Лунный Обет: Хлад и Полынь

Новая ночь над Северным царством наступила тихо, без шороха снежинок и без шипения полынных духов. На небе, чистом, как отшлифованный янтарь, плыли неспешно три светила. Серебряная Луна — ровная холодная долька рассудка. Багря́ница — прозрачная тень былого пламени. И чуть сбоку крохотный Светли — жемчужный искристый фонарик-младенец, каждые несколько минут «дышащий» розовым сиянием. В гавани Горлян-на-Утёсе «Серебряный Грааль» тихо покачивался у причала. Матросы раскручивали медные гирлянды, лампы которых теперь питались не маслом, а пылью, которую Светли сбрасывал на рассвете. Первый дар новой Луны этому миру. Каждая точка гирлянды мерцала радостно, словно в ней поселились крошечные эльфы-медовики. На верхней палубе, опершись локтями о леер, стояли Агата и Северин. На шее у каждого блестела половинка нового оберега. Серебряные кромки сверкали, отражая почти неуловимую, но тёплую ниточку света. Никаких рывков, никакой боли: просто тихое «я рядом», если вдруг задумаешься глубоко. — Смотри, — прошептала Агата, показав на дальний горизонт. Там над чёрной полосой моря, едва-едва теплился зелёный полукруг. Не звезда и не туча, будто кто-то расковырял небо иглой. — Чёрная Луна, — ответил Северин. Голос ещё чуть шершавил, но звучал уже бархатно. — Ревнует, что у нас… малыш, — усмехнулась Агата. — Зависть всегда ищет новый способ стать бурей. — Значит, нам будет куда плыть, — пожал плечами князь. — За морем и ревности хватит, и песен. Из трюма в человеческом облике вынырнула Руна с пером за ухом. — Песен хватит, если бард цензуру переживёт, — бросила она через плечо. Бек, появившийся следом, театрально прижал руку к сердцу: — Прощу любых цензоров, лишь бы платили полынным мёдом и не заставляли рифмовать «Светли» со «светлой». По палубе прокатился смех, а где-то под мачтой хорёк-морозник вскочил на бочку и, высунув язык, крякнул так громко, что по воде пробежала дрожь. Точь-в-точь в отражение смеха маленького лунного малыша. Светли на небе мигнул в ответ. Лаврентий раскрыл свежий пергамент: на развороте сиял заголовок «Хроники Равноденствия: том I завершён». Ниже тянулась жирная каллиграфическая строка: «Но едва родилось новое сердце, как в тени за морем шевельнулась Чёрная Луна, и ревность прошептала третье обещание…» Эмилия, заглянув через плечо, довольно кивнула: — Такой заголовок продаст себя сам. Ночь сгустилась. После полуночи из багряной дольки выпал тонкий искристый лучик. К Светли от старшей Луны протянулось едва видимое лунное молоко. Как материнская рука к ребёнку и обратно, чтобы мир не забыл: любовь должна идти в обе стороны. Агата закрыла глаза, впитывая сияние. Северин по-рыцарски набросил ей на плечи плащ, хотя было не так холодно. — Всё ещё хочешь домой? — спросил он тихо. — Дом там, где две луны спорят о небе, — ответила она словами бабки Устины. — Значит, наш дом теперь везде, куда дотянется их свет. Светли вспорхнул чуть ярче, словно согласился. В ту же секунду далекий зелёный полукруг на горизонте тоже дрогнул, словно напоминая: «И я ещё вернусь». Так заканчивается очередная песня о двух лунах над Росью, чтобы тут же началась следующая. Ибо ревность никогда не перестаёт искать новое имя, а сердца, причины биться в унисон. «Любовь не тает в огне и не замерзает во льдах. Она рождается там, где две луны спорят о небе. Но когда к спору присоединяется третья, сердце должно выбрать заново…»

--- КОНЕЦ ---

Историческая справка Царства Рось

Даты приводятся по лунному летоисчислению (ЛЛ). Отсчёт от первого задокументированного объятия Серебряной и Багряной Лун. 7434 – Рождение Северина Генриховича Стужича в ледяной столице Снежеград‑Янтарь. Второй сын Владетеля Генриха III и Владетельницы Аэллы; отметку «снежный венец» получает при крещении льдом. 7440–7447 «Безморозные реформы» Генриха III — либерализация торговли, приглашение Лиги. Зарождается партия купцов‑маклеров. 7448 – Рождение наследника Иллари I (старший брат Северина). Годы «двойного сияния» — Луна‑Багряница максимально активна. 7455 – Первая учёба Северина в «Серебряной Академии»: стратегика, этикет, фехтование льдистым клинком. Наставник — маршал Эльферин Кроткий. 7458 – Мятеж в Янтарных Шпилях. Инквизиторский орден «Ладога» при поддержке Лиги финансирует переворот. Иллари подписывает тайный договор с купцами. Убийство Владетеля Фрилора III; дворец поражён «серебряной трещиной» — артефакт, который ломает лёд в крови. Северин ранен осколками трещины, спасается бегством через зимний сад. 7459 – Северин объявлен «последним Стужичем», за голову назначена награда. Пять лет скитается под чужими именами; изучает травы у кочевых меря‑ворожбитов. 7461 – Агата Колыбельникова (10 г.) сиротеет, её воспитывает травница‑бабушка Устина. 7465 – Северин впервые слышит о «защитных обетах полыни»; обретает браслет‑заслон. 7471 – Встреча в полынной роще. Ночь Объятия Луны; произносится случайный защитный заговор → образуется Лунный Венец. 19‑летняя Агата спасает раненого Северина, не зная, кто он.