Моё лёгкое несчастье.

Это был человек высокой культуры, которой мне было не достичь. Лёгким движением ветра он появлялся внезапно и своим обаянием всегда смущал меня. Странно, да? А я, честно, и не знаю, что делать. Его лёгкие, яркие, слегка заметные ресницы, всегда были признаком его неозлобленности на меня, улыбчивости нрава. Всегда весёлый, милый, хоть уже идущий в возраст постарше, но обладающий ещё юношеским нравом, но рабочим поведением и характером, что мог всегда устроить всех. Моё смущение, оно и смущение. Прикрываю лицо руками, наклон головы вниз, моргание глаз. В общем, сложно. Голос моей "любви" был потрясающий, всегда вводивший меня в положение бездействия, лепетани ни о том, о чём надо. Вроде лепета "а как пойти в озвучку ли?" или "как улучшить свой голос?". А спрашиваю я его только об этом. Или как его дела на его работе? Мне это, конечно, интересно, но не знаю, как попросить о чём-то большем. А как? И не могу. Всегда есть грань, которая нас разделяет. Он артист, творческий человек, а я –зритель, что только отдаёт цветы и всё. Неужели нельзя желать большего? А только расставаться из-за окончания спектакля, и снова ждать его в новой/другой роли в следующей постановке и т.д. Нельзя иначе как-то поставить наше положение? Нет. Потому что появилась она – любовь его жизни, человек его веса по профессиональному профилю – тоже артист, только женщина. Любимая, желанная, что всегда будет его подарком вечером после трудного спектакля, что утомляет не меньше, что соревнования по бегу или по плаванию и прочие сравнения. Он может спокойно снять с себя галстук, удушающий его настоящий образ, после очередной роли какого-нибудь героя. Стянуть маску персонажа, что играл на спектакле, но предстать перед миром, его домашним миром, тишиной, перед ней, женщины его жизни, его мыслей, его возбуждения и так далее. Человек этот может позволить её ласкать, трогать за волосы, касаться и наматывать мило на палец прядь длинных, наверное, немного до плеч волос. Нарушать неприкосновенность к губам своим худым, изящным, но таким привлекательным, большим пальцем пианиста, показывающий его настоящую аристократию всех привычек его существа. Он нежен, добр, приветлив. Глаза его, красивые с бирюзой, при определённой освещённости, будут направлены на её, нежные такие же прекрасные, чистые, но с женской лаской и прелестью, что преобладает только у женщин настоящего изящества, занятием искусства, природной женской магией и т.д. Одним словом, свойственной ей, актрисе, очаровательностью. Она лишь слегка поддодвиниться на коленях, для удобного ей удовольствия, чтобы получить как можно больше нежности. Затем пойдут скользящие "щебетания" пальцами по щеке, скуле любимой, куда падает "тень,, обозначает этот участок видным и правильным признаком её привлекательности. Я про скулы. Они всегда ж, если видны в области щёк, то всё – считай, что ты модель и покорительница мужского взгляда. Следующим шагом пойдёт небольшой, нежный по ощущениям, полуобхват шеи пальцами руки любимого, что всегда будет улыбаться при таком действии. В общих чертах, идеальная картина для этих любимых, но...А я? Не получу такой ласки. Лишь лёгкий румянец на щеках будет признаком моей заинтересованности в данный объект. Лёгкая улыбка, надежда на встречу, что всегда придёт. Лёгкая притягательность его натуры. Снова "Здравствуйте", словно вчерашний обет, произнессённый в вечерню и так далее. Красота глаз, словно свидетель на свидания-несвидания, недолгой видимости друг друга, людей совершенно разных по привычкам, один, к тому же, ещё не окончил колледж. Второй – уже проработавший в одном театре и дорабатывбщий свой срок здесь, в театре моего родного города. К сожалению, но этот человек приезжий. Хотя, узнать прелесть неуместных людей, культурных, всегда приятней, чем "питаться" блевотностью нрава наших горожан. Он был другой, и сейчас другой. Не такой, как они – люди, прожившие в одном, уже в умирающе-останавливающемся городе. Другая порода, другой нрав, приехавший из другой области, с Урала. Прекрасная Пермь послала в наш маленький, такой неизвестный многим городок, человека, что стал любимцем многих зрителей нашего театра, особенно у женщин. Надеюсь, что, когда-нибудь, встречу его ещё. Если, уж он через какое-то время переберётся в другой город; неизвестный мне маршрут. Он будет далеко, на несколько тысяч километров дальше, чем когда-либо. Снова расставание с моим несчастьем на несколькие месяцы. Я с ним знакома только два месяца, но успела полюбить так, как не любит не одна девушка нашего города – безумно, по-сумашедшему, с нотками тревожности, в постоянных вопросах, и переживании, что не увижу его. А он гость редкий, для моего поля зрения, поэтому, навряд ли смогу спокойно попрощаться с героем моих пошлых фантазий, с моим искушением, с носителем фамилией, что проста, но особенна по ударению, с Лучиком света, что заставляет меня румянцем доказывать свою преданность к нему, хотя он и не просит. Надеюсь, этот Лапочка, будет в порядке, и всегда будет здесь с нами, в воспоминаниях и мыслях наших зрителей, как лучший артист театра, театра родного, нашего города, драматического театра, Великолуского драматического театра. Спасибо.