you ease to cross the line / ты легко переступишь черту

      Эддард из дома Старков — Первый своего имени, король андалов и первых людей, властитель Семи королевств и защитник державы — сидел в своём кабинете, угрюмо потирая виски в тщетной попытке унять головную боль, преследовавшую его с самой коронации. «Чёрт бы тебя побрал, Роберт», — подумал он. Эддард никогда не стремился к этому. Смерть Брандона и звание лорда Винтерфелла стали уже достаточно тяжёлым ударом, но даже это не могло подготовить его к тому, что лучший друг вознесёт его на Железный трон — место, к которому он не чувствовал ни желания, ни, тем более, кровного права. У Роберта хотя бы были капли таргариенской крови. Старки тоже когда-то были королями — но их притязания никогда не простирались так далеко на юг. Когда они прибыли в Королевскую Гавань и обнаружили, что город в безопасности, а враги — либо мертвы, либо в изгнании, Роберт ускакал на юг — спасать Лианну. Нед тогда назвал это безрассудством. «Если ты хочешь называться королём, люди должны видеть в тебе короля», — сказал он. Но Роберт, как всегда, оказался упрям. Вернулся он с пустыми руками и глазами, в которых застыла тень. Он не смог даже взглянуть Неду в лицо, когда сообщил: Лианна мертва. А потом он снова уехал — из Королевской Гавани и из жизни Эддарда, навсегда. Оставив ему только горечь и ненужный трон. А с троном пришла и ненужная политика. Нед не питал особой симпатии к Тайвину Ланнистеру, но не мог игнорировать совет Джона Аррена: лорд Кастерли Рока обладал слишком большим количеством золота и войска, чтобы его можно было просто отодвинуть в сторону. В дверь кабинета постучали. — Войдите, — отозвался Нед. Вошёл Джейме Ланнистер. Юноша был красив: светлые волосы, утончённые черты, ярко-зелёные глаза. В нём явственно проступало сходство с сестрой, хоть Нед и видел ту лишь мельком. Но внешность не всегда отражает суть. И Эддард надеялся, что сестра Ланнистера окажется иного склада: ведь Джейме предал своего короля самым чудовищным образом, а в будущей жене Нед желал видеть больше преданности. Джейме закрыл за собой дверь. — Вызывали меня, Ваше Величество? — спросил он вежливо, но в глазах сверкнула насмешливая искра, раздражавшая Эддарда без видимой причины. — Садись, — кивнул он на стул напротив. Джейме легко опустился на место. — Слышал, вы собираетесь жениться на моей милой сестричке, — начал он без обиняков. — Если вы вызвали меня, чтобы расспросить о её любимых цветах для свадьбы, то боюсь, я мало чем смогу помочь. — Я вызвал тебя не для того, чтобы говорить о твоей сестре, — отрезал Нед. — А чтобы говорить о твоём короле. — Он спохватился. — О прошлом короле. Того, которого ты поклялся защищать. И убил. — Ах, — только и сказал Джейме. — Это было тяжкое преступление, — сказал Нед. — И теперь мне предстоит решить, что с тобой делать. — Понимаю, — отозвался Джейме. — Некоторые скажут, что меня следует казнить. — Он говорил совершенно спокойно. — Но если бы вы и вправду решили отрубить мне голову, разве вы пригласили бы меня в одиночку, с мечом за поясом? Может, вы решили, что я закончил вашу войну и заслуживаю награды? — Ты нарушил священную клятву, — напомнил Нед. — По справедливости, я должен отправить тебя в изгнание. Ночной дозор всегда рад храбрым воинам. — Здравое наказание, — согласился Джейме. — Король Нед Справедливый — так тебя и прозовут. Нед приподнял бровь. — Ты не собираешься защищаться? — А нужно? — Джейме откинулся на спинку стула, заложив руки за голову. — Я предположил, что в сделке, которую вы заключили с моим отцом, не значится изгнание его старшего сына. Вам ведь он всё ещё нужен, не так ли, Ваше Величество? Нед скрипнул зубами. — Нужен. Но ты не настоящий королевский гвардеец. И, честно говоря, твоему отцу будет приятно, если ты перестанешь им быть. Он просил меня освободить тебя от службы. Впервые с момента входа в комнату с Джейме слетела маска равнодушия. Он резко выпрямился, стул грохнул ножками по каменным плитам. — Вы не можете этого сделать, — сказал он. — Не можете. Нед удивился силе его реакции. — Я король, — ответил он. — Я сам выбираю себе стражу. — Он и правда не ожидал такой ярости: ведь всем было известно, что назначение Джейме в королевскую гвардию было плевком в лицо его отцу — местью Безумного Короля. Это была, без сомнения, честь, но не та, к которой стремится наследник лорда Тайвина - у которого впереди шахты золота и целое королевство. — Ты хочешь остаться? — А имеет ли это значение? — горько произнёс Джейме. — Вы, полагаю, уже всё решили. — Ошибаешься, — возразил Нед. — Я сказал твоему отцу, что подумаю. Никто прежде не покидал королевскую гвардию. Это решение нельзя принимать легкомысленно. Так что спрошу ещё раз: ты хочешь остаться? Лицо Джейме было непроницаемо, но он ответил без колебаний: — Да. — Даже если тебе придется отказаться от наследства? — Я не хочу быть наследником Кастерли Рока, — твёрдо ответил он. — Я хочу быть гвардейцем. Любопытно. Нед знал: по всему королевству найдутся юноши, мечтающие о славе и рыцарстве, которым королевская гвардия может показаться романтичной мечтой. Но Джейме год служил Эйрису — Нед бы подумал, что за это время с него слетит всякая иллюзия. — Тогда убеди меня, — сказал он. — Почему я должен оставить клятвопреступника в гвардейцах? Почему должен злить твоего отца, удерживая его наследника во дворце? Джейме задумался. Его взгляд метался по комнате, словно стены могли подсказать ответ. Наконец он сказал: — Я не исполнил всех своих обетов, — медленно начал он. — Но есть клятвы, которые я всё ещё намерен сдержать. Честь и долг... мне говорили, что для тебя это важно, Старк. Дай мне шанс сдержать то, что ещё можно сдержать. Может быть, он и правда ошибался в юноше. Может, Джейме всё ещё мучила вина за убийство Эйриса — даже если он и прятал это под маской дерзости — и он хотел искупить вину. — Прошу, Ваше Величество, — сказал Джейме, и на этот раз в обращении не слышалось ни тени иронии. И всё же Нед не мог ему доверять. Как можно полагаться на гвардейца, если, поворачиваясь к нему спиной, ты каждый раз вспоминаешь, как тот всадил меч в своего прежнего короля? Но, быть может, решение всё-таки есть. Королевская гвардия охраняла не только самого короля, но и всю королевскую семью — а вскоре, если судьба сложится, семья у него действительно появится. — Ты близок с сестрой? — спросил он. Джейме дёрнулся. — Я... близок с ней? — переспросил он с удивлением, которое показалось Неду излишне резким. Впрочем, особого значения это не имело. Чувства Джейме Ланнистера не входили в круг обязанностей короля. — Ты останешься в гвардии, — сказал Нед. — Но охранять будешь свою сестру. Не меня. — О, — произнёс Джейме, и голос его прозвучал немного... надтреснуто. — Да. Спасибо, Ваше Величество. Нед кивнул и махнул рукой, отпуская его. Он вздохнул, глядя ему вслед. Одной головной болью стало меньше — но оставалось ещё семь королевств проблем, которые никуда не делись. Чёрт бы тебя побрал, Роберт... В последующее десятилетие Эддард разговаривал с Джейме Ланнистером нечасто, хотя виделся с ним постоянно — тот, казалось, был буквально приклеен к своей сестре. Сама же Серсея Ланнистер оказалась вовсе не той любящей и верной женой, на которую он надеялся. Она не ослушалась его ни разу, в этом нельзя было отказать, и дом Ланнистеров обеспечивал короне немалую поддержку, но... Сначала она рассыпалась в любезностях, затем, когда это не принесло плодов, почти открыто демонстрировала неприязнь. И за всем этим чувствовался какой-то холодный расчёт, который Эддарда настораживал. Годы шли. Оставшиеся Таргариены бежали за Узкое море. Лорд Тайвин продолжал вежливо интересоваться, не пора ли освободить его сына от службы. Бейлон Грейджой восстал и был сокрушён. Нед узнал, что у Серсеи едва ли не столько же шпионов, сколько у Вариса — и в Гавани, и по всей стране. Она часто знала о заговорах и тайных интригах, о которых он сам бы и не догадался... вот только её советы по решению этих проблем были обычно либо чересчур жестоки, либо безрассудны. Во дворце росли четверо королевских детей — династия казалась надёжной. Весна сменилась долгим летом. Но Нед знал, что ничто не длится вечно. Так или иначе, зима всегда приходит. Даже так далеко от Винтерфелла. (И как же он скучал по Винтерфеллу.) Тем неожиданнее было, что всё изменилось в один вполне заурядный вечер, разве что Малый совет в этот день закончился раньше обычного. Он вошёл в покои, стараясь закрыть дверь потише — вдруг Серсея уже спит. Но нет — все факелы на стенах горели. Он пересёк солярий и вошёл в спальню... и замер. Жена была бодрствующей. В данный момент её прижимал к колонне родной брат. Они целовались: рука Серсеи вцепилась в его волосы, а рука Джейме уже исчезла под её платьем. Это было отвратительно и в то же время безукоризненно красиво: оба золотые, оба ослепительные, оба — предатели. — Что это значит? — выдохнул Нед и выдернул меч из ножен. Серсея ахнула. В следующее мгновение близнецы отпрянули друг от друга, и меч Джейме блеснул в его руке — он заслонил сестру собой. Нед, конечно, продолжал тренироваться с клинком, но сомневался, что сможет победить Джейме Ланнистера в честном бою. А если даже сможет — что тогда? Убить собственную жену? Джейме ведь не насиловал её — это было ясно. И странно, но Неду было непонятно, должно ли это его утешать. В голове пронеслись десятки мыслей, одна чудовищнее другой. То, что он увидел, было немыслимым — но стоило это осмыслить, как многое встало на свои места. У Таргариенов такое случалось... но Ланнистеры — не Таргариены. Джейме — королевский гвардеец. Серсея — жена короля. Оба нарушили клятвы, законы богов и людей. Не просто прелюбодеяние. Инцест. И тут его осенило. Наследие... Нед медленно опустил меч в ножны. — Дети? — спросил он. Серсея подняла подбородок и посмотрела ему прямо в глаза. — Некоторые твои, — сказала она, и не было в её голосе ни капли стыда. — Некоторые — нет. — Понятно. — Арья — его, он в этом не сомневался. У неё была внешность Старков. Бран — тоже. А остальные... — Что ты с ними сделаешь? — спросила Серсея. Перед ней Джейме крепче сжал рукоять меча. Нед заставил себя не реагировать. По справедливости, он должен был их отвергнуть. Объявить о предательстве жены. Поднять шум во всём королевстве. Но... это будет война. Которая разорвёт страну на части. Зачем? Он подумал о Джоне. Упрямом, гордом мальчишке — но ведь постепенно Нед начал находить к нему подход. И о Сансе — с её золотыми волосами и мягким характером. Он принял решение. Единственно возможное для него. — Я не сделаю ничего, что поставит моих детей под угрозу, — сказал он. — А те, что не твои? — потребовала Серсея. — Они все — мои, — ответил Нед. — Пусть не по крови, но... мои. — И ты позволишь им наследовать? — вмешался Джейме. — Зная, что у них нет никакого права на трон? Нед усмехнулся — сухо, горько: — А у меня, ты думаешь, оно есть? Уголок губ Джейме дёрнулся. Серсея внимательно посмотрела на Эддарда, а затем кивнула. — Джейме, — сказала она тихо, положив руку на руку брата. Он взглянул на неё, затем опустил меч — хоть и не убрал его в ножны. — А с нами что ты сделаешь? — спросил Джейме, повернув голову к Неду. И на этот раз Эддард действительно посмотрел на него — по-настоящему, впервые за много лет. Без насмешки, без злости — и увидел человека, не маску. И это был самый трудный вопрос. Он мог бы запретить им продолжать их порочную связь — но если они были безумны настолько, чтобы начать её, и продолжать прямо у него под носом, — станут ли они его слушаться? А если дать приказ и не исполнить при ослушании наказания, его слово обесценится. Но исполнить — значит вызвать бурю. Любая попытка разлучить их вызовет слишком много вопросов. Вопросов, на которые у него не было хороших ответов. Чёрт бы тебя побрал, Роберт. Чёрт бы вас всех побрал. Надо было тогда, десять лет назад, сослать Джейме в Ночной дозор. Надо было. — Вы были неосторожны, — наконец сказал он. — Если кто-то ещё узнает об этом — я вас не прикрою. Я позабочусь о детях, но вас не стану защищать от последствий. Хотите сохранить головы на плечах — будьте осторожнее. Он прошёл мимо них, остро ощущая, что находится в пределах досягаемости меча Джейме. Но удара не последовало. Нед сел на край кровати и снова взглянул на близнецов. — И всё? — спросил Джейме. — Это всё, что ты собираешься сказать? Он выглядел раздражённым — удивительно, учитывая, что его только что пощадили за преступление, караемое смертью. Неда это задело. Неужели он хотел драки? Искал повод убить ещё одного короля? — Всё, — ответил он устало. — А теперь уходите. Джейме вышел. Серсея посмотрела на него — и, поняв, что продолжения не будет, начала готовиться ко сну. Нед лёг на спину и уставился в потолок. Он чувствовал: это будет мучительно долгая ночь. --- Проснувшись утром, он с удивлением обнаружил, что не был убит во сне. Серсеи уже не было — и за это Нед был искренне благодарен, хоть и понимал, что избежать встречи навсегда не получится. Он задумался: можно ли ещё спасти их брак? И был ли там вообще хоть что-то, что можно было спасти? Как бы то ни было — ради блага королевства он обязан попытаться. Союз между Старками и Ланнистерами удерживал державу от распада. Хотя, по правде говоря, он никогда полностью не доверял Серсее. Даже до того, как застал её в тот момент. Может, это его вина. Если бы он попытался быть ближе к ней, если бы следил за Джейме — увидел бы всё раньше? А может, близнецы скрывают и другие тайны, о которых он даже не догадывается? Он больше не мог позволить себе такую слепоту. С этой мыслью он пошёл искать сира Барристана. --- На следующий день в силу вступили изменения в расписании караула. При других обстоятельствах Неда, возможно, развлекло бы изумление на лице Джейме Ланнистера, когда тот увидел, что впервые за десять лет его назначили охранять не королеву, а короля. Сир Джейме исподтишка бросал на него взгляды во время заседания двора, но Нед их игнорировал. Наконец, последнее из прошений было выслушано, придворные зашевелились, обсуждая друг с другом пустяки — Нед заметил, как Мизинец что-то шепчет Варису о чём-то известном лишь богам, — но вскоре и они ушли. Король остался один с Цареубийцей. Джейме не стал тянуть. — Не то чтобы я не польщён таким назначением, Ваше Величество, — произнёс он, обволакивая каждое слово иронией, — но его время меня... удивило. — Правда? — Нед встал с трона и начал спускаться по ступеням. — Ты ведь раньше не доверял мне охранять себя, — напомнил Джейме, идя следом. — А теперь... — Ты не попытаешься меня убить, если Серсея тебя об этом не попросит, — спокойно сказал Нед, остановившись и повернувшись к нему. — А если моя жена и правда хочет моей смерти, думаю, она найдёт способ поизящнее, чем послать тебя. Джейме усмехнулся. — Это правда. — Он вскинул бровь. — И всё же, ты не боишься, что я вдруг захочу снова испытать себя? — Рискну, — отозвался Нед. Джейме закатил глаза. — Правда, Старк. Зачем я здесь? Хочешь, чтобы я проводил меньше времени с Серсеей? — Он склонил голову. — Вы ревнуете, Ваше Величество? Нед чуть не отрезал: «Глупости», — но вовремя понял, что Джейме намекает не на Серсею, а на самого себя. Что ж... — Я король. Ты — королевский гвардеец. Охранять меня — твой долг... хотя, думаю, для тебя это ничего не значит. Губы Джейме скривились. — Ах, вот как? — Я не дурак, Ланнистер, — сказал Нед. — Когда-то я дал тебе шанс. Но теперь вижу ясно: ты остался в гвардии ради Серсеи, не ради долга. Все эти разговоры об обетах... мне следовало догадаться. Долгую секунду Джейме молчал, его лицо оставалось гладким и отстранённым. А потом он сказал: — Эйрис считал себя выше всех нас, потому что был королём. — Его глаза сверкнули гневом. — Ты — король. Но ты думаешь так не из-за короны. Нет, это потому, что благородный Нед Старк вылез из чрева матери со льдом в жилах и добродетелью, которой хватило бы на весь Вестерос, не так ли? — Я не считаю себя благороднее всех, Цареубийца, — устало сказал Нед. — Только тебя. Губы Джейме сомкнулись в тонкую линию. --- Оставшиеся дни недели Джейме сопровождал его почти молча. Только “Да, Ваше Величество” и “Нет, Ваше Величество”, да и те слова звучали с язвительной натяжкой, словно каждое из них он вынужден был выплюнуть с отвращением. Нед и Серсея тоже почти не разговаривали — только на людях, ради приличия. Что же до Джейме и Серсеи... Нед старался не думать об этом. Особенно о том, чем они могли заниматься наедине. И всё-таки это была лишь одна из множества проблем, навалившихся на него. На западе вспыхнул спор между речными и западными землями по поводу торговых пошлин. А Джон, тем временем, вновь довёл до бегства учителя фехтования — третьего по счёту. Нед никак не мог понять, что именно делает мальчик такого, что даже золото и королевское покровительство перестали соблазнять лучших мастеров. Своего рода талант — если бы не был таким раздражающим. Выслушав отчёт от оружейного мастера, Нед устало зажал переносицу пальцами. Может, стоит самому заняться обучением Джона? Хотя он уже не тот боец, каким был раньше. Мысль осенила его внезапно. Он повернулся к Джейме: — Поединок. Со мной. — Со мной? — переспросил тот с нескрываемым удивлением. — Сначала ты поручаешь мне свою охрану, теперь — разрешаешь нападать с мечом? У вас, часом, нет желания умереть, Ваше Величество? Нед посмотрел на него исподлобья: — Это приказ, если хочешь. Джейме прищурился: — Почему я? Почему не кто-то из остальных рыцарей? Я видел, как ты с ними спаррингуешь. — Что, требуется лесть? — хмыкнул Нед. — Остальные рыцари тебе не ровня. — Это я знаю, — без малейшей скромности согласился Джейме. — Но они хотя бы лояльны. — Слишком лояльны, — отрезал Нед. — Поддаются. Ты — нет. Джейме открыл рот, затем закрыл. — Хорошо, — сказал он с нажимом. — Но когда я опрокину тебя на твою надменную королевскую задницу — чтобы потом не ныл. В первый раз Джейме этого не сделал. Хотя и выбил меч из руки Неда в весьма обидно короткие сроки. Нед поднял клинок, стараясь не замечать самодовольной ухмылки на лице противника. В следующий раз он был готов. Когда меч Ланнистера пошёл на спуск, Нед отбил его и тут же нанёс ответный удар вбок — Джейме успел парировать. Сталь звенела в воздухе, удары отзывались глухой болью в плече, но Нед не уступал. Джейме снова пошёл в наступление — не самый сильный из противников, но быстрый и точный. Нед был вынужден отступить в оборону, чтобы поспевать за ним. Наконец он увидел брешь и ринулся вперёд — Джейме увернулся, но всё же меч скользнул по кольчужной броне, и Нед услышал характерный скрежет металла. Ответный удар Джейме был яростным, сверху вниз — Нед отступил на шаг, блокируя. Клинки сталкивались снова и снова, оба уже тяжело дышали. Краем глаза Нед заметил зрителей, собравшихся на краю двора. Он не позволил себе взглянуть — знал, что Джейме воспользуется любым отвлечением. Он сам ударил первым — нацелился в грудь, вложив в выпад весь вес. Джейме резко отклонился и отбил меч. Они начали круговое движение. Щёки Джейме вспыхнули, в глазах сверкало что-то странное — он выглядел живым как никогда прежде. И тут взгляд Джейме скользнул через плечо Неда. Он не обернулся — подумал, что это трюк. Но когда Джейме усмехнулся, не отводя взгляда от того, что находилось за спиной, Нед не выдержал. Он оглянулся. На балконе стояла королева. Он тут же вернул взгляд к Джейме и в последний момент успел выставить клинок, чтобы отбить удар. Сосредоточенность вернулась. Он не отвлекался больше ни на что, пока они не устали до предела. К тому моменту Серсея уже исчезла. --- Тем вечером, вернувшись в спальню, он снова застал там её и Джейме — уже без всякой маскировки. Они лежали в кровати, оба обнажённые, одинаково прекрасные. И — ни капли не удивлённые. Джейме улыбнулся ему с той самой невыносимой наглостью. Серсея же лениво перекатилась на бок, словно приглашая лечь рядом. У Неда пересохло во рту. Он подошёл ближе, заставляя себя смотреть только в глаза жены. — Я уже сказал, что не собираюсь вас казнить, — медленно произнёс он. — Я сдерживаю слово. Нет нужды подкупать меня... чем бы это ни было. И даже если бы он собирался — такой "подкуп" был бы оскорблением. Джейме рассмеялся: — Чем бы это ни было? Ты что, и вправду не понимаешь, Старк? — Он лежал на боку, нога согнута, член уже напрягся — и никакого стыда в нём не было. (Нед с недоумением подумал: впрочем, и нечего было стыдиться — чисто с физической точки зрения.) Он отвёл взгляд. Посмотрел на Серсею. — Ты не хочешь наладить наш брак, муж мой? — спросила она, с приторной нежностью в голосе, за которой не скрывалось ничего тёплого. Нед не понимал, во что она играет, и стоит ли вообще пытаться остановить её. Брак им, действительно, нужно было восстанавливать. Союз домов — укреплять. Он сам недавно решил держать обоих близко, чтобы лучше контролировать. Именно поэтому Джейме стал его личной охраной. Но это... Признать инцест, участвовать в нём — лечь в постель не только с женой, но и с её братом. С мужчиной. С Джейме Ланнистером. Это ведь даже не измена, если супруга сама привела третьего? И в целом, какая теперь разница? Он уже дал им пощаду. Уже десять лет назад предпочёл удобство — справедливости. А теперь что? Притворяться, будто он честнее, чем на самом деле? Он вгляделся. Вблизи они были не столь уж похожи, как ему казалось. Да, оба худощавые, стройные, с золотыми волосами, с зеркальной грацией. Но глаза... У обоих — зелёные. Но у Серсеи — холодные, оценивающие. А у Джейме — та же яркость, что и на поединке. Нед сглотнул и шагнул к кровати. --- Когда на следующий день Джейме явился на дежурство, его лицо озаряла самодовольная усмешка, а бровь была приподнята настолько многозначительно, что у любого другого она бы просто отвалилась. Но когда Нед встретил его взгляд совершенно спокойно, Джейме... покраснел. Нед дождался, пока они останутся наедине. Джейме, похоже, хотел было что-то сказать — наверняка что-то дерзкое или скабрёзное, — но Эддард опередил его. — Почему ты убил короля Эйриса? — спросил он. Джейме замер, а потом рассмеялся — коротко, горько: — Сейчас? Прошло десять лет, и только сейчас ты решил спросить? Почему? — Потому что я хочу знать. На этот раз в смехе прозвучала ирония, но он так и не ответил. --- Они продолжили спарринги. Джейме, как правило, побеждал. Нед бы даже не возражал — не будь его соперник таким довольным собой. Впрочем, Эддард ощущал, как с каждой схваткой к нему возвращается сноровка, мышцы вспоминают былую силу, а движения — чёткость. Ради этого всё и затевалось. Но это не отменяло лёгкого злорадства, пробежавшего по его венам, когда спустя три недели он всё-таки выбил меч из руки Джейме, и — по всем правилам — выиграл. Бой шёл уже минут десять. У Неда жгло руки от напряжения, по лбу катился пот, удары сыпались один за другим, и каждый звенел в ушах. Когда он увидел открытие — ударил без промедления. Меч Джейме с грохотом отлетел в сторону. Победа? Нет. Джейме прыгнул вперёд, вцепился одной рукой в руку Неда, другой — резко толкнул его. Они рухнули вместе. Нед ударился об камень, тяжесть тела Джейме выбила из него воздух. Его запястье было крепко зажато, вторую руку он не мог освободить — бой закончился, но честным этот финал никак не назовёшь. Нед разжал пальцы, вырвался и с размаху ударил Джейме в лицо. Тот рассмеялся, даже когда из разбитой губы хлынула кровь. Нед воспользовался моментом, вывернулся, перекатился и уже сам оказался сверху. Прижал Джейме к земле, обхватив его бёдра коленями. Тот тяжело дышал, лицо залито румянцем, волосы — спутанный водопад золота на чёрных плитах. И только тогда Нед сообразил, где они находятся. Со временем зрители поубавились — их поединки стали привычным делом — но всё же, это был двор. Король и его гвардеец валялись на камнях, словно два мальчишки со двора. Он отпустил Ланнистера и вскочил. Острая неловкость уколола под рёбра — возбуждение давило изнутри, хоть доспех и скрывал это от посторонних глаз. Нед протянул Джейме руку, поднял его. Кивнул — и пошёл прочь. --- Он был уже наполовину раздет, когда в комнату без стука вошёл Джейме. На губе — всё та же рана. Волосы растрёпаны как никогда. — За реваншем пришёл? — спросил Нед. — Что-то вроде, — отозвался тот, и без лишних слов сдёрнул с него оставшуюся броню. У Неда перехватило дыхание. Серсеи не было — и это было необычно. Джейме раньше ни разу не приходил к нему один. Только когда Серсея сама звала обоих. Нед не настаивал. У каждого — своя странная честь. Но сейчас он был здесь. Один. И намерения его были очевидны. Нед потянулся к нему сам, ощущая вкус крови Джейме. --- — Хочешь знать, зачем я убил короля Эйриса? — спросил Джейме через неделю, сам, без запроса. — Хочу, — кивнул Нед. И слушал — молча — пока тот рассказывал. --- Нед почувствовал, что с Джоном Арреном что-то не так, уже в начале заседания Малого совета. Знал его достаточно хорошо, чтобы заметить напряжённые взгляды, угрюмые паузы, слишком долгие молчания. Потому не удивился, когда тот задержался, дождавшись, пока Варис и прочие выйдут. — Что-то ещё? — спросил он. — Есть одно дело, Ваше Величество, — отозвался Джон. И замялся. — Говори прямо, — велел Нед. Голос Джона стал осторожным: — По двору ходят слухи. Личного характера. Нед закрыл глаза. Чёрт. Потом открыл: — Слухи? — Говорят, вы... приказываете Цареубийце делить с вами ложе. «Приказываете». Старые боги, спасибо, что хоть так сказал. — Думаешь, я стал бы использовать присягу рыцаря, чтобы затащить в постель мужчину? Брата собственной жены? Джон расслабился. — Нет, — признал он. — Не думаю. Но ты должен знать, что шепчутся. Вы проводите с ним много времени. — Провожу, — кивнул Нед. — Ты не обязан отчитываться передо мной. Нед мог бы и не говорить больше. Но... Джон заслуживал не только отрицания лжи, но и доли правды. — Мы и правда стали проводить время вместе, — произнёс он. — Некоторое время назад у нас с Серсеей были... трудности. — (Если так можно назвать измену с братом.) — А он ей близок. Я думал, сблизившись с Джейме, лучше пойму её. И ещё... я начал понимать, что судил о нём слишком строго. Хотел это исправить. — И удалось? — спросил Джон. — Помогло это твоему браку? Неда чуть не передёрнуло. Их союз теперь был более фальшивым, чем когда-либо. Формально — общая кровать, фактически — два лагеря. Он с Джейме, она с амбициями. Но при этом... они вновь разговаривали. Без колкостей. Почти с уважением. — Как ни странно, — сказал он, — думаю, да.