Вечное, смертное и то что между ними вышло

Ночь была прохладной. Ризли проснулся от еле слышного шороха. Комната тонула в полумраке, только дальний фонарь отбрасывал золотистый отсвет на пол. Он медленно сел на кровати. Невиллет ползал по полу. Неуклюже, на коленях, в расстёгнутой рубашке. Он вытаскивал одеяла из шкафа, складывал в мягкую кучку, потом перекладывал, потом снова вытаскивал. Его движения были быстрые, почти судорожные. На лбу выступил пот. — «Невиллет?» — тихо окликнул Ризли. Тот не отозвался сразу. Только потом, словно очнувшись, остановился и посмотрел на него — с тем выражением, с каким смущённый ребёнок может поймать себя на странной игре. — «Я… Я не знаю, что делаю.» — хрипло сказал он. — «Просто… я чувствую, что надо. Надо подготовить место. Тёплое. Безопасное. Чтобы… чтобы оно было там в безопасности.» Он провёл рукой по стопке подушек, как будто проверял её упругость. Потом сжал пальцы, и на миг по ладони прошёл лёгкий пульсирующий свет — капля гидроэнергии, инстинктивная, живая. — «Это не рационально.» — выдохнул он. — Это… не я. — «Это часть тебя.» — ответил Ризли спокойно, спускаясь с кровати. Он подошёл, сел рядом, не касаясь, и просто смотрел. — «Я видел, как ты сражаешься с чудовищами. Как судишь богов. Ты — воплощение закона. Но сейчас… ты будущий родитель. И это нормально.» Невиллет закрыл глаза. — «Всё моё существо протестует. Я не хочу быть уязвимым.» — «Уже поздно.» — мягко сказал Ризли и бросил на подушки ещё один плед. — «Мы оба уже уязвимы и это не слабость.» ⸻ Через пару часов у стены стояла большая, мягкая, чуть хаотичная, но тёплая конструкция из одеял, шерстяных шарфов, грелок и подушек. В центре — углубление, под которое Невиллет подстелил свой официальный плащ. — «Почему он?» — спросил Ризли. — «Самая прочная ткань. И…» — он смял его в руках, — «Он всегда был со мной. Пусть будет и с ним.» Ризли медленно подошёл и добавил сверху свой шарф. — «Тогда пусть с ним будет и что-то от меня.» И в ту ночь Невиллет впервые прижал руку к животу — не со страхом, не с тревогой, а с молчаливым принятием.