Тяжесть надежд

Когда-то давно мир выглядел совершенно не так, каким его представляли в научных презентациях и на страницах книг. Абсолютная пустота в чернеющем пространстве, лишённая не только живых организмов, но и солнечного света. Никто не знает сколько тысячелетий или веков она представляла собой бесплодную негостеприимную тьму и сколько ей потребовалось времени, чтобы образоваться. Но потом появился первый кирпич. Не яркий луч света, не зарождение жизни – обычный чёрный блок два на два. И неизвестно сколько он пробыл в этой пустоте, пока не возникли две светящихся сферы. Несколько дней они просто парили рядом с 2x2, но в один момент всё же начали координально менять свой облик. Сферы дрожали, растягивались, переливались разными оттенками, пока наконец-то не приняли более человеческий вид. Так в непроглядной тьме появились Эрик и Билдермен – двое первых творцов, двое божеств, придумавших себе имена настолько быстро и легко, словно судьба сама дала им перо жизни в руки. А затем они соединили свои приобретённые умения с силами 2x2 и начали копировать первый, прославленный кирпич. Он разделялся на кучу блоков, перекрашивался, менял текстуру так легко, словно он не твердый предмет, а податливый пластилин в чужих, надёжных руках. Так возникла Роблоксия – мир, созданный первыми божествами из потомков 2x2. Это было самое раннее время. Постепенно вселенная разрослась. Стали появляться новые роблоксианцы, которые возводили поселения и создавали благоприятные условия для своей жизни. Оба первоначальных божества стремились помогать жителям, облегчая им многие задачи, а когда навыки их последователей возросли, они решили начать более основательно работать с этим миром. Одним из самых выдающихся достижений Билдермена стал банхаммер – огромный молот, способный обходить границы запрета во имя безопасности вселенной. В то же время появилось самое тёмное и одинокое, сотканное из людской ненависти и горечи, место во всей Роблоксии – Банлэнд, проклятая земля. Много дней и ночей в беззаконии прошло до того момента, как Билдер обозначил правила для каждого живого существа в этом мире, которые были собраны в Стандартах сообщества. Тот, кто нагло нарушал их, подвергая опасности невинные души, был вынужден отправиться в место, о котором говорили только шёпотом и боялись до дрожи в коленях. Подведя невидимые, но вполне ощутимые границы безопасности Роблоксии, оба божества решили заточить свою истинную сущность глубоко внутри, приняв более лёгкий и приземистый облик, слившись с обычными смертными. Билдермен стал выглядеть как достаточно молодой мужчина крепкого телосложения, с серыми волосами, из-за своей длины собранными сзади резинкой, и тёмными глазами, скрывающими за собой рассудительность и справедливость. Эрик же выбрал такое же простое обличие: белые волосы, наполовину скрытые соломенной шляпой и светлые, всегда спокойные и добрые глаза. Шли месяцы. Холодная снежная атмосфера зимы сменялась нежным теплом весеннего солнца, на смену которого приходило жаркое лето. Роблоксия развивалась стремительно и самостоятельно, города заселялись роблоксианцами, которые приводили даже безжизненные пустоши в надлежащий порядок пригодный для жилья. Когда Эрик и Билдермен поняли, что их помощь в постройках сейчас не так важна как в первые дни существования мира, они решили позаботиться о себе. Иногда это были прогулки по карманным измерениям, иногда – обычные дружеские посиделки в баре с Китом, одним из первых роблоксианцев и надёжным другом, с которым они познакомились ещё очень давно и который помогал с неотложными делами, которые могли возникнуть на протяжении долгих и кропотливых строительств. Одним вечером Эрик поделился с лучшим другом идеей о создании собственных творений, которые могли бы помогать им в каждом творческом начинании. И если по начальной задумке их концепция включала в себя двух взрослых личностей, то конечный результат оказался совершенно другим. В тот момент когда перед двумя богами лежало два маленьких существа, два ребенка, сотканных из первородных сил своих создателей, они поняли, что все первоначальные задумки и идеи попросту не имели смысла. Эрик назвал свою девочку Джейн – красивым именем, которое он когда-то увидел в старой книге, а Билдер, решив не отходить далеко в плане выбора, остановился на Джоне. Оба создания проявляли характеры почти с самого своего зарождения: Джейн, более бойкая и смелая, часто выбирала энергичные игры, в то время как Джон, вечно спокойный и пассивный, только нехотя отнекивался. Но существа всё ещё были детьми, неспособными работать, и хотя росли быстрее обычных роблоксианцев всё равно не могли помогать своим создателям. Когда Билдермен предложил создать новое творение в уже необходимом возрасте, Эрик мягко отказался, объяснив это тем, что не стоит так обделять их общее создание и лишать его нормального детства. Поэтому строитель решил действовать иначе. Он сотворил практически полностью механическое тело, идеально подходящее под критерии детей, а Кассель наделил его живой душой, способной мыслить и чувствовать. Так появился Роблокс – андроид и общее создание двух первоначальных божеств. И хотя ему приходилось постоянно улучшать тело, подгоняя его по мере роста и развития, это не являлось особой проблемой для Билдермена, который проникся трепетной любовью к каждому созданному маленькому существу.

***

По мере роста трёх творений и самой Роблоксии Эрик и Билдер стали думать о том, что необходимо вместе или по одиночке найти единомышленников, которые смогли бы помогать им поддерживать порядок во всём быстрорастущем мире с его кучей разнообразных карманных измерений. Если поначалу путешествие Билдермена не отличалось особо интересными находками в виде небольших поселений, лесов, безграничных полей и кристальных озёр, то в один день странный портал вывел его в очень необычную местность. Здесь не было привычного голубого облачного неба – только яркий кроваво-алый закат, освещающий множество парящих островов над безмолвной пропастью. Где-то виднелись исчезающие и двигающиеся платформы, где-то раскачивались в воздухе сооружения, отдаленно похожие на сломанные ветряные мельницы, а где-то тёмные горы неприступной возвышенностью устремлялись прямиком в небо. Здесь было тепло, тихо и достаточно ветрено, что совсем не удивило строителя: место буквально парило в воздухе, совершенно не защищённое от таких порывов. Он остановился у края платформы, оценивающе смотря вниз, в самую пропасть. Там не было ни намёка на землю, что могло означать только одно – если сорвёшься, то лететь будешь явно очень долго. Поморщившись, Билдермен предусмотрительно отошёл от опасного края и направился вдоль платформ, осматривая каждую деталь незнакомого места. Что по-настоящему оно из себя представляло? Кто смог построить нечто настолько грандиозное и остаться неизвестным? Вопросы крутились в голове роем пчёл, но ответы находится явно не спешили. Однако со временем прибавилось ещё кое-что – напряжение. И если пару минут назад Билдермен мог списать это на обычную опаску перед незнакомым карманным измерением, то сейчас отчётливое ощущение постороннего присутствия стало просто невыносимым. Он шёл к центру этого мира всё быстрее и быстрее, попутно внимательно осматриваясь по сторонам в надежде уловить хоть малейший признак нахождения здесь другой живой души, но всё было тщетно. Дорога привела его к просторной арене, отмеченной ярким огненным кольцом посередине, и Билдермен наконец-то остановился, решая разглядеть как следует окрестности и подумать над тем, в какую сторону пойти дальше. Чувство слежки никуда не ушло, напротив, только усилилось, стоило мужчине переступить последнюю парящую платформу. Взгляд голодный, хищный, такой же как у высших представителей пищевой цепи, играющих со своей зашуганной жертвой, и явно недружелюбный. Но поблизости до сих пор не было никого или ничего, что могло хотя бы косвенно указывать на источник опасности. Билдермен вздохнул, мысленно ругая себя за секундную слабость, и деловито поправил каску на голове; хоть мурашки всё ещё назойливо ползли по спине от напряжения, мужчина убедил себя, что его богатое воображение просто играет с ним злую шутку из-за его незнания данной местности. Только когда ветер стал дуть в одно направление, строитель замер, до боли в ушах навостряя все свои органы чувств, обдумывая все возможные варианты такого изменения погоды. Ураганов и смерчей быть не должно: местность хоть и благоприятная для таких бедствий, но вокруг не было ни намёка на тучи или прочие места зарождений мощных порывов, климат здесь ни на что не влияет, если только это не.... Не успев даже до конца подумать об пришедшей мысли, Билдермен резко пригнулся в сторону, отскочив минимум на метр, и это спасло ему жизнь. Разгоряченный ветер ударил в лицо только на пару секунд, но сомнений больше не оставалось: кто-то пролетел совсем рядом со строителем и если бы тот не отшатнулся мгновение назад – со стопроцентной вероятностью встретился бы с негостеприимным незнакомцем своим неподготовленным телом. Билдер, напрягшись всеми мышцами, занял оборонительную стойку, тщательно осматриваясь по сторонам в попытке найти источник опасности, и запрокинул голову назад, как только услышал громкое хлопанье крыльев. Там, на колонне из тёмного камня, стояло высокое нечто, существо, если быть точнее, подбрасывающее одной рукой крупную сферу невидимости. Половину лица не было видно из-за тени спадающего чёрного капюшона, там, где у обычных людей находились уши, красовались два миниатюрных крыла, из-за спины выглядывали две их копии, только намного больше и массивнее. Одето существо было тоже странно: длинная серая мантия в пол, украшенная черными рунами, и тёмная накидка с капюшоном, накинутым на голову. Обуви не было, вместо этого из-под подола выглядывало две босых ноги, ступни которых обвязывали гетры с вырезом под пальцы и пятку: когти у этого нечто были явно не промах. Оно не спешило нападать, но и договариваться мирным путём не рвалось. Только молча наблюдало за новоприбывшим роблоксианцем хищным, заинтересованным взглядом, слегка наклонив голову. Билдер рассматривал существо в ответ, явно не зная куда себя деть и о чём вообще говорить в такой ситуации, чтобы разрядить обстановку и избавиться от этого надоедливого, удушающего молчания. Но как только строитель собрался с мыслями и открыл рот, чтобы хотя бы поздороваться, оно наконец-то заговорило и чужой громовой голос эхом разлетелся по всему пристанищу солнца. – Кто посмел нарушить покой и заявиться незваным гостем во владения Теламона? – «Значит его зовут Теламон», – ни один мускул на лице Билдермена не дрогнул, хотя чужой, сочащийся гордыней и жестокостью, голос заставил его убедиться в том, что перед ним стоит довольно сильный противник. – «Что ж, имя подходит владельцу такой зрелищной местности». – Моё имя Билдермен, я – основатель этого мира, на данный момент исследующий чужие карманные измерения, – строитель вежливо кивнул головой, хотя и не особо было заметно, что существу, стоящему на колоне, вообще было дело до всей этой скучной беседы. – Это место построил ты? Очень впечатляет, для чего оно нужно? – Высоты – возведённые владения Теламона, – божество скучающе фыркнуло, словно стоять и объяснять такие вещи было для него слишком бесполезным занятием, а затем вскинуло одну руку вверх, указывая когтистым пальцем прямо на строителя. – Это вечное поле сражений, обитель крови и неизмеримой храбрости. Сюда не приходят просто так и не уходят без победы или поражения. Теламон бросает тебе вызов, смертный. Покажи на что способен, или умри под палящим солнцем по велению судьбы и милости бога. – Я не хочу вступать в битву с тобой, Теламон. Мои намерения никогда не были злыми и я пришёл сюда лишь за исследованиями и миром, – Билдермен вскинул руки в примирительном жесте и сделал предусмотрительный шаг назад. Было странно слышать от незнакомца такой необычный слог и упоминание о себе от третьего лица, но осуждать за это не входило в принципы строителя. Однако Теламона не устроил чужой ответ на его слова. Массивные крылья за спиной у бога распустились ещё больше, из-за чего тот стал казаться больше в два раза, глаза хищно сверкнули азартом и жаждой битвы, когда в руке властителя Высот появился обычный стальной меч, который через мгновение божество швырнуло на землю с характерным лязгом, к ногам Билдермена. – Сражайся! Билдер перевёл взгляд на оружие, лежащее рядом с его ботинками, мысленно жалея о своем приходе в это измерение. Совесть не позволяла проявить азарт предстоящей битвы, скрытый глубоко в душе мужчины, но в данной ситуации и дураку было понятно, что существо не остановится ни перед чем, чтобы показать свои силы и наказать нарушителя его покоя. Другого выбора всё равно не было. Как только Билдермен с тяжёлым вздохом опустился ниже и крепко ухватился за меч, губы Теламона разъехались в голодной, самодовольной ухмылке, обнажая белоснежные короткие клыки, и бог с характерным хлопаньем крыльев ринулся на противника. Строитель вовремя успел увернуться и лезвие просвистело буквально в нескольких сантиметрах от его лица, чудом не задев даже некоторые пряди волос. Однако Теламон не обратил никакого внимания на свой промах: ему потребовалась доля секунды, чтобы также резко развернуться и сделать быстрый, точный выпад мечом. Благо Билдермен уже был наготове и отразил атаку собственным оружием, отходя от противника на несколько шагов назад, чтобы всегда держаться от него на достаточном расстоянии. Особое внимание мужчины привлек меч божества. В отличие от его, лезвие в руках Теламона отливало на солнце голубоватым оттенком, а от самой стали время от времени исходили яркие фиолетовые искры. Было видно, что оружие божества существенно отличалось от того, что держал в руках строитель, и это навевало не совсем приятные мысли по поводу неравенства. Теламон вскинул голову вверх, янтарные глаза, скрытые тенью капюшона, вспыхнули каким-то первобытным безумием и азартом, когда он бросился вперёд, наконец-то застав противника врасплох, и взмахнул мечом так быстро, что строитель не успел даже подумать об уклонении. Лезвие задело бок, вызвав вспышку жгучей боли, но Билдермен не смог зациклиться на этом: спустя мгновение Теламон извернулся и с силой ударил ногой в чужую спину, откидывая противника в сторону. Билдер стиснул зубы от нового источника боли, грохнувшись на тёплый, твердый камень. Божество двигалось неестественно быстро и слаженно, словно оно оттачивало мастерство веками, словно вся эта ярость битвы была единственной его целью в жизни. Но Билдермен был создателем этого мира. Хранителем покоя, обуздателем сильных и защитником слабых. И он не мог позволить себе так просто проиграть напыщенному богу. Вредить Теламону не хотелось чисто на подсознательном уровне: Билдер никогда не славился жестокостью и алчностью по отношению к другим, всегда предпочитал более рациональные методы. Но остановить разыгравшееся божество было необходимо в любом случае. – Послушай, я не хочу вредить тебе, – мужчина поднялся на ноги, теперь не обращая никакого внимания на жжение в боку, и опустил руку, крепко сжимающую рукоять меча. – Мне лишь было нужно посмотреть на это место и узнать кто его создатель. Теламон прищурился, не сводя пытливого взгляда с противника, стоящего напротив. Нарисованное на платформе кольцевое пламя будто бы вспыхнуло настоящим огнём, как только губы властителя Высот тронула зловещая ухмылка. В его руке вдруг появилась знакомая сфера, при нажатии на которую бог вновь стал невидимым и бросился в сторону строителя. Билдермен опешил, когда противник внезапно снова исчез с поля зрения, и тут же поплатился за свою невнимательность: откуда-то сбоку последовал резкий удар, заставивший мужчину отступить в сторону. Однако стоило ему сделать шаг назад, как уже с другой стороны божество пнуло его по ногам, отрезая путь к отступлению. Невидимый вихрь закружился вокруг замершего и напряжённого, как натянутая струна, Билдермена, соединившись с горделивым, зловещим смехом Теламона, эхом разлетающимся по всем Высотам. Строитель напряг все мышцы, чувствуя как начинает рябить в глазах яркое огненное кольцо под ногами, и стиснул зубы, чтобы не издавать лишних звуков, когда на этот раз лезвие чужого меча полоснуло по левой ноге. – «Думай, Билдер, думай. Всегда нужно использовать ум и смекалку в непредвиденных ситуациях. Если сфера дала ему невидимость, но я всё ещё слышу посторонние звуки, то нужно просто задействовать необходимые органы чувств». – Можешь не стараться так сильно. Я не боюсь тебя. Откуда-то со стороны послышался более громкий смех, словно божество настолько забавляла роль добычи у противника, что оно даже не удосужилось что-нибудь ему ответить. Но Билдермену этого было и не нужно. Всё его внимание сосредоточилось на звуках вокруг себя. Смех. Хлопанье крыльев. Шорох плаща. Когти, цепляющиеся за камень. Движение слева. Дыхание совсем близко. Сейчас! Прежде, чем кто-либо из них успел опомниться, Билдер сделал молниеносный рывок вперёд, схватив вздрогнувшее божество за горло и с силой впечатав в ближайшую колонну. Сфера выпала из чужих рук и покатилась по платформе, разом лишив властителя Высот какого-либо преимущества в виде невидимости. Теламон выглядел ошарашенным: его янтарные глаза расширились от неожиданных действий противника, а пальцы вцепились в руку мужчины перед собой, чтобы хоть как-то избавиться от давления на собственной шее. Но Билдермен превосходил божество сражений в физической силе практически в три раза и его попытки вырваться из захвата не увенчались никаким успехом. Теламон дёргался, извивался ужом, неистово хлопал крыльями по колонне сзади себя, но строитель не отступил ни на шаг, только сильнее сжал пальцы на чужой глотке. Только когда бог стал издавать хриплые вздохи от нехватки кислорода и уже практически потерял сознание, его когти зацепились за рубашку Билдермена. Собрав последние силы, Теламон ударил ногами по груди мужчины перед собой, заставив его ослабить хватку и отступить на несколько шагов, и рухнул на камень, закашлявшись и держась за горло. Билдер взглянул на него только один раз, прежде чем развернуться и направиться к выходу с большой платформы. Напыщенный бог получил своё, хоть строитель и не собирался вредить ему настолько сильно: хотел лишь заставить отключиться, чтобы тот успокоился и вернул себе трезвый рассудок. Сражаться с ним было странно. Теламон действовал и двигался как опытный воин, державший в руках меч столько же, сколько Билдермен построил зданий за всё это время, но что-то было в нём не так. На затворках сознания строитель чувствовал: бог сражался с ним не в полную силу, словно только испытывал. Словно боялся переступить отмеченную черту. Или... боялся его самого. Билдермен так бы и углубился в свои мысли, если бы не услышал странные движения сзади. Резко обернувшись, первое, что он увидел было лезвие искрящегося меча и лицо Теламона, гнев которого не мог скрыть даже черный капюшон. Божество ринулось на него с криком ярости со скоростью молнии, но Билдер оказался быстрее. Прежде чем меч прошел бы насквозь через его грудь, в руке строителя появился огромный тёмный молот, и он, приняв подходящую стойку и занеся своё оружие за спину, мощным ударом обрушил его на противника. Теламон издал громкий, болезненный вопль, отдаленно похожий на крик хищной птицы по типу ястреба или коршуна, и отлетел от удара в сторону, покатившись по платформе и упав возле самого ограждения. Билдермен издал негромкий вздох, закрепив банхаммер на спине, и медленным шагом направился к поверженному сопернику. Божество с трудом приподнялось на руках, тяжело дыша от боли, и повернуло голову в сторону своего меча, валяющегося в метрах трёх от него. Дотянуться до оружия не было возможности: тело сковала неожиданная слабость и не было сил даже нормально подняться, не говоря уже о сражении. Поэтому когда Билдер приблизился к нему, Теламон расправил крылья в стороны и издал негромкий звук, очень похожий на злобное шипение. Строителя это, кажется, вообще не напугало, поэтому он остановился только тогда, когда до божества оставалось расстояние вытянутой руки. Он прекрасно знал, что все его попытки распушиться, разом став казаться больше своего роста, были не более, чем реакцией на страх. Страх, который впервые за всё это время мелькнул в янтарных, расширенных глазах бога Высот. Теламон боялся, и делал это явно не из-за какого-то пустяка: ещё бы, впервые в его жизни какой-то незнакомец сумел одолеть его одним ударом. – Я же говорил, что не собираюсь как-либо вредить тебе, но ты совершенно не слушал, – Билдермен устало потёр переносицу и ещё раз вздохнул. – Обещаю, я больше не трону тебя, если ты согласишься не нападать. – Почему? – Что почему? – Почему ты не убиваешь меня? Это главное правило Высот. Пока ты не убьешь противника – не выиграешь, – Теламон выглядел как маленький ребенок, не понимающий устройство мира вокруг него: такие же удивлённые глаза, такая же уязвимая поза. – А кто сказал, что мне нужна эта победа? Все мои действия были направлены только на самозащиту. Не более. Если бы ты не набросился на меня повторно после своего поражения у колонны, я бы и пальцем тебя не тронул – Теламон боялся, – божество всё ещё недоверчиво смотрело снизу вверх на стоящего мужчину перед собой, но распушившиеся крылья уже более спокойно сложились за его спиной. – и не хотел, чтобы кто-то выгнал его из дома. – Выгнал из дома? Что ты имеешь ввиду? – Билдермен непонимающе нахмурился, наблюдая как в руках Теламона появляется небольшая белая коробка, напоминающая аптечку, а сам бог начинает старательно искать в ней что-то. – Теламон не знает как он появился в этом мире. Помнит только яркий солнечный свет и одинокую платформу, парящую посреди пустоты. Он научился созидать вокруг себя и со временем создал Высоты – место, где можно сражаться на мечах и по-настоящему испытывать свой потенциал. Но когда Теламон не смог выбраться из твоего захвата, он испугался. Испугался, что тот, кто смог победить бога сражений, легко сможет и изгнать его с насиженных мест. Теламон не хотел лишиться своего дома, – под конец божество совсем затихло, понуро опустив крылья по бокам головы. Оно наконец нашло в аптечке нужную склянку и, откупорив крышку острым когтем, разом опустошило всё её содержимое, сразу же почувствовав прилив сил. – Я бы никогда не лишил тебя дома просто так. И никогда не убил бы. Этот молот, – строитель указал на оружие, висящее за спиной. – называется банхаммером. С его помощью я могу отправлять людей в проклятые земли, откуда они не могут самостоятельно выбраться, но, как видишь, такое случается крайне редко и только из-за их ужасных поступков, нарушающих правила мира. А теперь послушай, – Билдермен обвёл бога перед собой оценивающим, воодушевленным взглядом. – Ты создал это невероятное место в одиночку, твои способности действительно уникальны и я бы хотел предложить сотрудничество со мной. Только представь сколько всего грандиозного мы могли бы построить вместе, возведя мир, где каждый может быть кем захочет! – Ты действительно хочешь работать с Теламоном? После всего, что произошло сегодня на Высотах? – бог непонимающе прищурился, слегка наклонив голову и рассматривая строителя в ответ. – Да, более чем – Но почему? – Потому что я думаю, что даже боги заслуживают второго шанса, – Билдермен тепло улыбнулся, протягивая Теламону руку, которую тот охотно принял после двухсекундного раздумья, и помогая ему подняться на ноги. Божество не ответило. Вместо этого оно долго смотрело в чужие глаза, задумчиво хмуря брови, словно обдумывало только что услышанные слова. Словно запоминало их. Прошло минуты три, прежде чем оно наконец-то встряхнулось, вернув себе привычный настрой. – Что ж, тогда... – Теламон щёлкнул пальцами и его облик постепенно начал размываться: некоторые детали становились более неестественными, растекаясь по телу словно капли воды, не на шутку насторожив Билдермена. Постепенно когти и массивные крылья на спине исчезли, оставив только свою уменьшенную копию по бокам головы, мантия, вместе с плащом растеклись хрупкой иллюзией, и вот уже перед строителем стоял словно совсем другой человек. Светлые глаза, тёмные кучерявые волосы с небольшими крыльями, вместо балахона с рунами – голубые шорты и белая майка со своеобразным принтом. Теламон ещё раз отряхнулся, словно он только что просто сходил переодеться, а не полностью сменил собственный облик, и протянул ладонь для рукопожатия. – ты можешь называть меня Джон Джеймс Шедлетский, дорогой друг. Или просто Джон. Ну, или просто Шедлетский. В общем, отзовусь на любое имя. – Ладно, разберусь со временем... – Билдермен, всё ещё удивленный внезапному перевоплощению, сумел только кивнуть головой, пожав чужую, всё такую же теплую, руку в примирительном жесте. Всё-таки странный он, этот Теламон...

***

Знакомство Шедлетского и Эрика прошло более чем нормально. Кассель, отличающийся терпеливым и добрым нравом, одобрил талант эгоцентричного бога и его умение создавать нечто новое. Теламон даже успел как следует провести время с Джоном, Джейн и Роблоксом, хоть вечные детские хотелки и просьбы как следует утомили неподготовленное к таким хлопотам божество. В основном Шедлетский продолжал проводить большинство своего времени на Высотах, но когда спускался оттуда – часами не мог отлипнуть от очередных незаконченных проектов. Так пролетело два месяца, вплоть до августа. Обустроить город и разрабатывать другие планы, хоть и не без помощи Кита, было крайне сложно, учитывая, что и Джон, и Джейн, и Роблокс всё ещё были детьми, за которыми нужен был только глаз да глаз. Особенно больше всего проблем возникало именно с последним: тело андроида постоянно нуждалось в доработках, поскольку юношеская душа с каждым разом развивалась всё больше и больше. Поэтому пока Эрик чаще всего проводил время дома, возясь с технологиями и новыми идеями, Билдермен продолжал путешествовать по карманным измерениям Роблоксии, в надежде завербовать новых администраторов в команду, или хотя бы найти что-либо полезное. В конце концов искать долго не пришлось. Это был светлый, большой храм, скрытый среди раскидистых, светящихся в темноте, самых разнообразных деревьев. Природа навела здесь свои порядки: повсюду росли странные, необычные на первый взгляд цветы и прочие растения, где-то со стороны здания мелодично журчал ручей, а под ноги Билдера пару раз выскочило несколько мелких зверьков, сразу же бросившихся наутёк от незнакомца. Храм состоял из нескольких ярусов, к каждому из которых вели старые, каменные лестницы, лишившиеся опоры в некоторых местах, и когда Билдермен достиг середины пути на одной из них, совсем рядом появилось оно. Существо, внешне не совсем похожее на обычного роблоксианца, каким был строитель. Там, где должна была быть голова, горел яркий огонь и ни одна эмоция не проскальзывала на импровизированном лице незнакомца. Более того, у него не было ни рта, ни носа, ни глаз. Оно медленно спускалось по противоположной лестнице так, будто бы плавно скользило по каменной поверхности призраком, его белоснежный балахон, подчёркивающий талию серебристым ремнём, шлейфом опадал на ступени, оставшиеся позади. Когда существо заметило замершего Билдермена, то сразу же остановилось, повернувшись к нему всем телом, и строитель готов был поклясться, что чувствует на себе чужой взгляд, несмотря на то, что глаз у незнакомца совершенно не было. – Эээ... здравствуй? – Билдер поднес кулак ко рту, прочищая от нервозности горло. – Я заранее извиняюсь: не хотел тревожить твой покой. Меня заинтересовало это место и я захотел осмотреться, прежде чем продолжить свой путь. Существо слегка наклонило голову вбок, словно изучая пришедшего незнакомца и анализируя возможную опасность от него, и Билдермен ещё больше замялся. Сражаться с местным жителем, как это было с Теламоном, совершенно не хотелось, но другого выбора, если он проявит недоброжелательность, всё равно не было. – Прости, я впервые встречаю твой вид. Наверное ты меня не понимаешь... Существо вернуло голову в прежнее положение и коротко встряхнуло ею, заставляя огонь слегка потухнуть, и Билдер сделал осторожный шаг назад, удивлённо охнув. Как по команде пламя вспыхнуло с удвоенной силой, а затем расплылось в разные стороны, превратившись в горящие волосы по бокам привычной роблоксиановской головы. Незнакомец подождал пока огонь развеется на ветру, преобразившись в совершенно обычные синие локоны, и ещё раз встряхнулся, распахнув светлые, яркие, но очень спокойные глаза и устремив взгляд на мужчину напротив. – Простите мою молчаливость, не хотел показаться грубым. Я прекрасно понимаю Вас и Ваш язык, – на губах роблоксианца появилась мягкая улыбка. – просто хотел удостовериться в правдивости Ваших слов. Меня зовут Мэтт Дусек, я приглядываю за этим местом вот уже некоторое время. Что привело Вас сюда? – Билдермен, приятного познакомиться. Я один из основателей Роблоксии и в последнее время занимаюсь поиском подходящих людей для администрации, которые помогли бы мне развивать и охранять этот мир, – строитель поправил каску на голове, спускаясь по лестнице обратно к подножию храма. Мэтт последовал его примеру и остановился рядом, внимательно слушая собеседника. – Может быть у тебя есть желание попробовать себя в этой роли? – Я неплохо разбираюсь в механизмах и технике, несмотря на своё телосложение, но всё же по большей части я маг, изучающий основы всяких неопределенных вещей, – Мэтт ненадолго задумался. – Но если это не проблема для вас, то я мог бы попробовать поработать в команде. То, о чём Вы рассказали, звучит действительно интересно. – Нет, конечно нет. Никакой проблемы с этим возникнуть не должно. Более того, два месяца назад ко мне и моему другу присоединился эгоцентричный бог, с которым мы в первую встречу сцепились как кошка с собакой, – Билдермен неловко почесал затылок, на что Мэтт лишь улыбнулся. – И я хотел бы отбросить эти формальности... Мне становится немного неловко. – Хорошо, как тебе будет удобнее, – хранитель храма лишь коротко кивнул головой, из-за чего его волосы вновь вспыхнули пламенем. – Думаю, если мы объединимся в команду, нам действительно ещё многое предстоит пройти вместе.

***

Первый месяц после прихода Мэтта в их маленькую команду пролетел совсем незаметно. Лето сменилось осенью, листья на деревьях постепенно стали приобретать цветной оттенок, а ночи были заметно длиннее и холоднее. Пасмурных дней становилось всё больше и больше, но было в этом периоде что-то торжественное. Что-то, вызывающее гордость в сердцах двух первых создателей. Официальное становление Роблоксии свободным и открытым миром. Миром, где каждый мог найти своё предназначение. Мог создавать невероятные, логически невозможные вещи, следовать и воплощать в жизнь свои мечты, надежды и желания. Быть собой, в конце концов. Это событие было тем, к чему Билдермен и Эрик шли много лет, переживая упадки сил, отсутствие идей и желание бросить всё, не добившись явного успеха, но всё также продолжая стремиться к лучшему, держась друг за друга так, как держался бы человек, запертый в вечной темноте, за последние лучи солнца. Первое сентября 2006 года прошло как и должно было пройти такое важное событие: в шумихе, в звоне бокалов в баре, в поздравлениях и в дружеских посиделках до поздней ночи. И когда на следующий день, кое-как избавившись от похмелья с помощью таблеток, Билдер полностью пришёл в себя, появилась чёткая и неоспоримая мысль: необходимо построить штаб-квартиру – место, в котором их маленькая команда могла бы собираться, чтобы работать над процветанием и безопасностью Роблоксии. Первую неделю Билдермен спал от силы пять часов, полностью посвятив себя работе над чертежами, но ни один результат не казался ему по-настоящему идеальным. До того момента как не появился Теламон. Божество важно прошествовало по офису, остановилось у стола, коротко рассмотрев скомканные наброски, изучило внимательным взглядом уставшее из-за недосыпа лицо строителя и негромко фыркнуло, отходя к своему рабочему месту. Всего за несколько часов Теламон смог составить детальный чертёж новой штаб-квартиры – двух стеклянных башен-небоскрёбов, с закреплёнными выразительными логотипами. Эрик почти сразу выразил своё одобрение чужому наброску, Мэтт же долго изучал проект со своей технической точки зрения, но в конце концов тоже пришёл к выводу, что это один из лучших и удобных вариантов. Билдер следил за рассуждениями товарищей со стороны, зацикливая внимание на распушившемся от гордости Теламоне, который впитывал похвалы как губка впитывает живительную влагу. В его взгляде не было зависти перед успехом младшего напарника, только странный интерес к тому, на что ещё способен этот эгоцентричный бог. Строительство началось в октябре, когда наконец-то была выбрана подходящая местность, погодные условия и заранее озвучены все нюансы предстоящего проекта. Билдермен взял на себя ответственность руководить данным занятием, в конце концов опыта в строительстве у него было больше, чем перьев на крыльях Теламона, который решил работать над верхними этажами вместе с Мэттом. Эрик же помогал смерять чертёж и готовый результат, внося логические поправки и также строя нижние этажи. Беспрерывное строительство долго не продлилось: Билдер настолько горел идеей поскорее закончить с проектом, что начал забывать заботиться о себе. Однако стоило Эрику напомнить про Джона, Джейн и Роблокса, как инженер сразу же спустился с небес на землю, решив всё же повременить с такой важной постройкой, чтобы вернуться к привычному образу жизни. В один из дней, когда штаб-квартира уже была наполовину готова, Билдермен вновь отправился в путешествие по Роблоксии. Весь октябрь и начало ноября он провёл вместе с напарниками за стройкой, изредка позволяя себе отдых на природе или где-нибудь в городе, поэтому, чтобы окончательно не загнуться вместе с этим злосчастным проектом было решено как-то отвлечься. Миновав один из городов, Билдермен направился дальше – в сторону тёмных, негостеприимных гор. Любому нормальному роблоксианину и в голову бы не пришло отважиться идти в такое опасное место, но строитель не привык отступать от своих принципов, да и вообще бояться окружающего мира Вблизи горы оказались ещё мрачнее, чем казались до этого. Вокруг лишь холодные, лишенные любой жизни и растительности, камни, впереди – чернеющая огромная пещера, в которой не то что дорогу – дальше собственного носа ничего не разглядишь. Остановившись перед "бездной", Билдер долго всматривался во тьму, в мыслях решая стоит ли искать в ней что-либо, но вместо того, чтобы тьма стала смотреть на него, как это обычно бывает в хоррорах, крутящих по телевизору, из черноты пещеры показалось нечто. Именно нечто. Исполинское, лобастое. Вызывающее грохот камней и рокот эха своим передвижением. Билдермен всё ещё спокойно стоял на освещённом участке земли, с расчётливым интересом наблюдая за происходящим. Вот показалась первая огромная лапа, оканчивающаяся страшными когтями, затем вторая. Откуда-то со стороны промелькнул красный массивный хвост, отдаленно похожий на драконий, каким его часто изображали в детских сказках. И вот через секунду перед строителем во всей красе возникло чёрное, покрытое шерстью, существо с широкой, лобастой головой, оканчивающейся красными рогами. Всё тело незнакомца выглядело так, словно собрало на себе весь видимый ночной небосклон: настолько сильно оно напоминало звёздное небо. Существо выдохнуло через нос, выпуская горячий, едва заметный дым, и наклонило свою голову, словно изучая стоящую перед собой добычу. – Здравствуй, ка... – едва ли только Билдер сумел открыть рот, как нечто полностью опустилось на все четыре лапы и, раскрыв пасть, оглушительно зарычало прямо в лицо строителю. Однако ни один мускул на лице мужчины не дрогнул, он лишь замолчал, ненавязчиво рассматривая стоящего перед собой монстра. Существо же, не получив никакой негативной реакции, явно впало в ступор, а затем вдруг резко стало уменьшаться, и вот уже перед Билдерменом стояло нечто, более похожее на привычного роблоксианца, но всё ещё выше и намного мощнее телосложением. – Обычно они кричат, либо падают в обморок от страха, – голос незнакомца был хриплым и низким, словно он уже долгое время не разговаривал. – Бывали, правда, храбрецы, выдерживающие первое появление, но после показа клыков отлетали и они. В таком случае, кто ты такой? И что тебе надо в этом богом забытом месте? – Билдермен. Основатель этого мира и хранитель его благополучия. Я ищу способных людей, которые будут готовы отдать все силы на поддержание равновесия и порядка в Роблоксии. – Для основателя мира ты выглядишь слишком... смертным, – существо задумчиво прищурилось, словно пыталось оценить внешний облик строителя и сопоставить с вышеуказанным фактом. – Меня зовут Думбринджер. Я сам себя так назвал. Раз уж ты проделываешь такой путь ради простого сбора команды, есть ли у тебя уже вообще какие-нибудь успехи? – Внешность порой бывает очень обманчива, – губы Билдермена тронула мягкая улыбка. – Например, напыщенное божество сражений Теламон, оказывается, очень любит греться в лучах утреннего солнца где-нибудь на крышах зданий. А ещё эт... – Теламон? – Думбринджер разом оживился. – Ты знаком с Теламоном? – Да...мы, можно так сказать, работаем вместе – О... Ты должен обязательно меня с ним познакомить! Это же уму непостижимо! Ты работаешь с самим Теламоном! – Дум восторженно приосанился. – Вот что...я тоже хочу вступить в эту вашу команду – Я никогда не против новых людей, – Билдер неловко поправил съехавшую на бок каску на голове. – Что ты умеешь? – Если подумать, то у меня неплохо получается строить. В соседнем отсюда поселении я возвел несколько домов благодаря своей силе, однако его жители, заметив мой истинный облик, едва ли не закидали меня всем, чем можно. Глупые создания... – Думбринджер изобразил страдальческую гримасу, но только на несколько секунд. – А вообще, больше всего я люблю сражаться и испытывать свою силу! Вот так-то. – Хорошо, Думбринджер... Давай посмотрим на месте куда можно вложить твой потенциал, – Билдермен коротко кивнул. – Готов покинуть свою пещеру ради долгой дороги? – Ещё бы, смотри, как бы тебе поспевать за мной!

***

Один из унылых серых дней ноября, наконец-то подходил к концу, когда Билдермен уже собирал нужные документы по папкам и расставлял их на нужные места в шкафу. Эрик тоже был здесь, поливая напоследок единственное комнатное растение в этом маленьком старом офисе и напевая что-то себе под нос. – Как ты думаешь, через сколько мы закончим строительство штаб-квартиры и наконец-то переедем отсюда? – Билдер негромко вздохнул, смахивая противную пыль с верхних полок. – Не знаю. Возможно к весне, а может чуть раньше. Учитывая, что наша команда небольшая, работа зациклена на постоянно плавающем графике, – Эрик пожал плечами. – С одной стороны это может играть на руку, с другой – не очень. – Я просто думаю, что со временем людей будет становиться всё больше и больше. И их специальности нужно грамотно разделить между собой, чтобы сохранять значимый баланс – Ты слишком много думаешь о незначительных вещах, мой дорогой друг, – Эрик мягко улыбнулся, ставя стакан с оставшейся водой на подоконник. – На первое время я бы оставил всего два подразделения: администраторы и модераторы. Первые бы следили за надёжностью и безопасностью миров, вторые бы взяли на себя ответственность защиты Роблоксии от недоброжелателей. А уже потом можно было бы продумывать оставшиеся ответвления от этих званий – Это звучит логично... Но будет ли легко распределять людей по нужным работам? – Билдер наконец-то поставил все папки на полку в шкафу и развернулся всем телом к напарнику. – Например...какая специальность подошла бы Думбринджеру? – У Дума очень крепкое телосложение и хорошо развито чувство справедливости. Думаю, из него получился бы отличный модератор, на которого можно положиться – Хорошо...что насчёт Теламона? – Билдермен сделал незначительную паузу, будто бы пытался пересилить себя сказать имя злополучного бога. – А ты сам как думаешь? – в глазах Эрика промелькнуло плохо скрытое лукавство, хотя внешне он оставалс я абсолютно спокойным – Да...тут уж лучше не спрашивать.