зачарованно-очарованный

      — Ты прожжешь в нём дыру, — констатирует  Джин, резко прервав свой рассказ о «доставучем преподе по магическим наукам», потому что заметил, что один из друзей в очередной раз слушает его не очень внимательно по повторяющейся причине.       — А? — отвлекается Тэхён, переведя взгляд обратно на товарищей. — Я не на Чонгука смотрю, там просто… Картину новую повесили.       — Кому ты мелешь? — ворчит Юнги, уставший от этих глупостей.       — Тэхён, он скоро тебя шарахаться начнёт. Лучше прекрати уже пялить как умалишённый и просто позови его на Морской балл.       Морской бал — мероприятие, которое проводится в академии каждый год вот уже на протяжении многих лет. Праздник проходит на палубе большого корабля, пришвартованного к берегу территории учебного заведения.       Еще одна традиция. За неделю до бала каждому студенту вручается пара праздничных колец — «обручи морской глади». По задумке, когда кто-то приглашает другого разделить праздничный вечер с ним, он должен отдать одно из колец, чтобы показать принадлежность друг к другу во время бала. А если же кольцо остается на своем месте и после него — это значит уже что-то большее. Значит — балом взаимоотношения не ограничатся.       — Ну и глупость, Джин, — выдает Юнги, жуя картофелину, — Тэхён скорее стихию огня освоит, чем осмелится подойти к Чонгуку.       — Эй! Я что, по-твоему, так жалок? — возмущенно отзывается Тэхён.       — В отношении Чонгука — да, — Юнги, как всегда, не церемонится, называя вещи своими именами. Вообще-то они с Джином и Хосоком уже давно привыкли к тэхенову поведению, но сейчас Юнги не удаётся удержаться от того, чтобы задеть гордость мечника.       — Это неправда! — отчаянно возмущается Тэхён.       — Правда.       — Вовсе нет!       — Спорим? — встревает Джин. Его идеи не всегда самые лучшие. Вернее — они всегда самые худшие.       Один раз по его указке Хосок с Тэхёном наложили растения-колючки на стул преподавателя по магическому искусству. До сих пор за это отдуваются на каждом занятии.       — Ты не сможешь дать Чонгуку пригласительное кольцо. А если сможешь, Юнги наденет на него костюм пирата. Того самого. Стереотипного — с дурацкой шапкой с черепом и кофтой в голубую полоску.       — Не понял, — Юнги почти давится лимонадом от чужой наглости.       Это очень в духе Джина — никогда не рисковать своей задницей, но зато всегда подставлять других ради веселья. В том происшествии с преподавателем было так же. Джин убедил всех, что они не попадутся, а потом втихую ржал над ними со своего места в дальнем углу кабинета. Однако, к слову, купил им потом по сэндвичу в качестве извинений. Юнги не влип в тот раз только потому, что оказался умнее, но, как сейчас выяснилось, это тоже не всегда прокатывает.       — Спорим! — без раздумий соглашается Тэхён, не давая Юнги и шанса возразить.       — Эй!       Они с Джином, полностью его игнорируя, жмут руки прямо перед лицом разъярённого Юнги с набитыми едой щеками и уже спешат смыться, потому что убийственный взгляд того говорит о том, что им обоим сейчас по меньшей мере не поздоровится.       Хосок остается мирно жевать свой обед за их любимым столиком в столовой, посмеиваясь над гонкой. У друзей только пятки сверкали, зато их нетронутые чизкейки сейчас достанутся ему.

✶ ✶ ✶

      Тэхён уже сто раз пожалел, что снова послушал Джина.        Потому что ну не может он этого сделать. Не может подойти к Чонгуку.       Мечник пытается уже почти неделю. Бал наступит через три дня. Возможно, он уже опоздал и популярный Чонгук нашел свою другую пару на вечер. Думать об этом больно и страшно.       Но Тэхёну как будто так и суждено — просто смотреть на самого гениального мага в школе.        В академии стихийных искусств ученики делятся на две категории: оружейники и маги.       Для владельцев оружия, таких как Тэхён, в приоритете стоит развитие боевых навыков с использованием магических способностей. Последние в их случае являются только дополнением, и изучают их в основном поверхностно — в рамках приемов для усиления меча или лука.       Маги же специализируются на изучении своей стихии от и до. Всего этих стихий пять: огонь, земля, вода, лёд и воздух. Оружие владеющих одной из стихий, данных от рождения, магов — сама эта стихия, поэтому им важно знать все ее аспекты и весь диапазон своих магических способностей.       Тэхён, рождённый в семье мечников, получил свое оружие по наследству и выбора у него, в общем-то, не было. Но его все устраивает: махать мечом с отголосками водной стихии ему по душе.       Чонгук идет по пути мага, грамотно используя данную ему природой магию земли.        Многие студенты часто рвутся быстрее перейти к использованию волшебства на практике, не изучив нормально теорию и считая ее необязательной. Но успех Чонгука как раз в этом и заключается — он разобрал теорию на все сто и без проблем стал колдовать потом на практике, владея стихией, как своей правой рукой.       Так вот и куда уж ему, балбесу Тэхёну, который только и умеет, что мечом махать, разговаривать с ним и уж тем более быть его парой на балу. После стольких дней беготни по академии под дружеские издевки Джина с выискиванием подходящего момента для приглашения, он уже начинает раздумывать о том, что придётся все-таки отказаться от зрелища с Юнги, разгуливающего по кораблю, где будет проходить бал, в дурацкой чёрной матроске с черепом вкупе с красной банданой и в кофте в голубую полоску.        Мечник раздумывает об этом ровно до тех пор, пока не видит, как к Чонгуку вальяжно подходит главный тэхёнов соперник по фехтованию — Нам Давон. Тот явно пытается с парнем флиртовать, и Тэхён, чёрт возьми, переживает. Ревнует. Потому что засранец Давон красивый и популярный. Прямо как Чонгук.       С замиранием сердца Тэхён наблюдает за реакцией парня. Чонгук привычно вежливо улыбается собеседнику, но, судя по жестам и мимике, отказывает. Тэхёну мерещиться, что перед этим его взгляд на секунду нашел его самого вдали коридора, и не будь эта ситуация такой, мечник бы в очередной раз растаял, любуясь чужим красивым лицом с бездонными глазами-бусинами.       Чонгук, как уже упоминалось ранее, — лучший ученик их академии, но он не такой, какими обычно бывают «лучшие ученики». Чонгук не заучка, не бoтан. Он, чёрт возьми, до безумия очаровательный парень, который прекрасно знает себе цену, который уверен в себе на все сто и который прекрасно осознаёт и свою привлекательность внешне, и свой такой же привлекательный ум. Это — причина его популярности и одна из причин, почему Тэхёну он так сильно нравится. Другая — это его, несмотря на всё это, доброта и снисходительность к другим. Чонгук часто помогает отстающим ученикам, и он вежлив с профессорами. Он не гонится быть первым, и именно поэтому у него это получается.       Третья причина — его улыбка.       Тэхён натурально выдыхает, когда Давон, едва скрыв недовольство, уходит, а про себя начинает гадать. Отказ Чонгука обозначает либо то, что он уже занят, либо то, что у балбеса Тэхёна всё же ещё есть шанс разделить праздничный вечер с парнем, по которому он сохнет вот уже третий курс.       Но подойти всё равно страшно до безумия. В голове роится другая — третья мысль. Она говорит ему, что Чонгук ни с кем не соглашается пойти на бал, потому что собирается сделать это один, и шанса нет ни у Тэхёна, ни у кого-либо ещё.       Мечник молча наблюдает за тем, как маг уходит в аудиторию на лекцию о волшебной ботанике, и в его голову вдруг приходит идея. Дурацкая, безумная. Но единственная.

✶ ✶ ✶

      На тренировках по фехтованию Тэхён обычно отличается особой решительностью и смелостью. Вот только в обычной жизни, он — трус, пожалуй.        Потому что прямо сейчас сидит среди ночи в своей комнате общежития и пытается приготовить приворотное зелье по рецептам из одной старой книги. Он ему показался лёгким.        И нет, он не настолько мудак, чтобы решить приворожить Чонгука и начать с ним вот так встречаться. Он хочет провести с ним один лишь Морской бал. Всего одна ночь. На утро чары развеются, и тогда Чонгук, возможно, влепит Тэхёну смачную пощёчину, если все поймёт, но пьяный Юнги в полосатой рубашке наверняка это компенсирует.       И вот он, полный сомнений, успешно капает получившийся отвар Чонгуку в ужин в столовой вечером перед мероприятием, едва не попавшись вечно тусующемуся с ним Чимину, затем остаётся ждать его в коридоре.       — Чонгук, можно тебя? — спрашивает он, набравшись смелости, когда тот выходит из столовой. Чонгук выглядит довольным, когда говорит Чимину, что догонит.       — Что-то хотел? — лукаво интересуется он.       Тэхён с Чонгуком, как бы это сказать, за все три года обучения почти не общались. Они знакомы, да, но в рамках учеников с одного потока, поэтому подходить сейчас к нему вот так по меньшей мере непривычно.       — Да, я… — Тэхён мнётся, сомневаясь во всём и вся, но глаза Чонгука, кажется, зачарованно-очарованно блестят, — пойдёшь со мной на бал? Если конечно ты уже не…       — Пойду, — уверенно отвечает он, перебивая, как будто только этого и ждал, и принимает из рук замеревшего Тэхёна предназначенное ему золотое колечко.       Сердце пропускает удар. Однако радости по этому поводу он чувствует противоречиво мало. Все место внезапно занимает всепоглощающая вина и ощущение себя самым большим придурком на планете. Наверное, так и есть.       Тэхён не хотел так.        Ложась в своей комнате спать перед важным днём, он жалеет о том, что сделал и хочет повернуть время вспять, чтобы предотвратить свои действия. Но нужно было подумать об этом раньше.       Он размышляет о том, что лучше бы просто подошёл и потерпел провал. Спор то ведь, если задуматься, заключался только в том, что он лишь скажет пару слов. Гарантированного согласия Чонгука в уговоре не было… Вот только что теперь поделать.       Так он и засыпает, рассматривая золотой обруч на своём пальце и надеясь побыстрее пережить завтрашний день и вернуть всё на круги своя.

✶ ✶ ✶

      Следующий вечер наступает непозволительно быстро. Тэхён топчется у комнаты Чонгука, чтобы встретить свою пару. Чувство вины — его второй верный спутник на весь этот вечер.       Чонгук выходит ровно к тому времени, когда они договорились встретиться. Тэхён теряет дар речи, когда видит его, как, впрочем, и всегда, но сейчас — чуточку сильнее.       На Чонгуке воздушная белая рубашка с красивым рюшчатым воротником и расширенные свободные брюки его любимого зелёного цвета. Кудрявые тёмно-русые волосы, красиво уложены аккуратными волнами и подвязаны такой же зелёной банданой в морском стиле. На ногах коричневые ботинки, похожие на пиратские по тематике бала, а изящную талию стягивает коричневый корсет, и, о боже, когда этот парень надевает подобное, Тэхён всегда забывает дышать.       — Ты выглядишь…       — Знаю, — перебивает его Чонгук с самодовольно-уверенным выражением лица.       Тэхён знает, что он знает. И это делает его в тысячу раз привлекательнее. Глупая влюблённая улыбка сама расплывается на губах.        Что ж, одна ночь. Одну ночь он позволит себе насладиться его присутствием.       Морской бал по традиции проходит на палубе корабля, принадлежащего академии стихийного волшебства. На нём обычно в начале года доставляют студентов, но во второй его половине это символ праздника. Корабль украшают гирляндами и вывесками, расставляют столы с угощениями и подушки для того, чтобы посидеть у бортиков. С заколдованных музыкальных инструментов доносится музыка.        — Вау, — выдыхает Чонгук, когда они подходят к месту проведения ежегодного мероприятия. Тэхён подвисает, любуясь тем, как красиво свет гирлянд отражается в его больших глазах. А потом этот блеск так же ярко отражается в его собственных, когда Чонгук поворачивает к нему голову с широкой улыбкой на лице. — Потанцуем?        Тэхён не успевает ответить, потому что маг, не дожидаясь, утягивает его в толпу, сразу же кладя руки на тэхеновы плечи и заставляя чужие ладони обхватить его талию. Тэхён давится воздухом, кружась с ним в быстром вальсе. Ему кажется, что он спит, ведь никогда не думал, что ему будет позволено видеть Чонгука так близко.        Вот только, любуясь блеском в его глазах, он не может не думать о том, что этот блеск сейчас не настоящий.       Где-то позади Тэхён замечает компанию своих друзей: Джина, Хосока и Юнги. Первые двое смотрят на них со щенячьим восторгом в глазах. Третий пытается научиться стрелять из глаз лазерами с нависшей над головой грозовой тучей. Тэхён в который раз ломает голову, каким образом Джину из случая в случай удается уговаривать Юнги следовать условиям его несправедливых идей.       Вечер тянется, как назло, страшно долго, как будто кто-то специально растягивает его заклинанием управления временем. Наверное, этим занимается разум Тэхёна, придавленный грузом вины. В какой-то момент среди всего этого гула разговоров и шумной музыки находиться становится невыносимо. У Тэхёна начинает болеть голова.       — Чонгук… Хочешь прогуляться немного за пределами палубы?       Он не знает, зачем берёт его с собой. Наверное, хочет ухватить побольше фальшивого времени с ним перед тем, как наступит завтрашнее утро.       Чонгук, разговаривающий до этого со своими знакомыми, смотрит понимающе.       — Я тоже хотел предложить. Мне стало душновато.       Они спускаются на причал и направляются к скверу академии, тоже украшенному к празднику. Гирлянды здесь — обычное явление, но различные флажки с изображениями волн и кораблей будут убраны вскоре после бала. Именно поэтому грех не насладиться ими сейчас, сидя на мягкой зелёной траве, среди цветов со светящейся голубой пыльцой — ещё одна достопримечательность местной фауны.        Тэхён отключает ненадолго сознание, любуясь пейзажем и Чонгуком, который с каждой секундой, проведённой с ним наедине, будто становится всё краше, несмотря на то, что укладка после активных танцев немного взъерошилась, а идеальная рубашка чуть помялась.       Приходя в себя, он думает лишь о том, что хотел бы, чтобы Чонгук сидел здесь, с ним, исключительно по своей воле.       — Я рад, что ты позвал меня, — вдруг говорит он, а у Тэхёна внутри всё болезненно скручивает — это совесть щипает его за органы.       — Правда..? — дрожаще спрашивает он.       Чонгук переводит взгляд со звёздного неба на собеседника.        — Правда, — Тэхёну мерещится, что в его искренних глазах нет ни единого следа фальши от волшебства.       А в следующую секунду их обладатель будто становится ближе.       И ещё.       И ещё.       И Тэхён чувствует на своих губах его тёплое дыхание.       Нет.       Губ касаются чужие.       Этого не должно было произойти.       Тэхён резко отстраняется, не дав поцелую начаться, и смотрит на парня едва ли не напуганно.       — Я поторопился? Извини, я немного пьян, — беззаботно говорит Чонгук, почти не растерявшись и легко пожимая плечами.       Нет. Дело лишь в том, что ты немного приворожён.       — Нет, я… Прости. Прости-прости-прости, — Тэхён прячет своё лицо в коленях под чужой недоуменный взгляд.

✶ ✶ ✶

      На следующий день у студентов нет пар из-за праздника, но позавтракать четвёрка друзей в столовую всё равно идёт, потому что ну очень уж там вкусно.       Тэхён бредёт как настоящий зомби, толком не выспавшийся и не пришедший в себя после вчерашнего. Он всё озирается по сторонам, надеясь не встретить Чонгука в ближайшие выходные, а лучше — в ближайшее столетие.        И ему вроде как, везёт, потому что до их с верными друзьями излюбленного стола, за которым уже сидят Джин, Юнги и Хосок, он доходит без происшествий. Ровно до тех пор, пока из-за спины к нему не подбирается некто, пахнущий парфюмом с ароматом мяты и шалфея и не целует Тэхёна в бледную от бессонницы щёку, как ни в чём не бывало.       — Доброе утро, — буднично кидает Чонгук и уходит дальше, спокойно вставая в очередь за порцией. На его пальце Тэхён замечает золотой блеск.       Пока Тэхён сидит оглушённый прикосновением мягких губ к его лицу, друзья за столом хором начинают гудеть и охать.       — Я смотрю, вчера всё прошло хорошо? — хихикает Джин, кидая на Тэхёна ехидные взгляды.       Тэхён ничего не отвечает, автоматом едва кивая. Он вообще их не слушает, потому что по мозгам начинает дубасить молот паники.       Какого чёрта?       Действие зелья… Ещё не кончилось?       Так не должно быть. Чонгук должен был подойти и сказать, что не понимает, что с ним вчера было и что он бы никогда не пошёл на бал с таким, как Тэхён. Должен был взглянуть на него полным безразличия взглядом и жить как раньше.        Но он только что сделал то, что сделал.       Отлично. Просто блестяще, Ким Тэхён. Лёгкий рецепт, да? Поэтому ты так легко его завалил? И на сколько же ты зачаровал бедного Чонгука, дурак? На неделю? Может месяц? На сотню лет?        И что же теперь собираешься делать?       Для начала дать себе несколько смачных пощёчин, только оказавшись за дверьми своей комнаты в общежитии. 

✶ ✶ ✶

      Следующие полторы недели Тэхён изо всех сил старается не попадаться Чонгуку на глаза. Вы можете его осудить, но лучше сначала узнать о том, что у него на это не одна причина.       Не только потому, что он попросту боится.       На самом деле Тэхён ищет противоядие: бегает по библиотекам, пытается найти ингредиенты, старается не взорвать свою комнату и не попасться преподавателям за запрещённой деятельностью.       Изготовить зелье обратного действия оказалось куда сложнее чем напортачить с приворотным, Тэхён много-много раз чувствует себя идиотом.       А вот Чонгук не идиот, поэтому неладное замечает почти сразу. И это, впрочем, неудивительно. Тэхён ведёт себя заметно подозрительно, редко появляясь на занятиях и ходя с непривычно хмурым выражением лица.        После новой неудачи он растерянно плетётся по коридору общежития поздним вечером, надеясь проветриться и освежить голову, чтобы в очередной раз начать всё сначала. Прогуливаясь, он искренне надеется, что все студенты уже лежат по кроватям, ну или хотя бы сидят в своих комнатах, и что он сейчас никого не встретит. Особенно не хочется наткнуться на друзей, которые теперь каждый божий день донимают его расспросами о случившемся. Они ни о чем не знают, поэтому тэхёново состояние вводит их в ступор, и они отчаянно пытаются все выяснить, потому что, хоть и бывают теми еще подлецами, Тэхёном они дорожат.       Размышляя о том, стоит ли им всё это выложить, Тэхён наконец собирается вернуться в свою комнату для ещё одной попытки исправления своей ошибки, но кто-то, беззвучно подкравшись сзади, вдруг резко дёргает его за плечо, с силой привалив к бетонной стене.        — Какого чёрта происходит, Ким?       Чонгук напротив него пышет недовольством, разъяренно хмуря брови, а у Тэхена начинается натуральная паника.        Ну всё, доигрался. Попался.        — Ты зовёшь меня на бал, а потом ни с того ни с сего начинаешь избегать, вместо того, чтобы как взрослый человек разъяснить все со мной нормально. Я понял, что поторопился в тот день, но ты мог бы просто сказать, мол, Чонгук, извини, но я ничего к тебе не чувствую. Но бегать от меня? Серьезно? Тебе сколько лет?        Внутри все отчего-то болезненно скручивает, при словах о чувствах. О, Чонгук, как же ты не прав. Ты совсем не знаешь как же Тэхён напротив — чувствует.       — Дело не в моих чувствах, — нерешительно начинает Тэхён, бегая глазами по полу, а затем упирая взгляд в чужие глаза. — Дело в твоих.       — Что?       — Ты не влюблён в меня.       Чонгук выглядит так, будто сейчас задохнется от возмущения.       — Может я сам в силах это опреде…       — Ты приворожён.       Чонгук хлопает глазами, меняясь в лице и теперь выглядя больше удивленным, нежели злым.       — Что за бред?       — Я… Я подлил тебе зелье. В канун бала, — произнося это, Тэхен почти зажмуривается. — Я надеялся, что оно будет действовать всего сутки, но что-то напутал и теперь ты… Ты всё ещё думаешь, что что-то ко мне чувствуешь, — мечник кидает мимолетный взгляд на «обруч морской глади», многозначительно блестящий на чужом пальце. — Я избегал тебя, потому что пытался найти противоядие, — он мысленно готовится ко всему: к пощёчине, к удару коленом в пах, да хоть к смерти… Однако Чонгук напротив него только вдруг убирает ладонь со стены рядом с тэхеновым плечом и обессилено опускает обе руки по швам.       — Вот как, — как-то грустно и очень разочарованно произносит он, — так это было твоё зелье.       — Что?        Чонгук в курсе, что выпил приворотное зелье? Тэхён уже ничего не понимает.       — Я его не пил, Тэхён       Мечник поражено хлопает глазами.       — То есть..? — он уже совсем растерян и запутан.       — То есть я умею различать его аромат и влияние на внешний вид пищи. То есть я всё ещё лучший студент нашей академии, — без зазрения совести говорит он так, будто объясняет глупому ребенку что-то очевидное, но в его голосе нет гордости.       У Тэхёна в голове сотня мыслей. Самая первая — он настоящий идиот. Больший, чем он мог представить. Вторая — чистой воды недоумение. Если Чонгук не пил зелье, тогда почему…       — Почему ты согласился пойти со мной? — прямо спрашивает он. — Почему попытался…       — Поцеловать тебя? Разве уже не очевидно? — устало вопрошает Чонгук, вздыхая.       Тэхён в ответ только молчит, рассматривая красивое лицо напротив и до смерти боясь озвучить свои догадки вслух, чтобы не показаться вдруг еще глупее.       — Потому что я и так влюблён в тебя, идиот. Без всяких зелий.       Что Чонгук только что сказал?             — И, знаешь, я очень долго ждал, пока ты наберёшься смелости подойти ко мне, потому что твои взгляды не заметил бы только слепой. А когда ты это сделал, очень радовался, ведь в последний день перед балом я уже начинал думать, что зря отшивал всех остальных в ожидании тебя. А ты, Тэхён, оказывается ты смог сделать это только из-за того, что был уверен, что я зачарован. Я… Наверное я ждал все-таки зря.       С этими словами он снимает праздничное кольцо со своего пальца и вкладывает его в чужую руку, на которой собственное все еще поблескивает в свете коридорных магических лампочек, а потом он уходит. Тэхёну мерещиться влажный блеск в уголках чужих глаз, напоследок сверкнувших полным разочарования взглядом.

✶ ✶ ✶

      Через парочку дней раздавленный Тэхён, с растрёпанными от бесконечного ёрзания по кровати волосами, стоит у двери, ведущей в комнату Юнги. Он немного не выдержал и решил, что ему ну очень нужна помощь хотя бы одного из друзей. Он должен с кем-то поделиться.       Вот только эти его дураки, к сожалению или к счастью, всегда идут в комплекте — в комнате он застаёт сразу троих. Что ж, делиться придётся тоже — со всеми троими сразу. И подзатыльник получить придётся от всех. Бонусом будет дополнительный от Юнги за несправедливое ношение позорной одежды на балу.       Друзья встречают его с удивлёнными лицами.       — Ну, неужели. Выбрался из берлоги. Что у тебя происходит, Тэ? — говорит Джин, плохо скрывая своё облегчение от его долгожданного появления.       — Я облажался, — честно выдаёт он, звуча по-настоящему обречённо.       Юнги, Джин и Хосок многозначительно переглядываются, а затем отступают в сторону, пропуская Тэхёна внутрь.       — Идём, рассказывай.       Тэхён послушно заходит в комнату, пропахшую любимыми крекерами Хосока из столовой, с опущенной головой.        И он всё выкладывает, наблюдая за тем, как лица парней смешно вытягиваются с каждым новым произнесённым предложением. Тэхён бы посмеялся, если бы ситуация позволяла.       Подзатыльники он действительно получает. Все три с обещанным бонусным от Юнги. Но зато потом Хосок обнимает его, говоря, что он, конечно, идиот и поступил плохо, но они все равно его любят. Джин соглашается, а Юнги делает вид, что старинный потолок в его комнате вдруг стал очень красивым и с интересом осматривает его, но потом получает пинок по пятой точке от Джина и деланно вынуждено кивает.       — Что собираешься делать? — спрашивает он, подтаяв.       — Рассматриваю вариант свалить на другой конец света, чтобы не попадаться ему на глаза и не мозолить их больше одним своим видом.        — Неплохой вариант, — пожимает плечами Хосок. — Ну, или ты можешь попытаться загладить свою вину и начать с ним встречаться, — предлагает он.       Тэхён смотрит на него, как на сумасшедшего.       — После того, что я натворил?       — Слушай, он же сказал, что влюблён в тебя. Чувства просто так не пропадают, ты же сам понимаешь. Иногда можно сохнуть и по самому конченному придурку, — увидев оскорблённые глаза Тэхёна, Хосок добавляет:       — Ну, я это не о тебе, конечно.       — Вот именно. Сохнут и по придуркам, а ты всего навсего, немного балбес. У тебя есть шанс, — в своей манере «сглаживает» Юнги.        — А я не слишком обнаглею, если после всего попробую вообще с ним заговорить?       — Ты уже обнаглел по полной, когда подлил лучшему студенту академии приворотное зелье. Так что это будет сущим пустяком, — беззаботно отмахивается Джин.       Тэхен грустно усмехается.       — Может, вы и правы, — вздыхает он. — Но я бы на его месте послал бы меня далеко и надолго.       — А если бы это был Чонгук?       Вопрос Юнги вгоняет в настоящий ступор и заставляет задуматься.       Если бы это был Чонгук… Он бы простил ему всё. Как бы глупо это не было.

✶ ✶ ✶

      Друзья Тэхёна, как уже говорилось ранее, иногда те ещё олени, но в людях и свиданиях понимают неплохо. Джин — главный обольститель и девушек, и парней в их компании — помогает Тэхёну продумать план извинений от и до. Предложенная идея мечнику нравится, но тревога все равно переполняет сознание. Тэхёну кажется, что Чонгук пошлёт его еще на пороге своей комнаты, что уж там говорить о выслушивании чужих объяснений и вылазке во двор после наступления комендантского часа. С ним, с Тэхёном.        Но что-то дарит мечнику немного уверенности. Может быть, это мокрый след от слезы на лице Чонгука, который стремительно уходил тогда дальше по коридору. А может — понимание, что именно из-за отсутствия ранее этой уверенности он совершил ошибку, и по её вине никогда не показывающий слабину Чонгук плакал.       Поэтому он ни за что не должен облажаться дважды. Тэхён должен попытаться быть честным и смелым. Он же, в конце концов, мечник.       На пороге чужой комнаты парень вырастает в поздние одиннадцать, когда часть студентов по всему кампусу готовится ко сну, а другая часть уже и вовсе спит. Собрав всю свою волю в кулак, Тэхён стучит в деревянную дверь и в томительном ожидании почти жмурится, пока слышит по другую сторону негромкие шаги.       Лицо Чонгука сменяется с сонного и расслабленного на ожесточённое и недовольное, когда он видит, кто к нему пришел.       — Что тебе нужно? — грубо говорит он, выбивая из чужих лёгких весь воздух, как будто ударяя стихийным волшебством.       Тэхён берет себя в руки.       — Поговорить.       — Нам есть о чём? — Чонгук недоумённо выгибает бровь. Его лицо пытается кричать о безразличии, но Тэхёну мерещится горечь в круглых глазах.       — Да, о том, что я крупнейший идиот и очень перед тобой виноват, но я хочу попытаться исправить свою ошибку, — честно и совершенно искренне говорит Тэхён.       — И почему я должен верить, что твой способ исправления — это не новое зелье?       — Потому, что я тоже в тебя очень сильно влюблён, и я ни за что не позволю себе поступить так с тобой дважды, — твёрдо заявляет он.       Чонгук ненадолго подвисает, пытаясь сохранить взгляд холодным, но у него это получается совсем не идеально. Щеки едва заметно покрываются румянцем.       — Ладно, хорошо, — обречённо выдыхает маг, сдаваясь. — Попробуй это доказать.       Тэхён ликует. В этот раз он сделает всё как надо.

✶ ✶ ✶

      Они вдвоём пробираются за пределы кампуса через тайный ход, открытый когда-то Тэхёном, не попадаясь проверяющим. Чонгук молча следует за ним, не задавая вопросов, хотя этой находке явно удивлён.       На улице поздним вечером свежо и немного прохладно. Тэхён втягивает носом воздух и пытается собраться с мыслями. Он ведёт Чонгука в направлении пришвартованного корабля, на котором неделю назад проходил бал. Все украшения с него уже убрали, но кое-что Тэхён всё же подготовил.       — Тэхён, куда мы? Туда ведь нельзя, — остерегает его Чонгук, настораживаясь.       — Об этом не переживай, — спокойно отвечает Тэхён, ничего не объясняя.        Чонгук неуверенно молчит, но всё равно идет дальше.       Забраться на корабль не составляет особого труда. Тэхён выстраивает небольшой водный мостик и подает Чонгуку руку. Они с лёгкостью перебираются на борт. Тут темно, и дальше носа почти ничего не видно, только редкие звёзды на небе дают немного света.       — Ну и… Зачем мы здесь? — спрашивает Чонгук.       Тэхён ничего не отвечает. Вместо этого он делает глубокий вдох, прикрывая веки, и поднимает руки в воздух, полностью сосредоточившись, а потом начинает вырисовывать ими какое-то заклинание. Из-за темноты Чонгук не видит, что именно тот колдует, но уже самому этому факту он удивляется. Построить водный мост — не тяжёлое заклинание, с которым вполне может справится мечник, вроде него, но то, что он делает сейчас пока покрыто тайной.       Внезапно непроглядная тьма палубы начинает озаряться светом, одна за другой включаются неизвестно откуда взявшиеся здесь гирлянды, сияющие теплыми огоньками. Но что-то не так, они не просто святятся, их сияние отражается друг от друга, как от зеркал, и ложится на корабль светлыми узорами. Чонгук пытается приглядеться и видит, что вокруг ниточек гирлянд изящными струями обернулась и застыла вода, в которой отражается сияние. Это так красиво, что маг замирает, любуясь с неконтролируемо приоткрытым от удивления ртом.       Как Тэхёну это удалось? Он ведь мечник, таким заклинаниям их не учат, и оно явно не из ряда простейших.       — Тэхён, это…        — Потанцуем?        Включается музыка — одна из тех песен, что играла на Морском балу. Чонгук обращает свой взгляд на говорящего и видит, что перед ним вырос Тэхён, протягивающий ему руку в поклоне, приглашая на танец. На его пальце блестит «обруч морской глади».       Вот как он решил загладить вину. Переиграть тот бал. Чтобы честно и без заблуждений. Только для них двоих. На лице Чонгука против его воли расплывается улыбка, но он, в силу гордости, превращает её в скептическую ухмылку и фыркает, по доброму закатывая глаза, а потом всё же вкладывает свою ладонь в чужую, чуть шершавую от бесконечных тренировок с оружием.       Тэхён робко улыбается, когда на его плечо ложится рука, и кладёт свою на чонгукову тонкую талию. Он ведёт медленно и с чувством. Уж что-что, а танцевать парень умеет, да и Чонгуку изящества не занимать. Их глаза прикованы друг к другу, и мечник не может не любоваться тем, как в них отражаются разноцветные огоньки. Чонгук так красив, что ему кажется, будто этот маг ему только снится.       Они теряют счёт времени, кружась по просторной, свободной от других людей палубе танец за танцем. Чонгук растворяется под чужим полным обожания взглядом, начиная понимать, что больше не может злиться. Он, господи, влюблён.       — Чонгук, ты мне так сильно нравишься… — выдыхает Тэхён, когда музыка останавливается, не отпуская чужой руки. — Уже давно. Я не должен был делать то, что сделал, но если ты дашь мне всего шанс, я докажу, что достоин тебя.       Чонгук смотрит на него заворожённо, раздумывая над словами. Он не должен прощать такое так легко — это не входит в его принципы. Он ведь уважает себя, но… Так же сильно он любит Тэхёна в ответ.       — Хорошо, Тэ, потому что и ты мне — сильно.       Тэхён счастливо улыбается в ответ на его слова и мимолетно опускает взгляд на чужие пухлые губы. Чонгук, как известно, не глупый, поэтому решительно встаёт на носочки и прижимается к его губам своими.       Он млеет от прикосновений к своим щекам и поглаживаний талии и твёрдо верит, что о своем решении не пожалеет, пока на его палец возвращается золотое колечко.        Там ему и место.