Окна во двор.

ㅤㅤㅤДилан ненавидел понедельники ещё с начальной школы. Бывало, проснёшься по утру от шороха за дверью, распахнёшь глаза, а в лицо тут же ударяет противный жёлтый свет от яркой лампы, и вот ночное наваждение разбивается о бодрый голос матери, оповещающий о том, что выходные подошли к концу, за окном уже шесть часов до полудня, а на столе давным давно стынет завтрак. Дилану приходится вылезти из-под тёплого одеяла, оставить нагретую постель, спустить босые ноги на ледяной пол: сквозняк, снующий по дому в утренню пору, никогда не упускал возможности с жадностью вцепиться в размарённое сном тело, пустить по спине мурашки, заставляющие обхватить себя руками, и поскорее зашаркать в сторону кухни. ㅤㅤㅤА на улице темно, словно кто-то закрасил Луну чёрной гуашью, облака серые-серые, некрасивыми громоздкими тучами заполонили небо, и только вспышки фонарей да гудящие машины говорили о том, что город наконец проснулся. Возможно, он проснулся и раньше, тогда, когда взбалмошных родителей разбудил пятилетний ребёнок, увидевший нечто страшное в своих снах, или тогда, на мосту, когда у неброско одетого юноши прозвучал звонок от матери. Может, он пробудился ото сна с криками дворовых котов или треском снега под жёсткой подошвой – этого маленький Дилан не знал. Зато он точно знал, что холодная манная каша с комочками и плавающем в ней кусочком масла, некрасиво растёкшимся по тарелке, это самое худшее, что можно вообразить на завтрак в морозное зимнее утро. ㅤㅤㅤЛениво соскребая подсохшую корочку с краёв блюдца, Дилан размышлял о том, что тот, кто придумал понедельники, наверняка глубоко несчастный человек. Вероятно, он никогда не пробовал шоколада, его не звали играть в салки и не делились игрушками. А иначе как объяснить существование этого противного дня, когда абсолютно все вновь превращаются из радостных людей в их отголоски, занятые бесконечной чередой рабочих будней и горьким кофе без молока? ㅤㅤㅤ— Дилан, милый, — мать заботливо огладила кучерявую макушку сына, оставив на щеке блестящий от помады поцелуй, — Дойдёшь до школы сам? А то я уже опаздываю. Но я обязательно заберу тебя, дорогой, сразу после продлёнки, хорошо? Не забудь доесть завтрак. ㅤㅤㅤДилан знал, что с продлёнки его заберут лишь через час, а то и два после её окончания, что время ему предстоит коротать с вахтёршей, женщиной крайне строгой, но в целом доброй и сострадательной. Что вечером, в случае хорошего поведения, его ждут конфеты, оставшиеся у миссис Хантер ещё с Рождества, а затем обязательно придёт его мама, усыпанная снегом, в распахнутой дублёнке и с виноватой улыбкой на лице. ㅤㅤㅤ— Прости, сынок, задержали на работе. ㅤㅤㅤДилан соскочет с шаткого стульчика, подбежит к матери и утонет в сладких духах и морозной свежести мягких волос, чтобы потом крепко сжимать в ладошке тонкие женские пальцы, когда-то украшенные кольцом, и слушать, что совсем скоро наступит весна, что из-под сугробов проступят белые цветы, а утра снова станут солнечными, и можно будет снова высовывать голову на балкон, подставляя лицо тёплым лучам, жмурясь от удовольствия. ㅤㅤㅤНо это потом, а пока что перед Диланом стоит недоеденная каша, возвышается дымящаяся кружка с ещё не успевшим окончательно остыть чаем. Дилан уверенно высыпает туда три ложки сахара, делает глоток, затем ещё один, морщится, от тянущего ощущения на языке, и спрыгивает из-за стола. ㅤㅤㅤБыть может, понедельники можно было пережить, когда главными проблемами были потерянные колготки и скрипящие болоньевые штаны. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ*** ㅤㅤㅤ— Блять, да выруби ты его. ㅤㅤㅤДилан кое-как разлепляет глаза, с раздражением ударяя кулаком по стене. Назойливый будильник уже пять минут дребезжал в попытках разбудить, судя по всему, весь дом, потому что тот, кто предусмотрительно завёл его на восемь утра, нагло отказывался выключить эту адскую машину. Так, бедный телефон надрывается ещё какое-то время, а затем замолкает, чтобы возобновить надоедливую мелодию ровно через десять минут и окончательно свести Дилана с ума. Шумно выдыхая через зубы, юноша принимается тарабанить по батарее, не заботясь о раскрасневшейся руке и тупой боли в костяшках. ㅤㅤㅤ— Ричи, — почти шипит Дилан, нарочито используя ненавистное сокращение, — Если ты сейчас же не заглушишь свою мобилу, я сделаю так, что ты вообще её больше никогда не включишь! ㅤㅤㅤИз-за стены раздаётся глухое мычание, верный знак того, что Ричард наконец-то «соизволили» проснуться, и Дилан, не теряя ни минуты, ударяет по батарее в последний раз – звонко и со вкусом. ㅤㅤㅤ— Проснись и пой, спящая красавица! ㅤㅤㅤ— Дилан, твою мать, — звучит сквозь гипсокартоновые перегородки и лицо Дилана тут же украшает победоносная ухмылка, — Ты мне всю ночь спать не давал, не жалуйся! ㅤㅤㅤ— Прости, буду нежнее в следующий раз, — саркастично тянет юноша, усмехаясь на глухой мат со стороны: слышно, как Ричард наконец встаёт с кровати, как в очередной раз ударяется головой о неудачно прибитую полку и как он выходит на подобие балкона, щёлкая дверцей. ㅤㅤㅤДилан выжидает с пару секунд, затем натягивает поверх футболки тёмную толстовку, не заботясь о том, что она далеко не первой свежести, и настежь распахивает окно, перегибаясь через пластиковый подоконник, чтобы встретиться с угрюмым выражнием лица да вдобавок торчащими во все стороны волосами. Дилан едва удерживает себя от смеха, но всё же прыскает в кулак, жалея об отсутствии возможности сделать парочку фото. ㅤㅤㅤ— Мда, Ричи, конкурент любой звезде Playboy. ㅤㅤㅤ— Да завались ты. ㅤㅤㅤ— Что с тобой? Встал не с той ноги? ㅤㅤㅤ— Подружился не с тем соседом. ㅤㅤㅤДилан тянется дёрнуть рукав чужой кофты, но не успевает: Ричард, попятившись назад, вваливается обратно в квартиру, сопровождая своё падение слетевшим тапком и очередным ругательством. ㅤㅤㅤ— К сожалению, живой? ㅤㅤㅤ— К сожалению... — бормочет Труман, потирая затылок, и тут же возмущённо упирает руки в бока, — К чьему это сожалению?! ㅤㅤㅤДилан делает незамысловатый жест рукой и подпирает щёку ладонью, наблюдая за тем, как насупившийся Ричард вытаскивает из кармана домашних штанов одноразку с каким-то противным запахом. Парень делает короткую затяжку, выдыхая в воздух клубья дыма, и старательно строит из себя чёрт пойми что, давая понять, что крайне заинтересован каким-то наинелепейшим видео в Тук-Туке. Дилан его не отвлекает – пусть дуется, это не продлиться дольше двух несмешных роликов с долей юмора для людей за сорок. ㅤㅤㅤРичард всегда таким был – отходчивым. Его образ никогда не вязался у Дилана с безысходной панорамой вокруг. в череде серых домиков да стеклянных многоэтажек Труман казался почти что аппликацией, неаккуратно прикленной поверх лакированного журнала. С загорелой кожей, тёмными глазами и до безобразия лучезарной улыбкой, Ричард был настолько ярким, что Дилана почти тошнило от его вида в первую неделю знакомства. потом оказалось, что это «солнце Востока» предстоит видеть ещё и в университете, а потому Дилан принял свою судьбу со смирением и достаточно быстро сменил тактику игнорирования на около дружескую: если на первом курсе терпеть Трумана было задачей под звёздочкой, после выполнения которой «герою» следовало бы вручить медаль, то к третьему Ричард стал вполне неплохим собеседником, после разговоров с которым не приходилось запираться в квартире дня так на четыре, чтобы заново обрести веру в человечество и вновь явить себя миру. ㅤㅤㅤ— Фамилия-то у тебя есть? или «Дилан» это псевдоним просто? ㅤㅤㅤ— Ты идиот? За кого ты меня принимаешь? ㅤㅤㅤ— За задрота. ㅤㅤㅤ— Робертс. Робертс моя фамилия. ㅤㅤㅤ— Как у Барби, типо? Ты у нас куколка, что ли? ㅤㅤㅤ— Говорит мне человек, знающий фамилию болванки в розовом. ㅤㅤㅤВ общем, Ричард был собой и Дилана это более, чем устраивало. Не устраивали его только громкий будильник с утра пораньше, который Труман будто намеренно игнорировал день ото дня, и противная жижа, залитая в светящуюся коробочку, коей Ричард имел привычку размахивать, беззастенчиво куря в аудиториях. ㅤㅤㅤ— Ты сегодня ко второй? — Ричард опирается о скрипящие перила, пряча зевок в изгибе локтя. ㅤㅤㅤ— Я сегодня ни к какой. ㅤㅤㅤ— Это с хуя ли? ㅤㅤㅤ— Это с того, что кто-то будильники выключать не умеет, – Ричард закатывает глаза, спеша возразить, но Дилан его останавливает, — Работа у меня сегодня. Да и не потащусь я ради одной философии в субботу сорок минут на метро. У меня ещё не настолько много свободного времени. ㅤㅤㅤ— Кто тебя знает... — бормочет Ричард, вздрагивая под неожиданным порывом ветра, — Бр-р, ну и холод. ладно, ты как хочешь, а я на пары. Не хватало ещё смску от Солуса получить. Серьёзно, у меня от него мурашки. ㅤㅤㅤ— Да, декан у нас, конечно... — Дилан бесцельно включает телефон, цепляется взглядом за время, — ... с причудой. Ты, кстати, уже опаздываешь. ㅤㅤㅤ— Чего-о?! — Ричард растерянно вскидывает брови, тут же хлопая дверью, — Блин, Клео меня убьёт! ㅤㅤㅤ— Ромео несчастный, — бросает вдогонку Дилан, и, потянувшись, закрывает окно, решая избавить себя от любовной драмы в лице Ричарда, извиняющегося перед Клео по телефону. Влюблённые, может, часов и не наблюдают, а вот Дилану нужно закрыть ещё два заказа, залить в желудок что-то помимо химозы и, по возможности, дойти до магазина – стиральный порошок грозил закончиться сегодня-завтра. ㅤㅤㅤ— Надеюсь, это не займёт много времени, — Дилан падает в кожаное кресло, нажимая несколько кнопок и с упоением вслушиваясь в гудение компьютера, — Поехали... ㅤㅤㅤС открытием первого документа у Дилана пропадает всякая надежда, а вместе с ней и желание жить. Со страдальческим стоном юноша прижимается щекой к клавиатуре, однако и это не спасает его от участи посадить зрение ещё сильнее. В скором времени комнату заполняет стук клавиатуры, изредка прерываемый проклятиями и пожеланиями дорогим клиентам «всего наилучшего». ㅤㅤㅤСпустя пару часов Дилан останавливает себя от выбора петли на «Azon», а после ещё тридцати минут бесцельного просмотра ленты во всевозможных приложениях принимает решение освободить себя от участи стать следующим в очереди на попадание в загробный мир: парень отталкивается от рабочего стола, откидываясь в кресле, и переводит взгляд в сторону пейзажа, нарисованного осенью. ㅤㅤㅤЖжёные солнцем листья кружили по пыльным тратуарам, стонали кроны деревьев под порывами ледяного ветра, потух свет в домах расторопных горожан и только одно окно напротив неожиданно заискрило настольной лампой. Ведомый интересом, Дилан придвинулся ближе: на его памяти, свет в этой квартире не зажигали никогда. ㅤㅤㅤ— «Новый сосед, что ли, — думает Дилан, стягивая наушники с головы, — Или сдают посуточно? Хотя, с чего бы, райончик у нас так себе». ㅤㅤㅤРазмышления Дилана прерывает неожиданно мелькнувший в окне силуэт. Его внимание привлекает нечто, отдалённо напоминающее моток синих ниток. Юноша прищуривается, стараясь разглядеть очертания лица «нежданного гостя», но всё без толку – ставни распахиваются, отчего парень едва не падает на пол, а в груди оседает взявшийся из неоткуда страх. Дилан чувствует себя ребёнком, пойманным с поличным на воровстве какой-то конфеты. спеша сделать вид крайней незаинтересованности, он хаотично пытается разблокировать телефон, краем глаза поглядывая в сторону злосчастной квартиры. К сожалению, незнакомца уже и след простыл. ㅤㅤㅤДилан разочарованно поджимает губы, постукивая ребром мобильного по раскрытой ладони. Дело дрянь: зародившееся внутри любопытство не давало покоя, неизвестный сожитель - пусть их и разделяло несколько квартир, а то и подъездов - вызывал желание если не познакомиться, то хотя бы быть увиденным. ㅤㅤㅤ— Ладно, чёрт с ним, — решив более не терзаться нелепыми мыслями, Дилан возвращается к работе, — У Ричарда спрошу, он-то каждую собаку в городе знает. И даже пару кошек... ㅤㅤㅤХмыкая, парень щёлкает по мышке и тут же расходится во всевозможных проклятиях: экран компьютера любезно сообщает ему, что файлы, тщательно создаваемые на протяжении дня, не сохранились.