, малыш. Я уже говорил Юми: все птицы работают на нас, а не на правительство. Буржуев тут нет. Разве что Нэдзу — у него весь чай.       Шото серьёзно кивнул и дёрнул сестру за рукав:       — Я же говорил, дело не в весне.       — Да, знаю, сама недавно узнала, — вздохнула она.       Нацуо размял плечи (и, блин, это нечестно — Даби-то худой как жердь) и усмехнулся:       — Значит, экскурсия всё же будет?       — Как бы не так! Это просто предлог, чтобы поговорить, — выпрямился Даби, подавив улыбку. — Маленький Зелёный Зверь собирает дело против Старателя.       Братья напряглись (Юми уже знала), и он продолжил:       — Покажу вам школу. Нэдзу и Зелёный вызовут нас, когда понадобятся показания. Мои уже есть, но свидетельства семьи решат всё. — Он ухмыльнулся. — А пока покажу крутые штуки в Юэй.

※※※

      Нэдзу прогудел.       — Итак, пора составить план. Как ты знаешь, мы не можем просто выдвинуть дело против Старателя, даже с показаниями свидетелей — Комиссия Общественной Безопасности Героев замнёт его.       — Если только не шантажировать их! — бодро воскликнул Изуку.       — Верно, — усмехнулся Нэдзу. — Если только не шантажировать. Но, полагаю, компромат стоит придержать для будущих проектов.       Изуку кивнул, зелёные кудри затрепетали.       — Как ты считаешь, как лучше лишить их возможности проигнорировать дело?       Изуку наклонил голову:       — Внедрить в их сознание, не говоря прямо?       — А кто они в данном случае?       — Общественность.       Нэдзу моргнул:       — Не Комиссию?       — Нужно заручиться поддержкой людей, чтобы у КОБГ не осталось выбора, — объяснил Изуку.       — Интересно. Какие методы предложишь?       Изуку задумался:       — Кажется, это называлось... доступная эристика?       — Эвристика доступности, — поправил Нэдзу. — Что ты помнишь о ней?       — Это склонность считать, что первая пришедшая в голову мысль верна. Позволяет делать поспешные выводы, даже ошибочные. Если часто напоминать людям о чём-то, они поверят. Как с лягушкой в кипятке: если бросить в горячую воду, выпрыгнет, но если греть постепенно — не заметит. — Он поморщился. — Хотя дикое животное всё равно попытается сбежать, но аналогия работает.       Нэдзу рассмеялся:       — Немного не так, но верно. Что ещё стоит учесть?       Изуку прикусил губу:       — Предубеждения. Люди верят, что герои не могут ошибаться, что неверно. Нужно преодолеть это. Прайминг поможет — используем слова вроде «безрассудство» или «вред», чтобы задать тон.       Они обменялись улыбками, прежде чем Изуку продолжил:       — Начнём не с героев, а с ущерба. Привлечём людей на свою сторону, а потом постепенно введём идею, что не все герои идеальны. Медленно подготовим общество. — Он оживился. — А ещё снизим акцент на причудах, чтобы искоренить дискриминацию! Мощная причуда не делает человека героем — взять того же Старателя!       Нэдзу кивнул:       — Отличный план. Когда лучше начать?       Изуку задумался:       — Скоро. Всемогущий возвращается, но люди уже поняли, что герои — тоже люди. Не дадим им снова забыть это.       Нэдзу подвинул ему ноутбук:       — Тогда начинаем!

※※※

      Шоджи проверил новости и поднял брови, увидев заголовок:       [Анонимный исследователь опубликовал статистику преступлений: лидируют ущерб имуществу, нападения и кражи!]       Ох, начинается.

※※※

      Шото жадно следил за новостями, ожидая дня, когда имя Старателя окажется в заголовках в негативном свете.       [Помощник героя Блейд Фенг замешан в домашнем насилии!]       Ближе и ближе — с каждой анонимной статьёй.

※※※

      Бакуго язвительно усмехнулся, глядя на заголовок. Зуку начал свою кампанию, да? Что ж, пора рушить эту систему.       [Трое героев из Топ-100, о скандалах которых вы не знали! Сокрытие фактов Комиссией!]       Осталось совсем чуть-чуть.

※※※

      Чако хихикнула и сунула телефон Химико под нос:       — Хими, смотри! Мидори выложил новую статью! Её уже вовсю разносят!       Девушка-блондинка моргнула:       — Круто!       [Почему «Сопутствующий ущерб» — это внесудебная расправа и почему это незаконно]

※※※

      Кейго усмехнулся, тыча пальцем в экран:       — Даби, кажется, остался последний шаг. Зукс нервничает, но эта статья всё прояснит.       — Да? О чём в этот раз?       — Даже не его статья, а о нём: Анонимный журналист подвергается цензуре: что скрывает правительство?       — Хех, логично.

※※※

      Энджи Тодороки бушевал в кабинете. Его PR-отдел работал на износ последние недели — с тех пор, как его вызвали на задание. Теперь все вдруг озаботились «ущербом имуществу»! Поймать злодея оказалось недостаточно. А уж если он убивал того — тут же кричали о «нарушении закона» и «незаконной расправе». Любой, кто попадал под горячую руку, сам был виноват — все должны знать: увидел второго героя (как же бесило, что Всемогущий взял перерыв, но вернулся на первое место!) — убирайся. Если обожглись — ваша проблема. Раньше это понимали.       До сегодняшнего дня всё было под контролем.       Скандал с Блейд Фенгом заставил наглых журналистов копать в сторону его жены — абсурд! Ведь её история давно забыта, да и что обсуждать? Она сошла с ума, получила лучшую помощь за его счёт — а она ещё и шедевр испортила.       Потом пошли статьи о героях из Топ-100, чьи незаконные дела прикрывала КОБГ. Серьёзно, сами виноваты — доверили Комиссии юристов, хотя правительство в правовых вопросах ненадёжно, несмотря на создание этих законов.       И всё это на фоне провала КОБГ: анонимный журналист плодил статьи быстрее, чем их удаляли. Публика обсуждала, СМИ подхватывали — а как интерес угасал, выходила новая порция.       Статьи удаляли? Люди сохраняли скриншоты, обходя словесные фильтры. Каждый имел копию.       А потом вышла та статья.       [Старатель: наносит больше ущерба имуществу, чем Топ-100 героев и Топ-10 разрушительных злодеев вместе взятых. Лидер по смертям среди неопасных преступников.]       Нелепо.       Статья была железобетонной — все данные из открытых источников, которые КОБГ скрывала именно из-за их неприглядности. Теперь же статистика красовалась на первых полосах.       Да, он наносил огромный ущерб, но его причуда Адское Пламя не была пассивной — она требовала активации. Если злодеи бежали, огонь распространялся.       И да, иногда преследуемые им негодяи (называть их просто преступниками было бы щедро) сгорали дотла. Но в итоге улицы становились безопаснее, и люди это понимали.       Так почему же общественность взбеленилась?       Требовали пересмотра его лицензии — чистейший абсурд. Он второй герой рейтинга, чёрт возьми! Добился этого не лестью и не мягкостью.       PR-отдел бушевал, настаивая на публичных извинениях. Он их выдал, конечно: пообещал «быть осторожнее», не жертвуя эффективностью.       Одно СМИ (возможно, связанное с КОБГ) напомнило: пока Всемогущий отдыхал (два года!), Старатель держал общество на плаву. Это слегка смягчило гнев. Люди «осознали благодарность», и всё будто утихло.       Пока не вышла финальная статья. Через месяц он оказался в зале суда.       [Свидетельства семьи: Старатель — домашний тиран. Свёл жену с ума, довёл ребёнка до смерти. Шокирующие откровения детей Тодороки.]       Он уставился на четверых детей (Тойя жив) сквозь тяжёлый взгляд, а судья лишил его лицензии и дал 10 лет тюрьмы.       Он заметил зелёные глаза в толпе, когда его уводили. Взгляд был ядовитым, но ребёнок, которому он принадлежал, улыбался.

※※※

      Весь Юэй ликовал — Нэдзу и Изуку праздновали победу. Им удалось не только свалить Старателя, но и заложить основу для развала КОБГ, к восторгу Кейго. Оставалось немного: ещё пара дел против Комиссии, и он снова сможет свободно летать, а не прятаться в стенах школы.       Все «бродяжки» Изуку (как называл их Даби) и учителя собрались вместе. Публичное мнение изменилось за несколько месяцев. Химико исполнилось 12, Каччану скоро 11. Изуку быстро втянул Шото в свою компанию (уже семеро, включая его), а Фуюми, Кейго и Даби болтали отдельно, как почти взрослые. Нацуо обсуждал медицинские заметки с Шуичи — ящероподобный парень проходил практику у Исцеляющей девочки и на следующий год должен был поступить в Юэй на год позже Нацуо.       Рей, мать семейства, тоже была здесь. Её выписали из больницы и передали полную опеку над детьми. Состояние семьи Тодороки перешло к ним — Энджи лишили всего. Они продали особняк и переехали в скромный дом в Мустафу, ближе к Юэй и, как следствие, к Изуку с его командой.       Шото наконец обрёл друзей и понял, что такое играть.       Он также перенял у старшего брата прозвище для Изуку, называя его Маленький Зелёный Монстр. Чако подшучивала над Изуку из-за этого, дразня его низким ростом, но он лишь ухмылялся.       Его собственная мать, Инко, беседовала с Рей, обсуждая районы, лучшие магазины, распродажи и опасные зоны. Беловолосая женщина казалась спокойной в обществе другой матери; они с Нэдзу сидели в тихом углу, попивая чай.       Изуку был счастлив исходу событий, но, когда вечеринка закончилась, он сел за компьютер и начал новую статью под псевдонимом «Гринбин».

※※※

      Предвзятость к причудам и как она вредит сильным и слабым       Недавний скандал с Энджи Тодороки, экс-героем «Старателем», вторым в рейтинге Японии, показал: герои небезупречны. Они такие же люди, как мы.       Но до разоблачения его жестокости общество осуждало его за случайные смерти и разрушения от причуды «Адское Пламя» — мощи, идеальной для героя.       Но что, если такое мышление вредит всем?       Адское Пламя — огненная причуда, эффективная против злодеев. Никто не хочет гореть. С такой силой все твердят: Стань героем! Это лучший выбор.       Я хотел бы объяснить, почему такой подход ошибочен.       В случае бывшего героя Старателя общество видело его силу и прощало недостатки. Изучив отчёты, можно заметить: изначально он не был столь разрушителен, но со временем цифры росли — и никто не вмешался.       Из-за мощной причуды мы решили, что это допустимо.       Теперь представьте детей в школе.       Старшие классы — первый шанс поступить в геройскую академию, но любой, кто сдавал вступительные экзамены, подтвердит: это нелегко. У некоторых есть сильные причуды для геройской работы, однако упор на зрелищность и мощь приводит к тому, что большинство довольствуются общеобразовательным факультетом — даже если могли бы стать выдающимися героями.       Откуда эта предвзятость?       Обычно причуды проявляются к четырём годам, и с этого момента общество решает, кем ребёнок может или не может стать. Если у вас эффектная причуда вроде управления водой — вам с пелёнок твердят: Ты станешь великим героем.       Я не говорю, что это неправильно. Но подобное мышление ограничивает наших детей и их будущее.       Быть героем — не только мощная причуда. Надеюсь, мои статьи хотя бы это доказали.       Вернёмся к примеру с управлением водой.       Сейчас есть герои с водными причудами: дуэт Морские Коньки, Гидрант и другие. Они вдохновляют детей с похожими способностями.       Представьте ученика с такой причудой. Все твердят: Из тебя выйдет великий герой!. Для поступления в геройскую школу нужны хорошие оценки. Если он завалит тест, учителя предложат допзадания — ведь нельзя потерять перспективного кандидата из-за истории или рисования.       Учителя хвалят его, говорят о потенциале. Ребёнок замечает: тем, у кого причуды слабее, такого внимания не достаётся.       Дети учатся тому, чему их учат.       Он начинает считать остальных «ниже» — ведь их не хвалят. Дразнит их, зная, что учителя не станут ругать «звезду» класса за безобидные обзывательства.       — Дети есть дети, — говорят они.       Оскорбления перерастают в толчки, причинение боли, унижения. Учителя бездействуют: Он же будущий герой! Кто мы такие, чтобы мешать? Жертвы, видимо, сами спровоцировали его — должны были знать лучше.       Ребёнок воспринимает это как норму. Те, у кого причуды незаметны, слабы или отсутствуют — ниже его. Пыль под ногами.       Он поступает в геройскую академию, окружённый такими же «звёздами», получает лицензию.       Становится новым Старателем — выше закона, ибо «лучше» других.       Но это вредит не только сильным. Люди с злодейскими причудами, монструозной внешностью или слабыми способностями страдают не меньше.       До появления причуд все профессии осваивали беспричудные.       У них не было сверхсил, облегчающих работу. Теперь же без причуды или с неугодной способностями устроиться невероятно сложно.       Статистика:       - 90% беспричудных — безработные.       - 70% с мутационными причудами — безработные, даже если способности не влияют на профессию.       - 75% со «слабыми» причудами теряют позиции перед сильными, несмотря на квалификацию.       С каких пор ДНК определяет профессиональную пригодность?       Когда мы стали игнорировать талант, опыт и навыки при приёме на работу?       Если выпускник медицинского вуза с лицензией врача выглядит как насекомое — должны ли мы запретить ему работать?       Разве наличие или отсутствие причуды делает людей менее человечными?       Чем больше общество зацикливается на причудах, тем сильнее страдает. Мы должны отвечать за поступки и умения, а не за случайные способности.       Все мы люди. Все заслуживаем шанса заниматься любимым делом.       На этом всё, 　

Гринбин.

※※※

      Изуку выключил компьютер и усмехнулся. Всё шло по плану. Всё скоро встанет на свои места — он ждал этого с нетерпением!