Горе Побеждённым

Сначала всё, что он может чувствовать и видеть, — только свет. Резкий и обжигающий, он бьёт прямо в лицо, заставляя зажмуриться. Он не понимает, откуда этот свет — то ли фары, то ли вспышка, то ли просто что-то неправильное, что-то, что не должно быть таким ярким. Ему физически больно пытаться открыть глаза. Потом приходит звук. Громкий, резкий, рвущий барабанные перепонки. Испуганный вскрик, заглушающий громкую музыку, визг тормозов, скрежет металла, удар. Такой сильный, что он ощущает его каждой клеткой тела. Его кидает назад, потом вперёд, грудь болит от перетянутого ремня безопасности, лицо обжигает так, будто кто-то вылил на него кипяток, он не чувствует нижние конечности, ему не больно, но что-то ужасно, катастрофически не так, а затем… пустота. Он лежит. Он ничего не понимает, в ушах стоит визг, и именно вот это состояние — самое страшное, что он когда-либо испытывал. — Девять-один-один, что у вас случилось? — Я… — дрожащий женский голос прерывается громким, судорожным всхлипом, — я… тут… авария… — Мэм! Мэм, успокойтесь! Выдохните, и назовите адрес, есть ли жертвы?.. Джеральд не прислушивается к разговору, его разум плывёт, в глазах то темнеет, то снова возвращается свет. Он неохотно понимает, что всё ещё лежит. Что-то липкое растекается под рукой. Он моргает, пытаясь сфокусировать взгляд, но всё вокруг плывёт, цвета размыты, и единственное, что остаётся отчётливым — это запах. Горячий металл. Жжёная резина. Кровь. Отвратительно. Мозг работает медленно. Мысли, как в тумане. Они ехали домой. Да, точно. Он был не один. Алекс. О Господи, Алекс! Джеральд открывает рот, хочет что-то сказать, но горло сдавливает спазм. В ушах только гул — будто он под водой, будто мир стал приглушённым, словно через толстое стекло. Он пытается пошевелиться. Это ошибка. Боль взрывается в ноге, пронзает позвоночник и явно сломанные рёбра, волной прокатывается по всему телу. Перед глазами всё и так плыло, но теперь вспыхивает чёрными пятнами. Джеральд судорожно втягивает воздух, сжимает пальцы, вцепляется в грубый асфальт, пытаясь хоть как-то удержаться в реальности. Где-то рядом раздаётся тихий хрип. — Джер… Он замирает. Моргает, пытаясь сфокусировать взгляд. Перед ним размытые огни — красные, синие, белые. Фары? Ветер доносит крики — или это сирены? Всё путается, звуки накладываются друг на друга, превращаясь в хаос. Джер поворачивает голову. Расфокусированный взгляд цепляется за что-то в темноте — две размытые фигуры. Голос — знакомый, но приглушённый, словно издалека. — Алекс? Нет ответа. Только хриплое дыхание. Джеральд пытается дотянуться, но тело не слушается. Боль приковывает его к месту, заставляет задыхаться. — Алекс! — громче, но слова прерываются на полуслове, когда его снова пронзает боль. Он пытается вслепую дотянуться до лучшего друга, но пальцы скользят по мокрому асфальту. Мокрому? Почему он мокрый? Он смотрит вниз и видит… кровь. Он лежит в луже крови. Джеральд в панике моргает, но картинка только плывёт сильнее. Он пытается собраться, но мысли спутаны, движения рваные. Паника сдавливает горло. Джеральд пытается дышать, пытается думать, но мир рушится вокруг него. Всё становится всё более размытым, нереальным. — Помогите… — беззвучно шевелит он губами, чувствуя, как разум начинает отключаться. — Пожалуйста. Кто-нибудь. Алекс… Его голос глушит шум в ушах. Темнота накрывает его, и он тонет в ней, как в воде. И будто бы из воды он выныривает, когда чувствует рывок и с громким, паническим вздохом просыпается. Джер резко садится, воздух рвётся из лёгких в судорожном дыхании. В груди всё сжимается, сердце колотится, как бешеное. Он моргает, пытаясь понять, где он, но сознание не сразу отпускает кошмар. Всё вокруг кажется неправильным. Не тот свет. Не тот воздух. Не та реальность. Не та комната. Он дёргается, прежде чем осознаёт, что сидит на диване. В номере отеля. Не на дороге, не около перевёрнутой машины, не в луже крови. Это был просто сон. — Блять… Он зажимает лицо руками, проводит пальцами по глазам, пытаясь стереть остатки сна. Грудь вздымается в тяжёлых вдохах. Он жив. Всё в порядке. Реальность была не настолько кошмарной, как рисует его воображение во снах. В реальности он практически сразу отключился, как только вывалился из машины, и вообще ничего не почувствовал. Алекс сам позвонил в службу спасения — его единственным увечьем был сломанный нос, в отличие от множественных переломов Джера, в дверь которого и пришёлся удар. Джеральд сглатывает. Прошло уже несколько лет с тех пор, как он видел эти кошмары. Он прекрасно знает свои триггеры: пытался сесть в такси, довёл себя до такого, что нога начала ныть и болеть из-за чрезмерной нагрузки. Конечно, попытки уснуть в таком состоянии могли привести к тому, что его разум сыграл с ним в злую шутку. Дыхание медленно успокаивается, пока Джер начинает прислушиваться ко звукам, надеясь, что никого не разбудил своими метаниями. Он застрял в отеле, и после окончания банкета решил снять себе номер, чтобы уйти домой утром, но ребята из Феникса предложили не париться и просто занять их диван. Всего организаторы выделили им три больших номера: в каждом есть что-то вроде гостиной комнаты, в которой как раз постелили Джеру, кухня и спальная комната с двумя кроватями. Джер поселился в номере с Ричи и Эдвардом: тренер Морган и Генри собирались пойти спать чуть позже них, всё ещё общаясь с непонятными людьми, а насчёт Криса и Сэма Кларк не знает — те, казалось, совсем не собирались заканчивать вечеринку, как только обнаружили компанию, у которой была текила. Диван, к слову, совершенно неудобный, мысленно отмечает Джеральд, морщась от всё ещё не до конца прошедшей тянущей и неприятной боли в бедре. В номере темно, слышится лёгкий шум вентиляции, а где-то за стеной кто-то из парней ворочается во сне. В голове всё ещё крутится этот вечер: Джер вновь думает, что ему вообще не стоило оставаться. Это их отельный номер, их команда, их мир, и он в нём — просто случайный гость. На часах почти три ночи. Он вздыхает, ворочается на другой бок, но сна нет. Чувство тревоги никуда не уходит, комом сидит внутри. В конце концов, он сдаётся, тихо выбирается из-под одеяла и, босиком ступая по полу, хромает на кухню в поисках воды. На полпути парень чуть не спотыкается, когда видит освещённое тусклым светом из-под ноутбука лицо Ричи. Тот сидит за столом, пальцы слегка постукивают по клавишам, но сам он смотрит в сторону, будто потерявшись в мыслях. Ричи, конечно, уже успел переодеться в более привычные вещи — футболка, шорты и длинные забавные носки с авокадо. Его светлые волосы стянуты каким-то до смешного милым ободком, тёмная футболка немного сползла с плеча. Он не замечает Джеральда сразу, но стоит тому пошевелиться, как Ричи резко переводит на него взгляд. — Чёрт побери, какого хрена ты шатаешься по номеру, как приведение? — его голос звучит слегка испуганным, пока глаза бегают по явно видавшему лучшие деньки образу Джера. Он лёг в брюках и рубашке, которые теперь выглядят так, будто их бросили в мясорубку. — Выспался, видимо, — пожимает плечами Джеральд, не зная, что ответить. Ричард кидает быстрый взгляд на телефон, проверяя время. Его голос спокойный, но глаза чуть прищурены — он явно что-то оценивает. — Не спится? Джер хмыкает. — Типа того. У тебя опять джетлаг? — Джеральд видит, что Ричи не выглядит таким уж бодрым — скорее просто привычно игнорирует усталость. — У меня по жизни джетлаг. Это мой базовый режим. Я немного поспал в самолёте. И в аэропорту. И по дороге сюда тоже. Короче, везде. Он потягивается, лениво кладёт руки за голову. Джеральд замечает, как напрягаются его мышцы, и отводит взгляд, открывая холодильник. Берёт бутылку воды, делает пару больших глотков, чувствуя, как прохлада разливается по горлу. — Хочешь чая? — вдруг спрашивает Ричи. Джер скептически косится на него. — Я не пью чай в три ночи. — Вот в этом и твоя ошибка, — улыбается парень, указывая на него пальцем. Картер всё же наливает себе чашку, и аромат свежезаваренного чая быстро заполняет кухню. Джеральд машинально вдыхает его, наблюдая, как Ричи делает маленький глоток. Его движения расслаблены, взгляд прикован к экрану ноутбука. — Чем занят? — спрашивает Джер, надеясь не звучать слишком уж навязчивым в попытках завязать разговор. Он искренне не хочет возвращаться на неудобный диван и мучиться в попытках уснуть. Или же он искренне хочет побыть наедине с Ричардом Картером. Оба утверждения верны. — Читаю, что пишут про нас. Джеральд качает головой, садясь на стул напротив. — Плохая идея. — Всегда, — закатывает глаза Ричи. Не ему ли это знать. — Но любопытство сильнее. Если опустить результаты номинаций, где я, конечно же, не заслужил быть новичком года, одна из главных тем для обсуждений, то, что ты теперь часть Феникса. Джеральд моргает. — Серьёзно? — Народ обсуждает, почему ты всё время с нами. И делают вывод, что ты либо тайно подписал контракт, либо с кем-то из нас встречаешься. Он произносит это спокойно, будто это просто ещё одна новость из интернета. Но в воздухе будто что-то меняется. — Они ещё не придумали, с кем именно? — Джер пытается сделать голос лёгким, но всё равно чувствует, как его пальцы крепче сжимают бутылку воды. — О, неоднозначные мнения. Популярнее всего версия с Эдом. Говорят, ты обещал ему отсосать, — всё же произносит запрещённую фразу Ричи, прикусывая губу и пристально смотря ему прямо в глаза. Джеральд тихо смеётся: — С ума сойти. Завтра проснусь, а интернет уже решит за меня, с кем мне встречаться. Чёрт возьми, он просто надеется, что не краснеет прямо сейчас. — Привыкай. Ричи вновь делает глоток чая. Между ними на секунду повисает тишина. Неспешная, чуть тягучая. Джеральд вдруг осознаёт, что слишком пристально смотрит на него. На то, как его длинные пальцы касаются чашки, как расслабленно, но внимательно он сидит, как его голубые глаза чуть прищурены от мягкого света экрана. Джеральд замечает, что Ричи тоже на него смотрит. — Что? — тихо спрашивает он, когда их взгляды в очередной раз пересекаются. — Ничего. «О, нет. Это не ничего. Это ёбаное сексуальное напряжение, и ты знаешь об этом, Ричард Картер!», — думает Джер, облизывая губы. Они сидят так ещё пару мгновений. В конце концов, Ричи первым отводит взгляд. С лёгким, почти незаметным вздохом он закрывает ноутбук и откидывается назад. — Фильм хочешь посмотреть? Джеральд моргает. — Сейчас? — У тебя какие-то другие планы? — приподнимает парень бровь, пожимая плечами. Джеральд колеблется. Всё в нём кричит, что лучше сказать «нет», развернуться и уйти обратно на диван, но… он не уходит. — Ладно, но если это будет что-то скучное, я засну через десять минут. — Вот и отлично. Пойдём на диван. Джер замирает. Он буквально чувствует, как внутри поднимается что-то между страхом, волнением и возбуждением. Ёбаный боже, Ричард Картер с ним на одном диване в три часа ночи. Джер месячной давности обкончался бы от таких фантазий, не иначе. Ричи делает звук погромче, но не настолько, чтобы разбудить спящего Эдварда. Джеральд унимает внутреннюю истерику и устраивается удобнее на диване, даже не заметив, как оказывается ближе к Ричи, чем изначально собирался. Фильм начинается, но через несколько минут Джеральд уже не следит за сюжетом. Он замечает, как Ричард сидит рядом — близко, но не слишком. Как в темноте экрана его лицо освещается мягким светом. Как иногда он чуть хмурится, когда в кадре происходит что-то не то. Джеральд осознаёт, что ощущает его тепло рядом. Он делает вид, что не замечает. Ричард делает вид, что ничего не происходит. Но напряжение висит в воздухе. Пока что неосознанное, не признанное — но очень, очень реальное.

***

Ричи удалось за всю ночь вырубиться лишь на несколько часов — всё остальное время он пытался занять себя ноутбуком, бесясь от осознания того, что весь день проведёт в полусонном состоянии. Эдвард тоже проснулся. Чтобы не отвлекать того от видеозвонка с женой и дочкой, Картер решает выйти из комнаты и сварить себе кофе, так как чай в этом отеле оказался на редкость отвратительным. Он заглядывает в гостиную, убеждаясь, что Джеральд всё ещё спит, раскинув длинные конечности в помятом костюме. Спустя ещё некоторое время из комнаты, наконец, выплывает Эдвард. — Написал тренер. Сегодня у нас медиа-день, надо будет отфоткаться на новые карточки на сайтах с командой. Общий сбор через час, — сообщает он, прежде чем свалить на балкон, чтобы насладиться утренней сигаретой. — Он попросил через полчаса зайти к Крису и Сэму и разбудить их. Ключ от их номера у нас висит на входе. Сходишь? Я не собираюсь терпеть их с похмелья. — Угу, — рассеянно бубнит Ричи, внимательно вчитываясь в новый пост одного аналитика. — Какого чёрта… — доносится из гостиной тихий голос. Его обладатель громко зевает. Слышится шуршание одеяла, затем Джер, судя по всему, уходит в ванную, после чего его помятая физиономия появляется на кухне. — Доброе утро, — хрипит он, снова зевая. — Доброе. — Ты что, совсем не спал? — подозрительно прищуривается Кларк, внимательно оглядывая его синяки под глазами. Ричи пожимает плечами, всё ещё вникая в слова Джона Бейкера, который заявляет, что его статистика не говорит о навыках. Что он, блять, несёт? — О, чёрт. Я хочу кофе. — Пошёл нахуй, — шипит Ричи, захлопывая крышку ноутбука. Джеральд удивлённо и чуть уязвлённо приподнимает брови, но быстро понимает, что слова адресованы не ему. Он смотрит на Ричи с каким-то сочувствием, которое выводит из себя ещё сильнее. — Допивай свой кофе, и пойдём будить Сэма с Крисом, — говорит он, прикрывая ладонью глаза.

***

Номер Сэма с Крисом находится в конце коридора. Ричард удивлён тому, что тренер всё ещё соглашается селить этих двоих вместе, учитывая, что каждый раз приходится на всякий случай просить дубликат ключей, чтобы будить их. Судя по рассказам Эдварда, когда-то им пришлось переполошить половину персонала отеля, объясняя, что приватность парней придётся нарушить и открыть им дверь, иначе они не попадут на финал турнира из-за того, что их никто не разбудил. Удивительно, насколько безалаберными придурками эти двое могут быть вне матчей. Джеральд следует за ним, бесконечно проводя ладонью по волосам и, видимо, пытаясь их пригладить. Безуспешно. Ричард помнит, как тот ночью на диване начал медленно съезжать вниз и заснул. Ричи долго думал, прежде чем всё-таки протянул руку и аккуратно убрал перекосившиеся очки. Тогда он впервые взглянул на лицо парня без очков, и это было… непривычно, наверное. Непривычно уязвимым, открытым и более юным казалось лицо Джера без очков. — Они не умеют ставить будильник? — насмешливо фыркает парень за спиной. — Они идиоты. А ночью они были пьяными идиотами, которым было явно не до будильника, — закатывает глаза Ричи, распахивая дверь в спальню. Он резко тормозит на входе, из-за чего Джеральд мягко врезается ему в спину и осторожно хватает его за плечи. Ричи бы обязательно отреагировал на это несанкционированное, но ничуть не нежеланное прикосновение, но он слишком занят тем, что пытается не уронить свою челюсть от того, что предстаёт перед его глазами. Кровати сдвинуты вместе, образуя хаотичное гнездо из смятых простыней и одеял. Воздух в комнате тяжелый, спертый, вокруг пахнет алкоголем, дорогим парфюмом и чем-то сладковатым, может, остатками коктейлей, которыми эти идиоты явно развлекались ночью. Сэм лежит на боку, одна рука перекинута через Криса, другая — беззаботно лежит на бедре рыжей девушки, устроившейся между ними. Девушка — та самая стримерша с банкета — прижимается к Крису, её нога закинута на его колено, а длинные волосы разметались по подушке. Крис — единственный, на ком хоть что-то есть, хотя бы футболка. Остальные двое скрыты под одеялом, но судя по оголённым конечностям, они не сочли нужным накинуть на себя что-нибудь. Ричи выдыхает, прикрывает лицо рукой и глухо произносит: — О, блять, вы серьёзно? Он честно не может решить, то ли ему хочется развернуться и выйти, то ли толкнуть Криса ногой, чтобы тот объяснил, какого чёрта они устроили. Вопросов слишком много. Например, с какого момента они вообще… Ну, вот это всё? Их дурацкие переглядки и перешёптывания были прелюдией к вот этому? — О, блять, да ладно! — раздаётся шёпот совсем над ухом, заставляя Ричарда дёрнуться и обернуться. Чёртов Джеральд Кларк с выражением лица где-то между истерикой и весельем низко наклоняется и обдаёт его ухо теплом от смешка, вызывая мурашки по шее. — Они шпёхнули Стефани Хейз на двоих?! — Слишком много восторга, Джер, — бубнит Ричи, тяжело вздыхая. Он даже не замечает, что впервые назвал парня по имени. Сэм что-то бормочет во сне, зевает и, не открывая глаз, тянется ближе к девушке, пряча лицо в огненных волосах. Джеральд снова бросает короткий взгляд на Ричи, и он явно в чёртовом волнительном восторге. — У меня сейчас начнётся би-паника, — шёпотом признаётся Джеральд, ещё раз оглядывая спящих. И, ну, да. Ричи может согласиться с тем, что картина перед глазами и правда горячая. Чёрт возьми. Было бы глупо отрицать, что все трое полуголых людей — даже если теоретически его могли бы привлечь только двое из них, — в хорошей форме, и выглядят… Стоп. Что. Би-пани… — Надеюсь, это у вас не тимбилдинг такой своеобразный, — хихикает Джеральд, пока Ричи… Думает. Би. О боже. О, чёрт возьми, он что, правда не натурал?! Ричи чуть склоняет голову набок, пытаясь игнорировать свой кризис, рассматривает их, потом медленно ухмыляется: — Надеюсь, ты насмотрелся? Потому что… — он молча подходит к тумбочке, находит первую попавшуюся пустую пластиковую бутылку и, прицелившись, кидает её прямо в Криса. — Ауч! Je vais te niquer ta gueule! — Крис вскакивает, морщится, мечется взглядом по комнате и тут же замечает их. В его покрасневшем, больном и явно похмельном взгляде примерно ноль осознанности. Ричи скрещивает руки на груди, делая вид, что он тут просто мимо проходил. Джер же, уже не скрываясь, начинает хохотать. — Сам пошёл нахуй. А теперь давай по-английски, — говорит Картер. Крис хлопает глазами, явно не понимая, почему они тут и что вообще происходит. Сэм всё ещё спит. Рыжая сонно шевелится, переворачивается, теперь уже пряча лицо в бок Сэма. — Что, блять… — сипло выдаёт Крис и оглядывается, замечая этих двоих. Потом он медленно переводит взгляд на себя и, видимо, осознавая всю картину, тяжело вздыхает, приподнимая одеяло и прикрывая бёдра Стефани. Джеральд всё ещё смеётся. — У вас полчаса, чтобы превратиться в нормальных людей, — ухмыляется Ричи, облокачиваясь на дверной косяк. — Мы собираемся в номере тренера, потом идём завтракать и уходим на медиа-день. Как же они заебутся ретушировать ваши кривые лица. Крис тяжело вздыхает, закрывает лицо руками и бурчит: — Мне нужен кофе. Пожалуйста? — он поднимает жалобный взгляд на Ричи. Тот закатывает глаза, но всё же кивает. — А теперь свалите отсюда. Тренеру ни слова. Уже за закрытой дверью Ричи закатывает глаза, начиная жаловаться на то, что не его предел мечтаний — видеть голую задницу Сэма с утра. — Ну, не сказал бы, что у него худшая задница на свете, разве нет? — смеётся Джеральд, всё же заражая его своим оптимизмом. Ричи оставляет кофе на троих на кухне, после чего они уходят в номер к тренеру. Там уже собрались все, кто имеет хотя бы какое-то отношение к команде. После череды приветствий тренер Морган со смешком обращается к менеджерам: — Мы усыновили Джеральда Кларка? Или взяли его в команду? Есть ощущение, что надо было меня предупредить. Ричи знает, что тренер шутит — он уже привык к этому мужчине, но не Джеральд. Парень на всякий случай вглядывается в его выражение лица, но Кларк, судя по всему, вполне спокоен: он косо улыбается, смущённо покачиваясь на пятках. Как… очаровательно. Осталось только ножкой пошаркать. — Вообще-то, судя по реакции зрителей — это просто потрясающая идея! — тут же громко подхватывает Эмили, взмахивая руками. — Ну, не про «взять в команду», а просто… тусоваться рядом. Всем нравится Джеральд, его безумно любят фанаты, и он поднимает поддержку публики своим отношением к нам! Он помогает нашей работе и поднимает рейтинги, в отличие от Ричарда, — она укоризненно на него смотрит. Ричи качает головой. Эта девушка явно его ненавидит. — Он буквально может быть нашим талисманом! Парень-менеджер, имени которого Ричи не помнит, посмеивается и кладёт ладонь ей на плечо, намекая на то, что девушка перебарщивает. — Талисманом? Типа, мне надо будет ходить в костюме феникса? А мне заплатят? — со смешком уточняет Кларк. Спустя несколько минут к ним присоединяются помятые Крис с Сэмом. Ведут они себя, как обычно, разве что по лицам сразу видно, что у обоих явно побаливает голова. Все спешат отправиться на завтрак и почти бегом уходят, но Ричи с Джером, который по необъяснимой, но от этого не менее приятной причине всё ещё ходит вместе с ним, заходят в номер, чтобы захватить забытый рюкзак Ричарда. Он удивлённо замечает, что парень тянется к висящей у входа в номер куртке, и внутри что-то неприятно шевелится. — Ты не останешься на завтрак? Джеральд стоит у двери, застёгивая куртку, и пальцы его движутся быстро, точно он хочет поскорее уйти. Но при этом он всё ещё здесь, в этой комнате, и что-то в его позе — в том, как он чуть прикусывает губу, как проводит рукой по волосам — подсказывает, что сам он не до конца понимает, почему не уходит. — Я бы с радостью, но мне правда пора. Я вообще не планировал оставаться на ночь, сам же знаешь, — спустя небольшую паузу непринуждённо отвечает он. Джер заглядывает ему в глаза, после чего тихо посмеивается: — И тренер Морган прав. Вы и правда меня как будто усыновили. — Он шутит, ты же знаешь? Ты никого не напрягаешь, да и мы сами предложили остаться с нами. — Конечно. Я понимаю. Но мне правда пора. Ричи молча кивает. На несколько секунд в комнате повисает тишина — не давящая, но чем-то заряженная, натянутая как струна. Джеральд качает головой, будто прогоняя какие-то мысли, потом вздыхает и говорит, чуть медленнее, чем обычно: — Так вы… надолго здесь? Ну, в Лос-Анджелесе. Ричи вскидывает брови — не ожидал вопроса, но отвечает сразу: — Мы завтра улетаем в Бостон. Но через месяц здесь будет турнир. Если пройдём отборочные, то прилетим обратно. Если нет — то снова в Бостон, готовиться к следующему турниру. — Понял. Джеральд снова тянется к молнии на куртке, проводит по ней пальцами, но не двигается с места. Ричи не произносит вопрос, который крутится в его голове. А почему ты спрашиваешь? Джеральд зачем-то молча кивает, убирает телефон, и в движении его плеч мелькает какая-то нерешительность. Он явно о чём-то думает. Ричи прикусывает язык, не решаясь сказать что-то первым. Он лишь наблюдает за парнем, чуть склонив голову. Внутри возникает какое-то странное ощущение — оно не новое, просто… слишком редкое, чтобы он привык к нему. Желание сделать что-то, что-то однозначное и говорящее, но без слов. Впрочем, Ричи никогда не был сильным в словах. Справедливо будет сказать, что он был в них чертовски слабым. Он просто вздыхает, делает пару шагов вперёд — Джеральд чуть опускает взгляд, замечая его движение — и, прежде чем успевает подумать, что и зачем вообще делает, крепко обнимает его. Не так, как принято в компании друзей — коротко и поверхностно. И не так, как делают это на встречах или прощаниях — дежурно, на автомате. А по-настоящему. «Просто на прощание», — мысленно объясняет он себе. Джеральд замирает. Ричи буквально чувствует, как тот на мгновение напрягается, не понимая, что вообще происходит. Его грудь твёрдая, широкая, он выше почти на две головы, и Ричи приходится чуть вытянуться, чтобы прижаться лбом к его плечу. Но потом Джер тоже двигается. Его руки медленно ложатся Ричи на спину — мягко, осторожно, будто он боится сделать что-то не так. Ричи почти усмехается. Забавно. На его памяти никто и никогда не был с ним осторожен. Это… не сказать, что неприятно, но явно непривычно. Более привычной для Ричи была бы ситуация, где его объятие восприняли бы как зелёный свет — отчасти оно им и является, — затем чувственно поцеловали, толкнули к стене, развернули и трахнули. А вот это — осторожность, мягкость и деликатность — непривычно. Тепло проникает под кожу, и это странно — чертовски странно, потому что это просто мгновение, пара секунд мягкости. Он задерживается всего на миг дольше, чем следовало бы, потом делает шаг назад, разрывая контакт. Джеральд смотрит на него сверху вниз — в глазах всё ещё лёгкое недоумение, но на губах уже наметилась почти незаметная улыбка. Ричи чуть прищуривается, делает шаг назад и коротко кивает. — Увидимся тогда. — Хорошо. До встречи. Джеральд проводит ладонью по затылку — короткий жест, как будто ему нужно сбросить с себя непонятные ощущения. Затем отворачивается и выходит за дверь, не оглядываясь. Ричи остаётся на месте, слушая, как его шаги растворяются в коридоре, и медленно выдыхает.

***

GameArena:

Банкет, звёзды киберспорта и неожиданные гости: как прошла церемония FIRELINE AWARDS Премия Fireline Awards вновь собрала лучших игроков, тренеров и стримеров со всего мира. В этот вечер Лос-Анджелес стал центром киберспортивной элиты, а банкет, предшествовавший церемонии, оказался не менее ярким, чем сами награды. Как и предсказывали аналитики, командой года стала сильнейшая команда «SG», поднявшая трофеи трёх последних турниров, а их игрок Джастин Хорзи победил в номинациях «Игрок года» и «Рейтинг года». Напомним, что Джастин побил прошлый рекорд легенды Fireline — Рафаэля Бернарда. Победителей в номинациях можно было предсказать заранее, но настоящие сюрпризы начались вне сцены. Одним из самых обсуждаемых моментов стало появление на банкете Джеральда Кларка — стримера, который в последние месяцы часто мелькал в новостях из-за своей неожиданной связи с миром Fireline. Напомним, что за всю свою стримерскую карьеру, парень ни на каких мероприятиях, даже не связанных с киберспортом, замечен не был. Впрочем, на банкете Кларк выглядел вполне комфортно в окружении киберспортивного сообщества — а в какой-то момент был замечен в компании всей команды «Феникс», что только подогревает интерес аудитории к их взаимоотношениям. Говоря о Фениксе: несмотря на то, что команда не попала в число главных номинантов года, внимание к ней не ослабевает. Многие журналисты пытались узнать, как сами игроки относятся к прошлогоднему заявлению их бывшего товарища Стива Уокера, который назвал новый состав «позорищем». Однако комментариев по-прежнему не последовало — а вот короткий, но напряжённый разговор Уокера с его бывшими товарищами видели многие. Далее поговорим про реакции номинантов, которые проиграли премии…

***

Инстаграм Ричарда Картера:

[явно не запланированное фото со стороны, на котором Крис, Сэм и Джер почти красные от смеха, остальные же игроки просто стоят и о чём-то общаются] RichieCarter: взяли в команду на подмогу, теперь у нас запасной шестой игрок Sambread: ОН НАМ НРАВИТСЯ! Gerald_Clark: МЕНЯ УСЫНОВИЛИ