Два влюблённых капитана одного плавучего дома.

На море стоял погожий день – попутный тёплый ветер, солнце, не сжигающее, а греюющее и волны, ласкающее борт корабля. Два юноши, два капитана (что часто вызывало недоумение у чужих людей), весело переговориваясь, меняли курс и натягивали паруса. Сейчас было раннее утро – вся команда, за исключением бесконечно бодрых и влюблённых капитанов, спала глубоким сном. Вы не ослышались, влюблённых! – Веритас, штурман души моей, скажи мне на милость, куда мы плывём!? – поинтересовался Фрид потирая лоб чем-то, что наверное в их прошлой жизни было рубашкой. Рубашкой, стоившей на минуточку три серебряника и два медняка! – Фрид, компас моих мыслей, мы плывём домой! – ответил ему юноша улыбаясь даже не губами, а своими невозможными (и невозможно прекрасными по мнению Фрида) сине-серо-зелёными глазами. – Домой? – Ага, в наш с тобой общий дом. – Что ты имеешь ввиду, наш дом – корабль, ты же не собираешься его продавать? – Упаси меня море это сделать! Я конечно не самый умный человек, но продать Темпу – это вверх идиотизма! – отмахнулся Веритас и поправил копну русых волос. Тут Фрид окончательно запутался, непонимающе вытаращил на него свои карие глаза и зарылся руками в собственные чёрные, как осминожьи чернила, патлы, едва не выдрав их. – Ой, какой же ты смешной, флюгер чувств моих, когда чего-то не понимаешь! Я говорю про город, где мы познакомились, венчались и купили первый корабль, он для меня дом, ведь там мы познакомились с тобой! Разве ты не считал его домом? – Может быть, очень-очень давно. Для меня домом всегда было то место, где был ты. – объяснил капитан и оставил лёгкий поцелуй на бритой щеке Веритаса. Тот в ответ пропищал нечто нечленораздельное, как мышь в трюме и сжал Фрида в объятиях. – Ох, капитаны как обычно начинают утро с сахарной нежности. Глядите, как бы у вас кариес не развился от такого. – привычно пошутил кок, по совместительству лучший друг Веритаса и Фрида, а также самый наглый человек в команде. – Так у тебя ещё есть силы явить? Посмотрим, как ты будешь себя вести по возвращению в Амор! – парировал Фрид, считавшийся самым злым из капитанов. А Веритас в это время смеялся, и наконец понял, что его супруг имел ввиду под фразой 《Для меня домом всегда было место, где был ты》.