Негоже чистокровному влюбляться в полукровку

Абраксас Малфой — из очень богатой аристократической семьи Малфоев. В свои одиннадцать лет он впервые познал горечь любви. И влюбился он не в девочку-аристократку, а в мальчика-сиротку. Он увидел его, стоящего на перроне: одет он был в прилично выглядящие обноски, которые в некоторых местах были аккуратно заштопаны. Держался он очень уверенно — и, наверное, именно поэтому зацепил Абраксаса, выросшего среди аристократов, которые чаще всего были очень красивы, словно модели на обложках маггловских журналов. Эти самые журналы магглов Абраксас видел у отца в кабинете. Когда он заходил в поезд, почти все вагоны уже были заняты. Поборов страх и трусость, Абраксас всё же приоткрыл дверь купе, где сидел тот самый мальчик. — Здравствуйте, можно ли я зайду? Просто остальные купе заняты, — спросил с показательной уверенностью Абраксас. Мальчик поднял глаза от своей книги с неизвестным названием — и тогда Абраксас увидел небесно-фиалковые очи. Малфой впервые узрел такие прекрасные глаза. — Здравствуй. Проходи, — безэмоционально, но с уважением сказал мальчик. Абраксас изящно вошёл в купе, закрыл за собой дверь и сел на диван, обитый мягкой тканью. Набравшись храбрости перед своим первым интересом, он произнёс: — Я — Абраксас Теофилий Малфой, из древнейшего и благородного чистокровного рода Малфоев, — представился он и протянул руку в знак уважения. — Я — Том Марволо Реддл. Приятно познакомиться, — сказал Том, пожимая руку Абраксасу и глядя при этом как-то прожигающе. С интересом. Будто подмечая какие-то свои детали. Вдруг дверь купе резко распахнулась — туда ввалились ещё четыре ребёнка. Абраксас сразу узнал в них Кориолана Паркинсона, Азариана Малсибера, Маркуса Нотта и Люциана Лестрейнджа. Эти дети были его давней занозой в заднице. Точнее, заноз было пять — пятый это Орион Блэк, самая главная и болючия   заноза в заднице Абраксаса. — Ой, Абраксас! Мы как увидели, что ты зашёл в это купе, так сразу за тобой побежали. А то негоже тебе без нас быть! — гордо произнёс Кориолан, кареглазый и черноволосый парень с ушами торчком. — Вы — остолопы, а не чистокровные наследники родов! — отрезал Абраксас в тоне старшего брата. — Прежде чем зайти в занятое купе, надо у мага, что там сидит, спросить разрешение! А эти остолопы просто уставились на Тома — будто он рассказал, что сжигает магов. — Кучка идиотов, — просто сказал Том, даже не поворачивая головы и продолжая читать книжку — похоже, по рунам. — Извини, Том, — тихо, виноватым голосом сказал Абраксас. Четыре занозы шокировано уставились на него. На их памяти он никогда не извинялся — даже перед собственными родителями. Маркус чуть подошёл ближе к Люциану. — Это точно Абраксас? — прошептал он. Люциан, рыжеволосый и зеленоглазый, выше всех в купе и самый безумный из них, чуть кивнул. Маркус же был с каштановыми, кудрявыми волосами, едва достающими до ушей, с серыми глазами и носом с горбинкой. Но всё же — они были аристократами. И не собирались унижаться из-за какой-то тупой грязнокровки, который сейчас просто игнорировал их.