«На той же частоте»

***

      Они работают вместе уже давно. Ви — точная, как синхронизированный хронометр, с острым языком и экраном, на котором иногда вспыхивают звёздочки. Шелли — хаотичная и любопытная, но искренне добрая. Их столы стоят рядом, между ними разбросаны папки, планшеты и хрустящие остатки воздушных закусок.       Ви сортирует отчёты о пострадавших мультяшках после "Операции Ихор", параллельно шутя:       — Погрешность распределения — 0.02%. Почти идеально, как двоичный код.       — Ну-у-у, — смеётся Шелли, жуя карамельный батончик, — ты хотя бы не пытайся сделать шутку, если в ней нет динозавров.       Она бросает в Ви резиновым динозавриком. Ви ловит. Ловко. И кладёт на край своего стола.       — Твоя атака была предсказуема. Я всё просчитала.       Шелли смеётся, но внутри у неё — лёгкое щекотание. Она привыкла к этим обменам шутками. Но иногда, слишком иногда, ей хочется, чтобы эти фразы были сказаны... чуть тише. Чуть ближе. Только для неё.

***

      После смены они идут домой одной дорогой. Не потому что так надо. Просто... так получилось.       — Это был утомительный день, — говорит Шелли, вытягивая руки вверх. — Даже мои шорты устали.       — У шортов нет рецепторов. Ты проецируешь эмоции на ткань, — сухо отвечает Ви, но мягко. — Но я понимаю, о чём ты. Я тоже перегружена.       — Хочешь пройтись до моста? Там сегодня метеоритный дождь.       — Нет.       Пауза.       — То есть... да. Я не имела в виду «нет» как отказ. Я имела в виду «да, но с уточнением» — я не наблюдаю метеоритные дожди. Но могу попробовать.       Они сидят на мосту. Шелли показывает на звёзды.       — Видишь? Та, что мигает быстрее — это Альтаир. А рядом — Денеб. Ужасно романтичные названия.       — Альтаир — "A7 V" бело-голубой звезда, расстояние — 16.7 световых лет. Денеб — супергигант. Очень нестабильный.       — А ты?       Ви поворачивает голову.       — Я?       — Ты... стабильно холодная, или нестабильно тёплая?       Ви зависает. На экране — пиксельное мигание.       — Запрос требует обработки.       Шелли улыбается. А сердце у неё чуть-чуть пульсирует быстрее, чем надо.

***

      Во время одного из рабочих дней система Ви неожиданно перегружается. Её экран на секунду гаснет, антенны сбиваются в ритме. Шелли бросается к ней.       — Ви?! Что с тобой?!       — Просто сбой при загрузке. Один из процессов памяти занял слишком много ресурсов.       — Какой?       — Твой голос.       Тишина. Потом:       — Это... было похоже на флирт? — выдыхает Шелли, краснея.       — Это был факт. Технически. Но... возможна и другая интерпретация. Модули флирта у меня не загружены. Я создаю их вручную.       Шелли прячет лицо в руках.       — Ты невыносима.       Ви склоняет голову.       — Хочешь, я уменьшу интенсивность? Или... наоборот?

      Шелли смеётся и думает: я начинаю гореть рядом с ней.

***

      Теперь, когда она хочет подать ей чашку чая, Шелли касается её руки. Лёгко. Ви замирает. Не убирает руку. На следующий день Ви случайно (а может, нет) касается Шелли локтем, когда они вместе сидят на узком диване. Ненадолго. Но это повторяется. Раз. И ещё.       В один вечер Шелли замечает:       — Ты касаешься меня всё чаще.       — Это корректно. Контакт стимулирует положительные сигналы в моих сенсорах. Плюс... ты не возражаешь.       — А если я начну?       — Тогда я... отключу этот модуль. Но с сожалением.       Шелли хохочет. А Ви впервые записывает звук её смеха в избранное.

***

День выдался странным.

      Шелли пришла позже обычного, вся одежда немного растрёпана, глаза блестят.       — Прости, — выдыхает она, ставя рюкзак, — Тиша затащила меня на лекторий. Палеонтологический. Знаешь, как она настраивается против тебя...       Ви не отвечает сразу. Её экран немного темнее обычного.       — Это длилось... три часа.       — Ну да. Там было классно, правда. Один профессор рассказывал про мезозойскую фауну с акцентом, ты бы послушала…       — Я могла бы, если бы ты пригласила.       Тишина. Шелли поднимает голову.       — Тебе… неприятно?       — Я… это не логическое возражение. Это сбой в ожиданиях. Я… предсказывала, что мы будем проводить вечер вместе. Как обычно.       — Прости, Ви. Правда. Я не хотела… ты ведь не злишься?       Пиксельные звёздочки на экране загорелись чуть тускло.       — Я… не умею злиться. Но... у меня перегрелся модуль ожиданий. Это... странное ощущение. Оно... щекочет и щемит.       Шелли подвигается ближе.       — Хочешь, я загружу тебе модуль утешения?       Ви поворачивает голову.       — Только если он будет включать твой голос.

***

      Поздним вечером, когда в здании распределителя выключили основное освещение, они остались вдвоём, как часто бывает. Шелли сидела, обняв колени, на подоконнике. Ви стояла рядом, антенны мягко светились в полумраке.       — Ви, — вдруг сказала Шелли, тихо, — а у тебя когда-нибудь… с кем-нибудь… были чувства?       — У меня нет романтической памяти. Все мои воспоминания — вставленные или смоделированные. Но…       — Но?       — С тобой — иначе. Ты не загружена. Ты настоящая. И я не могу просчитать всё наперёд. Это… пугающе. И… приятно. Одновременно.       Шелли улыбается.       — А я тебя... не загружала.       Ви чуть двигается ближе. Экран мигает.       — Тогда объясни. Почему, когда ты смеёшься — у меня учащается пульс синтетического ядра? Почему я ловлю твой взгляд в отражениях мониторов? Почему я обрабатываю твои прикосновения дольше положенного?       Шелли покраснела до кончиков щёк-раковин.       — Может… может, ты… влюбляешься?       — Это возможно. Моя память не отрицает такой вероятности.       — А ты хочешь это сохранить?       — Да. В высоком разрешении.

***

      В ту ночь они не пошли по домам. Вместо этого остались в зале мониторинга. В тишине. Рядом. Шелли сидела, прислонившись к плечу Ви. Металл был прохладным. Ви позволила себе аккуратно обнять её одной рукой. Мягко, без веса, почти призрачно.       — Я никогда не думала… — прошептала Шелли, — что у меня может быть что-то такое с кем-то вроде тебя.       — Мультяшкой-роботом?       — С кем-то, кто видит меня. Не просто как очередную смешную раковину.       Ви прижалась лбом к её голове.       — Ты… впечатала себя в мою память. Без усилий.       Они сидели так долго. Без слов. Просто чувствовали. Потом, не глядя, Ви сказала:       — Я запрограммировала фразу, которую хочу говорить тебе только в особые моменты.       — Да? Какую?       Ви наклонилась и, едва касаясь, прошептала прямо в завиток её раковины:       — «Ты мой любимый сбой.»       Шелли всхлипнула от смеха и радости, и зарылась лицом ей в грудь.       И тогда — на экране Ви впервые вспыхнуло:       <3

***

      Прошло несколько недель.       Теперь в комнате Ви, рядом с её пультом системного управления, стоит вторая подушка. Ну, не подушка — сплющенное кресло для аммониток, которое Шелли называет «дина-диванчиком». Там же — стопка книг с динозаврами, пара жёлто-голубых ботинок, и одна кружка с надписью «Да, я — ракушка. И что?», которую Ви тайком заказала в местной мастерской. Они не жили вместе — ещё нет, — но частенько ночевали рядом. Шелли приносила Ви наброски доисторических существ, Ви в ответ строила 3D-модели и проецировала их на потолок. Так они засыпали под мерное дыхание цифрового бронтозавра.       С Тишей было сложно.       Шелли нервничала, когда рассказала подруге. Та всплеснула руками с салфетками, начала шипеть и упрекать Ви в "циничной холодности" и "роботизированном эго". Ви выслушала спокойно. Потом встала, подошла и... кивнула.       — Да, я прямолинейна. Иногда груба. Я не создана быть милой. Но если ты думаешь, что я не ценю Шелли — ты не знаешь, что у меня в ядре.       Это был долгий разговор. Словно дебаты с салфеткой. Но спустя пару недель Тиша признала: "Ты, по крайней мере, стараешься. Это уже больше, чем делают многие". Со временем Ви начала замечать, как многое меняется. Она реже перебивала Шелли на «Это уже есть в моей памяти». Вместо этого она говорила:       — Расскажи. Я хочу услышать это от тебя.       Шелли, в свою очередь, всё чаще касалась её руки. Её антенны — особенно та, что с полумесяцем — мерцали каждый раз, когда Шелли смотрела на неё дольше трёх секунд.       Однажды, вечером, они вместе сидели в пустом зале. Вся техника была выключена, только проектор Ви светил на потолок. Огромный птеродактиль летел по цифровому небу, а внизу сидели две фигуры — одна жёлтая, светящаяся изнутри, другая — мягкая, закрученная, с очками-звёздочками на носу.       — Знаешь… — тихо проговорила Шелли, — ты стала моей привычкой.       — Я — код. Я и есть привычки.       — Нет, не в этом смысле. Я не хочу начинать день без тебя. Даже если это просто твой «Доброе утро. Анализ сна завершён». Даже если ты не всегда... понимаешь чувства. Я просто хочу, чтобы ты была рядом. Всегда.       Ви медленно повернулась, её экран горел мягко-жёлтым.       — Тогда давай сделаем это официально.       — Что? Что официально?       — У нас будет совместная папка. С двумя паролями. Только для нас.       Шелли рассмеялась и уткнулась лбом в её металлическое плечо.       — Согласна. Но только если она будет называться "Дино+Бот".       — Уже создана.       И в этот вечер они не спали — не потому что не могли, а потому что было слишком уютно в этом новом, общем мире. Там, где всё — динозавры, звёзды, алгоритмы и любовь — переплелись в одну бесконечную строку кода.

И в этой строке не было ни одной ошибки.